Глава 6

— Злата, а ты скоро домой придешь? — Тоненький жалобный голос брата в трубке заставил сердце болезненно сжаться.

— Сереж, что случилось? Ты почему не спишь так поздно? — Нервно переключая скорость, тронулась со светофора.

Бензин заканчивался. Как же не вовремя! Теперь еще и на заправку заезжать, терять драгоценные минуты!

Я не решалась сейчас ехать домой, планируя переночевать у подруги. Даже созвонилась заранее, предупредив о позднем визите.

Береженого бог бережет. Я не знаю, как клиент отреагировал на то, что я его, по сути, кинула. Сбежала, оставив с носом. Нормально ли он отнесется к подобной выходке, отмахнувшись и заказав другую девочку, или психанет и мне после этого жизнь на земле адом покажется? Проверять не хотелось.

— Мамы нету, мне страшно, — пискнул Сережка.

— Как нету? — Я чуть не выронила мобильник, зажатый между ухом и плечом. — Она же дома была?

— Ушла сразу после тебя. Сказала в магазин, а до сих пор нету. Я ходил ее искать, пока светло было. С пацанами поиграл во дворе. А ее все нет. Сейчас ночь, я боюсь!

Все понятно. Мать опять сорвалась. Нашла где-то деньги, подождала, когда я уеду и свалила бухать.

А Сережка, бедный, один. Наверняка еще и голодный!

Ну как же так, мама?! Что же ты творишь?

— А к тете Вере не заходил? — вспомнила про ее собутыльницу и первую алкашку в поселке.

Именно после сближения с этой прожженной грубиянкой мама и начала спиваться, катясь по наклонной.

И чаще всего я находила ее в полубессознательном состоянии от выпитого у этой самой соседки.

— Стучался, но мне никто дверь не открыл. Злата, ты скоро приедешь?

Выдохнула шумно, вцепившись мертвой хваткой в руль. Вот как мне быть?

Так, стоп! Выдохнула!

Все в порядке. Еще ничего не произошло! Хватит накручивать саму себя и бежать, подобно трусливому зайцу! Погони, как в фильмах, за мной никто не организует.

Глупо!

Да кто я такая, в самом деле, чтобы уделять мне столько внимания и сил? Ну сбежала, да. Обманула. Хотя по факту — разве это обман? Девчонки еще и не такое проворачивали порой, и ничего! Все живы, довольны, работают дальше. Чего я разволновалась?

Может, из-за того, что со мной такое впервые? Вот и трясет, что приходится дышать глубоко, сбрасывая нервное напряжение.

Это все усталость вкупе с волнением. Просто перенервничала. Просто дала волю фантазии.

— Уже еду, Сереж. Жди. И ничего не бойся. Помни, ты — мужчина! Главное — дверь никому не открывай, слышишь? Если вдруг кто стучаться будет. Хорошо?

Сказала и забыла, как дышать, представив на минуточку, что будет, если за мной приедут люди этого Артура. А там братишка.

Один!

Маленький!

Беспомощный!

Господи, какая же я дура!

— Все, жди!

Сбросила вызов и втопила педаль газа.

Если бы меня хватились, то в первую очередь наверняка начали бы звонить на телефон. А раз не звонят — значит, не ищут!

Хотелось бы верить…

Но внутри все равно было неспокойно. Грызло, царапало, вилось змейкой нехорошее предчувствие.

Мужик ждет горячую ночку в надежде расслабиться, а тут — сюрприз!

Это я понимаю, что не было бы никакой жаркой ночи. Для меня уж точно. Да и ему, привыкшему к услугам профессионалок, вряд ли зашла бы такая неумеха. Он повелся на внешность, соблазнился танцем, уверенный, что я профи, а на деле получил бы зашуганную истеричку.

Я не стала заезжать на заправку, где предпочитала заправляться в обычные дни. Когда не торопилась. Заехала на первую попавшуюся.

А после рванула домой.

Густой туман на загородной трассе заставил снизить скорость, и я тащилась как черепаха, матерясь про себя, но мчаться быстрее при такой видимости не решалась.

Меня обогнали два темных джипа, похожих, как близнецы. Следом за ними какой-то неприметный седан. И сквозь дымку тумана показалось, что они свернули именно в наш поворот, ведущий аккурат к поселку.

Нет, только не те, о ком я подумала!

Пусть мне это показалось!

Я ошиблась!

Сбросила обороты, катясь на нейтралке до развилки и понимая, что, если бы не Сережа, в жизни бы не поехала в такой момент туда, где меня могут искать в первую очередь.

Только бегать всю жизнь не получится. Уже завтра нужно выходить на другую работу. А значит, пора прекращать паниковать.

Где-то впереди раздались странные звуки, похожие на взрыв петард или фейерверков. Только очередью. На нашей-то пустынной дороге?

