27. Прошлая глава: Прощание до прощания
Рихтер все еще разговаривал с Ларисой Сергеевной, она как бы невзначай выставляла ногу, от чего разрез на платье щедро демонстрировал прелести женщины. Лицо ректора было непроницаемым.
Тут что-то упало рядом с Мирой, она оглянулась – старушка, что сидела на голубом диване у стены, задремала и выронила ридикюль. Девушка подняла его и отдала проснувшейся соне.
- Ой, спасибо, дорогая, - запричитала старушка в черном с блёстками платье. У нее были зеленые выцветающие глаза, абсолютно седая голова, - я немного притомилась ждать, когда все делегации прибудут. Как всегда московские опаздывают, видимо, до них бумаги как обычно медленнее всех доходят.
Она рассмеялась. Мира поняла, что не может определить ее возраст. Если бы волосы не были белыми, то можно было бы дать ей лет пятьдесят. Но с такой же уверенностью можно было сказать, что ей сильно за восемьдесят, просто она очень следит за собой. На лице было не так уж и много морщин, да и руки ухоженные, с красивым маникюром.
- А ты откуда? – спросила старушка.
- Из Глазовской Академии магии, - Мира присела на диванчик рядом с собеседницей.
- Рихтер, значит, у тебя ректор. Хороший маг, - старушка достала портсигар, из него вынула мундштук и сигарету, закурила. Мира уловила приятный ментоловый запах. – Не смотри на меня так. У ворчливых старушек могут быть свои маленькие радости, чтобы оставаться добрыми. Да и мозги с таким увлечением, - она указала на сигарету, - гораздо медленнее высыхают.
Старушка продолжала сосредоточенно курить, а Мира наблюдала за тем, как люди прогуливались по залу, переговаривались и заводили знакомства. Поражала пестрота этой массы, хотя мантии были выдержаны в темных, предельно сдержанных тонах.
Хорошо, что первое платье Миры было испорчено, слишком много оно открывало из того, что должно быть скрыто от взглядов посторонних людей. Так и сейчас, некоторые девушки были в предельно откровенных нарядах, сверкали предельно совершенными формами идеальных тел – маги все-таки. Вот и Лариса Сергеевна надеялась, что Рихтер бросится к ее ногам при виде ее в головокружительном платье. Но ректор иногда поглядывал на Миру и на соблазнительность собеседницы реагировал так, славно они были на совещании в Министерстве.
- А чего это Лариска ценник на себя не навесила? – старушка тоже смотрела на этих двоих, а Мира была взбудоражена этим вопросом. – Так бы быстрее нашла для себя мецената. А Андрюша мальчик умный, он скорее себе найдет хорошенькую талантливую студентку и влюбится в нее без памяти. Ты как думаешь? – старушка смотрела на девушку, не мигая.
- Не знаю, - ответила Мира, проверила экран – на месте. Откуда тогда старушка знает? Догадалась? Как? Они себя выдали? Как?
- А вы учили Андрей Вильгельмовича? – вместо этого спросила студентка.
- Ага, я его куратором была. Интересно было времечко, - старушка сделала затяжку и выпустила большой клубок сладкого дыма. Сидела так какое-то время, молчала. – А силы у тебя будь здоров, способности хорошие, пусть тебя Андрюша и дальше прячет. И глаза у тебя знакомые. Был у меня студент, так у него такие же глаза были. Как же его звали? Тоже способный был, мог бы и магериком стать со временем. Так как же его звали? Ураниил, кажется, но мы его звали по-нашему Юрой. Юра Измайлов, а потом фамилию жены Люды взял и стал Юра Иванов.
Мира перестала слышать и видеть, что происходило в зале, сейчас во всем мире была только эта незнакомая старушка.
- Был у него еще друг Иван Хрусталев. Не разлей вода, была парочка, но чуть не рассорились из-за любви. Людочка тогда у нас в Замоскворечном институте магии участвовала в исследовании как прямой потомок первых людей, которых «позвал» Источник магии. Они тогда в нее и влюбились, но договорились, что, пусть она сама выберет, а другой мешать счастью друзей не будет. Как они красиво ухаживали! А Людочка выбрала Юру, между ними сразу искра вспыхнула, а потом и разгорелось пламя, - старушка с ног до головы осмотрела Миру. - Иван их счастью завидовал, но виду не подавал, а я все чувствовала. Однажды Иван даже пытался их рассорить, но не получилась, они поженились, когда Юра институт закончил.
- А вы их после института не видели?
