Глава 15

Я уже мысленно прощалась с жизнью, когда друзья с пыхтением переворачивали меня в вертикальное положение, чтобы преодолеть поворот в узком коридоре. Они честно старались быть осторожнее, и спешили, как могли. А Лория ещё и непрестанно просила прощения, характерно шмыгая носом и всхлипывая. В общем, ревела с тем же рвением, с каким пыталась меня спасти.

Однако либо я оказалась слишком тяжёлой, либо друзья слабоватыми, но продвигались мы медленно и, кажется, не туда, куда нужно, потому что вот этот узкий коридор я точно видела впервые. От невозможности сказать им об этом хотелось выть, но сделать я это могла опять же только мысленно.

Тартуросс, похоже, бросил нас на произвол судьбы, с помощью колдовства транспортировать меня побоялись из-за непредсказуемости лабиринтов АИСТа. И вот, мы медленно движемся в неправильном направлении, а времени остаётся всё меньше. Лори уже начала подвывать от отчаяния, Дасмир пытался её успокоить, но я слышала, что и у него голос дрожит.

Вот чувствовала же, что не стоит больше в эти бесконечные коридоры соваться, так нет же, гордость не позволила признаться, что боюсь! И что мне теперь от той гордости? Действительно, есть чем гордиться! Так и запишут в летописях «Героически окаменела в лабиринтах АИСТа из-за глупой гордости», или, скорее, от глупости и гордости.

Единственное, что не давало полностью сдаться, это всё усиливающееся ощущение пристального внимания. Соглядайка продолжала сопровождать меня на протяжении всего этого времени. Надежды на спасение Орсом было мало, но она всё же была. Ну должен же он хоть что-то предпринять, если не из сострадания или в память о прошлом, то хотя бы из чувства профессионального долга. Ректор он, или кто⁈ Назвался руководителем академии, так будь добр, заботься об адептах!

— Стой, — неожиданно шепнул Дасмир, и мы остановились. — Слышишь?

— Что? — буркнула Лория, хлюпнув носом. — Ничего я не слышу. Шагай давай, тяжело же. И вообще, у нас нет времени к шорохам прислушиваться, крысы, наверное.

— Нет, я слышал… — начал Дас и запнулся на полуслове.

Теперь и я услышала! Скрип, хлопок двери и приближающиеся быстрые шаги. Так и подмывало закричать «Чего встали? Бегом на звук шагов!». А ещё очень хотелось поднять голову и посмотреть, кто там. Но я могла видеть только пол и частично стену, что в полумраке заброшенных каменных коридоров не давало абсолютно никакой информации.

— Точно кто-то идёт, — прошептал Дасмир. — Скорее, назад!

— Зачем назад? — удивилась Лория. — Наоборот, на помощь нужно позвать.

— А если это какой-нибудь злодей? — прошипел Дас, шикнув на неё, чтобы говорила потише.

— Ты что, книжек перечитал? — хмыкнула подруга. — Какие злодеи?

— А такие, которые не боятся ходить по лабиринтам и, в отличие от нас, свободно пользуются дверями, — ответил ведьмак.

И меня поволокли в обратном направлении. Мысленно взвыла и взмолилась, чтобы тот, кто где-то там вдалеке топает, ускорился. Иначе меня сейчас ещё дальше в переходы унесут и тогда нас уже никто не найдёт. Я часа через полтора окончательно окаменею, а друзья умрут с голоду или поубивают друг друга от досады.

Не знаю, сколько бы ещё продолжалось это паническое отступление неизвестно от кого и куда, если бы не случайность. Лория споткнулась обо что-то, оступилась и мы все дружно повалились на пол. Причём, как-то так вышло, что они уронили меня на себя.

Минуты две друзья возились, выбираясь из-под моего недвижимого тела, а потом Лория вдруг вскрикнула и простонала:

— Её волосы… Это её волосы, они крошатся.

