Глава 27

Герат

Вовремя я отослал девочку. Огонь толчками поднимался из глубины, обжигал – пока не всерьез, словно дразнил. Но я знал, еще немного, и все произойдет. Незачем Илоне видеть, как меня корежит. Мы с ней неплохо расстались.

От этого становилось как-то непривычно радостно. В том аду, где я живу, редко есть место радости. А тут она была. Наверное, в чем-то девочка права. Я сразу выбрал неверную линию поведения. Будь я с ней изначально… нежнее – какое дурацкое слово в голову пришло, – таких моментов было бы больше.

Но что сделано, то сделано. Сейчас тоже можно повернуть в любую сторону. Вплоть до того, что отчислить ее с отбора и вернуть в спокойную жизнь, из которой ее выдернул.

Стоило ее поцеловать. Было бы легче. Или еще лучше… Я запретил себе об этом думать. Тут либо делать, либо не думать.

Пламя просыпается и само по себе, да и никогда не уходит до конца. Просто обычно сидит, притаившись, лишь изредка высовывая язычки. Приходится держать себя в руках, чтобы не вспыхнуть, словно кто-то плеснул масла в огонь.

Но есть то, что его провоцирует. Сейчас этим была ее близость. Знала бы Илона, сколько усилий я прилагаю, чтобы держать себя в руках. И сколько – чтобы держать в руках ее. То есть просто держать, не более!

Но я понимал, что поцелуй изменил бы все планы. Одно дело – затащить ее на отбор и несколько выделить среди других. Другое – то, что девушки считают переходом на следующий этап отношений. Вряд ли сегодня она смогла бы отнестись к этому спокойно. Совсем потеряла бы голову и растерялась.

Я усмехнулся. Сейчас нужно просто думать. Иногда это помогает отрешиться от пламени.

Илона права. Многолетнее горение сделало меня вспыльчивым, резким. Никогда не был особенно приятным человеком. Но эти десятки лет превратили меня в… того, кем стал. Не то чтобы я себе не нравился. Просто надоело мучиться. Надоело жить на кратере вулкана, который вот-вот рванет.

И в конечном счете, кроме спасения собственной жизни, есть вещи и поважнее. Например, академия. И страна.

Поэтому девочка нужна мне куда больше, чем ей кажется. Конечно, если говорить лично обо мне, то подойдет не только она, разумом я это понимал. Но что-то в груди и в солнечном сплетении… нет, не возвышенные чувства, нечто более густое и темное точно подсказывало: нужна именно Илона.

Это если говорить только обо мне. Если же учесть все остальное, то Илона становилась незаменимой. А главное, я был уверен, что она выиграет все конкурсы и станет Великой, если того захочет. Ей и помощь никакая не нужна. Это мне нужно, чтобы она приходила за помощью.

Сказать, что девочка меня зацепила, будет неточно. Даже если учесть, что в течение долгого времени я испытывал к ней смешанные чувства и предпочитал не видеть. Одним из них была понятная антипатия. Если бы Илона знала ее причины, то вряд ли смотрела бы на меня более-менее милосердно.

Когда я пригласил ее на отбор, противное ощущение внутри еще жило. Но игра с ней стала такой интересной, что азарт заставил его лопнуть и исчезнуть.

Она нужна мне, как лишь одна женщина прежде. Похоже, я опять вляпался. Попал в один и тот же капкан.

Магистр Герат, ты просто дурак! Усмехнулся я самому себе. Знал ведь, что рискуешь, когда решил взять на себя ответственность за юную Илону Гварди.

Наверное, в отместку за это я порой и перегибал с ней палку.

Я вздохнул. Вечерний воздух холодал. От этого становилось легче. Я подошел к бассейну в дальнем конце сада. Смочил руки и обтер лицо. Поднял голову, чтобы увидеть глубокое черное небо и яркие звезды.

Пожалуй, выдержу еще несколько дней. Сегодня меня не скрутит. Пламя зашипело и начало уползать в глубину, где будет плескаться и пытать меня изнутри.

Илона

Придя домой, я подошла к бассейну. Дракончики заметили мое присутствие, высунули головки из воды и преданно смотрели на меня. Правда, в глазках-бусинках девочки одновременно читалась и настороженность – она ведь не выбирала меня, это я ее выбрала.

– Крис, Керри, идите сюда! – рассмеялась я и достала обоих. Крис маленькими мокрыми лапками засеменил по моей руке и бодро залез на плечо. Принялся обнюхивать мои волосы и уши.

– Щекотно же! – захихикала я.

Керри недоуменно смотрела на меня, на своего друга и развернула головку, словно хотела укусить меня за палец.

– Так, не ревнуем! Я человек, а люди не скрещиваются с мелкими дракошками! – Я погладила ее по шейке. Керри притихла, вся ее малюсенькая мордочка выразила удовольствие. Понежившись под моими руками, она осмелела и тоже залезла на плечо.

«Вся в драконах», я уселась в кресло.

Итак…

Первое. Герата ко мне тянет. Вспомнилось его напряжение, когда мы были близко. Ласковый бархатный голос, то, как бережно он меня держал. С другой стороны, мало ли кого к кому тянет. Может, с другой девушкой было бы то же самое.

Но! Ему явно еще и интересно общаться со мной. Пусть это игра, но для игры он выбрал меня. К тому же я буду последней на следующем испытании. Значит, хочет провести со мной больше всего времени. Оставляет на закуску. Это вообще похоже на свидание!

