Глава 4

— Рустам! — восклицает папа, сверля братца взглядом. — Что ты несёшь?! Ты хоть на минуточку представляешь, что мне говоришь? Что ты с моей дочерью спал! Под моим носом… к моей дочери в постель полез!

— Бать, — Рустам вздыхает. — Повторю: Алиса — большая девочка. Рано или поздно она бы с кем-то завела отношения и… кхм… разделила бы постель. Так чем я хуже непонятного мужика? Меня ты знаешь и понимаешь, чего от меня ожидать. Знаешь, что и обеспечить могу! И женюсь! И парень я толковый!

— Ты! Мой! Сын! Она! Моя! Дочь! — орёт отец, схватив Рустама за грудки. — Ты это понимаешь?!

— Олег! — вскрикивает Дана, но из-за Матвея на своих руках не может встать и помочь сыну. — Не трогай его! Прошу! Ради меня! Не трожь!

— Понимаю, отец! — уверенно отвечает ему братец, с вызовом смотря в глаза. — Но и ты пойми меня. Нас с Алисой. Чего сейчас зря кричать друг на друга и нервы тратить? У нас сын и его обратно не засунешь. Время назад не воротишь. Трудно, но нужно принять факт того, что у нас с Алисой отношения. И что у тебя внук теперь.

— Балбес, — вздыхает папа и отпускает Рустама. Отворачивается и ловит взгляд Карима. О чём-то молча его спрашивает, слушает такой же молчаливый ответ мужчины, а затем уже спокойнее поворачивается к нам. — Ясно всё с вами. Но могли сказать и раньше. Не убил бы. Да, скандала не избежали бы, но… по крайней мере, я бы не чувствовал себя сейчас идиотом! У меня внук! Взрослый внук!

— Он ещё малыш, — врываюсь в его нотации, неуверенно шепча. — Всего полгода.

— Я бы предпочёл воспитывать и заботиться о своём внуке с рождения, а ещё лучше с момента, когда ты узнала о беременности.

— Так вышло, пап. Я тебе уже всё объяснила, — виновато опускаю голову.

— Всё с вами ясно, голубки, — оглядывает нас с братцем по очереди. — Никуда ехать не надо. Будете на втором этаже жить. Чтобы я мог следить за тем, чтобы ещё глупостей не натворили! Безобразники! Чтобы под контролем были!

— Следить за нами? — переспрашиваю, ошарашенная его словами. Он что думает, что мы дети, за которыми следить надо? Чтобы глупостей не натворили? И всё было, как он хочет? — Не надо за нами следить. Мы, как и сказал Рустам, к нему поедем, — произношу. — Большие детки, и мы сами со своей жизнью разберёмся.

Развернувшись к нему спиной, иду к Дане. Забираю у неё Матвея, параллельно замечая странный взгляд, каким мачеха смотрит на меня.

Не то интерес, не то волнение.

Игнорирую её поведение и вместе с сыном поднимаюсь на второй этаж. Там одеваю Матвея обратно в комбинезон, быстро сама одеваюсь и спускаюсь к своей семье и заботливому «папочке» моего сына.

— Мы готовы, — объявляю Рустаму, подойдя к нему.

И этот паразит забирает у меня сына из рук, хоть я сопротивляюсь ему и его действиям. Лыбится и берёт Матвея в свои руки. Заботливо так, нежно, словно и правда, папочка внимательный.

Аж на душе сладко становится. И одновременно грустно, что не он отец Матвея. Ему бы пошло.

— Всего доброго! — кидает Рустам нашим родителям и выходит из дома. Я следом, как и Катя с Каримом, которые тоже одеться успели, пока я с Матвеем возилась.

Усадив Матвея в кресло, братец вежливо открывает дверь и для меня, и лишь затем садится сам.

— Отвези меня к Кате и Кариму. У них поживу, пока квартиру не сниму, — прошу братца, когда он садится за руль. Его руки застывают над рулём, будто не этого он сейчас от меня ожидал.

— Может, всё же ко мне? У меня чисто, аккуратно и комната для вас будет. И… жить можете сколько хотите. Я могу вообще в клуб съехать. Я и так там почти двадцать четыре на семь.

— Нет, — мотаю головой. — Спасибо, но всё же нет. Пора уже, и правда, взрослой становиться. Я переводчиком устроюсь и от Карима с Катей тоже съеду. Просто папа… Он никогда не прекратит во мне ребёнка видеть, если продолжу на ваших шеях сидеть. Он не верит в меня. Даже когда у меня Матвей на руках.

