Глава 7
«Не отказывайся от удовольствия сегодня, «завтра» может и не быть».
Я даже не запомнила, как мы добирались обратно; остались лишь обрывочные воспоминания: непрекращающийся дождь, обнимающий меня полуобнаженный мужчина и трикс, прокладывающий дорогу в дебрях Олтра. Амеранин пользовался навигационным устройством в своем браслете, лишь поэтому мы не сбились с пути и вскоре остановились у спрятанного на побережье дома.
Погода испортилась совсем, в джунглях стало пусто и тихо, только капли непрерывно стучали по листьям, и небо больше напоминало темно-серый асфальт. Террел спустил меня с трикса, подхватил на руки и вошел в дом. Дальше все как в тумане — лифт, коридор, дверь его спальни, ванная комната. И я, буквально отлетевшая к стенке и придавленная мощным телом амеранина. Он тут же впился в мои губы, словно доказывал, что может делать со мной все, что захочет.
Поцелуй распалил желание еще больше, и я едва соображала, что Террел уже снимает с меня одежду. На его бронзовом теле мелькали блики, мощные плечи закрывали все пространство, изумрудные глаза буравили, проникали в душу. Он не управлял мной, я и сама была не против, не хотела останавливаться.
Вода хлынула с потолка, подобно тропическому ливню, смывая с нас грязь и морскую соль. Я больше не смущалась, сама исследовала тело мужчины, который прикусывал губы и глухо рычал, когда я дотрагивалась до напряженного органа. Мне же хотелось быстрее ощутить его в себе целиком, почувствовать дикую страсть, сумасшедший драйв этого нечеловека. Стать на время его игрушкой, позволить делать со мной все, что угодно, только бы он продолжал, только бы понимать, что нужна ему.
— Я еще ни разу так долго не терпел, если рядом находилась желанная женщина. Ты не представляешь, как сложно мне было удержаться эти два дня, — хрипло прошептал Террел, лаская ладонями мои бедра.
Его рука двинулась к интимному местечку, он раздвинул набухшие складки, поглаживая клитор. Я заурчала, как кошка, позволяя ему играть с моим телом.
Пространство ванной комнаты потемнело, кровь хлынула в низ живота, вызывая тягостное томление.
Я. Хочу. Его. Сейчас. Но не могу ничего сказать. Остается лишь довериться ему.
Я уже думала, что мы так и продолжим в душе. Но Террел внезапно выключил воду, набросил на меня чистое полотенце и внес в спальню, плавно уложив на кровать. Приглушенный свет позволял видеть все, что происходит. Амеранин не включал головизора или музыки, но они и не требовалась, потому что мы были полностью увлечены друг другом.
Дыхание мое сбивалось, когда он быстро целовал мой живот, мои бедра. Каждое касание отдавалось электрической искрой. Потом Террел раздвинул мои ноги, окинув взглядом голодного зверя то, что открылось ему между ними. Я вскрикнула, почувствовав его язык на набухшей жемчужинке клитора, вцепилась в плечи мужчины, держась за них, словно за спасательный круг.
Террел знал свое дело, он то кружил языком около бугорка, то спускался ниже, проникая в тесное, но влажное пространство лона. Я постанывала от удовольствия, периодически вспоминая, что нельзя выдать себя. Старалась не забыться и не утонуть в своих ощущениях. Раз за разом меня охватывали языки пламени, я едва не достигла оргазма. Но не успела. Вскрикнула и сжалась, когда амеранин подтянул меня к себе, и горячий член уперся мне в промежность. Тело амеранина на миг полыхнуло серебром, и это было самое завораживающее зрелище на свете.
— Все хорошо, нужно просто расслабиться, — на выдохе проговорил он.
Я облизала ноющие губы и кивнула головой, отдавая себе отчет, что поздно включать обратку.
В глазах мужчины сверкнула одержимая искра, сделав его взгляд похожим на взгляд сумасшедшего. Он обхватил ладонями мои бедра, не разрывая зрительного контакта, и медленно двинулся вперед, постепенно входя в меня предметом своей мужской гордости. А там и правда было, чем гордиться. За такого мужика передралась бы добрая половина моих коллег женского пола. И не только женского…
— Ты такая тесная. Но мы это скоро исправим, — хрипло прошептал он.
По мере заполнения тугой плотью стеночки влагалища сокращались, и эта пульсация передавалась во все тело. Кажется, так хорошо мне никогда не было. Его орган растягивал меня изнутри, как будто в первый раз, но я не ощущала боли — вместо нее лишь отчаянное желание нового проникновения.
Террел! Террел!!!
Мое внутреннее «я» вопило, требовало назвать амеранина по имени, просить продолжения, говорить, какой он классный.
Но я не могла!
Я лишь приподнялась, помогая войти до упора, широко раскрыла глаза, глядя на красивое, но напряженное лицо мужчины.
Он вдруг остановился, нахмурился, и я поняла: он догадался, что я не девственница. Или нет? Он ничего не говорил вслух, и мне оставалось лишь прикусить губу и ждать его реакцию. А на лице Террела выражалось явное удивление. Я закрыла глаза, чтобы не видеть, как он будет меня убивать. И приготовилась к худшему. Меня буквально парализовало, и только пульсирующая во мне горячая плоть напоминала, что я еще жива.
— Р-риа! — вдруг ворвался он с глухим рыком, удерживая меня ладонями под ягодицами.
Я посмотрела на него, и моя голова закружилась. Комната сузилась до расстояния от его глаз до моих. Радужки мужчины налились тьмой, изменившись до цвета темного нефрита, на висках вздулись вены. Мускулы на груди и плечах напрягались, когда Ти-Джойс раз за разом входил в меня, прижимая к себе так, что головка его члена чувствовалась где-то в глубине живота.
Но больше я не расслаблялась. Он что-то заподозрил и теперь не отстанет, так нужно дать ему то, что он хочет, чтобы выиграть время.
Конечно, все мои немногочисленные предыдущие любовники даже в подметки не годились этому брутальному самцу, который точно умел обращаться с женщинами, потому что искал для меня удобное положение, прислушивался к моим ощущениям. И при всем напоре и размерах не причинял боли. Да после этого амеранина я ни на одного мужика не смогу смотреть, как на полноценного.
Он отпустил мои ягодицы и уперся ладонями около моей головы, чуть замедлив темп, и теперь двигался более размеренно. С его еще мокрых волос стекали капли воды, обжигая мне щеки. Губы нашли мои и язык проник внутрь, словно Террел хотел забраться в меня со всех сторон. Его рука скользнула между влажными складочками, и он неторопливо погладил чувствительный бугорок. Это прикосновение стало последней каплей, место касания превратилась в эпицентр взрыва, и пространство разлетелось мириадами разноцветных осколков.
— О-о… — застонала я, ухватившись за плечи амеранина, но он закрыл мне рот новым поцелуем.
Наши тела сплелись в одно целое, я дрожала, чувствуя тяжелую пульсацию в висках и нижней части живота. Террел перекатился на спину, увлекая меня за собой. Хорошо, что хоть не придавил своей «тонной» веса. Я обессиленно распласталась на нем, чувствуя, как внутри подрагивает член, а между нами растекается липкая жидкость. Каждая клеточка лона пульсировала, мышцы отчаянно сжимались, будто не хотели упускать трофейную добычу.
Он сомкнул руки в замок на моей спине, слегка поглаживая подушечками больших пальцев между лопаток, и от этого места по всему телу расползалась блаженная истома, покалывая меня тысячами сладких иголочек.
