Глава 13 Родственная: Вега в объективе

С профессорами Лакомбом и Андерсон Рихтер поговорил сам, без Миры. Но легенду придумали вместе: мол, девушка вспомнила, как открывается шкатулка, но Андрей Вильгельмович, который свою возлюбленную бережет больше жизни, хочет, чтобы это произошло в присутствии профессионалов как по артефактам, так и по душевным состояниям, потому что для Миры все это болезненно и волнительно. Профессора, которые после лета много времени проводили вместе, найдя общие научные точки соприкосновения, конечно, согласились, но попросили день для подготовки.

В тот день Мира выяснила, что плетение соединения меняло поведение Андрея в отношении ее самой. С ней такого не было. Рихтер объяснял это тем, что плетение соединения ставится на одного человека и как бы прицепляет второго. Первый – в их случае Андрей - испытывает более сильное слияние, чем второй, то есть Мира.

Студентка сидела в столовой Академии, одновременно жевала салат и делала самостоятельную работу по теормагу. Поскольку задание предполагало ответы на тестовые задания, можно было выполнять его, где хочется. А Мире хотелось пообедать, вот и соединила одно с другим.

К тому же, это был не просто тест – своего рода допуск волшебницы до изучения дисциплин и предметов, о которых она сама просила в то утро, когда слишком бурно вела себя. Андрей согласился, но нужно было понять, она их потянет или нет. Работа была не очень сложной. Потянет.

Сначала приходили Белка и Вилка вместе с близняшками Сашей и Машей. Вчетвером они только что вернулись от мисс Шарлотты и, захлебываясь, рассказывали о том, какие платье себе хотят сшить, просили совета у Миры, ведь она была на балу выпускников.

Но близняшек больше, чем платья, интересовало, с кем на балу танцевал милорд Рихтер. Особенно их волновали не студентки Академии, а другие женщины: как выглядели, о чем он с ними говорил, кто его вообще привлекает. Мира от этого разговора поспешно ушла, ссылаясь на то, что все время на балу провела с Принцем и Вероникой. Наврала. И что?

Затем, после того, как щебечущая компания упорхнула в общежитие, в столовую вошел Сергей Новых, все его звали Сергей Сергеевич. После их знакомства в первый учебный день, он неоднократно пытался завладеть вниманием Миры, хотя она ему дала понять, что уже встречается с парнем. Ну, Рихтер же не девушка, все верно.

- Мирослава, добрый день, - поздоровался Новых.

- Привет, - отозвалась она, но от теста не оторвалась, потому что хотела скорее его выполнить.

Сегодня Андрей планировал обучить ее каким-то премудростям владения телскопической будиной. Говорил, что до настоящего оружия ей еще рано.

- Мира, я хотел попросить тебя помочь мне с начертанием. Орлов-Вышеславцев соловьем заливается, какая ты в этом талантливая. И Кир говорил, что в прошлом семестре ты ему здорово помогла.

- Давай, только у меня времени не очень много, - нехотя согласилась она.

Ей казалось, что Сергей Сергеевич и сам во всем в состоянии разобраться, просто ищет повод проводить с ней больше времени. Это можно будет выяснить во время обучения. К тому же с тестом она уже закончила и складывала листы в виде самолетика, чтобы отравить их Орлову-Вышеславцеву для проверки.

Сергей действительно плохо понимал предмет. Дело в том, что учитель, который еще в школе должен был все разложить по полочкам, наоборот смешал понятия и символы из разных областей, поэтому в голове студента была каша. Магическая каша.

Мира же до всего дошла сама, в ее голове были выстроены чёткие схемы, которые не позволяли запутаться в близких и похожих понятиях. А поскольку начертание ей самой очень нравилось, то время за объяснением пролетало незаметно.

- Мирослава Юрьевна, - послышался холодный голос ректора, - прошу вас зайти ко мне в кабинет после того, как освободитесь. – И так же неожиданно ушел.

Черт!

Она совсем забыла, что уже пятнадцать минут как должна быть у Рихтера. И звук на телефоне выключила, когда на лекции госпожи Такаяма была.

Черт! Черт!

А сейчас она сидела с новеньким, красивым парнем, с которым они уже предстали перед всеми в первый день учебы. А Андрей такой собственник.

Черт! Черт! Черт!

- Тебе влетит из-за того, что забыла о занятии с ним? – с сочувствием спросил Сергей Сергеевич.

Видимо, в лице она настолько переменилась, что он не мог не отреагировать.

- Мне лучше пойти. Я действительно забыла о занятии с куратором, - сказала, вставая.

- Если хочешь, я пойду с тобой и объясню, что задержал тебя, - предложил юноша.

