Глава 2

Москва, Лубянка

Сделав паузу, чтобы отпить воды из графина, а то горло вдруг запершило, я продолжил:

– Ну а следующий момент, Юрий Владимирович, это же будет мощнейшее идеологическое воздействие на общественное мнение Запада, на точку зрения населения тех стран, что пытаются настроить своих граждан против Советского Союза. Всякие ужасы, в том числе, о нас рассказывают. А тут по фильмам будет видно, что в СССР точно такие же люди живут, как и в западных странах, не хуже и не лучше. Влюбляются, расстаются, радуются и переживают. Ездят на тех же самых автобусах и троллейбусах, как где-нибудь в Великобритании или во Франции.

Кто нам мешает еще и аккуратно показывать выигрышные моменты в советской экономике, в том числе с точки зрения выгоды для советских людей? Квартиру, которую бесплатно предприятие дает работнику, когда очередь подошла. Пусть западный гражданин с нашей собственную ситуацию сравнит. У них он должен тридцать лет половину зарплаты отдавать за жилье, чтобы в нем проживать, и все это время трясется и боится, что работу потеряет, и банк себе заберет его квартиру.

Пусть посмотрят на Западе и на то, как мало советские люди платят за жилищно-коммунальные услуги. Тоже же можно аккуратно эту тему показывать.

Показать, как часто советские люди встречаются и общаются друг с другом. Как свадьбы советские гуляют в деревне, всех соседей на них приглашая.

Доступные детские садики. И смешную стоимость ребенка в детский садик отправить.

Само собой, бесплатное высшее образование рекламировать. Для многих на Западе это очень большая проблема, учитывая, какие деньги их правительство с них за обучение в университетах дерет. Люди иногда вынуждены кредиты брать, чтобы детей своих на учебу отправить.

Да вы сами же знаете, Юрий Владимирович, как много всего у нас выигрышного найдется, что в этих сериалах надо показывать. Но опять же, без всяких перегибов. На Западе тоже хорошо соображают. Если многовато будет таких идеологических моментов, то такой сериал точно никто покупать не будет. Так что надо научиться максимально искусно по этим идеологическим моментам отрабатывать.

– Ну что же, Павел, – согласно кивнул Андропов, – тему действительно ты поднял чрезвычайно интересную. Согласен с тобой. Иногда действительно по телевизору посмотреть особенно и нечего. А ведь количество киностудий в стране просто зашкаливает. Вот вопросы возникают, чем эти дармоеды занимаются на государственные деньги. Почему снимают то, что никто смотреть не хочет?

Так, ну вроде бы по твоему докладу по идеологии, что хотел спросить и уточнить, я все уже у тебя спросил. Давай теперь немножечко к теме по твоей поездке в Японию обратимся. Не подскажешь сразу, где ты так мастерски научился кушать при помощи палочек для еды?

Вот же ж Анастасия какая наблюдательная. Я вообще об этом не подумал. Ну палочки так палочки. Не совсем, конечно, привычная вещь, но ими вполне можно есть. Были у меня раньше командировки в восточные страны. Получается, она не только переводила интенсивно, но и такую деталь подметила. Вот что значит все же разведчица опытная.

Но ничего. В голове сразу всплыли воспоминания о моем общении с дедом Юльки. Не став тянуть, улыбнулся и ответил Андропову,

– Так, Юрий Владимирович, у нас у одной из моих одноклассниц дед моряк в Святославле жил. Колоритный такой, и очень с детьми возиться любит. Дед Терентий. Вы бы видели, какой у него альбом шикарный имеется, кстати, с иллюстрациями на морские темы! Мы в детстве часто с друзьями у него пропадали и рассказы его про морские приключения слушали.

В том числе и про эти палочки он рассказывал, которыми азиаты едят. Так я как-то впечатлился, когда подростком уже был, настрогал себе пару палочек и давай тренироваться при их помощи еду есть. Обнаружил, что самое проблемное – это пельмени есть. Они из этих палочек постоянно выскальзывают.