Не хотелось ни о чем думать, только лежать вот так, слушать его прерывистое дыхание и ритмичный стук капель дождя за окном. Сердце никак не хотело успокаиваться — оно выдавало мои эмоции. Наконец-то я подняла голову, посмотрев на красивое лицо Террела. Он как раз прикрыл глаза — видимо, тоже о чем-то задумался.
Интересно, сколько ему все-таки лет? На широком лбу прорезались две небольших морщинки, на висках проступили капельки пота. Хотя я бы не сказала, что он устал — с его-то способностями и сверхсилой. Возможно, это были капли от дождя… Я уперлась подбородком в его грудь, одновременно поглаживая мышцы на плечах. И вдруг подумала, что амеране не все такие, как он. По крайней мере, те, которых я успела увидеть, были разными. И только Террел — единственным и неповторимым.
На эти приятные мгновения я даже забыла, что здесь делаю. И мне казалось, что я искала Квазара только ради того, чтобы в реальности познать, каков он в постели.
Да я просто сошла с ума!
Я оперлась на колени, чтобы освободиться от его члена — все еще большого и твердого, хоть уже и не каменного. И только собралась встать, как руки мужчины прижали меня к себе, и он шевельнул бедрами мне навстречу. В его глазах снова полыхнул маниакальный огонек. Он облизал губы и прошептал совсем тихо:
— Куда ты собралась, Риа?
Никуда, черт побери! Мне нужно в душ, мне требуется отдых. И я хочу подумать, как жить дальше. Так и хотелось это заявить. Но… долбанная дикарка, которую я изображала, не должна стремиться в душ после сеанса страсти с божеством.
Я тихо застонала от бессилия, и амеранин понял мой стон по-своему, как ему хотелось бы. Он тут же двинулся в бой. Его член снова стоял, как кол. А у меня в животе разгоралось пламя нового желания.
Он наконец-то вышел и перевернул меня на бок. При этом обнял одной рукой, а второй раздвинул мои ноги, пальцами заскользил по влажным набухшим половым губам, периодически проникая внутрь. Одновременно с этим принялся неторопливо целовать, заставляя забыться окончательно. Я даже не заметила, что пальцев стало больше… Да, плевать. Главное, что мне хорошо.
— Еще? — сладко прошептал он на ухо, но я вдруг различила в его голосе едва заметную усмешку. — Продолжать? Скажи, как ты меня хочешь, Риа! И я дам то, что тебе нужно.
Ага, размечтался! Скажи ему… Это такой своеобразный шантаж, чтобы меня разговорить? Не дождется!
Я извернулась и схватилась за его член, легонько сжав у основания. А потом принялась играться с ним, проводя рукой вверх-вниз, только бы отвлечь мужчину от ненужных расспросов. Помогло! Террел откинулся на спину, наблюдая за моими действиями из-под полуприкрытых век. Его большая ладонь накрыла мою руку и сжала. Он улыбался! Амеранину явно нравились мои смелость и инициатива.
— Еще, да… ниже… — с приятной хрипотцой в голосе говорил он. Я послушно делала то, что он хочет — благо, пока он не требовал ничего особенного.
Но вскоре он не выдержал — отбросил меня на спину, и нагло вторгся двумя пальцами в горящую от желания пещерку, растягивая изнутри. Дыхание амеранина было горячим, тело полыхало жаром. Его близость невероятно возбуждала. И я лишь постанывала от наслаждения, когда длинные пальцы умело скользили по пульсирующим стеночкам, отыскивая самые чувствительные точки.
Он сорвал еще один краткий поцелуй и снова устроился между моих ног. Вошел на этот раз резко, без раздумий, буквально впечатав меня в постель своим телом. Вся промежность горела от желания, я хотела, чтобы это безобразие продолжалось бесконечно. И только всхлипывала, когда он начинал двигаться слишком быстро, отчего прерывалось дыхание, а сердце подхватывало ритм. Меня накрыл новый оргазм — еще дольше, слаще, сильнее предыдущего. Я лишь тихонько постанывала, пока Террел приближался к развязке. А потом обхватила его ногами, позволяя излить в меня семя.
Мелькнула мысль облегчения, что я не смогу от него забеременеть, ведь вовремя приняла меры предосторожности.
Даже не знаю, сколько мы лежали вот так, в обнимку. Обнаженные, удовлетворенные и немного вымотанные трудным днем. Спать я не могла, потому что хотела есть и пить. А главное — хотела принять душ. А вот амеранин, похоже, спал. Его грудь равномерно вздымалась, глаза были закрыты.
Я выползла из-под руки Террела, поднялась и пошатнулась. После такого секса меня штормило, как на корабле при сильной качке. Комната расползалась черными пятнами, но я все же смогла добраться до душевой, вступила на поверхность не скользкого коврика и на автопилоте включила воду, чтобы смыть с себя следы своего позора. Мне было стыдно, что я поддалась на его игру, и я была готова расшибиться о стену головой, только бы не знать, что отдалась амеранину сама, без попыток сопротивления. Они, конечно, были, но такие слабые, что больше раззадорили мужчину.
Божество, чтоб его!
Я сползла вдоль стены и села на пол прямо под струи теплой воды. Губы горели огнем, тело все еще чувствовала бесконечные прикосновения. Между ног ныло и даже немного болело. Но это с непривычки. Все же у меня несколько месяцев не было ни одного мужчины, а Террел оказался не просто мужчиной, а каким-то ненасытным самцом, вечно неудовлетворенным, что он, в общем-то, и не скрывал.
Минут через двадцать я очнулась. Надо идти обратно. Остается надеяться, что Квазар на сегодня удовлетворил свой аппетит.
Я вытерлась насухо, привела в порядок уже надоевшую «прическу», от которой я отчаянно желала избавиться, и на носочках прокралась в спальню, устроившись около мужчины. Потом повернулась, чтобы посмотреть на него еще раз. И мое сердце ушло в пятки.
Он не спал. Лежал на боку, держа в руке лазерный пистолет, снятый с предохранителя — на гладком серебристом стволе светился маленький датчик.
Сердце пропустило удар. Дыхание сперло. Я глотала воздух, понимая, что одно лишь нажатие — и мое лицо просто обожжет смертельный луч, превратив кожу в обугленное месиво.
Он все знает!
Получил свое и теперь от меня избавится.
— Кто же ты такая, Риа? — прозвучал хриплый голос, сначала тихо, а потом Террел рявкнул на всю комнату: — Отвечай же!
Я закрыла глаза и медленно посчитала до пяти.
Что же делать? Как не выдать себя? Пусть думает, что угодно. Главное, чтобы не узнал во мне журналистку. Я дикарка-олтр! И неважно, что он там подумал.
Так, а если я дикарка, то понятия не имею, что такое лазерное оружие. Да и вообще, не собирается же он пристрелить меня на своей же кровати. Просто испытывает на прочность мое терпение.
— Говори, как ты на самом деле ко мне попала! — прорычал Квазар.
Да сейчас же, разогналась и сказала. Думай, Арина, что бы делала на твоем месте аборигенка, переспавшая с божеством.
Я открыла глаза и улыбнулась, по крайней мере, постаралась, чтобы это выглядело мило и естественно, а уж как вышло — не знаю.
Террел тихо усмехнулся.
— Значит, решила продолжать молчать? Ты ведь не такая, как другие олтры. Я сразу это понял. Не выйдет играть со мной, даже не надейся.