А после грянул взрыв. Такой силы, что ударной волной зацепил мою ласточку, толкнув в сторону.

Сквозь туман показались языки пламени, как большой яркий указатель. Следом еще один взрыв. И тишина…

Забыв о своих проблемах, страхах, ведомая лишь желанием помочь, я рванула вперед, подъезжая максимально близко. Остановила машину, съехав на обочину, и бросилась к бушевавшему пожару. Там могут быть люди. Возможно, живые!

Нужно вызвать скорую, пожарных, еще кого-то?

Господи, помоги!

И встала как вкопанная, узнав внедорожники. Те самые, что обогнали меня на повороте. Они горели оба, объятые почти одним языком пламени. Черные клубы дыма уходили вверх.

Что здесь произошло?

В машинах были люди. Это угадывалось по силуэтам внутри салона. И им уже не помочь.

Зажала рот руками, глуша подступающие рыдания и оседая на землю от понимания масштаба катастрофы, что здесь произошла.

— Мамочки! — выдавила из себя, всхлипнув и прикусив до крови губу.

Было жутко и больно. Ветер гнал жар в мою сторону, обдавая кожу горячим воздухом, а я не могла подняться с колен, глядя, как пламя пожирает металл, выжигая дотла все, что внутри.

— Ты решила сгореть за компанию? — прозвучал сзади циничный голос, пройдя по натянутым и без того нервам острым лезвием.

Я вздрогнула, поседев, наверное, раньше времени. Почувствовала, как руки и ноги холодеют, несмотря на полыхавшее рядом пламя. Как сердце ломится сквозь грудную клетку от страха.

Медленно развернулась, сжимая в руках телефон, так и не успев вызвать службу спасения.

— А вот звонить уже поздно. Им не помочь. Увы.

Сзади меня стоял Артур. Тот самый клиент из клуба. Я узнала его сразу.

Рубашка с левой стороны пропиталась кровью в районе плеча. Лицо и руки перепачканы землей, одежда кое-где порвалась.

И взгляд тяжелый. Словно за мной сама смерть пришла в человеческом обличье. Персональный палач.

— Живой, — размазывая слезы по щекам, невпопад радостно выдала я, так и продолжая стоять на коленях. — Сейчас, подождите… В скорую позвонить надо! Еще кто-нибудь спасся?

Тыкая дрожащими пальцами в экран телефона и проклиная мешающее волнение, я молила только об одном: чтобы не подвела сотовая связь, которая очень плохо ловила на этом участке пути.

И совсем не ожидала того, что мужчина, за секунду преодолев разделяющее нас расстояние, носком ботинка резко, с размаха, выбьет у меня из рук телефон, больно задев запястье и чуть было не заехав ногой в лицо.

— Я, по-моему, ясно сказал? НЕ НАДО! НИКУДА! ЗВОНИТЬ!

Я чуть было не задохнулась от обиды, страха и ярости вперемешку. Все мои благородные порывы помочь, спасти выживших, если таковые еще имелись, рассыпались прахом в то же мгновение.

Потерла занывшее запястье, ощутив, как под пальцами защипало в том месте, где содралась кожа.

— Я всего лишь хотела помочь. Но раз помощь не требуется, то и мое присутствие здесь лишнее. Поднялась с колен, обходя мужчину, взяла телефон, отметив новые трещины на экране, и направилась к своей машине.

Внутри меня боролись два чувства: с одной стороны, хотелось послать далеко и надолго этого мажора и пусть катится со всеми его проблемами, с другой — я понимала, что ему требуется помощь, он ранен, он чудом выжил в аварии и, возможно, у него просто шок, защитная реакция, вылившаяся таким образом в грубость.

— Злата! — остановил резкий окрик.

Я замерла на месте, спиной ощущая его ярость. Ноги перестали слушаться, отказываясь идти. Одно слово — всего лишь мое имя, даже не приказ, — но я покорно встала солдатиком, ожидая дальнейших действий и проклиная себя за бесхарактерность.

Сзади послышались тяжелые шаги.

— Служба спасения получила оповещение еще при взрыве, — более спокойным тоном продолжил Артур. — В этой аварии должны были погибнуть все. Если ты сейчас сделаешь звонок — засветишь и себя, и меня.

— Что значит "засветишь"? — бросила через плечо, едва повернув голову.

Мне не нравился его тон. Но еще больше — скрытый смысл последней фразы.

— Ты хочешь жить? — прошептал он почти над ухом, неожиданно оказавшись рядом, пуская рой мурашек по телу. Этот мужчина и злил, и пугал, и привлекал одновременно. — Нас обстреляли, а машину, в которой должен был ехать я, еще и взорвали. Это заказное убийство. Ты представляешь, что будет, если исполнители поймут, что не закончили дело?

— Вернутся, — на автомате выдала я.