— Для родителей мы всегда дети, Лисёнок.

— Обидно это… Оскорбления, слежка.

— Не переживай. Мама вечером с ним поговорит, и он всё поймёт. Просто подожди. У него сейчас шок.

— Ага, — киваю и дальше занимаюсь сыном, стараясь уложить его спать. И мне это удаётся очень быстро.

Не став протестовать, Рустам отвозит нас в дом своего дяди и моей лучшей подруги. Там мне выделяют одну из гостевых комнат. Большую и светлую.

Катя просит мужа перетащить в эту комнату вторую кроватку их дочери. Одна кроватка у них всегда в детской, а вторая в их с мужем спальне, чтобы не таскать вечно её из комнаты в комнату.

Удобно и сейчас нам пригодилось.

— Надеюсь, вам будет здесь комфортно, — мнётся Катя. — Если что-то ещё надо… то просто скажи и…

— Успокойся, — прерываю подругу. — Всё отлично! Вы очень меня выручаете с Каримом. И за кроватку спасибо!

— Ага! Рустам с Каримом кое-как её в этот дверной проём протиснули, — смеётся Катя. — Редко можно услышать, как Карим нервничает.

— А где… они?

— Рустам уже уезжает, — подруга пожимает плечами. — Карим проводить его пошёл.

— Уезжает? — тяну, вскочив с кровати, где с сыном лежала. — Кать, посиди с Матвеем! Мне надо к Рустаму! — и вручив ей соску сына, срываюсь бежать к машине братца.

Только бы успеть!

*История Карима и Кати в книге "Ребенок от отчима" Смотрите в профиле автора!*

— Рустам! — окликаю братца ровно в тот момент, когда он садится в свою новую машину. Но услышав мой голос, останавливается.

Бегу к нему, чувствуя, что если он сейчас уедет, то я упущу что-то важное. Не понимаю, что, но это очень важно.

— Да не беги! — кричит он мне в ответ, стоя у открытой машины. — Жду тебя, — произносит, улыбнувшись нежно, оценивающе оглядев.

Вмиг становится стыдно, что не смогла после беременности лишние три килограмма скинуть, которые в области живота поселились.

— Спасибо, — добегаю до него, опустив взгляд на свой свитер. Вроде бы животик не очень заметен. — Нам поговорить надо, Рустам, — решительно заявляю, поднимая взгляд.

Да, не идеальна я! Но и не должна быть идеальной для него!

— Говори.

— Спасибо за то, что помог мне с папой, Рустам, — искренне благодарю. — Я забыла тебя поблагодарить сразу в машине. Это было очень мило с твоей стороны и прям… прям на тебя не похоже. Удивил, братец!

— Моя миссия на этой земле — удивлять тебя! — шутливо произносит.

— Ха! Смешно.

— Не расскажешь, кто на самом деле отец Матвея? — задаёт вопрос в тот момент, когда я уже хочу попрощаться. — Я понял, что ты не хочешь, чтобы отец знал, но всё же… Я должен знать, кто отец моего сына.

— Ты? — предлагаю, натянув улыбку.

Авось прокатит?

— По срокам не сходится, — щёлкает меня по носу в прямом и переносном смысле. — Ты его за… сделала через несколько недель после нашей близости. Я умею считать, Лисёнок.

«Как бы не так, братец», — мысленно вздыхаю. Матвей у меня родился не как у нормальных людей в положенный срок, а на сорок третьей неделе. Поздно, но врачи сказали, что особых причин для паники нет. Поэтому я не переживала и спокойно свой срок дохаживала. А потом его величество соизволило появиться на свет.

— Ладно, — вздыхаю и решаю, что раз уж он помог и скоро все всё узнают, то можно, наконец, поведать правду. — Я тебе расскажу, но обещай отцу ничего не говорить. Пока не говорить.

— Я уже официально отец твоего ребёнка. Ты думаешь, мне нужен конкурент?

— Ты понравился Матвею, — оповещаю «папашку» и, обойдя его машину, сажусь на пассажирское сиденье.

— Он мне тоже. Смешной малой, — отвечает Рустам, улыбнувшись и тоже сев в автомобиль.