Конечно, я и не надеюсь. Просто играю по своим правилам, и пока мне это удается. Я вздрогнула, когда его рука с пистолетом дернулась.
Долбанная роль! Кажется, Квазар не шутит, и от меня сейчас останется обугленная тушка. И чихать он хотел на свою постель, у него в доме не одна комната.
Я заставила себя улыбнуться еще раз, затем по-кошачьи выгнулась и просто поползла к нему по кровати, делая вид, что не понимаю, что такое пистолет. Я даже приблизилась и заглянула одним глазом в дуло. А потом оказалась у груди Террела, прижимаясь всем телом к мужскому торсу. Амеранин даже не двинулся, только его глаза внимательно смотрели на меня, когда он пытался понять, что я замышляю.
А потом выругался на космолингве, выключил пистолет и отбросил его в сторону, схватил одной рукой оба моих запястья, прижав к кровати, и со злостью прошептал мне в губы:
— Ты играешь с огнем. Не стоит меня недооценивать. Или ты скажешь мне правду, или не выйдешь отсюда живой. Я ведь понял, что у тебя уже были мужчины. На самом деле, мне все равно, с кем ты спала до меня, но жрицы из храма все были девственницами. Поэтому ты точно не оттуда. Подумай, что для тебя важнее: жизнь или твой секрет.
Я выдохнула. Значит, все же принимает за олтра. Это уже хорошо.
— Ты не выйдешь из этой комнаты, пока не скажешь правду. Я скоро вернусь. Ужин принесет мой помощник, — скривил Террел верхнюю губу, а потом резко поднялся, окинул комнату взглядом в поисках одежды. Захватил брюки, ботинки, футболку, оделся и вышел, а в двери щелкнул замок.
Вот гад! Так он, значит, со мной! Сначала гоняется по пляжу, потом целует сладко до умопомрачения, соблазняет, укладывает в постель, пару часов развлекается, удовлетворяя свою похоть… а потом вдруг не та ему дикарка попалась! Девственниц ему, видишь ли, подавай на блюдечке с голубой каемочкой! А я, между прочит, уже лет семь, как этой самой девственности лишилась. Знала бы, сделала бы операцию по восстановлению. Хотя и не видела в ней особого смысла.
Кажется, мой репортаж пролетает, как фанера над Парижем. Теперь Квазар еще надумает меня пытать, будет заставлять говорить. И он не успокоится, если я не предоставлю доказательств того, как я к нему попала.
Хотелось выть от отчаяния. Знала же, кто такой этот амеранин, и все равно бросилась искать его по галактике. Есть, конечно, у меня один козырь, о котором я и забыла. Офлин Кроот, что собирался сказать Террелу нечто важное. Но это «нечто» вряд ли спасет меня от возмездия.
Я накрылась простыней и, перевернувшись на живот, вытянулась на постели. Внезапно вспомнила свой разговор с Диззиром и снова нащупала скрытый под кожей чип лингвоадаптера. Если бы я смогла говорить, как олтр, Террел бы немного успокоился, а я бы придумала себе душещипательную легенду о моем несчастном прошлом. Но все мои попытки настроить переводчик оказались тщетными.
Ладно, буду думать, как выкрутиться. А то от одной мысли о возможных пытках из груди словно расползается липкая масса, проникая в каждую клеточку моего тела. Вряд ли он пожалеет дикарку. Кто я ему такая? Всего лишь подарок, с которым он волен делать все, что заблагорассудится. Хочет — убьет; захочет — отдаст своим парням поразвлечься.
* * *
Гулкие шаги эхом отражались в пустом коридоре подвальной части здания. Ти-Джойс вышел наружу, на площадку около его лаборатории прямо под дождь. Настал вечер, а казалось, что давно ночь; плотно затянутое тучами небо словно падало вниз вместе с каплями непрекращающегося дождя. Вода размывала грязь, ручьями стекала в лес по наклонному покрытию из прозрачного бетона с волоконно-оптическими нитями, представляющим прочный единый с фундаментом блок. То и дело воздушное пространство разрывали яркие вспышки молний, после которых над джунглями проносились раскаты грома, как напоминание о том, что скоро божеству предстоит покинуть эту планету.
Террел остановился, задумавшись, поднял голову, подставил лицо каплям, которые яростно хлестали его по лицу, будто ставили на место. Словно это была не вода, а женская ладошка. Ладошка той, кто сейчас находился в его же спальне. Девушки, с которой был лучший за последние годы секс.
Как хорошо, что она оказалась не девственницей.
И за это он ее едва не убил на своей же кровати, поддавшись некоему помутнению рассудка, когда его мозг начал выдвигать совершенно нелепые гипотезы.
На мгновение ему показалось, что в ее глазах мелькнул страх. Риа ведь поняла, что он хотел ее убить, хоть и не знала назначения пистолета. И он едва не поддался дурацкому порыву.
Хорошо, что не поддался. Понятно одно — Риа не из храма. С остальным нужно разбираться.
Под следующий раскат грома из глубины сознания донеслась уж совсем странная мысль. Что, если она — не олтр. Но тогда кто?
Не-эт! Нужно меньше думать о ней и больше о деле. Девчонка задержится у него на несколько дней, и больше они, скорее всего, никогда не увидятся. Одна вспышка настроенного на определенное количество времени нейтрализатора памяти — и она не вспомнит ничего о том, где и с кем была все это время.
За восемь лет Ти-Джойс поступал так не раз — и его никогда не мучила совесть за высаженных на новой территории дикарок. Все остались живы. По крайней мере, были живы, когда Адисс или Рэйдж оставляли их на побережье. Всех аборигенок объединяли одни и те же черты: пугливость и покорность, миловидная внешность, невинность и подчинение. А еще медальон со знаком солнца — звезды, откуда, по верованиям олтров, спустился бог Араан.
Храмов Араана на континенте было несколько, но Террел видел лишь один из них. Тогда он и понял, почему дикари уверовали в его божественное происхождение. На стене древнего храма имелось изображение гуманоида в серебристом космическом костюме. Похоже, одна из гуманоидных рас когда-то посещала Олтр. Броню «пришельца» Ти-Джойса они приняли за светящуюся кожу бога.
Террел отлично помнил тот день, когда решил скрыться, спрятаться от самого себя и своего прошлого. Уил бы не остановился, не уничтожив его окончательно. Эта многолетняя война уже перешла в стадию, когда остановиться было невозможно. И на Альгамме Террела действительно едва не достали особисты. Если бы не приобретенные способности, его давно бы не было в живых, ведь вырваться из того пекла, казалось, просто нереально… Но ожоги регенерировались. Потому что он уже не был тем, кем являлся когда-то. Отчаянно желая от него избавиться, Уил сам, своими руками, сделал из него того, кого просто невозможно уничтожить!
…Сигнал датчика движения на браслете. Выстрел в сторону потенциальной опасности. Он чувствовал, как менялось его тело, как включалась внутренняя защита, когда организм активировал режим самосохранения.
«Сожри меня нохтус! Здесь есть коренные жители! — Дайкен указывает на высеченный в коре дерева рисунок». А потом из джунглей выходят олтры…
Тогда Террел еще не знал, как называется их раса, лишь позже выяснил, что вайгры, которые контролируют этот сектор галактики, скрывают правду о новой открытой планете земного типа, чтобы не пустить в эту часть космоса землян, не позволить им вмешаться в естественную эволюцию расы, не дать настроить городов, военных баз, заводов. В тот момент олтры просто приняли Ти-Джойса за божество, и он не стал их разубеждать. Его вполне устраивал этот статус. Вот только место его вовсе не здесь…
— Черт! Ты просто дурак, Террел! — сказал он сам себе, когда понял, что сделал что-то не то.