Так и хочется проткнуть одной из этих палок, но дед рассказывал, что это не по этикету совсем. Надо именно двумя палочками умудриться ухватить этот скользкий пельмень и до рта донести.

Побаловался какое-то время, как положено ребенку. Потом почти позабыл про это.

Но опыт-то, к счастью, никуда не делся. Это же как на велосипеде кататься. Так что да, получилось не ударить в грязь лицом перед японцами. Они-то небось думали, что я сейчас моргать начну недоуменно, глядя на эти палочки, потребую вилку и нож. А я страну не посрамил. Показал, что вполне их столовыми приборами владею.

Улыбнувшись в ответ на мой эмоциональный рассказ, Андропов снова опустил взгляд на бумаги. Помолчав немного, спросил меня:

– Ну а как в целом ты настрой японцев оцениваешь? Можно ли нам с ними подружиться?

– Сильно подружиться нам, Юрий Владимирович, очень вряд ли получится, – развел руками я. – Мало того, что у них куча исторических претензий к нам имеется, в том числе и территориальных, так еще и американцы постоянно эти претензии раздувают. И будут этим особенно старательно заниматься, если увидят, что у нас какое-то сближение начинает происходить.

Японцы готовы с нами сближаться только когда с нами и Америка сближается. Но вы сами понимаете, что США, как мощнейший хищник западного мира, долго так расслабленно с нами общаться не будет. Обязательно достаточно скоро у нас отношения с Вашингтоном ухудшатся.

И тогда американцы тут же раскрутят мощную антисоветскую пропаганду, и сильно на японцев надавят с криками, что они, как их ближайшие союзники в Азии, должны тоже антисоветскую деятельность всячески поддерживать. И те тут же пойдут назад по большинству договоренностей с нами.

Как-то ситуацию в экономическом сотрудничестве можно улучшить, только если они, по моему совету, начнут больше нефти и газа у нас покупать. Мы говорили об этом с министром внешней торговли и промышленности Японии. Вроде бы, насколько я понял, идея эта его заинтересовала. Но кто его знает, удастся ли ему убедить остальных министров, что это имеет смысл.

Ведь Япония сейчас благоденствует. Люди достаточно расслаблены. Многие чиновники уверены, что за бороду Господа Бога ухватили, и теперь японская экономика всегда будет благоденствовать. Некоторые же наверняка считают, что скоро и Америку обгонят и перегонят.

Сделал небольшую паузу, чтобы Андропов мою шутку в адрес Хрущева оценил, который хвастался примерно теми же словами про то, что Советский Союз США скоро обгонит.

Андропов на нее никак не отреагировал, так и сидел с непроницаемым лицом, и я продолжил:

– Да и даже и в том случае, если мы начнем по газу и нефти сделки с японцами заключать, это все же не ликвидирует их нынешнюю зависимость от американцев. В Японии же полно американских военных баз. С военной точки зрения американцы Японию по-прежнему контролируют. Ну и, конечно, огромное влияние на их идеологию имеют. И держат их за горло разрешенным доступом японских товаров на американский рынок.

А ведь японцы прекрасно понимают, что и европейские рынки, на которые их пустили, для их товаров очень быстро закроются, если они вдруг сильно с американцами поссорятся. Так что не с руки им это делать. Ради нас они с американцами свои отношения подвергать риску ни в коем случае не будут.

– Ну что же, жаль, конечно, но это честный прогноз, – вздохнул Андропов.

И, к моему большому удивлению, на этом наша с ним встреча и закончилась. Я даже недоумевать начал, когда, попрощавшись с председателем КГБ, пошел на выход. Вызвал, чтобы всего несколько вопросов задать?

Правда, тут же вспомнил, что по идеологии мы очень много общались в прошлый раз, когда по распаду СССР говорили. Вполне может быть, что то, что он хотел у меня уточнить, Андропов в тот раз и выяснил. А в этот раз спросил только про эту мою идею про сериалы, потому что в прошлый раз мы этой темы не касались. Я только телевидение поругал.