— Времени всё меньше, — хрипло проговорил Дасмир.

— И тем удивительнее, что вы пытались сбежать от меня, вместо того, чтобы двигаться навстречу, — вдруг произнёс кто-то.

Голос показался мне знакомым, но точно разобрать я не могла, уши заложило. И рассмотреть говорившего тоже не получилось, наверное, я лежала лицом вниз, или тут слишком темно…

— Ректор Орс, — воскликнула Лория. — Слава предкам!

А вот она, похоже, и расслышала и увидела. Сердце пропустило удар, а потом заколотилось вдвое быстрее. Дело не в свете или чём-то ещё. Я теряю возможность слышать и видеть, потому что уши и глаза тоже каменеют!

С появлением Орса всё изменилось. Я едва ли могла разобрать, о чём он говорил с Дасом и Лори, но, кажется, теперь меня будут транспортировать с помощью левитации.

Перед глазами встала непроглядная чёрная пелена, я ничего не ощущала и не ориентировалась в пространстве. Даже если бы меня не левитировали, а волоком тащили, не поняла бы.

Последним, что я услышала, был чей-то испуганный возглас. Потом наступила полная тишина. И вместе с ней пришла тяжесть, мешающая дышать. Мне и раньше было нелегко, теперь же и вовсе каждый вдох давался неимоверно тяжело, а в груди поселилась ноющая боль, расползающаяся по всему телу. И сердце, оно уже не колотилось, как обезумевшее, несмотря на страх. Оно билось медленно и едва ощутимо, словно через силу. А ещё очень спать захотелось. Я боролась с сонливостью изо всех сил, но сознание медленно затухало. Неужели это конец?..

* * *

— Вот-вот очнётся, — прошептал кто-то. — И сейчас ей будет нужен полный покой. Нельзя шевелиться, говорить, волноваться.

— Так усыпите её, — предложил Дарион.

— Тоже нельзя. — А это, кажется, магистр Далира. — Нам нужно убедиться, что сознание не пострадало.

— И каким образом, если ей всё равно нельзя говорить? Усыпляйте, — отрезал Орс.

Я открыла глаза и вскрикнула, часто моргая. Было очень больно, будто в глаза песка насыпали. По щекам потекли горячие слёзы. Они, будто раскалённый металл, неимоверно жгли кожу. Попыталась смахнуть их, но мои руки прижали к кровати, не давая пошевелится.

— Потерпи, моя милая, — ласково приговаривал магистр Далира, осторожно вытирая слезинки с воспалённой чувствительной кожи. — Тебе пока нельзя двигаться. И говорить тоже не пытайся. Нужно время, чтобы организм полностью вернулся в живую форму. Сейчас в тебе ещё остались каменные частички, но это ненадолго.

Слёзы принесли боль, но вымыли песок из глаз, я проморгалась и увидела хмурое лицо нависшего надо мной Орса. Это он удерживал мои руки.

— Всё, можете отпустить. Заяра девушка разумная, она будет лежать спокойно. Правда же? — улыбнулся мне целитель.

— Едва ли её можно назвать разумной, — хмыкнул ректор, но отстранился. — Разумные не суются в лабиринты АИСТа. Тем более, не в первый раз. Она же уже два раза терялась там, и только по чистой случайности находила выход.

Я скосила возмущённый взгляд на него, но промолчала. Магистру Далира я доверяла, раз сказал, что нельзя шевелиться и говорить, значит так нужно.

— Все мы когда-то были молодыми и отчаянными, — улыбнулся целитель. — Помнится, и вы тоже пытались покорить тени АИСТа, ещё и двух десятилетий не прошло.

— Воздаю должное вашей хорошей памяти, но это к делу не относится, — недовольно ответил Орс.

— Да что там, и я тоже когда-то плутал в бесконечных коридорах, — мечтательно вздохнул магистр.