- От чего же? Видела. В Предгорье. Я там домик снимала на лето, пошла прогуляться к реке, а там Юра и Иван стоят. Оба изменились, Юра сильнее стал, а Иван как будто устал от жизни. Через несколько дней та трагедия произошла на вокзале. Говорили, что через полгода после этого Юра умер в пожаре со всей семьей, но его одного, без семьи, лет десять назад я видела в Калининграде. А Людочки уже нет с нами? Как печально.
- Да, мама умерла несколько лет назад, - проговорила Мира. Какой смысл пытаться лгать этой старушке, если она всех и все видит насквозь. – А что папа делал в Калининграде?
- Откуда же я знаю? Твой отец маг умный и скрытный, даже мне с трудом удавалось его читать. Не то, что тебя, хотя экран ты хорошо держишь, - вдруг старушка села прямее, приосанилась. – А, Андрюша! Добрый вечер! А я вот с твоей студенткой общаюсь о разном, интересном.
- Добрый вечер, Эльза Дмитриевна! Как поживаете? – Рихтер поцеловал ее руку, старушка отреагировала на это с королевской невозмутимостью, как на само собой разумеющееся.
Между тем Мира чувствовала, как сплетается заклинание-кокон, которое отделает их троих от всего остального зала и не позволяет другим услышать их разговор.
- Андрюша, если бы ты был постарше, то я позволила бы тебе поухаживать за мной, но сейчас, увы, у тебя не шансов. Студентка у тебя хорошая, сидит и выслушивает старушечьи бредни. Так что, мои хорошие, вы все время обучения будете скрываться?
Рихтер кинул. Девушка находилась в возбужденном состоянии, поэтому мысли не хотели слушаться, думалось о том, как и где искать следы отца на в Калининграде. Как много на это уйдет времени? Начать можно уже этим летом, попросить Андрея о помощи. Или Следа.
- Тоже неплохо, - продолжали старушка, - а ты еще и ее куратор. Ну, братцы-кролики. А кандидатов в магерики у тебя в Академии больше нет?
- Нет, - ответил Андрей с улыбкой.
- Тогда, да, так лучше. И мага сильного вырастишь и жену себе воспитаешь.
Какая еще жена? Мира слушала и поражалась, откуда старушка все обо всем знает.
- Эльза Дмитриевна, а вы так и не желаете поработать в Глазовской академии магии? У нас все еще вакантна ставка библиотекаря.
- Андрюша мне каждый год мне ее предлагает, - улыбнулась старушка, пихнув Миру в бок. Потом обратилась к Рихтеру, - из-за студентки своей переживаешь?
- Из-за Мирославы, - ректор кивнул.
- Очень тебе это имя идет, - снова пихнула старушка девушку. – Андрюша, я ведь уже старая. Но девочка-то сильная. Предлагаешь мне еще одного магерика выпестовать?
- Да, прошу вас о помощи в обучении талантливой студентки.
- Подумаю над своим предложением, - Эльза Дмитриевна обратилась к Мире. – Не могу ему отказать, в моей коллекции он настоящий бриллиант.
- Коллекции магериков? – уточнила Мира.
- Ага, - старушка снова затянула сигарету, - приходит ко мне однажды красивый молодой студент и просит стать его куратором. А я тогда уже не преподавала, так, в лаборатории бумажки перекладывала. Пришел и ведь не уходит. И щит такой хороший сплел, даже с первого раза не поняла. Мирослава уже тест в Министерстве проходила?
- Да, - подтвердил Рихтер, - и благополучно его завалила.
- Ну, это ваше дело. Кто знает, каково ей было бы учиться в магическом институте при Министерстве.
- Плохо было бы, - с нажимом сказал он, его желваки сильно проступили.
- Мне нравится в Глазове, я тут почти всю жизнь живу, - попыталась разрядить обстановку Мира.
- Да, да, да, но вы все равно проведите тест на способности. Может быть, что Мирослава не магерик, а просто сильный маг, - посоветовала Эльза Дмитриевна.
- Двери обсерватории были открыты перед Мирой, к тому же Проводник звезд сам вышел с ней познакомиться, - Рихтер был хмур.
- Андрюша, это может быть проявлением способности к астрономии, ко взаимодействию со сложными сущностями, - тон общения Эльзы Дмитриевны стал назидательным.
- Для нас это было бы предпочтительнее.