— В общем… — заговариваю, не зная с чего начать. — За день до своего дня рождения я с друзьями в твоём клубе отдыхала. Там был парень, с которым я планировала начать отношения. Эрик.

— Ты с ним переспала и он тебя бросил? Имя? Фамилия? И что ты хочешь видеть на его надгробии? — вежливо интересуется он.

— Рустам! — недовольно восклицаю и продолжаю рассказ. — Я что-то выпила и меня унесло немного. Танцевала-танцевала и мне в голову пришла идея переспать с ним. Ну я и переспала… Он пошёл в сторону комнаток для уединения. Я через время за ним. Зашла в комнату и… там было темно. Я слепая. И я переспала с мужчиной. Утром проснулась одна. Позвонила Эрику, а он… он уехал из клуба ещё до того, как я пошла в сторону комнаток. И я не с Эриком переспала, а с… с кем-то, — неловко заканчиваю.

— Ты переспала с мужиком и не знаешь кто он? — подозрительно косится в мою сторону.

— Ага, — киваю. — Я с ним переспала первый раз, а на следующий день с тобой. Больше у меня никогда никого не было. Ни до, ни после.

— Ты уверена?

— Да! И по срокам сходится. Матвей у меня переношенный. Помнишь, я к тебе как-то подошла и спросила, предохранялись ли мы. Ты сказал, что да. Поэтому отец моего сына — непонятный мужик, который бросил меня на утро одну. Весело… однако.

— Алиса, твою мать!

— Так вышло! — скрещиваю руки на груди, защищаясь от его осуждения. — И я рада! Потому что теперь у меня есть Матвей! И если бы мне предоставили шанс всё исправить — я бы сделала то же самое. Я рада сыну!

— Это было в моём клубе?

— Да.

— Почему не подошла и не попросила запись? — раздражённо интересуется. — Мы бы его в два счета вычислили.

— Ну… мы же не ладим и… — мнусь, не зная, как ему всё объяснить.

— Алиса, млять, ты совсем?! — кричит на меня, как недавно отец. — Быть может, у нас с тобой и не очень мирные отношения, но думаешь, я бы не помог? Бесить и раздражать тебя мне нравится, но большую часть времени я тебя от мудаков оберегаю и помогаю во всём. Ты не заметила?

— От одного не уберёг, — бурчу, чувствуя свою вину и безответственность.

— М-да… Алиса, ты меня удивляешь!

— Ты не скажешь папе? — поднимаю на него наивный взгляд из-под ресниц. — Пусть вначале Матвея примет, а потом я ему признаюсь. Не хочу, чтобы на Матвее было клеймо — непонятно чей сын. Он мой и всё!

— Пока, и правда, не стоит, — соглашается со мной. — Пусть для матери и отца Матвей так и будет моим. Мне несложно побыть папочкой. Свои у меня нескоро появятся. Что же делать? Хмм… — задумчиво тянет. — Так, завтра я заеду за тобой и поедем в клуб. Может быть, сохранились записи с того дня. По идее, их два года хранят, так что шанс есть.

— А… — хочу возразить и сказать, что помощь не нужна. Но мой брат очень изменился за этот год. Стал танком, который прёт напролом.

— Матвея, наверное, с Катей оставь, — не даёт и слова мне сказать Рустам. — Ничего ребёнку в клубе делать, где инфекции больше, чем у тебя волос между бровями.

— Рустам! — восклицаю и тяну руку к межбровью. Ничего там нет. И никогда не было!

Дурак! Опять за своё!

— Шучу, Лис! — хохочет братец. — С возвращением домой, Лисёнок! Я скучал!

— Не поверишь, но я тоже, — вздыхаю и расслабляюсь в кресле. — Пожалуй, я пойду к Матвею. Спасибо за помощь ещё раз. Завтра буду ждать тебя, если не передумаешь.

— Не передумаю. Я позвоню, — обещает, и я поддаюсь непонятному порыву.

Быстро впечатываюсь губами в колючую щёку и выбегаю из машины, пока он не понял, что произошло.

Бегу к дому Карима и Кати. Забегаю внутрь и спешно закрываю дверь, по которой после сползаю на пол от понимания, что поцеловала… своего… сводного братца!

В щёку!

Но я его поцеловала!

Сама!

Поцеловала ненавистного засранца!

Кажется, беременность меня изменила.

Но он помощь предложил и до этого помог.

Это просто благодарность! Ничего больше!

Да! Так и есть!