Ну а по Японии… Эта тема все же не ключевая для председателя КГБ. Да и я так понимаю, Анастасия ему, скорее всего, весь расклад по всем моим переговорам дала. Так что он просто попытался поймать меня на этих палочках, а когда не вышло, на вопрос о перспективах развития отношений с японцами получил мой ответ, который его полностью устроил.

Ну и, может быть, у него еще своих дел сегодня полным-полно…

Румянцева, когда шли к кабинету Андропова, расспрашивать не стал про тот момент с Алмазом. Не до того было. Но вот теперь, когда он меня обратно к машине сопровождал, вопрос этот задал:

– Олег Петрович, а по тому типу, что к Алмазу в «Ромэн» приходил, удалось что-то выяснить, что я знать должен?

– Ну, Паша, ты очень правильно вопрос задал. С пониманием. Так что также и отвечаю. В данный момент ничего сообщить по этому поводу мне руководство не велело. Если вдруг скажут, то обязательно тебе передам.

Ну, в принципе, именно такого ответа от офицера КГБ и следовало ожидать. Но мало ли, все же пошел бы навстречу? Решил его дополнительно на будущее промотивировать:

– Вы уж постарайтесь. А то в следующий раз не факт, что и я что-то сообщать интересное вам буду.

Румянцев еле заметно усмехнулся, буквально краешками губ, но ничего отвечать не стал. Ну да, я представляю, о чем он сейчас думает – мол, Паша, мы и так про эту встречу в «Ромэне» узнали и без сообщения от тебя – просто твой телефон прослушивая. Откуда ему знать, что я в курсе про прослушку?

Ну ладно, мне, в принципе, выгодно, что он уверен, что КГБ знает обо мне больше, чем я сам предполагаю, за счет этой прослушки. Вот пусть так дальше они в КГБ и думают, не будет повода лезть в мои дела дополнительно.

Попрощался у машины с Румянцевым, и шофер меня домой повез.

Позавтракаю, в себя немного приду, и поеду на встречу с Ригалевым. У него два проекта по модернизации, по одному на каждый завод, что он контролирует, и с ним договорились сегодня все бумаги посмотреть.

***

Москва, Лубянка

Андропов, зная, что Громыко, несомненно, ждет от него каких-то вестей по Ивлеву, решил не тянуть слишком сильно, и велел помощнику набрать Громыко, чтобы договориться о встрече на территории МИД. Уже он-то точно знал, что никакой прослушки там нету, так что их разговор останется в тайне. Ну и Громыко, само собой, не с руки к нему в гости в КГБ приезжать. Одно дело – альянс двух членов Политбюро. Другое дело, если все увидят, что глава МИД уже и такие визиты начал наносить.

Такого рода союз уже многих всерьез встревожит. И враги Андропова с Громыко начнут тут же слухи распространять. Что они уже чуть ли не заговоры планируют против Брежнева с целью захвата власти.

Учитывая, как Андропов был поражен высказанной точкой зрения Громыко по поводу якобы имеющейся теснейшей связи между Кулаковым и Ивлевым, то ему с самого начала было ясно, что тянуть с этим разговором не стоит.

Андрею Андреевичу наверняка очень любопытно узнать, подтвердилась ли его теория о связи Кулакова с Ивлевым или нет.

Андропов, конечно, очень сильно голову ломал над тем, что именно ему сказать Громыко. Само собой, что вариантов было несколько.

Первый вариант – со вздохом подтвердить, что связь между Ивлевым и Кулаковым подтвердилась. И Кулаков действительно все эти грязные махинации затеял. Но с этим вариантом есть важный нюанс. А вдруг однажды правда вскроется?

Сложно, конечно, представить, чтобы Громыко вдруг с Кулаковым разговор начистоту затеяли, и Громыко взял и напрямую предъявил Кулакову эти его претензии по поводу Кубы. А тот с возмущением их отверг, и Громыко ему поверил. Но мало ли что в жизни может произойти? Сейчас у Громыко альянс с Андроповым. А вдруг они по какому-то поводу с ним поссорятся, и тогда однажды у Громыко может возникнуть альянс с Кулаковым? Андропов был достаточно старым и опытным аппаратчиком, чтобы знать, что и такое может произойти.

