Глава 9

— Ты главное — молчи, — инструктирует меня Алиса, ведя по коридору второго этажа. — Я буду вести дипломатические переговоры, а ты просто кивай. Как собачка на панели моей машины. Видела? — смотрит на меня. Киваю. — Покажи.

— Алиса, иди в баню! — посылаю её шутливо.

— Как собачка, Катя! Как собачка, — повторяет, махая указательным пальцем перед собой. — Запомни и когда нужно, кивай. Я умею договариваться с папой.

— Рустама на тебя не хватает, — бросаю ей, тут же получив её колючий недовольный взгляд в ответ.

— А вот это было низко и подло. По больному бить… — тянет, поджав губы, но не выдержав, начинает смеяться.

В таком приподнятом настроении мы спускаемся на аудиенцию к главе семейства Лапиных. Алиска уже у охраны уточнила, где именно он находится, и мы выдвинулись. Завтракать и договариваться о планах на будущее во Франции.

Мне ещё стыдно то, что моё обучение во французском университете будет оплачивать компания Лапиных, но я готова отработать вложенные в меня деньги. Так даже лучше. Сразу после университета у меня будет работа.

По пути в столовую играем с подругой в толкушки бёдрами. Та, что врежется в стену, проиграет. Алиса пока выигрывает у меня, но я не сдаюсь и продолжаю атаковать. Но в момент, когда мы доходим до столовой, Алиса всё же одерживает победу, обыграв меня на один балл.

— О, Карим! — восклицает Алиса, первой войдя в столовую.

Я застываю, ещё не дойдя до двери. В голове проскальзывает желание тотчас развернуться и, мать его, сбежать. Но… заметив то, что не иду следом за Алисой, подруга возвращается и за руку затаскивает меня в комнату.

Игнорирует мои попытки сопротивляться и противостоять ей. Не понимает, что я не хочу туда идти. Упрямо настаивает на своём, вероятнее всего, решив, что я её отца испугалась, а не своего нового «папочку».

Ведёт меня до стола и насильно сажает на стул. Взглядом говорит: «Не дай бог, рыпнешься — придушу». Покорно опускаю руки и взгляд на свои колени.

Они сегодня непривычно красивые и интересные. Особенно, когда на них смотрю не только я.

Нас с новым отчимом разделяет всего один стул. На который, к счастью, садится моя Лиса и сама того не осознавая, создаёт необходимую мне сейчас защиту.

По другую сторону от меня сидит Рустам с ухмылкой на губах. Господин Лапин напротив. И все, кроме Алисы и её сводного брата, пугают меня не на шутку.

Бросаю взгляд на Рустама, и он мне подмигивает, послав и шутливый поцелуйчик. Отчего-то начинаю улыбаться ему.

— Котёнок, выше нос, — шепчет и тянет ко мне руку под столом. И я её принимаю. — Тебе будет вообще «кул», — уже на ухо, придвинувшись ближе. — Я тебя в обиду не дам. Как лев сражаться буду. Но у меня когтей нет. Рычать буду я, а царапаться ты. Ок?

Улыбнувшись, посылаю ему ответный шуточный поцелуй, почувствовав напряжение за столом. И исходит оно по другую сторону от меня.

И непонятно от Алисы или от Карима. От подруги скорее всего. Она вечно недовольна, когда с Рустамом кто-то заигрывает. А наши перешёптывания выглядят сейчас странно. И ведь не поймёт и не поверит, что Рустам меня поддержать хочет, зная, что рядом ненавистный мне отчим.

— Рустам, — обращается к сыну Лапин. — Не считаешь ли ты, что за столом не место для… лобызаний с… Катей? — оглядывает меня.

Но не как всегда. А уже как-то мягче и с интересом. Думает, что его пасынок увлёкся мной? Рассматривает во мне кандидата на его девушку или жену?

— Мы не лобызаемся, — спокойно отвечает ему Рустам. — Я поддерживаю свою подругу.

— Это теперь так называется… — тянет, скривив губы в сдержанной улыбке, а затем начинает улыбаться. — У нас, Карим, скажи, это раньше по-другому называлось. Проще.