Стоило пойти в спальню и успокоить девчонку. Но он никогда не просил прощения и сейчас не мог переступить черту. Конечно, он погорячился, решив запереть дикарку в комнате. Пожалуй, стоит сменить гнев на милость.
Террел вдруг понял, что произнес последние слова вовсе не на космолингве, и выдохнул со злостью. За столько лет он уже начал забывать родной ему язык, хотя и космолингвой владел в самого детства, ведь его готовили ко взрослой жизни и будущему. С ним занимались лучшие педагоги, профессора. Экономика, право, лекции по техническим предметам: строительству кораблей, робототехнике, генной инженерии… Лучший университет… Работа на секретной базе… И опыты по созданию усовершенствованных, модифицированных людей. Артур доверял Террелу, как самому себе. Уил всегда был вторым. И его зависть сыграла свою роль в трагедии, которая случилась потом… Подонок Уил надеялся, что воспоминания не вернутся, но все пошло не так…
— Что ты там делаешь? Я тебя везде ищу! — В отзвуках грозы раздался громкий голос Дайкена, выдернув Террела из сумбурных мыслей. — Только что звонил Бруно, ему не удалось вычислить маршрут корабля, на котором находился похищенный плутоний. Он хочет встретиться лично, уже летит на Одарго. Вайгры нас прикроют, нужно спешить туда и решать проблему.
— Рорт их забери! Что задумал Декс?
— Кажется, хочет избавиться от всех амеран разом, взорвав базу. И потом, как обычно, спихнуть все на нас. Точнее, на тебя… Квазар, — усмехнувшись, поправился Дайкен.
— Там же мирные жители. Не они воюют с Дексом! — повернувшись, рявкнул Террел. — Он совсем сошел с ума! Мало ему того, что он уже сделал? — Он встряхнул головой, отбрасывая капли дождя. — Ладно, вылетаем. Попроси Адисса, чтобы присмотрел за девчонкой и накормил, мы все равно вернемся через двое суток.
— Сейчас передам. Догоняй, — крикнул Дайкен, уже направляясь к «Аррес».
* * *
Дождь не прекращался, капли монотонно стучали по подоконнику, навевая сон. Страх немного ослаб, вместо него пришли безразличие и понимание, что я все равно ничего не смогу изменить. Оставалось лишь надеяться, что Террел немного остынет и желания тела затмят все подозрения.
Про его тело я вспоминала с какой-то дрожью. Стоило подумать про секс с ним, низ живота тянуло, и кожа покрывалась мурашками. Но меня привлекало в нем не только его умение «вкусно» трахаться. А и другое… То, о чем я старательно старалась не думать. Он был совсем не такой, как я ожидала. Да, порой он казался жестоким и резким. В другие же моменты в нем просыпался настоящий романтик. Чего стоили наши прогулки по джунглям и пляжу! При этом амеранин словно и сам чувствовал себя в роли моего хозяина не в своей тарелке, будто эта роль божества ему давно надоела, и он хотел просто быть желанным и… любимым. А еще серебристое тело и невероятная скорость делали его загадочным, похожим на супергероя. Вот только Квазар вовсе не супергерой, а неуловимый суперзлодей, которого несколько лет никто не может поймать.
Я немного поспала, а проснувшись, обнаружила на столе поднос с местными овощами вроде зеленых помидоров — примерно такими же на вкус, — небольшую, плохо прожаренную тушку представителя местной фауны, розовый сок, похожий на клубничный. Сок оказался единственным, что съедобно. Все остальное я оставила почти нетронутым, только слегка перебила аппетит. Надо же, решил кормить меня местными продуктами. Уж лучше полуфабрикаты земного производства, чем это… непонятно что.
Через полчаса дверь открылась, но вместо Террела в спальню вошел темноволосый мужчина с завязанными в хвост длинными волосами, обтягивающей футболке, космолетных брюках и ботинках. Незнакомец мазнул по мне похотливым взглядом, задержав внимание на моей груди. Язвительно хмыкнул.
— А ты ничего! Когда наш «Араан» тобой натешится, я тебя приласкаю. Я тоже люблю дикарочек, особенно покорных, которые готовы сделать все, о чем их попросишь. Хотя и строптивые меня возбуждают не меньше. Их так приятно ломать. Твоей попке понравится мой друг, — демонстративно поддел рукой свою «мужскую гордость» посланник Квазара.
Ух, похотливый козел! Но уж лучше Террел, чем этот брюнет, один взгляд которого меня настораживал. Не дождется он моей покорности, даже если я надоем Квазару, как женщина. Хотя… что я смогу сделать против их силы…
Внезапно вспомнила, что у меня в браслете осталась еще одна снотворная игла. Но ее нужно приберечь на момент побега. И ни в коем случае не поддаваться на желание использовать ее раньше времени. Я бы с удовольствием врезала этому похотливому мерзавцу между ног и так, без браслета.
К счастью, высказав мне все свои сексуальные фантазии, амеранин забрал поднос с недоеденным ужином и вышел, заперев за собой двери.
Где же Квазар? Почему не возвращается? Может быть, что-то случилось? Или в этот момент он уже развлекается с другой дикаркой, забыв о той, которую закрыл здесь до выяснения обстоятельств?
От этой мысли стало не по себе, будто на меня вылили ведро ледяной воды. Хватит думать о Квазаре, как о любовнике. Сегодня он управлял ситуацией. Но я обязательно возьму ее в свои руки и покажу, кто лучший. Когда свалю от него, пусть каждый раз при мыслях обо мне давится слюной. А потом узнает, что его «поимела» Арина Райдэр, с которой он посмел так некрасиво обойтись…
Ночь прошла в одиночестве. Утро тоже. К обеду явился тот же озабоченный, принес мне тарелку вареных мидий — кажется, из тех, что дарили местные жители, — фрукты и простую воду. По его изречениям я поняла, что Террел на время улетел с Олтра.
Дыхание на миг сперло, и я подумала: вдруг это тот самый шанс, чтобы сбежать? Я смогу обмануть своего надзирателя, вколоть ему снотворное, пробраться в лабораторию, слить информацию и похитить один из летающих скутеров. Но… смогу ли я открыть гараж, если там стоят пароли? И я снова приуныла. Снимать видео уже не хотелось, да и зачем мне одно и то же, тем более, зарядка кольца не бесконечна. Можно включить головизор, но я боялась, что мой надсмотрщик явится в самый неподходящий момент и поймет, что я не та, за кого себя выдаю.
После ужина я прислушалась и поняла, что больше ко мне никто не придет. Выглянула в окно и заметила, что дождь постепенно прекращается и уже не льет так сильно. Джунгли выглядели какими-то унылыми. Стало совсем не по себе, и я, честно, не понимала, что делаю за пределами цивилизованных секторов, на окраине освоенной землянами галактики.
На головизоре не стояло никаких паролей, и, отыскав пульт, я смогла его включить.
Я словно попала в родную стихию, в медиамир, который был всей моей жизнью последние годы. Внутри заныло от понимания, что я могу просто не вернуться. Нет, я, конечно, не против интересных приключений. Но лучше бы осталась на Аройхо, и плевать на Алана. Там безопасней — это уж наверняка.