Пожалуй, при таком раскладе можно терпеть его взбалмошный характер и манипуляции. Нужно просто научиться достойно на них отвечать.

Я захихикала – драконы ползали по шее, зарывались в волосы и страшно щекотали. Я сняли их оттуда, в ответ получила недовольное ворчание, подумала и выпустила в бассейн. В нем было больше места, чем в аквариуме, малышам явно понравилось. Они принялись резвиться, плавая по кругу. Элементали приняли видимый облик и с недоумением разглядывали подселенцев.

– Малышню не обижаем! Дружим и развлекаем! – я строго погрозила им пальцем. Элементали покивали головками, и вскоре в бассейне царило веселье. Все малявки, живущие там, играли друг с другом.

Я подумала, что неплохо бы присоединиться к ним, разделась и тоже залезла в бассейн. Дракончики покружились вокруг и устроились у меня на животе, свернулись, как котята.

– Хорошие вы мои, – улыбнулась я.

И вздохнула. Да, с Гератом интересно. Иногда больно, даже страшно, но интересно. А стоит ему стать таким бархатным, как когда держал меня на руках, и сладкая радость охватывает сердце.

А я? Нужно признаться себе, меня тоже тянет к нему. За несколько дней я привыкла к его вниманию, выражающемуся порой в жесткой и неприятной форме, но вниманию. К его твердому лицу и статной фигуре. Меня волнует его физическое присутствие, глубоко затрагивают разговоры с ним.

Тягучее, сладкое и радостное послевкусие его объятий не оставляло до конца. Какая-то часть меня просила дать мне нашего ректора. Прямо сейчас сблизиться, сломать все заслоны, отдаться головокружительному и опасному общению с ним.

Просто это не так, как я представляла себе общение с мужчиной. Не так, как было со всеми остальными. В самых длительных отношениях – с Корном – было по-другому. Мы оба выражали симпатию, восхищались друг другом, старались делать приятное. Другие поклонники делали мне подарки, звали на свидание, старались угодить. Все было правильно, как принято в обществе.

А общение с Гератом это просто вулкан какой-то! На котором стоишь и можешь в любой момент закипеть, взорваться огнедышащим гейзером. И да, при всем неудобстве и неприятных эмоциях мне это нравится.

Плохо только, когда он пересекает ту грань, за которой мне становится по-настоящему плохо. А он пересекает. Как сегодня, когда начал угрожать.

Я снова вздохнула, откинула голову, а дракошки переползли мне на грудь и уставились на меня озабоченными взглядами. У них эмпатия. Ощущают эмоции человека, которого признали своим. Похоже, меня уже признали. Я мягко накрыла руками два малюсеньких тельца и ощутила ответную волну удовольствия. У меня появились те, кто любит искренне и преданно. За такую любовь дракончики и ценятся на вес золота. К тому же животное редкое, в ближайшей канаве его не найдешь.

Но как же быть? Я обещала Герату прийти без иллюзии. Но готова ли я довериться ему полностью?

Даже если он не знал моих родителей, строгое лицо аристократки вызовет вопросы. Он потребует объяснений. Сколько бы я ни говорила, что не хочу объяснять, он будет давить, и мне будет сложно устоять. Показать ему свое лицо – значит доверить ему свою жизнь.

Вряд ли он отправит меня к королевским следователям. Он может даже сохранить мой секрет. Но я окажусь в его руках целиком и полностью. Стану его игрушкой.

Готова ли я дать этому мужчине такую власть над собой?

Я выдохнула. Захотелось плакать. А дракошки тревожно зашевелились у меня на груди.

– Тихо, маленькие, – прошептала я. – Мама придумает, что делать.

Только вот что? Приду в иллюзии? Тогда он вряд ли отчислит меня с отбора. Но сорвет ее, устроит жесткую сцену. Правда все равно ему откроется.

Значит, я должна изменить внешность по-другому.

Поэтому, ссадив дракончиков, я вылезла из бассейна, покопалась на книжной полке и достала далеко запрятанную книгу «Способы изменения внешности. Безопасные и не только». Легла в кровать. Сегодня почитаю, а завтра-послезавтра у меня будет время осуществить задуманное.

На второй странице книги значилось: «Разделы 5 и 6 предназначены только для магистров общей магии и медицины, обладающих достаточными знаниями и силой для реализации описанных приемов. Стихийным магам и некромантам их применение крайне не рекомендуется».

Как раз раздел 6 я и открыла.

Изменить внешность можно не только иллюзией. Можно наложить грим, использовать косметику. Но этого мне будет мало. Я должна изменить черты лица, никакой грим не превратит мой нос в курносый, не изменит форму подбородка.

Нужно другое. Читая книгу, я вспомнила, как мэтр Соло магией изгибает полено, превращает его в длинную ложку. Так же можно поступить и с телом. Просто магия стихийников не заточена под это. Нужно очень много силы, чтобы осуществить несвойственную нам процедуру. Если взять энергию из своих стихий, то можно заболеть.

Придется вновь обратиться к своей истинной силе. Послезавтра я сделаю это. Ведь достоинство этого метода – после него не остается магический след. Никто не видит, что человек изменил внешность.

Обратить эффект можно простым прикосновением к лицу. Лишь бы не забыть об этом и лишь бы Герат не вздумал меня трогать!