— Катя, — одёргивает меня Алиса, заставляя отстраниться от её брата.

Ревнивая она всё же. Жутко ревнивая.

Все-таки от неё это напряжение исходило.

— Как собачка, — повторяю её слова и она, хихикнув, расслабляется, но я всё ещё чувствую какое-то напряжение за столом. И оно уже не от подруги.

— Папочка, — обращается она уже к своему отцу. — Я долго думала и оценивала своё будущее. И пришла к выводу, что мне нужно хорошее образование. Я хочу принять приглашение французов на обучение в их университете.

— Похвально! — тянет, кивая. — Я знал, что ты одумаешься и не станешь губить своё будущее.

— Но это не всё, — заговаривает, сложа руки домиком. — Уже на этапе обучения я приняла важное для нашей компании решение. Нам нужны молодые, перспективные, умные, и главное, преданные нам сотрудники! Такого сотрудника я вижу в своей подруге. И нет! Я не сужу предвзято! Моё решение принято холодным умом. Катя уже сейчас пишет рефераты, курсовые и делает переводы для старшекурсников. Подрабатывает иногда на деловых встречах устным переводчиком. Она крайне талантлива!

— Я слышал об этом, — господин Лапин растягивает слова. — Ты говорила. И не раз. К тому же мы как-то нанимали Катю для переговоров. Действительно, хороший кадр.

— Вот! — восклицает. — Я предлагаю вложиться в Катю и получить хорошего сотрудника. Как тебе идея?

Повисает долгая пауза. Господин Лапин задумчиво оглядывает меня. Да и все взгляды присутствующих направлены на меня.

— В общем, я хочу взять Катю с собой, — не выдерживает Алиса. — Я одна не смогу во Франции. А сама оплатить она французский универ не сможет. Но она готова потом отработать эти деньги у нас в компании. И даже после остаться! Пожалуйста. Пап, ну мне с ней в будущем работать даже проще будет, потому что доверяю я ей.

— Я сам могу оплатить обучение Кати, — сквозь зубы произносит Карим, не глядя ни на меня, ни на Алису. Смотрит перед собой. — Почему мне не сказала о том, что тебе нужны деньги на обучение? Матери? А, Ка-а-т-я? — растягивает моё имя.

— Подачки не нужны, — цежу. — А у Лапиных я всё и правда отработаю. А вы, Карим, не раскидывайтесь деньгами. Говорила же, примета плохая.

— Кать? Это когда он тебе деньги давал? И за что? — удивлённо интересуется подруга. — Только не говори, что хотел её нанять, чтобы она тебе информацию про нас с Рустамом сливала. Надеюсь, ты швырнула ему деньги в лицо?

Смущённо отвожу взгляд и упираюсь в сочувственный взгляд Рустама. Кажется, он понимает всё иначе.

— Карим, сложно тебе с ней будет. Она вредная и противная до жути, — описывает меня дяде, ловя мой шокированный взгляд. Он же ведь мой друг, но… на его стороне. На стороне своего дяди, а чего я хотела. — К ней подход нужен. И не деньгами. Котёнок ещё в принцесс верит. И рыцарей на белом коне. Я вон её защитил тогда и теперь я для неё самый настоящий рыцарь. А ты… ну ноунейм пока. И она тебя ненавидит. Жутко ненавидит.

— А ты в курсе всего? Да? — ядовито интересуется Карим, сжимая руки в кулаки.

— Да, — кивает Рустам дяде с вызовом. — Она от меня и своих подруг секретов не имеет.

Ловлю взгляд отчима и еле заметно мотаю головой, говоря, что о главном они не знают и переживать за свою репутацию ему не надо.

Я не гадина. И с таким играть не буду.

— Я немного не поняла! Что здесь происходит?! — вмешивается подруга недовольно.

— Алиса, в общем, познакомься, — решительно заговариваю. — Это Карим — мой отчим. Муж моей мамы. Я сама только недавно узнала. Не говорила почему? Просто не хотела…

— Тот говнюк? — шокировано оборачивается на Карима. — Ого! А я была лучшего мнения о тебе, дядя… Хотя ты на дне рождения моё мнение о себе подорвал, — поворачивается ко мне. — Ты же говорила, что его Камиль зовут. Вроде бы… И у тебя было время мне сказать, но с этим мы позже разберёмся и проведём… очную ставку, — сощуривается, не обещая ничего хорошего. — Камиль или Карим?