Включив новости канала «Голос Галактики», я перемотала назад и уставилась на рассказ о том, что Уильям Декс постепенно скупает медиа-компании и скоро станет самым влиятельным в сфере инфо бизнеса. Репортаж вела знакомая блондинка — та еще сучка, которая явно была любовницей господина Батча.
Я уснула под какой-то фильм. А ночью проснулась от звука шагов в коридоре.
Черт! Нет! Террел прилетел, или тот озабоченный вернулся и сейчас застанет меня за просмотром головизора? Я никак не могла отыскать пульт, затерявшийся на огромной кровати.
— Выключись! Заткнись, зараза, чтоб тебя! — выругалась на гаджет. Но вдруг осеклась, понимая, что включился лингвоодаптер, и все мои команды звучат на языке олтров, которые устройство просто не понимало.
Руки дрожали, пока я шарила по постели в поисках гаджета, а шаги приближались. Но вдруг, как спасение, под ладонью почувствовалось нечто твердое. Не знаю, откуда взялась реакция, но я мгновенно подхватила пульт и нажала на сенсорную клавишу, а сам пульт забросила под за кровать. В момент, когда в спальню кто-то вошел, я уже лежала, накрытая простыней, и делала вид, что сплю. Я слышала, как вошедший остановился около меня, молча смотрел — пронзительный взгляд так и чувствовался на затылке. И я знала, кто это, — узнала по шагам хозяина дома.
Тут же сильно заколотилось сердце, грозя выдать меня с потрохами. Даже не знаю, слышал ли Террел звук головизора или нет, но не торопился меня будить, ходил по спальне. Кажется, снимал мокрую одежду, потом послышался еле различимый звук льющейся воды — мужчина принимал душ. Вскоре вернулся, и кровать чуть слышно прогнулась под его весом. Он перекатился ко мне, но остановился, словно раздумывал — будить меня или нет. Дотронулся ладонью до моей щеки и легонько погладил подушечкой пальца.
— Риа-Риа, — тихо и как-то задумчиво произнес он. Но больше ничего не стал делать. Просто лег рядом.
Я осторожно выглянула из-под полуприкрытых ресниц и увидела, что он запрокинул руки за голову и смотрит в потолок. Решив, что утро вечера мудренее, я снова смежила веки и через несколько минут отключилась, погрузившись глубокий тревожный сон, в котором меня преследовал господин Батч с требованием сделать репортаж про триксов, для чего нужно было отправиться в систему Фарг-3 вместе с его блондинкой.
Проснувшись, я потянула носом воздух.
Кофе! Я тут же открыла глаза и села на кровати.
— Привет! — кратко бросил Террел, отставив в сторону чашку. Он сидел в кресле, запрокинув ногу на ногу, о чем-то задумавшись. Но похоже, убивать меня не собирался.
Я схватилась было за простыню, но потом передумала, так и отправилась в ванную комнату. А когда вернулась, обнаружила на кресле одежду. Самого Террела не было видно, зато стоял недопитый кофе. Я оглянулась и сделала большой глоток, возвратив чашку на место, — с него, пожалуй, не убудет — потом застыла у окна, глядя на синее небо. Дождь, наконец, закончился, и вовсю светило местное солнце.
— Я привез тебе кое-что. Надеюсь, подойдет, — поманил меня к себе вошедший амеранин.
Ого, это уже интересно. Я тут же подошла, рассматривая в его руках ткань голубого цвета, оказавшуюся коротким летним платьем на бретельках.
— Тебе должно подойти. Примерь! — хитро улыбнувшись, предложил он. — Здесь еще всякие мелочи, туфли, белье. У меня было немного свободного времени, и я сделал заказ.
Интересно, где это он его сделал? Уж не на Одарго ли? В этом регионе больше нет планет, где можно было бы найти одежду для землян, да и там отыскать ее — проблема. Значит, все же поддерживает связь с вайграми? И вообще, с чего это он такой добрый? Может, уже понял, что я не местная? Отказываться от подарка было глупо, поэтому я позволила Террелу облачить меня в платье, которое село точно по фигуре и наверняка смотрелось на мне странно, но я все равно была счастлива, что наконец смогу ходить кругом как человек, а не как игрушка-олтр.
Он притянул меня к себе, подняв пальцами одной руки мой подбородок. Второй перебирал мои косички, накручивая их на палец.
— Кто же ты такая, Риа? — с усмешкой произнес он, потом потянул за волосы назад, склонился и прикусил мою губу, словно пытался напугать. — Признаешься?
Я хотела было сказать, что он зря меня подозревает, но осеклась. Страх, что устройство снова откажет, мешал мне сделать это. Кажется, Террел пользовался похожим переводчиком, но при этом говорил на том языке, на котором хотел. Устройство подавало в мозг сигналы, автоматически заставляя использовать нужный язык. Но этим можно управлять. Когда мне ставили эту штуку, я даже не подозревала, что могут возникнуть трудности.
От близости амеранина сладко засосало под ложечкой. Его властный тон проникал в каждую клеточку моего тела, разнося по венам приказ подчиниться. И я не понимала, что он со мной делает. Зеленые глаза буравили меня насквозь, и я хотела просто быть его игрушкой, выполнять его желания…
Да что за наваждение?! Не-эт!
— Кто тебя ко мне послал? — повторил он, сжав мое лицо еще сильнее.
В этот момент ко мне вернулась трезвость мысли. Я гневно посмотрела на мужчину.
— Никто. Отпусти! — резко произнесла я.
Террел опешил и выпустил меня из рук, и я сразу отбежала в сторону, стараясь не встречаться с ним взглядом. Чертов амеранин с его способностями! Что он со мной делает, когда так пристально смотрит?
— Как?.. — спросил он, словно уже и не ждал, что я ему отвечу. — А с этого момента поподробнее… с самого начала! — прищурился он. — Ты не из храма?
Я покачала головой. Конечно, за эти бесконечные часы я уже придумала несколько вариантов оправдания. С другой стороны-то, нужно быть проще, ведь случайно попавшая к божеству дикарка не обязана отчитываться за то, что ее притащили туда, куда она не планировала попасть.
— Мои родители давно умерли, и я росла одна. Я шла в великий город олтров, Тон. Мне пришлось прибиться к каравану, который вез девушку из храма, но на нас напали воины муи. Мужчины дрались, но муи было слишком много, и нас захватили в плен. Привезти подарок Араану лично — большая честь для любого. С нами плохо обращались, и мы решили сбежать, чтобы вернуться к своим. Но случилось ужасное… — Я демонстративно пустила слезу, словно сожалела о произошедшем, — когда мы проходили через лес, на нас напал тарго, — вспомнила я название местного хищника, о котором говорили олтров во время пути. — Ана умирала у меня на руках, она и попросила взять ее амулет. Сказала, с ним я в безопасности. Я взяла его, но не знала, что потом меня примут за жрицу…
Наверное, сказывались мои журналистские навыки, поэтому врать выходило убедительно. Я видела, что амеранин верит. Все же недаром я провела с олтрами несколько дней. Мой рассказ казался мне вполне правдоподобным. В конце жалостливой речи я присела на кровать и подняла на Террела виноватый взгляд.
— Я не умею ублажать Араана, меня этому не учили. Прости. Наверное, тебе стоит выгнать меня из своей обители… — заключила я с грустью.
