Глава 20

Сергей

Мужчина в белом халате внушал доверие. Он обладал большим опытом работы, требователен к себе и медицинскому персоналу, профессионал своего дела. Селиванов угрюмо посмотрел на папку в его руках и вынес диагноз:

– Отравление. Вашего деда хотели отравить. Сомнений нет.

– Я прошу вас в палату никого не пускать: ни родственников, ни друзей. Наши люди уже дежурят.

– Да, конечно. Но вы не переживайте, мы делаем все возможное. Александру Петровичу больше ничего не угрожает. Теперь ему нужен покой и уход.

– Спасибо.

– Вам бы не помешало отдохнуть. Всю ночь здесь…

Кивнул, наблюдая, как Селиванов удаляется по коридору. Появилось желание ударить в стену, расколотить что-нибудь к чертям собачьим. Не верил в произошедшее.

Подозревал тетю. Но неужели она? Как могла? С трудом воспринимал такой вариант. С какой целью?

Юрка с женой где-то на подходе. По дороге они должны были заехать за Кристиной. Смог дозвониться ему через стационарный телефон на посту. Мой разрядился еще ночью. Сотовый Кристины был вне зоны доступа. Решил, что обиделась. Нужно было объяснить.

Стук каблучков тотчас вернул в реальность. Неспешно обернулся, наблюдая тетку в деловом костюме серого цвета. Запыхавшаяся женщина бежала по коридору. Бросил взгляд на часы, предполагая, что только с самолета.

– Как он? – взволнованно проговорила Надежда Александровна, намереваясь пройти дальше.

– Зачем спрашиваешь? – цинично заметил, опаляя снисходительным взглядом. – Ты ведь отравила его…

– Что сделала? Ты о чем говоришь?

– Ты решила убрать деда, чтобы управлять всем. Поэтому так давила на него, на нас, решив выкинуть всех из бизнеса.

В следующую секунду пощечина обожгла лицо. Тетя с яростью смотрела в глаза.

– Щенок! Да как ты смеешь?

– Неужели? Власть так заманчива.

– Я хотела сильного Орлова во главе, поэтому давила на тебя. Мне нужны внуки от крепкой связи, но чтобы травить отца, которого боготворю… Ты глупец!

– Твое поведение отвратительно. Почему я должен считать иначе? Мы с братом уверены в этом. Тем более… твоя горничная скрылась сразу после трагедии.

– Я уже объяснила свою позицию! Я ничего не делала! Да, София моя служанка, но не более того. А теперь я хочу его увидеть…

Выставил руку, давая понять, что ей не светит. Ее слова и поведение бросили тень сомнения на мое обвинение, но не хотел рисковать.

– Можешь забрать все деньги, центры, гостиницы, но к деду ты не зайдешь. Это я тебе обещаю.

На лице тети мелькнуло отчаяние. Она не ожидала.

– Ты думаешь, это я? Я? Да почему? Что я такого сделала?

– Я никому не верю, но дед будет жить. Как и мой отец. Тебе ведь не нужны беспомощные и больные, зачем тогда здесь? Почему не в поисках замены, если мы не удовлетворяем твоим идеальным показателям? Ты сама разве идеальная? Черствая, бездушная и грубая женщина. Кого ты нам можешь предложить? Таких, как ты?

Ярость кипела во мне. Понимал, что отвратителен, но всему приходит конец. Мое терпение лопнуло.

Лицо женщины побледнело.

– Почему ты решил, что вы мне не нужны?

– Ты всех оттолкнула от себя, дала понять, что не нужны. И все из-за своих нелепых воображаемых качеств, которыми должны обладать Орловы. Человечность, как по мне, чем совершенно не страдаешь ты.

– Нет…

– Мой отец после болезни стал неразумным существом в твоих глазах, бессердечная. На второго брата давно наплевала из-за его женитьбы, хотя тебя это не касается. От Юрки отказалась из-за его выбора. Но по мне, только с Настей он счастлив. Нужно быть слепой, чтобы не видеть. И меня… решила женить на своей крестнице-кобре. Кто ты такая, чтобы делать выбор за меня? Я свою женщину нашел. Не нравится, твое дело. Мне плевать.

Решил, что с нее достаточно. Видел ее трясущиеся руки. Да, я понимал, что грубо наехал, но она перешла все границы. Сделал шаг в сторону выхода, когда услышал:

– Сергей, я, возможно, перегнула палку, но лишь потому, что люблю свою семью.

– Кого?! Моего отца? Ты хоть раз к нему пришла? К нам? Одни претензии. Лишь твой недовольный вид вызывает раздражение. Кто остался у тебя из семьи, чтобы ты любила?