Мои губы тронула невольная улыбка, от которой тут же стало больно. Замерла, едва дыша, а по щекам опять жаркие слезинки. Их тут же очень осторожно промокнули, поправили подушку и пообещали:

— Скоро всё наладится. Потерпи ещё немного.

И всё бы ничего, но это не целитель был! Это Орс заботливо вытирал мне слёзы и успокаивал! Даже если бы мне можно было говорить, сейчас не нашлась бы что сказать.

А ректор вдруг засуетился, отошёл, поправил и без того идеально сидящий галстук, повернулся к магистру Далира и попросил:

— Присмотрите за ней, пожалуйста, а мне пора. Куратор прибыл.

— Ох, конечно-конечно, — покивал целитель. — Дождусь вашего возвращения. Мне и самому с ним встречаться не хочется. Пусть сопутствует вам удача.

— Удачи в таком деле недостаточно, — сухо произнёс Орс и ушёл.

Я же постаралась осмотреться, не имея возможности повернуть голову. Но, даже имея такой скудный обзор, поняла, что нахожусь не в лазарете. Это была чья-то спальня. А, учитывая слова Далира, нетрудно догадаться, чья именно!

И вот кто бы мне объяснил, почему я не в лазарете, а у Орса⁈ Ответ был прост и банален. Видимо, магистр Далира по бегающему взгляду понял причину моего недоумения и пояснил:

— Мы сегодня принимаем куратора, девочка моя. И он обязательно наведается в лазарет. А нам лишнее внимание империи ни к чему, поэтому пока побудем тут. Личные комнаты ректора не подлежат курированию, — развёл он руками.

Я согласно моргнула и прикрыла глаза. Смотреть всё ещё было немного больно. Но эта боль такая мелочь по сравнению с тем, что могло бы случиться со мной, не приди Дарион вовремя на помощь. Пожалуй, мне стоит поблагодарить его. А потом всё равно потребую снять соглядайку! Он вообще не имел права её на меня вешать! Хотя, учитывая все обстоятельства, это было очень кстати. Но больше я в лабиринты ни ногой! Так что, пусть снимает.

— Постарайся поспать, — легонько тронул мою руку целитель. — Во сне восстановление быстрее проходит.

Я кивнула, забывшись, и зашипела от боли. Даже малейшее движение тревожило воспалённую кожу.

— Ну что же ты, — поцокал языком магистр. — Не шевелись. Спи лучше. А я постараюсь ускорить процесс.

И он начал нашёптывать заклинание. Я ещё какое-то время прислушивалась к его шёпоту, ощущая, как ноющая боль и жжение ослабевают, а потом уснула, убаюканная монотонным голосом целителя.

* * *

Разбудили меня чьи-то голоса. Кто-то о чём-то спорил. Прислушалась и нахмурилась.

— Ты уверена, Яфания? — встревоженно спросил магистр Далира.

— Деда, а давай ты не будешь опять подвергать сомнениям всё, что я говорю, — проворчала… Яфа, моя молчаливая нелюдимая соседка!

— Ну сама посуди, если бы это было необходимо, ректор прислал бы кого-то из преподавателей, — возразил целитель.

Так Яфа внучка магистра Далира? Вот это поворот!

— Да он там как уж на сковородке вертится! — воскликнула Яфа. — Элла своему папаше такого наговорила! Всех преподов собрали в деканате. Ректор буквально на ходу успел шепнуть мне, где ты, и велел передать, что у тебя не больше получаса, чтобы подготовиться к полной проверке лазарета.

— А как же я Заяру оставлю? — заохал магистр.

— Иди давай, я с ней посижу, — заявила Яфа.

— Ей особый уход сейчас нужен. Поддержка восстанавливающего заклинания. Никак я не могу отойти, — тихо проговорил целитель.

— Какое заклинание? Второе Аброса или начальное Сканиса? — деловито поинтересовалась Яфа.

— Сканис, — как-то растерянно ответил магистр.

— Иди, деда. Я и заклинание поддержу и за Ярой присмотрю, — заверила его внучка.