- Не нужно. Все хорошо, - и ушла на ватных ногах.

Перед тем, как войти в кабинет Рихтера, приготовилась к тому, что сейчас она будет или смята в его руках, дабы он доказал ее принадлежность ему, или пристыжена, что не ценит ни свое, ни его время. И ни слова не скажет по поводу того, что она общалась с юношей наедине, игнорируя его, Андрея, хотя на самом деле это будет истинная причина его гнева.

Постучала. Вошла.

Рихтер был за своим рабочим столом, разговаривал по телефону, знаками показал, чтобы она села в кресло напротив. Отлично, еще пара минут, чтобы надышаться и приготовить ответы на предполагаемые колкости и остроты.

- Чаю хочешь? – с улыбкой спросил Андрей, когда договорил по телефону.

- Что? – удивилась она. Чаю? Нет. Ослышалась.

- Мира, чаю хочешь со мной попить? Я видел, что ты уже пообедала. Для чая еще местоЧаю хочешь? - Да, - ответила растерянно.

- Тебе какой? Мамушка обновила мне коллекцию чая, - отошел к чайному столику. - Есть из Чили, Индии, Индонезии, Шотландии, да еще много откуда. Или сама выберешь?

- Что выберу? – все еще рассеянно говорила она.

То состояние, до которого она себя накрутила перед тем, как зайти в кабинет ректора, мешало воспринимать его слова.

- Мирослава, что с тобой? – обеспокоенно спросил Андрей и подошел к девушке, все еще сидящей в кресле для посетителей. Руки вцепились в подлокотники, от напряжения свело шею.

- Я думала, что ты будешь… - она подбирала слова, чтобы точно выразить мысль, но при этом не обидеть его.

- Рвать и метать, что ты опоздала ко мне на занятие, потому что сидела с красивым студентом? – спокойно, с легкой улыбкой озвучил он.

- Да, - именно так она и думала. Он ее мысли прочел?

- Ох, моя девочка, - он поднял ее из кресла и обнял. – Я излечился от патологической ревности, когда с нас сняли плетение соединения. Сам рад, каким спокойным становлюсь, когда вижу тебя рядом с другими мужчинами.

- Андрей… - с радостью пролепетала она и потянулась, чтобы поцеловать его, но Рихтер не дал этого сделать.

- Я хочу попросить у тебя прощение за свое скверное поведение. Я был готов разорвать любого, кто был с тобой. И хуже всего приходилось тебе, любимая. Извини.

- Но это же действие плетения! – напомнила она.

- Ты права. Родители хотели, чтобы я оберегал тебя, но за время, что ты существовала вне мира магии, плетение изменило меня. Я должен был сдерживать себя.

- Мне хорошо с тобой, - прошептала Мира, кутаясь в его объятья.

Вместо ответа он поцеловал ее. Очень нежно, без собственнических замашек.

- Итак, Мирабель, - Лакомб положил перед студенткой зеленую шкатулку. – Ничего нового я в этом артефакте не нашел.

Вечером, когда Академия опустела, Рихтер привел Миру в медблок, где их уже ждали мисс Шарлотта и артефактор.

- Я думаю, что можно начинать, - Рихтер встал за спиной девушки и кивнул на шкатулку.

Мира приготовилась и повторила последовательность, которая отрывала артефакт, отчего шкатулка изменила цвет на синий. Профессора и ректор наклонились ниже, чтобы не пропустить ничего. Затем открыла ее и вставила балерину в специальное отверстие, повернула ее сначала против часовой стрелки, потом по часовой. Отставила от себя артефакт и стала вместе со всеми наблюдать.

Балерина вместо того, чтобы крутиться вокруг своей оси, как это ей полагалось, грациозно спрыгнула с постамента, на котором стояла, достала из-под него большую, практически в свой рост, арфу, села на постамент и заиграла.

От первых же звуков музыки в голове Миры стали возникать картинки. Просто поток картинок из ее детства, они перемежались, сменяли одна другу, разворачивались и складывались в воспоминания.

- Мира, - позвал ее Рихтер, обнял за плечи.

- Не мешай, - попросила она и попыталась зацепить хотя бы одно воспоминание.

Лето. Солнечный деревянный домик среди сада. За домом васильки. Настоящее васильковое море, синее-синее.

- Бабочка! Бабочка! – кричит что есть мочи маленькая Мира. Бабушка слишком сложное для нее пока слово, но бабушке нравится быть бабочкой, поэтому ее не исправляют.

- Я тууут! – отзывается зычным голосом круглая седая женщина с теплой улыбкой, выходя из-за дома. – Мои дорогие приехали!