А если в этом новом альянсе уровень доверия вырастет, то Громыко решит и этот вопрос тоже прояснить. И с удивлением тогда узнает, что Андропов, получается, за нос его водил по поводу, на самом деле, несуществующих связей между Ивлевым и Кулаковым.

Конечно, в этом случае Громыко будет до глубины души оскорблен такой примитивной манипуляцией, и ничего хорошего из этого не выйдет. Они с министром иностранных дел станут уже тогда точно врагами.

Второй неприятный момент.

Если он твердо свяжет Ивлева с Кулаковым в глазах Громыко этим подтверждением, то кто его знает, что Громыко в будущем придет в голову плохого сделать в адрес Ивлева в рамках его борьбы с Кулаковым? Он же будет уверен, что, когда бьет по Ивлеву, то наносит удар по Кулакову. А Кулаков ему сейчас очень сильно уже не нравится.

Андропов вовсе не забыл угрозу со стороны Ивлева уехать вместе с семьей на Кубу. И что было самое неприятное, учитывая, что братья Кастро его по-настоящему ценить стали, это была вовсе не пустая угроза.

А вдруг Громыко сможет что-то такое придумать, что Ивлеву жизнь так испортит, что тот тут же в кубинское посольство бросится и, как его не удерживай, по настоятельной просьбе Фиделя, Брежнев, конечно, даст разрешение на выезд совершенно незначительного для него, но почему-то такого ценного для его друга Кастро советского специалиста.

Он же понятия не будет иметь, что именно он теряет. И что теряет страна в лице Ивлева.

Бежать тогда в такой ситуации к Брежневу и объяснять ему, кто такой Ивлев?

Ну-ну, – скептически усмехнулся Андропов по поводу таких мыслей.

Однозначно ничего хорошего с этого не выйдет.

Ни за что Брежнев не поверит, что председатель КГБ ему чистую правду про Ивлева рассказывает. Многовато достижений для такого молодого парня.

И даже если это через пару лет произойдет, то и тогда Ивлев будет слишком молод даже для всего того, что он сейчас уже смог добиться.

А Ивлев же наверняка не остановится, так что будет о чем еще генсеку рассказать.

И Брежнев однозначно не поверит этому рассказу. Еще подумает, что председатель КГБ в какие-то странные игры играет, и врет ему ради какого-то собственного интереса.

Ну и вообще, кто для Брежнева важнее – лидер Кубы, обратившийся с его точки зрения с совершенно пустяковой просьбой. Или Андропов, который какую-то мутную игру затеял, начав его уверять, что некий молодой пацан, недавно приехавший из провинции, имеет стратегическое значение для Советского Союза?

Да так можно и в отставку вообще улететь, потому что одной из версий Брежнева, несомненно, будет, что у Андропова ум за разум зашел, перетрудился на тяжелой ответственной работе, пора уже на пенсию идти.

Как ни хотелось Андропову, но другого выхода он не видел.

Придется идти по второму варианту. А именно – рассказывать Громыко все как есть.

Что Ивлев и Кулаков вовсе не подчиненный с руководителем. А все это недоразумение.

Обдумал он, конечно, и третий вариант.

Сказать Громыко, что Ивлев действительно на Кулакова работал и по его заданию осуществлял действия в интересах Кулакова и на Кубе, и в той же самой Японии. Но теперь Ивлев под полным контролем Андропова, и все, что Кулаков предлагает нехорошего сделать, будет тщательно комитетом фиксироваться и потом против Кулакова может быть использовано.

Но с этим вариантом, который на данной стадии однозначно устроил бы Громыко и даже порадовал бы его, Андропов из-за природной осторожности боялся связываться.