— Большая ты у меня совсем стала, — умилённо вздохнул целитель.

— Да уж не зря тут три года провела, иди скорее, — проворчала Яфа.

— Не давай ей двигаться, можно немного попоить. Отвар на столике. Я вернусь, как только от куратора избавлюсь, — прошептал магистр Далира и ушёл.

А уже в следующее мгновение надо мной нависла улыбающаяся Яфа. Покривлялась немного, неожиданно проявив ребячество, которого я за ней раньше не замечала, и подмигнула.

— Ну что, соседка, будем веселиться? — спросила она задорно.

Я только глазами похлопала. Говорить же запретили.

— Подожди, — попросила Яфа, провела ладонями надо мной и довольно кивнула. — Уже можно говорить. Только тихо и спокойно. Не кричи мне тут. Поняла?

— Поняла, — осторожно произнесла я шёпотом.

В горле запершило, но не сильно. И от движения губ уже не было больно. Ну как тут не улыбнуться⁈

— Да ты бодрячком! — воскликнула Яфа. — А я уж думала совсем всё плохо. Твоя подруженька, которая всё это сотворила, уже вещички собирает. Говорят, сам ректор её уговаривал сначала с тобой поговорить. Но нет, она боится.

— Как? — округлила я глаза. — Нет!

От вскрика стало больно где-то глубоко в груди, и я закашлялась, от чего ещё больнее стало.

— Я же сказала не кричать! — возмутилась Яфа. — Чуть Сканиса не скинула. Я же пока только поддерживать заклинания могу, для наложения допуска ещё нет.

— Позови её, — прошептала я, отдышавшись.

— Кого? — не поняла Яфа.

— Лорию позови, она не должна уходить, — взмолилась я. — Она же как лучше хотела. Случайно всё получилось.

— Ну уж нет, — мотнула головой Яфа. — Я пойду за ней, а ты пошевелишься и заклинание скинешь. Доказывай потом деду, что это не моя вина. И так на целительстве загибаюсь, только чтобы его порадовать. Вообще у меня к прорицанию предрасположенность. Только ради деда пошла в целители, чтобы не разочаровать…

— Как же тебя взяли на целительство, если другое направление? — не поняла я.

— А вот такая я, разносторонняя, — развела руками Яфа. — Равные способности и к тому и к другому. Но прорицание мне по духу ближе. А целительство вроде как семейное дело.

— Зря ты так, — скривилась я. — Думаешь, магистру будет приятно, когда он узнает, что ты только ради него стала целителем, переступив через себя?

— А он не узнает, — мотнула головой Яфа. — Понимаешь, я одна у него осталась. Он меня вырастил. Не хочу его разочаровать.

— Глупость, — улыбнулась я. — Меня отец тоже не хотел в АИСТ отпускать. И до сих пор надеется, что вернусь домой, чтобы выйти замуж за того, кого он выбрал. И что, мне отказаться от всего, чего хочу, только потому, что он видит моё будущее иначе?

— Тебе не понять, — покачала головой Яфа.

— Я поняла, что ты отказываешься от того, чего хочешь, лишь потому, что боишься рассказать об этом дедушке. Думаешь, для него продолжение семейного дела важнее, чем твоё счастье?

— Не тебе судить, — отвернулась Яфа. — Что ты понимаешь? Тебя сразу приняли, потому что ты из хорошей семьи. Думаешь, тут отбор только по силе? Ошибаешься! АИСТ тот ещё гадюшник! И травят тут больше тех, кто невыгоден империи. Ректор Орс старается что-то изменить, но правящие не желают уступать. Меня взяли только потому, что дед на пороге великого открытия, которое империя, конечно же, присвоит.

На пороге ли? Что-то мне подсказывало, что магистр Далира уже совершил то самое открытие, которого от него ждали. Но он будет скрывать его, сколько сможет, чтобы дать внучке возможность спокойно доучиться. Он будет терпеть предвзятое отношение, молчать и ждать, даже не подозревая, что Яфа делает то же самое, только для того, чтобы не разочаровать его.