Мои дорогие – это папа, мама и моя стрекоза, так Миру называет бабушка Маняша, папина мама.

- Мама, - папа обнимает бабочку.

- Ураниил, Людочка, - бабушка обнимает и целует маму и папу. – Я вам столько трав наготовила! А меду нынче сколько! А орехов!

Бабушка ведет всех во двор, где уже пыхтит самовар, стол накрыт пирогами-кулебяками и плюшками-ватрушками.

Но Миру всем этим не заманить, потому что здесь, у бабушки, у нее  есть занятия поинтереснее.

- Пушок! – напоминает она бабочке.

- Да там же твой Пушок, - добродушно говорит бабушка Маняша.

- Юра! – восклицает мама и тянет за руку папу.

- Все в порядке, она одна из нас, фонт никогда ее не тронет, он защитник семьи, - успокаивает папа.

А Мира уже бежит за дом, где под огромным деревом обычно лежит Пушок, трехметровый лохматый серый дракон с гигантскими серебристыми усами, как у кота.

Мира чувствует, что ее держат за руку, пальцы переплетены, а большим пальцем проводят по тыльной стороне ладони вверх-вниз. Так делает только один человек.

- Андрей, - тихим голосом зовет она.

- Не вставай, - предостерегает он.

Но она и сама чувствует, что ее чем-то прижали в районе груди. Этим чем-то оказывается какая-то явно магическая штука, похожая на большую шайбу. А Мира лежит на кровати в медблоке.

- Что это?

- Лоран назвал это реверсным стабилизатором, а Шарлотта говорит, что получилась плоскодыня.

- Для чего это?

- После того, как ты не могла найти дорогу в свое тело, наша гениальная парочка изобрела и даже запатентовала устройство, которое не позволяет сознанию, по версии Шарлотты, душе по версии Лорана, покидать тело.

- Так я здесь, убери эту штуку, - возмутилась Мира.

- Конечно, только полежи так еще минут десять. Я уже обжегся на киселе, сейчас готов дуть на воду. Что ты вспомнила?

- Дом бабушки, я называла ее Маняшей. Она звала отца Ураниил, как говорила Эльза Дмитриевна.

- Что еще?

 И тут странное стало твориться с воспоминаниями Миры, пока Андрей не спросил, они как бы сидели на своих местах свернутыми, а после его вопроса стали выпрыгивать и разворачиваться.

- Моя бабушка жила на спине огромной черепахи, - начала Мира свой рассказ, больше похожий на сказку. - Все старики переселяются жить на черепаху, потому что скорости их жизней совпадают. А вот семьи с детьми живут на рогах огромных лосей, причем у каждого клана своя порода лосей. Их определяют по пятнам на туловище. Когда семья хочет прийти к другой в гости, то посылает свое животное к другому, они могут соединяться на долгое время рогами, что позволяет семьям переходить с одних рогов на другие.

А еще у каждой семья есть что-то вроде тотемного животного, реального защитника рода. Это фонт, он похож на змееподобного пушистого дракона.

- Мира, где жила твоя бабушка?

- Это точно другая планета, не уверена, что другой мир. Спектр солнечного излучения на этой планете другой – она кажется белой. К бабушке нас всегда приводил отец, он мог отрывать портал между Землей и этой планетой. Думаю, что наш фонт, я звала его Пушком, помогал моему отцу в этом. И знаешь, это бабушка научила меня собирать травы и делать вкусные чаи, - Мира улыбнулась.

- О фонтах я никогда не слышал, но поищу информацию. Как ты себя чувствуешь? Голова не болит?

- Голова тяжелая. Я уже могу встать. Мои десять минут прошли.

Андрей согласился и убрал шайбу с ее груди, помог подняться, обнял, и долго она сидела так, прижавшись к нему и уткнувшись в шею.

- Знаешь, мама любила бабушку Маняшу, но боялась всего магического.

- Почти все немаги побаиваются магии, потому что это нечто, на что они не могут повлиять. Это нормально.

- Как ты думаешь, мой отец из другого мира или с другой планеты?

- Не знаю. Но почему бы нам не отправиться к Проводнику звезд? Он венулся. И он-то точно знает все обитаемые планеты.

Оказалось, что выброс энергии на Источнике во время Противостояния, изменил еще одного обитателя Академии.

- Проводник звезд, - позвала Мира

Но мальчик, который обычно тут же появлялся, когда его зовешь, и делал несколько радостных кругов под куполом обсерватории, в этот раз выглянул и тут же спрятался.

- Проводник звезд… - еще раз позвала девушка, - ты не рад нам?

 - Рааад, - протянул мальчик и спустился вниз.