Фактически ведь он Громыко в таком случае прямым текстом скажет, что он, Андропов, используя ресурсы КГБ, начал шпионить за членом Политбюро Кулаковым…

Даже если Громыко это случайно кому-то расскажет, и информация об этом разойдется, для него, для Андропова, это будет смертельно опасно.

Не имеет права КГБ после смерти Сталина такими вещами заниматься.

Это прямо запрещено.

Не хочет никто из номенклатуры, как во времена Сталина, быть на прицеле НКВД. Для чиновников не очень важна смена названий, и КГБ такими вещами тоже заниматься строжайше запрещено.

А значит, и этот вариант тоже не годился. Как бы красиво он не выглядел на данном этапе.

Так что, для Андропова оставался только один вариант. А именно – второй. Правда, хоть и не вся, про отношения Кулакова и Ивлева.

***

Москва, квартира Ивлевых

Позавтракал, жену на работу проводил. Валентина Никаноровна пришла, детей на себя взяла. Смотрю, Тузик как-то странно выглядит. Весь такой хмурый и к детям не лезет играть. А затем он к двери бросился. Мол, срочно на улицу надо…

Я такие моменты не игнорирую. Мало ли что собака не то съела…

Взял поводок, повел на прогулку. И точно, Тузик стал траву из-под снега пытаться выкапывать. Похоже, что живот прихватило, вот он и пытается лечиться по-своему. Одна беда – травы сейчас пока особо еще нет.

Помог псу, раскопав ботинком побольше травы из-под снега, но она вся желтая и пожухлая. Прошлогодняя.

– Да уж, дружок, не повезло тебе с сезоном, – сочувственно сказал я псу, – домой вернемся, будем думать, чем тебя подлечить.

Погулял с ним минут двадцать еще, и только когда пес повеселел и успокоился немного, повел его домой.

Пришел домой, а мне Валентина Никаноровна и говорит, да еще и с таким уважением в голосе:

– Паша, тебе Андрей Миронов звонил! Оставил свой номер телефона, просил перезвонить.

Интересно, домашний или рабочий номер? Я набрал, женщина взяла и начала выпытывать у меня, зачем мне Андрей Миронов. Я сказал, что я Павел Ивлев, и что Андрей просил меня ему перезвонить.

Тут и голос самого Миронова услышал:

– Мама, да мне это, мне звонят!

Ну вот, теперь ясно, что это домашний телефон.

После чего Андрей взял трубку и поприветствовал меня.

– Да, Паша, я что тебе звонил? Приходите с супругой ко мне на день рождения в пятницу в ресторане гостиницы «Россия». Надеюсь, вы сможете?

– Да, спасибо за приглашение, с удовольствием придем, – сказал я.

– Замечательно, тогда в 19.00 ждем вас. Заодно я и долг тебе отдам за Японию.

А я уже и забыл, что японские йены ему одолжил из лишних, что у меня были… Помнит, не зазнался. А то в двадцать первом веке полно было знаменитостей, которые в такой ситуации сделали бы тут же вид, едва в страну вернувшись, что ничего такого и не было никогда.

Ну что же, приятно, конечно, что действительно Миронов меня в гости позвал. И прекрасно, что у меня и подарок уже заранее есть, да еще и с ним согласованный.

Достал нашу коллекцию чемоданов на колесиках, привезенных Дианой и Фирдаусом. Критически осмотрел каждый из них. Повезло. Два вообще идеально выглядели, без единой царапины, как будто только что из магазина пришли.

Вот парочка уже было видно, что слегка использованы. С ними я в Японию как раз и ездил. Видимо, где-то при погрузке или разгрузке немножечко поцарапали.

Выбрал один из прекрасно выглядящих чемоданов, взял тряпку, намочил, протер тщательно изнутри все. Внимательно осмотрел. Нет, действительно, чемодан в идеальном состоянии. Такой дарить совсем не стыдно будет.

Отвлекся на несколько минут из-за этого разговора, а потом припомнил кое-что важное. Так, а что Тузику от живота дать? Вроде ему и стало лучше после прогулки, но надеяться на авось не стоит…