— Яфа, я… — запнулась, понимая, что не смогу подобрать нужных слов. Уж лучше целителю потом шепну, он мудрый, разберётся. А пока… — Пожалуйста, позови Лорию. Она тоже имеет право на шанс. В том, что со мной случилось, нет её вины.

— Я же уже сказала, тебя нельзя оставлять, — недовольно ответила Яфа.

— Обещаю, я не шевельнусь, пока ты не вернёшься, — постаралась убедить её. — Вообще ничего делать не буду. Просто представь себя на месте Лории. У неё тоже есть родственники, которые возлагают на неё надежды. Она и сама мечтала стать великой ведьмой. Дай ей шанс.

— Сама виновата! Нечего было пользоваться непроверенными заклятьями. Она тебя чуть не убила, вообще-то, — проворчала Яфа.

— А ты никогда не ошибалась? — спросила я у неё.

И Яфа призадумалась. Поджала губы, покачала головой, вздохнула и…

— Ладно, позову я тебе эту криворукую ведьму. Только при условии, что ты вообще шевелиться не будешь, — хмуро произнесла она.

— Замерла и едва дышу, — пообещала я.

— Дыши как положено, тебе сейчас воздух нужен, — хмыкнула она и вышла.

Я уставилась на белый потолок, но моего терпения хватило минуты на две. Потом начала блуждать взглядом по комнате. А посмотреть тут особо и не на что было. Безликая обстановка в стиле «натуральное дерево и ещё раз дерево». Стены, задрапированные унылой светло-бежевой тканью, минимальный набор мебели, и полное отсутствие личных вещей, которые делают любое помещение обжитым. Тут не было ни одежды, ни каких-либо статуэток, портретов, личных безделушек. Безликое запустение. Если это спальня Дариона, то я его уже боюсь… Тут не было ничего! Только изначальный набор предметов первой необходимости, как в каком-нибудь пустующем доме. Как же он тут живёт?

Дверь открылась, и я тут же забыла про ректора. На пороге стояла заплаканная, с покрасневшими глазами и трясущимися руками Лория. Она всхлипнула, сделала шаг ко мне и развернулась, порываясь убежать.

— Стой, — попросила я её.

Подруга замерла, медленно обернулась, опять всхлипнула и закрыла лицо руками.

— Я не хотелааа! — взвыла она. — Простиии!

— Да заходи ты уже, — подтолкнула её в спину Яфа. — Вот, привела, как ты просила.

— Она меня не привела, а приволокла! — всхлипнула Лори.

— А куда ты собралась? — спросила я. — Решила смыться и оставить меня одну разбираться с Дасмиром?

— Да я тебя чуть не убила! — воскликнула Лория. — Мне тут не место!

— Ну, знаешь ли, это ещё не повод бросать меня тут одну, — улыбнулась я. — Хватит реветь, у нас ещё ведьмак не пристроенный остался.

— Правда? Ты меня прощаешь? — недоверчиво спросила подруга.

— Конечно! — улыбнулась я.

И Лория бросилась обнимать меня. Яфа поспешила следом, чтобы не дать Лори потревожить моё ещё не восстановившееся тело. А в следующее мгновение дверь в спальню распахнулась и прозвучало:

— Да, я подозревал, что вы злоупотребляете своим положением, ректор Орс, но не думал, что настолько! Сразу три адептки! И что-то мне подсказывает, что ни одна из них не находится на грани жизни и смерти, как вы говорили. Хотя, я могу вас понять. Девушки весьма хороши. Настолько, что даже я могу усомниться в преданности короне…

— Нет, — сухо ответил Орс. — Это адептки АИСТа и только.

