Глава 5

Пробуждение оказывается чересчур резким и неприятным. Меня встряхивает в кресле, потом еще раз. Осматриваюсь по сторонам, пытаясь совладать с паникой, а потом принимаюсь успокаивать расплакавшегося от страха Колю. Знаю, что Машенька позади меня под надежным присмотром Димы. И даже слышу, как он шепчет ей что-то ласково.

Еще одна встряска — и волна женских вскриков.

Воздушные ямы? Или нечто серьезнее?

Подлая фантазия незамедлительно подсовывает измученному разуму самые страшные картинки. Хочу отогнать их прочь, но не получается. Потому что ощущаю очередной толчок, и подлетаю, едва сдерживаемая ремнями безопасности.

Но запрещаю себе расклеиваться. Вместо этого перевожу все свое внимание на хныкающего Колю. Он мяукает, словно котенок, а у меня сердце разрывается, потому что сама не знаю, что нас ждет в эту роковую ночь.

Лучше бы Диму послушала. Сидели бы сейчас дома. В безопасности.

На секунду оглядываюсь на мужа, который вовсю отвлекает Машеньку. Словно почувствовав меня, поднимает голову и перехватывает мой жалобный взгляд. Ощущаю, как по щекам стекают тонкие ручейки слез.

— Так, сырость не разводи, — строго отчитывает Дима, хотя сам волнуется не меньше. — Нормально все. Воздушные ямы, — заставляет себя улыбнуться. — Ну что ты как маленькая, котенок.

И вновь нас встряхивает. Всхлипываю и поворачиваюсь к сыну, придерживая его в кресле.

— Так, я пойду выясню, какого черта происходит, — подрывается с места Макс, муж Карины.

Игнорируя слабые протесты жены, направляется к кабине пилота, покачиваясь на ходу от непрекращающихся встрясок. Возвращается Макс буквально через пару минут, явно взволнованный. Натянуто улыбается и нарочито ровным тоном произносит:

— Ничего страшного. Непогода разыгралась. Пилот принял решение совершить экстренную посадку.

В салоне мгновенно поднимается гул, в основном из женских голосов, который Максимилиан прекращает одним поднятием ладони и коротким: «без паники!». Поспешно занимает свое место, а заодно проверяет ремни безопасности на детях.

— Макс, что случилось? — взволнованно переспрашивает Карина.

— Я все сказал, дьяволенок, — отмахивается небрежно, чтобы скрыть собственное беспокойство.

— Я же вижу! — шепчет, но достаточно громко, поэтому я все слышу.

Макс вместо ответа целует жену в висок, а сам как бы между прочим дергает за ее ремни, проверяя, хорошо ли держат. Убедившись в безопасности близких, мельком обводит взглядом остальных.

— Все пристегнуты? — рявкает грубо, явно сорвавшись. — Судя по всему, нас еще помотает…

Стоит ему произнести последнюю фразу, как авиалайнер встряхивает не на шутку. А дальше — холодящее кровь ощущение свободного падения.