– Я старалась для семьи! Всю жизнь посвятила Орловым. Я…

– Ты все разрушила… – произнес и пошел вперед, на проходе сталкиваясь с братом. Юра был с женой. Настя сегодня удивляла бледностью, а брат светился от счастья, чего не мог скрыть.

– Как дед? Селиванов убедил меня, что его состояние стабильное на данный момент, – произнес он.

– Он спит, чуть позже разрешат посетить, – бросил взгляд на дверь и спросил: – Где Кристина?

– Она решила остаться дома, – сухо ответила Настя. Тут она замялась и проговорила: – Если честно, она как-то странно разговаривала, будто хотела от нас отделаться. Да и ответила лишь с пятого звонка. Где-то ходила. У вас все хорошо?

– Да, только я не объяснил, куда уехал, поэтому попросил вас захватить ее по пути.

– Не знаю, она отказалась.

– Вы заезжали?

– Нет, мы общались по телефону. Кристина сказала, что будет ждать тебя дома.

Нахмурился. Странная реакция.

– Селиванов у себя? Хотел с ним пообщаться, – Юра сосредоточил внимание на двери ординаторской.

– Да… вроде, – протянул, обдумывая дальнейшие действия. С дедом все нормально, можно отлучиться домой. Кристина ждет.

– О, даже тетя ваша здесь, – проговорила Настя, уверенно двигаясь к ней. Пришлось остановить.

– Насть, это не она отравила.

– Уверен? – Настя сомневалась, что видел по задумчивому выражению ее лица. – Мы смотрели запись. Ее протеже подсыпала морфин в бокал деда. Она сейчас в полиции.

– Я говорил с тетей.

– Все равно буду здесь, чтобы не прошла в его палату, – внезапно девушка скривилась. – Какая здесь вонь. А где здесь туалет?

Юрий улыбнулся и довольно заявил:

– Прямо и налево, любимая.

Она дернула рукой в его сторону и прищурилась.

– Странный такой. Лыбится уже несколько дней подряд… – проворчала девушка, а через секунду бросилась в туалет.

– Милая, тебе водички принести? – участливо прокричал Юрий. Брат буквально светился от счастья.

Дверь хлопнула, и Настя исчезла из поля зрения. Глянул на брата, взглядом задавая немой вопрос.

– Беременна, – с восторгом сообщил он, выставляя грудь вперед. Был доволен собой. – Ее противозачаточные таблетки витаминами заменил. Ей все кажется, что нам рано.

Прикинул его размеры и весело заметил:

– У меня есть знакомый в похоронном агентстве. Так что не переживай, все будет на высшем уровне.

– Я их успел выкинуть. Все в порядке, не узнает.

– Ты сам расскажешь.

– Потом, когда первый триместр пройдет. Верю, она сжалится над отцом своего будущего ребенка.

Засмеялся. Надо же… Настя будет мамой. То-то этот так доволен. Был рад за них.

– Так она знает?

– Не понял пока. Если да, мне во всяком случае не говорит. Я жду…

– Признания?

– Нет, чего-нибудь тяжелого на мою голову. Ей не слишком дается этот процесс. Но я уверен, у меня коллега три месяца рассказывает, как этот период проходит. Один в один.

– Поздравляю!

– Ага, неделю в восторге. Но ты ничего не говори.

– Ты сам так не скалься.

– Серег, мы тут сами. Ты иди к своей. Кстати, как у вас?

– Все хорошо.

– Хорошо? Надо же, а я считал, что ты непригоден к семейной жизни.

– Пригоден… с ней, – с улыбкой произнес, ощущая тепло от этих слов. – Я ненадолго. Смотри за женой, говорят, беременные самые капризные.

– Не знаю, как другие, мне моя ох как нравится…

– Это я уже понял.

Быстро спустился на первый этаж и вышел на улицу. В машине попробовал дозвониться Кристине, но она не брала. Почему? До сих пор обижена? Ведь знает причину.

Доехал быстро. Бросил машину у обочины и глянул на балкон. Что удивительно, увидел Кристину. Она помахала рукой и исчезла.

Впервые ждала меня там. Обычно, если приходила раньше, начинала что-то делать в квартире, перекидывая половину дел мне, чтобы быстрее справиться. Первое время было странно, потом привык. После мы отдыхали. Даже не понял, в какой момент такая жизнь мне понравилась.

Поднялся на лифте и увидел ее у двери. Стояла в коротеньких шортиках и в белой футболке, обольстительно улыбаясь.

– Привет, любимый, – сказала, тут же интересуясь: – Как дедушка?

– Ммм… – лишился дара речи. Так просто? От нее таких слов не ожидал… Был убежден, что и не услышу. Так и будем без признаний вместе. Но меня все устраивало: моя девочка рядом и только моя…

– Уже нормально.