— А если подумать? — слащаво вопросил высокий худой брюнет. — Я бы закрыл глаза на некоторые несоответствия…

— Ой, а вы папа Эллы? — изобразила удивление Яфа. — Я её соседка. Вот Элла удивится, когда скажу, что первой вас увидела!

Мужчина тут же изменился в лице, расправил плечи, стал серьёзным и поинтересовался:

— Что вы тут делаете, адептки?

— Так вот, — указала на меня Яфа. — Я целитель третьего курса, приглядываю за пострадавшей на занятиях первокурсницей.

— А я её подруга, — подхватила Лория.

— И почему пострадавшая не в лазарете? — повернулся к Орсу куратор.

— Так сюда ближе было нести, сами знаете, порой секунды важны, — заявила Яфа, и демонстративно начала шептать какое-то заклинание.

Я бы тоже что-то сказала, но от её заклинания меня начало клонить в сон. Получилось только пробурчать «спасибо».

— Желаете провести расследование по этому поводу? — поинтересовался Орс.

— Нет, может быть позже, — недовольно ответил куратор.

— В таком случае, прошу вас пройти к выходу. Больше в АИСТе проверять нечего, — сдержанно произнёс ректор.

— Вы же понимаете, что я ещё вернусь? — усмехнулся куратор.

— Мы всегда рабы представителям империи, — отчеканил Орс.

— Прошу запомнить, моя дочь неприкосновенна. Не советую ущемлять её права, — прогнусавил куратор.

И они с ректором наконец-то ушли.

— Ужас, — выдохнула Лория.

— Да хорошо всё обошлось, — хмыкнула Яфа.

— А можно мне уже в комнату? — спросила я.

— Извини, Яра, но ты сегодня тут останешься, — развела руками Яфа. — И дед тут тебе не поможет. Тебя сейчас тревожить нельзя.

* * *

Я всё ещё лежала в ректорской кровати. С Лорией мы помирились, она пообещала, что не уйдёт из АИСТа и дождётся моего возвращения в строй. Яфа заверила меня, что скоро придёт её дедушка целитель, и тоже ушла. Я же уже чувствовала себя относительно хорошо, но, когда попыталась встать, едва не свалилась с кровати.

В последний момент меня подхватили сильные руки, уложили обратно и…

— И куда ты собралась? — спросил Дарион.

— В лазарет? — почему-то спросила я, вместо того, чтобы настоять.

— Здесь тебе будет лучше, — заверил он, улыбнувшись как-то по-особенному. — Потерпи немного, скоро я тебя отпущу, Зая.

— Я уже не Зая, — пробурчала, отводя взгляд.

— Почему? — вдруг спросил Дарион. — Почему ты не Зая?

— И ты ещё спрашиваешь⁈ — возмутилась я. — Ты бросил меня! Предал! Сбежал, только потому, что я призналась в детских глупых чувствах!

— Вот значит как, — задумчиво произнёс он.

— Именно так! Предатель! — отчаянно воскликнула я. — Сбежал, как последний трус! И даже не попрощал…

— Я же предупреждал, что ей нельзя волноваться! — перебил меня встревоженный голос магистра Далира. — Я забираю девочку в лазарет.

— Нет, — отреза Орс. — Она остаётся здесь.

— Но ей нужен уход, — возразил целитель. — Она будет восстанавливаться ещё дня три.

— Здесь и восстановится, — заявил ректор. — Ваша внучка прекрасно справляется с должностью сиделки. Гарантирую, переведу её на следующий курс, засчитав это практикой.

— Но она же пропустит обучение, — возразил магистр Далира.

И тут я уже просто не могла промолчать. Сначала деликатно покашляла, но на меня не обратили внимания. Пришлось громко кашлянуть, посмотреть прямо на целителя и попросить:

— Ректор Орс… не могли бы вы выйти на минуточку?

— Это вообще-то моя спальня, — возмутился он.

— Пожалуйста… Дарион, — посмотрела я на него.