- Это для тебя так было бы лучше, ты ее готов от всего мира спрятать. А девочка? Маги с ее силой могут принести очень много пользы людям, - разговор внезапно затих. Старушка курила очередную сигарету, Рихтер стоял сам не свой, что-то внимательно рассматривал на полу, Мира и хотела бы прервать молчание, но не знала, чего бы такое просить. Всех спасла Эльза Дмитриевна – Мирослава, что ты знаешь о своих родителях?
- О моих маме и папе, похоже, вы знаете больше, чем я сама. До семи лет я себя не помнила, помогли в Академии. Потом Сергей Иванович Новокшенов снял с меня «личину безличия», в своих глазах я узнала глаза папы.
- Да, такие глаза – это наследственная черта. А бабушки-дедушки? Что о них помнишь?
- Тоже ничего не знаю, только вспомнила, что у одной из бабушек был домик в деревне.
- Мирослава, за тобой тянется магический шлейф, значит, твои предки с обеих сторон имели магические способности. Мама твоя умерла, а отец жив. Больше пока ничего не вижу.
- Почему я не знал, что вы видящая, Эльза Дмитриевна? – Андрей улыбался.
- Потому что не надо забывать, кто учил тебя ставить экран, дорогой Андрюша.
Старушка убрала свой курительный набор. Сколько она сигарет выкурила во время этой беседы? Три? Пять?
- Сейчас начнут. Видите, девочки стали поправлять прически-платья, - проговорила Эльза Дмитриевна и кивнула на толпу. А Мира почувствовала, как заклинание-кокон рассыпается.
- А вы здесь с какой целью? – поинтересовалась Мира и получила неодобрительный взгляд старушки.
- А как я могу пропустить бал выпускников да еще и на Сириусе? Тем более, что тут у меня столько знакомых, - старушка приняла руку Рихтера, чтобы встать. Мира тоже получила поддержку от куратора. Когда тот взял ее руку, чтобы тоже помочь стать, то незаметно сжал ее ладошку.
- Андрюша, я подумаю над твоим предложением, все-таки меня всегда привлекали библиотеки. Я свяжусь с тобой. До встречи, Мирослава, - старушка довольно бодро зашагала в другой конец зала.
Толпа заметно оживилась, а Рихтер с Мирой подошли к висящей в воздухе табличке «Глазовская Академия магии». Там уже стояла Вероника. Поскольку все школы выстроили в алфавитном порядке, то можно было уже понять, какие делегации самые многочисленные. Конечно, это были московские, питерские, лондонские, нью-йоркские, тибетские, китайские, индийские, африканские, индейские магические академии. Но были и такие небольшие делегации, как от Глазовской академии.
Толпа поражала пестротой одежды, и это были не только платья и костюмы, а и мантии.
Когда заиграла музыка, возвещающая о начале основной части мероприятия – выход делегаций – подошел Принц. Он был тоже в мантии и шапочке, как ректор.
- Я же Принц, выпускник Глазовской магической академии, - объяснил он свое присутствие, - а уж потом наследный принц Ларион королевства Ласерин.
Рихтер предложил свою руку Веронике, чтобы сопроводить ее по длинному коридору в большой зал, где представляли делегации. Мире выпало идти с Принцем. Юноша положил ее руку на свое предплечье, другой рукой сжимал ее ладошку.
- Мы еще увидимся?
- Возможно, - ответил Принц и сильнее сжал ее ладошку. – Ты должна подарить мне первый танец, - Мира кивнула. – Я сейчас чувствую себя рыбой, которую тянут сетями на поверхность воды.
- Почему?
- Потому что там, в большой зале меня ждет первая встреча с моей будущей женой, а я хочу, чтобы этот коридор никогда не заканчивался, тогда бы я никогда не отпустил твою руку, - он поднес ее ладонь к своим губам и поцеловал.
- Я тоже буду скучать по тебе, - сказала Мира, - но я уверенна, что ты найдешь свою единственную и будешь очень счастлив.
- Первая не твоя, вторая твоя и единственная. Так? Да? – Принц проговорил с улыбкой.
- О чем ты?
- Помнишь, когда мы снимали с тебя блоки, то ты стала нести милый бред о том, какое все красивое, - Мира помнила, она тогда еще просто терялась в синеве глаз Принца. – Мне ты тогда сказала: «первая не твоя, вторая твоя и единственная». А если это было проявлением дара пророчества? Ты не моя, Мирослава, и это действительно так, меня ты никогда не полюбишь, как его. А что значит «первая»?
Мира знала ответ на вопрос, и Принц тоже знал.