Он прятал руки за спиной, подпинывал несуществующий камешек на полу и на Миру не смотрел. А еще он покраснел.

- Ты изменился! – удивилась Мира.

Не было больше милой детской припухлости на щечках, он вытянулся, похудел.

- Вспышка на Источнике, - пояснил негромко Андрей, чтобы услышала только его спутница, - малыш повзрослел и влюбился.

И влюбился он, конечно, в Миру.

- Мы хотим попросить тебя о помощи, Проводник звезд, - сказал Рихтер.

- Конечно, конечно, - оживился мальчик, - я помогу вам, друг Андрей и подруга Мирослава, - на ее имени он снова покраснел и застеснялся. – Что вам нужно?

- Скажи, - продолжил Андрей, опережая Миру, видимо, решив, что так коммуникация с Проводником звезд будет более эффективной. – Знаешь ли ты планету, где обитают фонты, а люди живут на черепахах и лосях?

- Да, знаю одну такую планету. Она находится вот тут, - он указал на созвездие Лиры, - вокруг самой яркой звезды Веги, такой же красивой, как Мирослава, - отвлёкся он ненадолго от рассказа, - есть планета, где люди живут на гигантских животных.

- Ты можешь показать эту планету? – вмешалась девушка.

- Конечно, могу, - мальчик таинственно улыбнулся.

Он приблизил звезду, потом планету, которая вращалась вокруг нее, и увеличил ее до размеров примерно метра в диаметре. На ней были материки, водоемы, зеленые, коричневые, серые и белые участки.

- Кто-нибудь приходил оттуда или уходил туда? - спросил Андрей.

- Да, но не в этом мире, в другом, - ответил мальчик, и замолчал, а Андрей схватил Миру за руку, предостерегая от вопроса, она уже с шумом набрала полные легкие воздуха. Он был прав на вопросы девушки Проводник звезд, наверняка, застеснялся бы отвечать.

- О каком мире ты говоришь? – продолжал Андрей.

- Ну, это Мир Наоборот.

- Там тоже ты?

- Да, я.

Диалог становился для Миры непонятным, но она терпеливо ждала его окончания. Единственное, что было для нее ясно – Мир Наоборот был следующим для ее посещения, и туда она должна будет отправиться одна.

- А когда можно будет попасть в Мир Наоборот в ближайшее время?

Проводник звезд стал считать в уме, загибал пальцы и прищурил один глаз, так напряженно вычислял.

- 3 октября этого года в 11.43, - ответил, наконец, мальчик.

- Ты проводишь в Мир Наоборот нашу с тобой подругу Мирославу? – с улыбкой просил Андрей.

- Мирославу? Нашу с тобой подругу? – мальчик в этот раз покраснел до корней волос. – Конечно, провожу!

В коридоре послышались голоса, это мисс Шарлотта и Лакомб обнаружили пустой медблок.

- Проводник звезд, к сожалению, нам пора, - сказал Андрей.

- Можно я буду приходить к тебе, как раньше? – с улыбкой спросила Мира.

- Конечно, можно, - расцвел мальчик и от смущения спрятался под куполом обсерватории.

- Ты был таким же милым в детстве? – спросила Мира.

Они добрались до общежития после осмотра девушки в медблоке. Оба профессора заверили, что с ней все хорошо, только посоветовали эту ночь спать с шайбой на груди. Андрей прихватил изобретение с собой.

- Нет. Проводник звезд перенял от меня только внешность, характер – это его личное наполнение.

- А каким был ты?

- Нелюдимым, потому что страдал от ожирения, и другие дети меня дразнили, - признался он.

Мира рассмеялась.

- Извини, - гоготала она. – Не могу представить, чтобы у тебя были подобные проблемы. Ты же эталон.

- Ты так считаешь? – усмехнулся он.

- Почему ты сомневаешься? Андрей, ты красивый мужчина, к тому же умный, воспитанный, сильный, нежный…

- Еще, - он не дал ей договорить и прижал к стене холла ректорских покоев, но целовать не спешил.

- А еще ты очень горячий и изобретательный, - зашептала она ему в губы.

- Что еще?

- Мне нравится, когда ты теряешь от меня голову.

- Мне тоже. Что еще?

- А еще на тебе слишком много одежды.

- На тебе тоже.

Андрей положил шайбу на столик у входа в его комнату, чтобы были свободными обе руки, но от порывистых движений Миры плоскодыня практически сразу упала.

- Ой! - наигранно испугалась девушка, - я сломала запатентованное изобретение наших профессоров.

- Не отвлекайся, - скомандовал Андрей.

Как же она любила его в такие моменты.