— И уберут всех, включая случайных свидетелей. Тебя вычислят завтра же, сделай ты хоть один несчастный звонок. И тебя, и твою семью. Такие люди не любят оставлять долги. Ты понимаешь?

Я кивнула, все еще не поворачивая к нему головы. Ярость пошла на спад, уступая место осознанию происходящего и липкому ужасу, который, подобно невидимому пауку, ловко оплетал тело крепкими, тугими нитями. Пробирая до костей.

— У вас кровь. Вы ранены. Вам нужна медицинская помощь, — пытаясь проглотить вставший в горле ком, выдавила из себя.

— В первую очередь нам нужно поскорее убраться отсюда. Пока не нагрянули пожарные, скорая, полиция. Ты поможешь мне? — прозвучало таким тоном, что у меня сбилось дыхание, и теплая ладонь едва коснулась плеча, передавая смысл слов нежным прикосновением.

Это была не просьба и не приказ. Какое-то завуалированное обещание чуда в обмен на спасение.

Он не привык просить, но и командовать в этом положении тоже не решился. Видимо, понял, что сейчас нужно действовать совсем другими методами.

И у него получалось.

Артур с легкостью играл интонацией в голосе, обволакивая властной аурой, заставляя по собственной воле принять решение в его пользу.

— Поехали, — наконец тряхнула головой, скидывая морок. — Только я не знаю, куда вас везти.

Развернулась к нему лицом и ахнула, понимая, что все то время, пока я стояла и думала, Артур терял последние силы, исходил кровью и, превозмогая адскую боль, хватался за остатки угасающего сознания.

— О боже! — выпалила, тут же подставляя ему плечо и помогая дойти до машины.

Теперь мне не страшен был никакой туман. Я не знала, что буду делать с мужчиной дальше, не знала, как буду помогать. Меня гнала вперед лишь пульсирующая в висках мысль, что сейчас от моих действий зависит жизнь человека.

— В больницу? — бросила беглый взгляд в сторону Артура, отмечая, что он держится.

— Исключено! Рана не опасная. Пуля прошла навылет. Завтра купишь лекарства, какие скажу: бинты, повязки, антибиотики. Мне сейчас никак нельзя светиться.

— Завтра я работаю весь день, да и кто будет все это делать? Рану ведь промыть надо, обработать… — Он так выразительно посмотрел на меня, что сомнений не осталось. — Вы издеваетесь? Да мне от одного вида крови плохо станет!

— Злата, ни у тебя, ни у меня нет выбора, — устало усмехнулся мужчина, — лучше скажи: ты живешь одна?

— Нет.

— Замужем? Дети есть? — В его голосе прозвучала плохо скрываемая издевка.

— Вам не все ли равно? — огрызнулась в ответ. — Домой я вас не повезу, не переживайте.

Артур хмыкнул, дернув уголком губ, и замолчал, отвернувшись к окну. В машине повисло тяжелое молчание, словно я сказала что-то неприятное и подтвердила его тайные догадки.

— У нас бабушкин дом пустует. Это в двух километрах от моего поселка. Глухая деревня, где остались одни старики. Если вам нужно скрыться, можно пересидеть какое-то время там, — добавила миролюбиво.

— Сегодня ночью — придется. Но в деревне засветиться гораздо легче. Поэтому завтра ты снимешь квартиру в городе и мы с тобой переедем туда.

— Мы? — поперхнулась воздухом, представив на миг перспективу, но Артур прикрыл веки, откинувшись на подголовник, и всем своим видом дал понять, что вопрос уже решен.

— Послушайте, — я до боли в суставах сжала руль, — я не обязана вам помогать, черт возьми! Меня дома ждет маленький ребенок, и для меня важнее он, а не ваши капризы! Мне, по сути, плевать…

— Брат? — перебил Артур, открыв глаза.

— Вас это не касается!

— Ошибаешься, Злата. Если у тебя есть слабое место, то в первую очередь бить будут именно туда.

— Я не сделала ничего плохого!

— За добрые дела наказывают куда более изощреннее, — ухмыльнулся он, снова отворачиваясь к окну и погружаясь в свои мысли.

Ну и зачем мне нужны чужие проблемы, когда своих выше крыши?

Лента дороги убегала вперед, мелькая боковыми столбиками. Оставалась всего пара километров до нашего поселка, и я всерьез задумалась: стоит ли везти в дом раненого?

— Значит, нам надо распрощаться на этой дружественной ноте! Помогу завтра снять жилье, и на этом закончим.

— Не можешь дождаться, когда избавишься от меня? Я тебе настолько противен, что даже простая человеческая помощь в тягость? Напрягает?

Напрягает! Очень!

Только не в том смысле, как он вывернул. Мне не противно, мне…

Черт, это сложно!