- Да, ты моя первая любовь, Мирослава. И первая, кто подарила мне поцелуй. Как же я счастлив! - Ларион еще раз поцеловал ее руку. – Я буду очень скучать, когда ты покинешь меня. Но я всегда буду счастлив от того, что полюбил тебя.
Сейчас в отличии от разговора на балконе, Мире не хотелось расплакаться от тоски. Она тоже счастлива, что любила его и что у нее такой замечательный друг.
Рихтер обернулся, снова уловив перемену в ее настоянии, Мира улыбнулась ему. «Все хорошо, я счастлива быть здесь» - послала она ему мысленное послание. Андрей в ответ слегка кивнул и пошел дальше.
- К сожалению, после нашего танца я, скорее всего, не смогу подойти к тебе еще. Поэтому предлагаю проститься здесь и сейчас, - они остановились практически перед входом в зал, перед ними были три делегации, одну из которых уже представляли. Ларион достал из кармана пиджака круглый непрозрачный камень розового цвета, перетянутый тонкими нитями селерина, который был подвешен к цепочке из того же металла. – Носи его с собой везде, и он убережет тебя от бед. Он любит солнечный свет и огонь, вы поладите.
Принц надел кулон и шею Миры и попросил его спрятать. Девушка так и сделала, казалось, что от кулона исходит тепло, о чем она сказала Принцу.
- Это моя любовь тебя греет, она везде будет с тобой, - Принц поцеловал ее в лоб и обнял. – Я надеюсь, что мы еще увидимся.
- Я тоже на это надеюсь, - ответила Мира, она посмотрела на Рихтера, который хмурился, однако замечаний по поводу поведения своих студентов он не высказал.
Когда глашатай громко произнес «Глазовская Академия магии», они вчетвером вошли в огромный зал. Тут было множество голубого и розового света, по центру зала стоял огромный столб воздуха, где танцевали пары.
На отдельном возвышении сидела королевская семья.
Рихтер и Принц поклонились королевской семье, девушки присели в реверансе.
- Добрый вечер, Андрей Вильгельмович, мы очень благодарны вам за то, что в Глазовской Академии магии наш сын открыл свои таланты, которые позволят ему стать достойным правителем королевства Ласерин, - с подобающей царственностью проговорил император.
- Благодарю, Ваше Величество, обучать принца Лариона было честью для нас и всех всех землян, - в тон ему ответил Рихтер.
Императрица пристально смотрела на Миру, точнее на их с Принцем сцепленные руки, отчего девушка поежилась.
- Ларион, твоя невеста прибудет с минуты на минуту, - весьма строго проговорила императрица.
- Да, матушка, у меня есть еще пара минут, чтобы выполнить одно обещание, - с этими словами Принц оторвался от пола, увлек с собой Миру и потащил ее в столб, где уже кружились пары.
- Мы с отцом договорились, что сегодня, на балу я делаю все, что хочу, а завтра, и всегда, буду делать то, что подобает наследнику королевства Ласерин, - объяснил Принц, кружа Миру в вальсе.
Танец больше был похож на полет, девушка много смеялась. Когда Принц вернул их в тронный зал, Рихтер находился неподалеку от императорской четы.
Принц поцеловал Мире руку, оставил ее рядом с ректором, сам же сел на свободное кресло, стоящее справа от императора.
Мира отошла к Рихтеру.
- Эсмела, принцесса королевства Адамин, - провозгласил глашатай.
В окружении свиты в зал вошла невысокая стройная девушка с белыми волосами и голубыми глазами. Очень красивая, у нее была идеальная осанка, она двигалась, как настоящая королева.
Принц встал при ее появлении, подошел, поклонился и поцеловал руку. Они очень подходили друг другу, подумалось Мире, оба преисполненные достоинства. Принц и принцесса становятся парой, которая живет рука об руку всю жизнь, чтобы их союз в первую очередь стал гарантом безопасности подданных. Принцы женятся на простушках только в сказках. Ларион понимал это, поэтому не подпускал Миру близко к себе - чтобы не давать ложной надежды, чтобы не оставить ее несчастной и одинокой. Правление королевством – это его судьба, выбранная еще до его рождения. И он, как настоящий принц, воспитанный в этой культуре, не может поступить иначе.
Танец Лариона и Эсмелы вызвал волну умиления у всех присутствующих. Мира тоже любовалась этим волшебством.
- Мирослава Юрьевна, прошу подарить мне этот танец, - раздался рядом с ней голос Рихтера.
- Конечно, милорд, - Мира обернулась и взялась за протянутую руку.