— Не считала нужным запоминать имя, — бурчу и шёпотом добавляю: — А зря.

— Получается, его жена… твоя мама? — продолжает логическую цепочку Алиса. — М-да уж, Карим. Жену ты себе не ахти выбрал. Кукушка та ещё! Бросила дочь, чтобы под богатого мужа лечь… М-да уж… Я крайне разочарована!

— Алиса! — восклицает Лапин.

— Не-е, пап, здесь молчать не буду. Всё выскажу! И Кариму и его жёнушке! За каждую слезинку, пролитую моей подругой, заплатят! Обещаю! Я ведь ждала этого дня, когда её мать и отчим приедут, чтобы по их душу киллера нанять! Ты хоть представляешь каково маленькой девочке одной? С дедушкой, конечно. Но она одна! Ребёнок! Хорошо, что у неё я была!

— Мальчики, — слышу голос мамы за спиной. — О-о-о, вы уже себе дам нашли, пока мы с Даной прогуливались.

Оборачиваюсь и посылаю маме натянутую улыбку, оценивая её наряд. Словно ворона или цыганка золотые кольца на почти все пальцы нацепила. На этом фоне даже элегантное, явно брендовое платье выглядит дёшево. Цепочки, серьги…

Нет. Не мой стиль и никогда такое мне не понравится.

— Катюша! Вот так встреча! — восклицает она, заметив меня.

— Мать твоя? — зло пыхтя, интересуется у меня Алиса и я киваю ей, отвернувшись обратно к столу.

Сейчас мне плевать на маму и отчима. Главное, получить согласие Лапина на то, что они вложатся в меня, и я уеду из этого дурдома. И дедушку заберу с собой.

— А ты, красавица, кто у нас? — щебечет моя мама. — Алиса, если не ошибаюсь? Сестра Рустамчика. Так ведь?

— Рустамчика, — передразнивает её подруга, скривившись. — Рустам! Он вам не молодой юнец или мальчик пяти лет. Рустам! Мужчина! Рустам! И никак иначе!

Оборачиваюсь обратно, чтобы увидеть лицо мамы, когда ей смели дерзить. Не стерпит.

Но первый взгляд цепляется за Дану, которая, видно по ней, поддерживает позицию падчерицы, но ничего не говорит женщине, которая коверкает имя её взрослого сына.

— Эмм…

— И эмм-кать не надо! Не на базаре, — вновь злится Алиса на мою маму. Кажется, что ещё секунда и она выцарапает ей глаза или сожжёт к чертям.

Слышу, как с краю тихо хохочет Рустам, но ему явно нравится то, что впервые злость его сводной сестры направлена не на него.

— А ты чего мне дерзишь? — заговаривает мама, поджав губы. — Некрасиво это! Я старше тебя и меня уважать надо.

— Некрасиво сбегать, оставляя малолетнюю дочь на собственного отца! — негодующе вскрикивает младшая Лапина в лице моей подруги. — Мама учила меня общаться с людьми так, как они того заслуживают. И вы не заслуживаете моего уважения и вежливости. Для меня вы мусор под ногами, но к нему я вежливости больше проявляю.

По странному обстоятельству отец Алисы молчит, не пресекая дочь. Не одёргивая. Даёт высказаться и, кажется, поддерживает её.

Оглядевшись вокруг, мама останавливается на Кариме. И кажется, её мужу не нравится то, что сейчас открывается правда какие они «прекрасные». Правду перед теми, кто дорог Кариму.

Испугавшись выражения лица своего мужа, мама быстро решает перекрутить всю ситуацию в свою сторону.

И этого я ей не прощу.

— Катя, ты что… ей всё рассказала? — с придыханием и почти плача говорит мама, смотря на меня. Мне в глаза смотря и играя роль жертвы. — Ещё и соврала?