И он вышел, не потому, что я так захотела, а потому что попросила. Это было очень приятно. Он выполнил именно мою просьбу, а не требование адептки.

— Так что вы хотели мне сказать? — спросил магистр Далира.

— А знаете, я уже и не уверена, что должна вмешиваться в ваши дела, — стушевалась я, не обдумывала ведь заранее, как преподнести. — Но, всё же, намекну, ваша внучка очень одарённый целитель, но ещё больше она одарена в прорицании. Так может, стоит поощрить её в этом? Не всегда главная ценность скрывается в очевидном.

— Неужели я что-то упустил? — посетовал целитель.

— А вы у Яфы спросите, — предложила я ему.

— Спасибо тебе, светлая девочка, — улыбнулся магистр. — Обязательно поговорю с внучкой. А ты отдыхай, и постарайся как можно меньше двигаться.

И он ушёл, а на его место вернулся он, Дарион. И вот ему мне сказать было нечего. Вернее, я много могла бы сказать, и даже предъявить, но, почему-то уже не хотелось.

Я так устала от обид, претензий и вопросов, что и ответов уже не желала. А он и не спешил их раздавать! Дарион просто сел рядом и смотрел на меня, как на незнакомку.

— Ты изменилась, — спустя какое-то время проговорил он. — Выросла, повзрослела… стала злее.

Я промолчала. А что тут скажешь? Мы, ведьмы, все злые, когда обижены. Пусть сам говорит, если хочет. Выслушать придётся, выбора нет, но поддерживать беседу как-то не хочется.

— Ты ведь помнишь нашу последнюю встречу? — спросил Дарион. — Наверняка помнишь.

Да, это я никогда не забуду. Отвернулась, не желая видеть его довольное лицо.

— Этот день перевернул всю мою жизнь, — тихо произнёс Дарион. — Я горел наведённой страстью, был в её плену… в прямом смысле. А ты, моя маленькая ведьмочка, спасла меня от этой западни, но обрекла на долгие годы болезненного одиночества.

— Можно мне в лазарет, пожалуйста? — спросила я чуть охрипшим голосом.

Нет, я не струсила, это был голос разума… Вру, конечно же! Ух как струсила! Причём, именно от его слов. Стало страшно услышать правду, которой так жаждала столько лет.

— Неужели ты меня боишься, Зая? — спросил Дарион.

И я зажмурилась. Нет, нет, нет, я не хочу слышать его оправданий! Не хочу ему верить, не хочу…

— Яра, посмотри на меня, — попросил он, прикоснувшись к моему подбородку.

И я широко распахнула глаза, уставившись на того, кого… ну ненавижу же! Ненавижу, я сказала! Презираю!

— Как ты изменилась, — прошептал он. — Моя маленькая ведьмочка.

А я даже дышать перестала, заворожённая его взглядом. И эти глаза, которые порой всё ещё снились мне, они были так близко… Всё ближе и ближе…

Когда его губы соприкоснулись с моими, я сначала растерялась, замерла на мгновение, но потом…

Нет, я тебя ненавижу! Прекрати немедленно! Не смей! Несвязные мысли пролетели в моей голове вихрем, а уже спустя секунду я самозабвенно отвечала на его поцелуй. Эти губы, такие горячие, требовательные и в то же время нежные, они сводили меня с ума. Именно так я и представляла наш первый поцелуй.

Дарион неохотно прервал поцелуй, отстранился, погладил меня по щеке и пообещал:

— Я вернусь через пару минут.

И он вышел. Опять сбежал в самый важный момент!

Я проморгалась, ужаснулась тому, что произошло, и тоже попыталась сбежать. Встала с кровати, сделала шаг, покачнулась и упала обратно. Это нечестно! Я слишком слаба, а он этим пользуется! Но я так просто не сдамся. Пусть даже не надеется. Детская влюблённость закончилась вместе с детством. Так что, этот поцелуй ничего не значит. Но как же пьянит даже воспоминание о нём…