Глаза Рихтера снова стали темно-фиолетового цвета. Девушка испытала уже знакомое чувство полета. Не существовало ничего вокруг, кроме мужчины, который смотрел на нее, и музыки, которая несла их навстречу счастью.
Когда королевская чета со всеми прощалась, Принц подошел к каждому и простился. Мире, как и Веронике, он поцеловал по прощанье руку и бонусом подмигнул первой.
Потом Рихтера нашел Новокшенов и пригласил на «небольшое совещание».
А на Миру вдруг накатилась усталость. Она нашла укромный уголок на верхнем этаже, с ногами залезла на синий диван и откинулась на его спинку. Сколько эмоций за один вечер. Принц сделал правильно, что попрощался с ней заранее.
Девушка закрыла глаза, и позволила себе расслабиться, полностью это сделать мешал холод, который гулял по ногам. Сейчас Андрей придет со своего совещания, и они окажутся дома, а она найдет тысячу и одну причину, чтобы переночевать в его кровати. Потому что с ним тепло и спокойно. Гул голосов убаюкивал.
- Мира, любознательная Мира, - она услышала голос Проводника звезд.
- Кксанук? Где ты? – девушка видела только черноту.
- Открой глаза, и увидишь, - мальчик взял ее за руку.
Мира так и сделала. Они вдвоем зависли в бескрайнем космосе, везде была только чернота. Если бы Проводник звезд не держал ее за руку, то Мире было бы просто смертельно жутко.
- Как здесь темно, - проговорила она, источником слабого света был только Кксанук, девушка же видела сквозь свое прозрачное тело звезды. Значит, это она тут не сама, а ее проекция.
Он переместил их на большой странный астероид в виде конуса. Внутрь его стекала вода, которая бралась из облаков на его широкой части. Внутри астероида росли деревья, летали птица, и висели радуги.
- Где мы? – чем больше Мира всматривалась, тем больше новых деталей находила.
- На другом конце вселенной. Тут я родился, - услышала Мира у себя в голове.
Проводник звезд превращался в высокое создание с крыльями на голове и четырьмя руками вдоль туловища, из его плеч росли рога, лицо было с большими круглыми черными глазами, длинными ресницами, губы почти исчезли, нос тоже стал маленьким, на лице выросли чешуйки, они, как волосы, обрамляли лицо и переливались синими цветами. Все тело Кксанука было покрыто шерстью сине-серого цвета. – Когда я жил тут, то выглядел так, как сейчас. Потом я стал душой звезды.
- Тут очень красиво, - с восхищением сказала Мира, а Кксанук очень подходил этому месту. – Что мы здесь делаем?
- Мне нужно передать тебе послание Хранителя. На Земле высокая гравитация. Чтобы я смог сделать это так, как просит Хранитель, мне нужно было оказаться тут, где моя сила возрастает. Хранитель – создание из другого времени и другой вселенной. Поэтому его образы не всегда понятны даже мне, а мы их очень дальние потомки. Но я давно живу среди людей, поэтому могу передать тебе его послание.
- Почему мне?
- Он выбрал тебя из-за твоего свечения. Это послание ты вспомнишь, когда будет нужно. Я надеюсь, что ты все поймешь и примешь свою судьбу.
Кксанук коснулся головы девушки всеми четырьмя руками, и мир погрузился в черноту.
Мира проснулась от несильного толчка. Глаза не хотелось открывать, но пришлось, потому что она не услышала гула голосов, под который засыпала. Слышалось только пение птиц, гудение ночного города и запах сирени. Значит, она дома, в Глазове, в Академии. В мозгу летало последнее видение, что принес ей сон, но его не удалось зацепить. Сон она тоже не помнила.
Девушка открыла глаза и поняла, что все еще находится на голубом диване, спиной упирается в его спинку и еще укрыта своей мантией. Ноги, которые мерзли недавно, теперь в тепле. Они укрыты теплой рукой и покоятся на бедре Андрея, сидящего рядом вполоборота. Одна его нога согнута и лежит на диване, другая – спущена на пол. Свободной рукой, которой облокотился на спинку дивана, он придерживает свою голову за подбородок и смотрит на Миру с полуулыбкой. Его глаза снова стали темно-фиолетовыми, девушка это не видит, а скорее чувствует - за окном начинает набирать силу рассвет, в комнате полумрак, но где-то горит камин. Мужчина все еще в шапочке и мантии. А диван из замка королевства Ласерин стоит в комнате Рихтера в общежитии. Красивая картина – теплая и спокойная, с поволокой тайны. Не хотелось двигаться, чтобы не разрушить атмосферу.