— Я вру?! — вскакиваю, оскорблённая её словами. — Я не вру. Но не хочу выяснять отношения при всех. Я, пожалуй, пойду. Алиса, встретимся завтра в универе. Рустам, ты не мог бы меня проводить?

— Нет! — подруга вскакивает вслед за мной. — Пусть эта уходит, а ты важный человек в нашей семье! Да, пап? Рустам? Диана? — смотрит на родных, а после оборачивается к Кариму. — И если ради подруги мне придётся отказаться и от тебя, то я готова.

— Ольга — жена моего брата, поэтому… я воздержусь, — заговаривает Дана, держа спину ровно.

Но по её лицу видно, что она разрывается между братом и падчерицей.

Сочувствую ей.

И ненавижу себя за то, что из-за меня это началось. Из-за меня мать Рустама перед выбором.

Лучше бы я молчала и никогда никому не показывала своих слёз из-за матери и отчима.

— Пап?

— Я не лезу в чужие семьи, — заговаривает господин Лапин. — Но если вы, Ольга, и правда бросили свою дочь… то уважения в моей семье вы и не получите! Я приверженец семейных ценностей и не понимаю, как можно бросить своего ребёнка.

— Карим… Катя! — восклицает мама, с жалостью посмотрев на нас.

Ждёт поддержки от меня, но я не намерена её давать ей. Не после того, как она обвинила меня во лжи, дабы спасти себя и своего муженька.

— Не надо этих жалобных мордашек! — вступается Алиса. — Надо было делать эти жалобные мордашки, когда Катя просила вас приехать навестить её или хотя б на каникулы её к себе забрать! Ей нужна была мать! А вы променяли дочь на… х… прости, пап! — зло выпаливает тяжело дыша. Оборачивается к своему дяде. — А ты, Карим? Ты ведь нормальный мужчина! Не мог позаботиться о ребёнке? О маленькой… куколке? Ты же часто у нас бывал. Мог бы поехать и разок взять Катю с собой! Поверь, много она не ест, и затрат у тебя бы совсем не было! Она у дедушки лишний раз стесняется денег взять, а у тебя и подавно не взяла бы! Вы вдвоём со своей женой эгоисты, из-за которых пострадала психика ребёнка! Хорошей девочки, о которой мечтают другие родители. Хорошо, что у неё дед отличный и не дал ей пойти по кривой дорожке! ОН, — выделяет это слово. — воспитал Катю такой. Самой лучшей из тех, кого я знаю! А вы её ломали на протяжении долгих лет!

Подруга начинает меня обнимать, а я плачу, потому что, чёрт возьми, приятно! Приятно, что за меня она вступилась и высказала им всё.

Возможно, со стороны кажется, что она грубиянка, но на самом деле она свободна. И свою свободу проявляет в прямолинейности. Не боится сказать кому-то плохое слово. Не боится расправы и осуждения. И отец её в этом поддерживает.

— Я не знаю, что там происходило между Каримом и Ольгой, но я согласен с каждой фразой Алисы, — заговаривает Рустам, встав и заключив нас двоих в объятия. — Катя, моё предложение в силе, — шепчет, а затем громче добавляет, чтобы все услышали. — С этой кукушкой тебе и правда делать нечего. Ещё этой меркантильностью заразишься! А мои девочки такими быть не могут.

— Рустам! — одёргивает сына Дана.

— Да, мама! — кивает. — Возможно, кое-где Катя ошибается, не зная всей правды, но сути это не меняет. Ольга вышла замуж за Карима из-за денег и на дочь ей было плевать. А дядя даже не попытался узнать свою падчерицу. И это очень странно и непохоже на него, — высвобождает нас из своих объятий. — Вспомни себя, когда ты за Лапина выходила. Сразу обо мне рассказала и поставила ему условие: либо он женится на тебе и принимает меня в вашу семью, либо вы расходитесь. Так поступает женщина и мать… — хмыкает и берёт нас с Алисой за руки. — Пойдёмте, девчонки. Вам умыться надо.

— Ольга, мы можем выйти? — звучит строгий голос Карима, и мама испуганно вздрагивает.