— Риа! — Террел вдруг подлетел ко мне, обнял за плечи, опуская на постель. — Ты никуда пока от меня не уйдешь. Тебе ведь было хорошо со мной? — вкрадчиво спросил он, нависнув сверху скалой.
— Д-да, — выдавила я и заставила себя улыбнуться.
— Почему же ты молчала все это время?
— Мне было страшно. Я не хочу умирать, — всхлипнула я.
Он хотел было что-то сказать, но передумал, поцеловал в губы. Его пальцы приподняли платье и обследовали мои бедра, медленно подбираясь к сокровенному. А я уже понимала, к чему все идет, поэтому попыталась оттолкнуть мужчину, взглядом умоляя остановиться. Он вопросительно посмотрел на меня. Так внимательно, что в груди стало горячо.
— Что-то не так?
Внезапно мой желудок предательски заурчал. Я почти ничего не ела за время отсутствия Террела, и глоток кофе, который я успела сделать, лишь разжег аппетит. Я невинно улыбнулась.
— Понял. Идем со мной. Позавтракаем вместе, — поднял меня с кровати амеранин.
Он вышел на минуту, а я заглянула в принесенный им контейнер, обнаружив там остальную одежду. Туфли не взяла, в них я наверняка буду выглядеть странно, а вот найденные белые стринги все же натянула, и когда Террел вернулся, была уже готова к прогулке по дому.
Как выяснилось, ниже этажом у амеранина имелась большая столовая с головизором, удобными креслами, столом. Одна часть помещения представляла собой кухоньку, где за раздвигающимися панелями прятались бытовые приборы. Там же находился лифт в кладовую. Пол столовой был выполнен из кинетического «живого» стекла. Забавное изобретение давно вошло в моду на Земле, и я как-то подумывала сделать такой у себя дома. Идешь, такая, к холодильнику ночью, а пол перед тобой мерцает, освещая путь к заветному. Или к постели. Удобно, и энергия экономится. Но в моей небольшой квартирке от такого пола толка мало, а вот в коттеджах это весьма комфортно.
Пока я рассматривала столовую, Террел заглянул в холодильник и достал оттуда очередные полуфабрикаты. Нервно вздохнул. Что, амеране обычно не питаются земной пищей? Хотя внешне, если не учитывать способности, Квазар ничем от землян-то и не отличался. Кажется, его мускулатура, рост и обаятельное, хоть и суровое лицо — вовсе не особенность расы, а его индивидуальность. Я даже представила, как он бы смотрелся в деловом костюме, если сделать ему стильную прическу, и почему-то подумала, что где-то уже видела подобное. Но Ти-Джойс вернулся, перебив все мои мысли.
Он поставил передо мной тарелки с овощными котлетами и куском ароматной пиццы, — конечно, не ресторанная еда, но все равно выглядело весьма аппетитно. Налил в высокий стакан яблочного сока, бросил льда и подал мне.
— Расскажи о себе еще, — попросил вдруг он.
Я едва не поперхнулась от неожиданности. Лучше бы вообще молчала, а теперь выдумывай, как жила дикарка Риа до встречи с божеством. Но это еще полбеды. Главная проблема в том, что Террел пробыл здесь несколько лет и знает об олтрах гораздо больше меня, и я могу проколоться на любой мелочи.
— Араану не стоит слушать о жизни сироты, это как-то странно для бога.
— Ты так думаешь? — Террел вдруг склонился вперед, опираясь на руки.
— Да, — кивнула я. — Разве небесный бог Араан сам не знает все и обо всех? Ты ведь мудрый. Да и вообще, великого не должны интересовать дела его подданных. — И замолчала, радуясь своей находчивости.
— У тебя красивый голос, — ухмыльнулся вдруг Террел в ответ.
Я попыталась скрыть улыбку. Внутри подсасывало странное чувство, словно все не так, неправильно. Я отвлеклась на еду. После этого отпуска — если жива останусь, конечно, буду отъедаться. Я облизнулась, увидев на столе большую вазочку с мороженым, которое амеранин только что принес из морозильной камеры.
— Что это такое? — поинтересовалась я.
— Холодное волшебство, пища для богов, — не моргнув, заявил он.
Приколист он, однако. «Пищу для богов» я любила с детства, особенно обожала сливочную и клубничную, а если посыпать сверху шоколадной стружкой… ммм… Я быстро доела то, что было у меня в тарелке, запила соком и потянулась за вазочкой, но между мной и заветной белой массой вдруг встряла рука амеранина.
— Не торопись, Риа, совместим твой десерт с моим, — рвано выдохнул он и быстро сдвинул все тарелки на другой край большого стола.
— Что ты имеешь в виду? — нервно сглотнула я. Хотя могла бы и не спрашивать, и так понятно, чего хочет этот озабоченный.
Он поднял меня со стула, отбросил его в сторону ногой. Потом стащил мое платье. Хмыкнул, заметив надетое белье, и одним пальцем сдвинул вниз. Горячая рука плавно скользнула по бедру, пока он снимал с меня трусики. Я замерла, позволяя мужчине делать со мной все это, прикрыла глаза, чувствуя каждое движение. В груди мгновенно вспыхнуло пламя, жидкой лавой разливаясь по всему телу и собираясь эпицентром в паху.
Террел вдруг поднял меня и усадил прямо на стол, раздвинув ноги так, что его обозрению открылись все мои прелести. Мышцы лона тут же свело спазмом, словно амеранин имел меня одним лишь пытливым взглядом. Я никогда не испытывала подобного чувства, которое вовсе не было стыдом. Просто как-то странно, что я отчаянно желала продолжения этой пока невинной игры, хотела побыть в роли его сексуальной игрушки еще хотя бы несколько дней. Желала, чтобы он вытворял со мной то, о чем раньше и не думала.
— Ну так что, Риа, будем пробовать новенькое? — Он погладил внутреннюю часть бедра, раздвинул набухшие мокрые складочки и надавил на чувствительный бугорок.
Делал он это на ощупь, потому как одновременно подхватил другой рукой ложку мороженого, направляя мне в рот, мазнул по приоткрытым губам. Я обхватила ее ртом, затуманенным страстью взглядом посмотрела в зеленые глаза Террела. Глотнула. Он тоже съел ложку мороженого. А потом скрестил руки, снимая с себя футболку. Сверкнула загорелая кожа, под которой выпирали идеальные накачанные мышцы. Я протянула руку к его татуировке, провела по завиткам, уходящим под ремень брюк.
Он придвинулся, и его лицо оказалось совсем близко. Дыхание коснулось моих губ, а в следующую секунду он меня поцеловал, не прекращая играться с моим телом, периодически проскальзывая пальцами в разгоряченную плоть. Холодные от мороженного губы обжигали, как пламя, и я дрожала от предвкушения. Когда он захватил ртом вершину груди, втягивая в себя, чуть прикусил, я ойкнула.
— Пока не растаяло, — хрипло прошептал он и взял пригоршню мороженого рукой, запустив ее мне в рот.
Я с жадностью захватила его пальцы, глотая желанную массу, которая таяла, растекаясь по подбородку и шее. А Террел, как назло, размазывал сливочное мороженое больше, до груди. Он взял еще мороженое, проделывая то же самое. И я сжала губами указательный палец, втягивая его в себя.
Пожалуй, это было самое вкусное мороженое в моей жизни…
— Представляю, как сексуально твой ротик будет сжимать мой член, — ухмыльнулся Террел в ответ, а затем склонился ко мне, слизывая липкую субстанцию с моего лица.