- Что сказали на совещании? – об этом Мира решила спросить в первую очередь. Вопросов было много.
- Источники, которые питаются от той же магической жилы, что и наш, стали изменять свои свойства. Было какое-то возмущение, которое влияет на качество их энергии. Некоторые ослабли.
- А наш? – неуместность своего вопроса Мира поняла уже после того, как спросила. Он бы не сидел тут с ней так спокойно, если бы что-то произошло с Источником.
- Наш без изменений, Монах за всем следит и докладывает ежечасно, - Андрей решил снял шапочку и мантию, закинул их на спинку дивана.
- Когда у меня каникулы?
- Тогда же, когда у меня отпуск. Летом мы будем искать твоего отца вместе. Но сначала ты закончишь летнюю практику, - он улыбнулся, Мира тоже вспомнила, как весело она проходила. Он все еще держал руку на ее ступнях.
- Почему диван из дворца королевства Ласерин находится в твоей комнате?
- Не хотел тебя будить, поэтому попросил Проводника звезд забрать нас вместе с диваном, а из Академии сам перенес сюда, - Мира буквально тонула в его глазах, теплых и родных.
Пришла очередь узнать о них.
- Почему твои глаза меняют цвет? Они сейчас снова фиолетовые, как перед тем, когда мы пошли по звездному мосту и когда танцевали, - Мира сняла мантию, тоже повесила ее на спинку дивана.
Андрей не ответил, а просил.
- Что ты хотела сказать мне в обсерватории, до того, как тебя прервал Проводник звезд?
Оба молчали какое-то время.
Интересно, сейчас тот момент?
- Я люблю тебя, - ответила Мира на его вопрос.
Андрей улыбнулся в ответ, развернул ее к себе спиной и обнял за плечи. Он достал шпильку, отчего ее прическа распалась и волосы рассыпались по спине, а Мира удобно устроила голову на его плече.
- В нашей семье существует легенда, что мы происходим из духов пещеры, где добывают самые дорогие в мире аметисты, оттенка глубокий сибирский. Я богат.
- Тебя можно поздравить, - Мира гладила его руку, на указательном пальце был золотой перстень с аметистом и незнакомые символы вокруг него.
- Не с чем, если честно. Большого счастья это наследство мне не принесло, - скороговоркой проговорил он, а Мира решила, что обязательно расспросит, почему он так считает, в другой, более подходящий момент. – По легенде, много поколений назад дух аметистовой пещеры полюбил обычную женщину. Чтобы быть с ней вместе, он принял облик человека. Когда родились их дети, они были магами, и ничто не указывало на принадлежность к духам. Только глаза. – Андрей помолчал. – Когда мужчины нашей семьи смотрят на любимых женщин, с которыми они готовы связать свою жизнь, то их глаза становятся темно-фиолетового цвета. И такими нас видят только любимые женщины.
Вот ведь романтик. Конечно, он не мог объяснить ей это раньше. Мира сильнее прижалась к Рихтеру.
- Я люблю тебя, Мирослава, - он развернул ее к себе и поцеловал долгим сладким поцелуем.
Они долго сидели молча в обнимку. С ним тут было хорошо, но накатывала усталость, диван был все-таки маловат для них двоих, хотелось переодеться из платья во что-то более удобное.
Мира села прямо, перекинула волосы вперед.
- Расстегни мне пуговицы, - попросила она и подставила спину.
Он подчинился, начал от шеи и спустился к пояснице. Весь процесс сопровождался появлением обилия мурашек на ее коже.
- Ты мерзнешь, - констатировал он.
- Я не мерзну, - ответила девушка. – Идем спать?
- Мира, - Андрей выдохнул, явно готовясь произнести что-то вразумляющее.
- Спать – значит ложиться в кровать и видеть сны. Каждый уснет и проснется в своей кровати, - Мира встала, забрала сумку, мантию и шапочку.
- Ты куда? – спросил он, сидя все в той же позе.
- К себе, спать, - ответила Мира и стала подбирать обувь. Как бы это все за один раз унести?
- Нет, - сказал он. – С этого дня видеть сны ты будешь в моей кровати под моим присмотром.
Он сплел заклинание, которое растворило часть стены, что разделяла их комнаты.
- Я предпочитаю спать справа, - с этими словами он расправил кровать и ушел в душ.
Через двадцать минут девушка уже лежала в его кровати, уютно устроившись на плече родного мужчины и получив легкий поцелуй перед тем, как уснуть.