Я думать рядом с этим мужчиной связно перестаю. Превращаюсь в какую-то желейную массу. Послушную марионетку!

Только вот вслух признаться в этом вряд ли решусь.

— Останови машину! — командным тоном отрезал Артур.

— Что? — очнулась, вырванная из тяжелых мыслей хлестким приказом.

— Останови, говорю!

Я сбросила скорость, притормаживая у обочины, чувствуя, что он снова начинает закипать.

Ну и что?

Ну и пусть!

Это по его вине я оказалась втянута в игры богатых на выживание!

— А теперь серьезно. Объясняю в последний раз, — меняя позу, поморщился Артур. Было видно, что малейшее движение причиняет ему боль. — Я могу прямо сейчас, прямо здесь выйти из машины и исчезнуть из твоей жизни. Я не сдохну. И не из таких передряг выпутывался. Думаешь, в меня первый раз стреляли? — Он вдохнул побольше воздуха, словно отгоняя старые воспоминания. — Ранение не смертельное. Выкарабкаюсь. Но рано или поздно те, кто пытался меня убрать, поймут, что промахнулись, что я жив, и начнут искать. А ищут такие люди очень хорошо, поверь! Им свидетели не нужны.

— На что ты намекаешь?

— Я не намекаю, я говорю прямо!

— Зачем им нужна я, если тебя рядом не будет? Зачем?!

— Ты меня не слышишь, — прошипел Артур, качая головой. — Или не хочешь слышать. Думаешь, будет проще, если избавишься от моего общества?

— Уверена! — выпалила я.

Меня действительно начинала подбешивать ответственность за чужие грехи, и я не сомневалась, что если сейчас наши пути разойдутся, то так будет лучше для обоих.

А еще меня дома ждал Сережа. И это волновало гораздо больше. Да почему я вообще должна помогать незнакомому мужику? Именно должна — и никак иначе, потому как Артур делает все, чтобы внушить мне это.

— Хорошо, — с толикой горького разочарования произнес мужчина, — я тебя понял. И все-таки, просто совет. На будущее. Смени место жительства и работу. Хотя бы на месяц. Исчезни, растворись, потеряйся для всех.

Артур выразительно посмотрел на меня, словно сканируя и пытаясь понять, прислушалась ли я к его словам, а после распахнул дверь и буквально вывалился из машины, едва удержавшись на ногах.

— Эй! Ты куда? — опешила я, но в ответ он лишь небрежно махнул здоровой рукой.

Давая понять, чтобы уезжала.

Телефон снова замигал, издав знакомые звуки.

— Да, Сережа! Уже почти доехала, не переживай.

Еще раз бросила взгляд вслед уходящей в темноту фигуре.

Я не обязана!

Не! Обязана!

И, пока моя совесть не успела проснуться, выжала сцепление, рванув вперед, оставляя где-то посреди пустынной дороги раненого человека.

Беспомощного. Одного. Без связи и в незнакомой местности.

Туман почти рассеялся, и теперь я летела на предельно допустимой скорости.

Не думать, Злата! Не корить себя!

А если вовремя не промыть рану? Если не остановить кровопотерю?

И куда он пойдет с огнестрелом, если ему в больницу нельзя?

А как на него отреагируют случайные встречные? Помогут? Или испугаются и бросят, как я?

А если он потеряет сознание? Я смогу себе простить, когда впоследствии узнаю, что Артур не выжил? Мог бы, но вовремя не получил помощь!

Ведь это равносильно убийству!

Какая же я все-таки тварь!

Боже!

Зажмурила на мгновение глаза, пытаясь заглушить внутренний голос. Впереди замаячили родные огни поселка. Скинула скорость, стараясь думать о брате и только о нем.

Сережа маленький, кроме меня о нем больше некому заботиться. А вот Артур взрослый человек.

И он сам сказал, что уже бывал в подобных ситуациях, значит, знает, что делать.

Только почему мне так плохо?!

На повороте, въезжая на круг, взгляд зацепился за незнакомый автомобиль, стоящий одиноко почти посредине улицы. Серый цвет и угловатые формы. Обычная иномарка, коих тысячи в городе, но я видела его где-то, раз он отпечатался в памяти.

Сознание царапнуло неприятное предчувствие опасности. Напряглась, вспоминая, откуда мне знаком этот седан.

И тут же перед глазами вспыхнул момент, когда три машины в тумане скрываются, обогнав меня, сворачивают в сторону нашего поселка и уходят на скорости вперед. А через небольшое время звучат выстрелы и два взрыва.

Это… они?

Меня будто холодным душем окатили.

Точно! Я не ошиблась! У меня хорошая зрительная память.

Их машина случайно остановилась в нашем поселке, ожидая чего-то? Или кого-то?

Или Артур был прав?

Но как они могли так быстро узнать?

А дома Сережа.

Один!

Дальше времени думать просто не было.