Кожа горела от прикосновений его языка, губы казались мягкими и очень умелыми. Я урчала, как кошка от ласки хозяина, возбуждаясь все сильнее. Время остановилось, одновременно хотелось продолжать это безобразие, ощутить в себе мужское достоинство Ти-Джойса и почувствовать его движения.
Мы перемазались мороженым, и во время поцелуев я старалась облизать гладковыбритые щеки мужчины. Я обнимала его за шею, когда он целовал меня. А потом Террел стал опускаться все ниже, целуя мои бедра и живот. Я ощутила его умелый горячий язык на затвердевшей горошине, застонала, откинулась назад, упираясь ладонями в стол.
Пальцы мужчины тут же нашли вход в пульсирующее от желания местечко, скользнули по стенкам, потом вышли и снова проникли внутрь. Я даже глаза закрыла, отдавшись на волю амеранина, позволяя играть со мной. Ничего, пусть забавляется. Мы еще посмотрим, на чьей улице праздник, потому что я все равно найду способ покинуть это место и сделаю то, что задумала.
Внезапно я ощутила тянущую пустоту. Террел поднялся, сбросил брюки и приблизился ко мне, подвигая за ноги к краю стола. Удерживая одной рукой, плавно уложил меня на поверхность, оказавшуюся немного прохладной, ведь в столовой работал кондиционер. А потом он приподнял мои ноги, вторгаясь в меня до упора.
Странное ощущение, когда не хочется ни о чем думать, и все равно, что будет завтра. Лишь он один имеет смысл. Наверное, дело только в сексе, ведь я изо всех сил пытаюсь доказать себе, что ненавижу и презираю амеранина. Но в тот момент я не думала о мести, мне хотелось лишь и дальше чувствовать его проникновения. Слиться с ним в древнем танце мужчины и женщины, поймать ритм… Когда пространство вокруг меркнет, только зеленые глаза служат ориентиром, в теле разрываются мириады ярких искр, и эти вспышки охватывают целиком, увлекая в омут страсти…
Я очнулась у него на руках, когда он нес меня в душ. Вся наша одежда осталась в столовой. И я чувствовала себя неловко из-за того, что опасалась увидеть его подчиненных. Как будто ощутив мое волнение, Террел сказал:
— Сюда никто не ходит без моего разрешения. Можешь спускаться и пользоваться всем, если хочешь. Надеюсь, ты не сломаешь мне всю бытовую технику?
Я загадочно улыбнулась в ответ.
— Постараюсь. — И подумала, что это отличная идея хоть как-то ему насолить.
В душе мы мылись вместе. А потом добрались до спальни, где продолжили изучать друг друга. Я старалась перехватить инициативу, хоть и удавалось мне это не слишком хорошо. Террел не терял контроля над собой. Становилось страшно от того, что он всегда остается начеку. Даже когда в порыве страсти принялась ласкать его сама, он лежал и внимательно следил за всем, что я делаю. Его ладонь легла мне на затылок, не давая расслабиться. Я едва не подавилась и через пару минут вывернулась из захвата. Проложила дорожку поцелуев на твердом животе, поднялась выше и улеглась на него, глядя прямо в глаза. Его красивые губы, даже сейчас изогнутые в жестокой ухмылке, были совсем близко. Подо мной пульсировала эрегированная мужская плоть, и я потерлась о нее, а потом выгнулась по-кошачьи, почувствовав на ягодицах его ладони.
— Ты такой страстный, Т… Араан, — прошептала я, пытаясь собрать свои мысли воедино.
— Террел… — произнес он и попросил: — Повтори!
— Террел. Ты всегда такой… — хотела было сказать сексуальный, но я вдруг поняла, что в обиходе олтров просто нет нужного слова, — голодный?
— Имеешь в виду постоянное желание тебя трахнуть? — ухмыльнулся он.
Я прикусила губу, пытаясь разобраться, на каком языке он это сказал. Кажется, на космолингве. Специально он, что ли, так делает? Проверяет?
— Извини, я не…
— Да ладно, неважно. — Он перевернул меня на живот и снова проник, медленно подводя к новому оргазму. — А ты как думаешь, Риа, я сильно озабоченный? — пытливо поинтересовался он, дыша мне в затылок.
— Н-не знаю, Ара…
— Террел! — напомнил он.
— Не знаю, Террел, — пробормотала я и закрыла глаза, подхватив его темп.
Наверное, прошло около получаса, когда он наконец меня оставил, заявив, что у него есть важные дела. Я лежала на постели и все еще пребывала в какой-то сладкой эйфории, когда вдруг вспомнила, что платье осталось в столовой. Надевать обратно одежду дикарей, которую и одеждой назвать можно с натяжкой, не хотелось.
Я провела руками по шее, по груди, вспоминая, как делал это Квазар, когда обмазывал меня мороженым, а потом облизывал кожу. Но вдруг поняла — что-то не так.
На мне не было медальона, в котором находилось мое единственное средство связи!
Черт! Я где-то потеряла свой амулет!
Сердце быстро застучало от волнения. Я тут же подорвалась, бросившись в душ, но медальона там не оказалось. Я набросила на себя полотенце и вышла из спальни. Коридор. Дверь лифта. Лестница. Нет, лифт, мы ехали на нем! Я влетела в кабину, дрожащими руками нажала на сенсор со стрелкой, направленной вниз. Потом выскочила в той самой столовой, где совсем недавно отдавалась Террелу на столе.
Террел успел навести порядок. По полу уже ездил небольшой робот-уборщик, собирая крошки и пыль. Платье мое, как и трусики, были аккуратно сложены на стуле. Я подняла их, встряхнула, будто там мог находиться мой передатчик, но… ничего не обнаружила. Я ползала под столом, за диваном и за стульями, пытаясь понять, как вообще могла потерять медальон, ведь снять его не так уж и просто. Покосилась на робота — неужели проглотил? Но нет, в небольшое отверстие сборника вряд ли мог пролезть пятисантиметровый предмет из камня.
Черт! Террел! Я ведь даже не смотрела на его руки, когда он меня раздевал, до того была увлечена процессом. Он облапал меня всю с ног до головы. Чтобы снять амулет нужно раскрутить крепление, спрятанное в кожаном шнурке, вряд ли он мог расстегнуться сам!
Я упала на кресло, откинулась на спинку и просто схватилась за голову.
Террел мне не поверил. А так умело притворялся. Это он его стащил! Или… или я все же потеряла амулет сама? Где же он? И что мне сейчас делать?!
* * *
Дайкена не было на месте, но он должен был вот-вот вернуться. Террел же шел в лабораторию, сжимая в кармане брюк снятый с дикарки камень. Он еще в прошлый раз обратил внимание на уплотнение в шнурке, на котором тот был надет, и сегодня в момент, когда снимал с нее платье, обнаружил там замок и с легкостью открыл, не привлекая внимания девушки. Камень просто упал на одежду, а Террел специально бросил поверх него свою футболку.
Он сразу понял, что она не олтр. Как бы Риа ни старалась походить на местных жителей, было что-то незримое, отличающее ее от аборигенок — походка и манеры, та же смелость и решительность, и слова, которые она подбирала старательно, но не всегда попадала в их смысл.
Осталось узнать, кто она такая, а заодно попытаться выяснить, какому из храмов принадлежит этот амулет.