– После смерти отца не люблю больницы. Надеюсь, ты не обиделся?

– Нет, – произнес и, отмечая кошачью грацию и провокационный взгляд, смутился. Все не так. Слишком. Не хватает огонька в глазах, массы вопросов и, вероятно, поцелуя в щечку. Если в губы, все заканчивалось горячо и страстно под запахи пригоревшей еды на плите.

Кстати, ничего не учуял.

Она приблизилась и протянула руку, помогая снять ветровку.

Не понял. Помогает мне раздеться?

И да… столько косметики на лице…

Кристина мне нравилась простой, без всего. Хотя когда увидел ее в салоне… остолбенел. До сих пор ток проходит, стоит вспомнить. Конкуренты раздражали, особенно когда пожирали взглядом.

– Что не так? – спросила она с нежностью.

– Соскучился.

– И я… – сказала она и обняла за талию, целуя в губы. Нежно, играючи, усиливая напор. Поцелуй опытной хищницы.

Не Кристины. Однозначно.

Резко прервал поцелуй и минуту выжидал, внимательно всматриваясь в каждый штрих. Другая. Ее сестра. Наглая и подлая стерва.

Какого хрена она здесь делает? Где Кристина?!

– Где она? – голос походил на рычание. Ярость мощной волной ворвалась в сознание.

– Кто? – Лгунья словно не понимала, на ее невинном лице я видел лишь мерзкое очарование. Да, неудивительно, почему Кристине не верили. До такого мастерства ей как до Китая пешком. Моя девочка смело бросала в лицо все, что думала.

Черт, до этого момента даже не представлял, насколько она стала родной. Не нужна другая… Только она.

– Кристина. Твоя сестра.

– Ты о чем? Кристина я.

Молниеносно схватил за горло, предоставляя возможность отбить атаку, но девчонка начала хрипеть, вцепившись в мою руку. В глазах видел ужас и приговор. Ей не помешает.

Потащил в кладовку и грубо швырнул на пол.

– Ты больной? – завизжала она, готовая броситься, затравленно бросая взгляды на три стены.

– Ты не представляешь насколько.

– Свихнулся?

– Это только начало. Не скажешь, где Кристина, я тебя живьем здесь похороню. Даже не сомневайся.

– Больной! Псих!

– Я понял, тебе нужно подумать, – произнес и закрыл дверь, считая, что сидеть в чулане ей понравится. По сути дела, убраться с Кристиной мы там так не смогли. Как-то руки не дошли. Грязь там лет двадцать накапливалась. Пусть дышит.

Вспомнил о своей озорной девчонке, и ярость появилась. Где она?

Направился в комнату и схватил зарядку, подключая айфон. Через несколько секунд просматривал пропущенные звонки. Ни одного от Кристины. Злилась?

Быстро набрал ее номер, слыша мелодию в кухне. Забыла? И как эта дрянь попала в квартиру? Ключи… от этой квартиры еще были у Ширяева. Он сюда иногда девок водил, пока свою не купил.

Поспешно набрал номер Кирилла, рассчитывая на него. Вместе ходили в бойцовский клуб. Недавно устроился в ОМОН.

– Привет. У меня девушка пропала, – выдал по делу.

– Она у тебя была или ночью приснилась? – Кирилл у нас любил пошутить при случае.

– Да. Нужно побеседовать с одной стервой. Уверен, она знает, где Кристина.

– Димку взять?

Громов Дмитрий – родной брат Кирилла. Только разные они, как небо и земля. Кирилл весельчак, Дмитрий серьезный и грозный, за что получил прозвище Гром.

– Да, жду, – произнес, отключаясь, просматривая пропущенные. Увидел незнакомый номер, который тут же определился во входящих.

– Слушаю.

– Никого не потерял? – услышал мужской голос. Знакомый. На приеме у деда. Андрей, если не изменяет память, внук партнера моего деда.

– Где Кристина?

– Я встретил ее у спортивного клуба. Грустила в одиночестве. Я пригласил поесть мороженое, и мы поговорили.

– Мороженое? Ты ничего не попутал? Это моя девушка! – завелся, тут же подавляя раздражение.

– Потом послушаю. В общем, я рассказал, что видел тебя, когда деду стало плохо, и она тут же бросилась в больницу. Я хотел подвезти, но она не разрешила, бросившись на улицу. И когда я вышел, увидел, как ее затаскивали в машину. Номер я записал, но остановить не смог.

– Скидывай.

– Уже. И я пробил, кто это. Ты удивишься, но машина принадлежит не последнему человеку в городе. С таким лучше не связываться.

– Я понял… Спасибо.

– Потом позвоню.

– Угу, только помни, что она моя невеста.

– Разве не девушка?

Только хмыкнул и бросил трубку.