Террел положил перед собой медальон, внимательно рассматривая его. На первый взгляд камень как камень. Но должен весить больше — значит, внутри есть полость. Ти-Джойс еще раз покрутил его на свету, как вдруг заметил тонкую полоску-соединение, а потом и небольшой выступ-кнопку. Он даже не удивился, когда амулет открылся, и внутри обнаружился динамик и миниатюрный сенсорный экран.
Передатчик-комм!
— Р-риа!!! — рявкнул Ти-Джойс и с силой сжал в ладони свой трофей, но тут же сообразил, что может не рассчитать силы и просто раздавить его. И тогда он не узнает, на кого работает девчонка.
Так ловко маскироваться под олтра, что даже местные не поняли, кто она такая! Шпионка! А он так заигрался, что едва не выдал себя, разрешил ей ходить по его дому. Почти поверил, что она лишь очередная игрушка, подаренная местными племенами божеству!
С ней было так хорошо, комфортно, она его чертовски заводила. Даже сейчас при мысли о девушке заныло в паху, как напоминание о недавнем сексе.
Она просто предательница!
Ти-Джойс не выдержал, подскочил с места, наворачивая круги по помещению. Даже Спайк за прозрачной перегородкой проснулся и теперь смотрел, как его хозяин выходит из себя. Террелу же так хотелось что-нибудь сломать, кого-нибудь убить. Он был готов придушить дикарку собственными руками и теперь боялся, что действительно может ее уничтожить. Нет, раньше он никогда не убивал слабых женщин. Но она не из тех. Она шпионит в его же доме. Сделать такой передатчик стоит немало, да плюс к этому — измененная внешность. Она разговаривает на местном языке, а это значит, ей помогал кто-то из вайгров, ведь только они могли вживить и настроить лингвоадаптер — это их технологии, пока недоступные землянам. У Ти-Джойса были связи на Одарго, а бывший правитель фракции тарров прекрасно знал, кто скрывается на этой планете.
Шорох открывающейся двери заставил обернуться. Террел увидел вошедшего в помещение Дайкена. Он остановился, нервно сжимая кулаки.
— Все готово. Нам удалось вернуться раньше. Корабль уже на месте, — доложил его помощник, но тут же заметил напряжение Ти-Джойса: — Что с тобой происходит, Тер?
— Посмотри сам, — указал Террел на стол, где лежал раскрытый амулет.
Амеранин склонился над замаскированным гаджетом и присвистнул от удивления.
— Вот это да! Та самая вещица, которая была надета на девице?
— Именно так! Она ведь не олтр. Но тогда кто? Землянка?
— Девушка и мне показалась немного странной, — признался амеранин. — Может, она краторианка?
— Не знаю! В любом случае, ей помогают вайгры. Что за игру они теперь ведут? — Террел выдохнул, стараясь успокоиться, чтобы мыслить логически. Убить псевдодикарку было бы неразумно, тогда ему не удастся ничего узнать. — Она не похожа на краторианку, их тела более мощные. Возможно, она с Ноэллы? В любом случае, ее отлично замаскировали. Планета была изучена еще при правлении фракции тарров. Тогда же ее и отдали на аукцион. Возможно, политика вайгров снова меняется, и они хотят рассекретить информацию об Олтре?
— Было бы слишком просто. Да и зачем для этого использовать девчонку? — с сомнением проговорил Дайкен Н-Варс. — Кажется, дело вовсе не в вайграх. Что ты намерен с ней делать?
— Скажи, можно ли узнать, с кем она связывалась за последнее время?
— Попробуем. Думаю, это несложно отследить. Придется вытащить из него прибор.
— Хорошо, займись этим. Не стану пока ничего ей говорить. Посмотрим, что она будет делать, потеряв передатчик, — ответил Террел, приходя в себя.
Оставив Дайкена в лаборатории, он вышел наружу, к ангару, где стоял его аэроскутер. Пожалуй, нужно прогуляться в джунгли, одарить местных жителей своим вниманием. А заодно разобраться, откуда взялась девушка. Возможно, удастся получить ответы на какие-то вопросы. А еще стоит подключить камеры наблюдения по всему дому, часть которых была временно деактивирована, пока в них не было необходимости.
А ведь он действительно начал к ней привязываться и даже подумывал оставить ее при себе. Придется стереть ей память, что он и собирался сделать изначально. И тогда она просто забудет о том, что видела здесь, и о том, что между ними было.
Твари Тарра! Он не хотел, чтобы она забывала его! Впервые за последние годы кто-то смог вызвать в нем не только желание удовлетворить естественные потребности организма. Впервые он хотел видеть в глазах девушки не только покорность, но и другое… любовь к нему. Последней, кто смог запасть в душу, была журналистка, посмевшая заявить, что его не существует.
Арина Райдэр…
Не-эт! Риа — не Арина Райдэр!
Или все же она? Ведь есть что-то общее между ними. Как же он сразу не догадался, что Риа похожа на дочь Криса? Как узнать правду, она ли это?
И хочет ли он выдать свою осведомленность?
Террелу нравилась эта игра в любовь, хотелось продлить ее как можно дольше. Несколько дней ничего не решат. Это будет даже забавно. Потом все равно придется стереть ей память. А заодно изъять все гаджеты. Ведь амулет из храма — наверняка, не единственная в ее арсенале вещица. Но если это она… значит, работает вовсе не на вайгров, а на Уила!
Черт! Нет, только не это! Проклятие! Агентство «Голос Галактики» недавно выкупил сам Уильям Декс, он же наверняка и поручил мисс Райдэр сделать гребанный репортаж, так сильно разозливший его. Что за игру ведет чокнутый братец, и как узнать, что известно о нем Арине Райдэр? Но если бы она успела отправить его координаты, планета бы уже кишела землянами, ведь охота за ним не прекращалась, и Декс давно хотел от него избавиться.
В висках стучал пульс. Перед глазами встал кровавый туман, напоминающий о мести.
Террел вихрем влетел в лабораторию, где уже заканчивал проверку его помощник.
— Вышло узнать, были ли сеансы связи?
— Да. Всего один, и для него применен код вайгров. Передача велась через одну из их станций. Больше ничего. Но есть еще сохраненные коды, назначения которых я пока не узнал.
— А на станции землян передачи никакой не было? — нетерпеливо уточнил Террел.
— Нет, точно нет. Разве что после того в комме отформатировали данные. Но это невозможно сделать без компьютера, в самом приборе нет такой функции.
— Ладно, давай его сюда. И никому ни слова, — порешил Ти-Джойс.
Почему-то он вдруг подумал, что не станет говорить помощнику о своих догадках. Если Риа — действительно Арина Райдэр, это несложно проверить, сравнив голографические копии и присмотревшись к ней внимательнее. У него должна была остаться запись их предыдущего разговора, который привел к виртуальному сексу. Да и видео новостей с ее участием полно в сети. (3303c)
И если это она… Он хотел было подумать о том, что просто убьет ее. Но вместо этого почувствовал, как снова возбуждается. Черт! Он не хочет ее отпускать, хочет продолжить игру, но уже по его правилам. Он ничего ей не скажет. Даже интересно, как она додумалась до такого превращения и откуда у нее доступ к технологиям вайгров, ведь ящеры не имели никаких дел с «Dex-Enterprises».
— Мне удалось соединить комм с нашим компьютером. Если она выйдет с кем-то на связь, мы тут же узнаем об этом, не переживай. Возможно, все не так уж плохо для нас, — вдогонку Террелу сказал Дайкен.
— Отлично! — буркнул Террел себе под нос, направляясь к лифту.