Глава 38

Рита

– Хорошего вечера и приятного отдыха! – улыбается сотрудница ресепшена, протягивая мне мой электронный ключ.

– Благодарю, – вздергиваю уголки губ в ответ и, взяв пластиковую карточку, направляюсь к лифту.

Отель и впрямь полностью соответствует Мишиным описаниям – красивый, современный, с проработанным до мелочей дизайном. Надеюсь, номера здесь не хуже, чем вестибюль.

Хотя, по большому счету, это не так уж и важно. Главное, чтобы кровать была удобная, ведь никаких планов, кроме крепкого бодрящего сна, у меня нет. Завтра очень ответственный день, поэтому мешки под глазами мне совсем не нужны.

Последнюю ночь перед свадьбой мы с Мишей решили провести порознь. Основной причиной, разумеется, стало мое нежелание демонстрировать ему свое белое платье до начала церемонии. А еще хотелось хоть немного соблюсти формальности.

Завтра с утра ко мне нагрянут визажисты и парикмахеры, а сегодня у меня есть отличная возможность провести время наедине с собой. Сделать маску для лица, понежиться в ванной и почитать легкую книжку перед сном.

Распахиваю дверь номера и удовлетворенно тяну носом приятный запах свежести. Медленно прохожу внутрь и, присев на кровать, немного на ней пружиню. Матрас средней жесткости. Как я и люблю.

Скидываю одежду, затыкаю слив ванны пробкой и включаю горячую воду. Следующие полтора часа я барахтаюсь в шелковистой пене, напевая под нос любимую песню, мягко скрабирую кожу и попиваю прохладное шамапнское.

Помывшись и изрядно расслабившись, натягиваю на голое тело мягкий махровый халат и, широко зевая, растягиваюсь на кровати. Кажется, до книжки сегодня дело не дойдет, уж очень меня разморило.

Расстилаю постель и едва успеваю забраться под одеяло с ногами, как тишину комнаты прорезает негромкий стук в дверь. Вскинув брови, прислушиваюсь, и через несколько мгновений звук повторяется. По ту сторону двери явно кто-то есть.

Может, сотрудники отеля хотят переговорить? Или Миша не выдержал и приехал ко мне?

Задаваясь этими вопросами, я встаю с кровати и иду к выходу. Спрашивать «кто там?», находясь в номере отеля, кажется не совсем уместным, поэтому я просто распахиваю дверь и… Застываю.

Первые несколько секунд мне кажется, что у меня галлюцинация. Мозг никак не может сложить в единый паззл все то, что я помню, чувствую и вижу перед собой.

Пару раз моргаю, пытаясь стряхнуть морок, но образ человека из прошлого по-прежнему стоит перед глазами. А когда из его рта вырывается хриплое «привет, Рит» я окончательно убеждаюсь в том, что это не иллюзия и не шутка воображения.

Денис Рейман действительно здесь. Стоит на пороге моего номера.

– Ты… Как… Что ты здесь делаешь? – заикаясь, выпаливаю я.

Воздуха вдруг делается очень мало, и я чувствую себя так, будто у меня резко подскочило давление – пульс учащается, к щекам приливает кровь, а в области сердце начинает странно потягивать и ныть.

– К тебе приехал, – глядя мне прямо в глаза, отвечает он. – Можно войти?

Мне очень трудно совладать с волнением, но я все же нахожу в себе силы, чтобы кивнуть и отойти в сторону, пропуская Дениса внутрь.

Когда парень проходит мимо, я невольно задерживаю дыхание. Боюсь ненароком вдохнуть запах его кожи, приправленный ароматами шалфея и корицы. Боюсь потерять контроль над ситуацией. Боюсь оказаться слабой.

Денис перемещается вглубь комнаты и останавливается у окна. На нем голубые узкие джинсы и тонкая льняная рубашка, подчеркивающая впечатляющий рельеф его торса. Выгоревшие на солнце волосы сильно отросли и собраны в небольшой хвост на затылке, а кожа на вид напоминает молочный шоколад. Такая же коричневая и гладкая.

Денис по-прежнему до неприличия красив. Его природный магнетизм никуда не улетучился. Рослый, хорошо сложенный, с правильными чертами лица – он будто создан для того, чтобы заставлять женские сердца трепетать от восторга. Мое вот до сих пор трепещет… Хотя наши отношения уже давно в прошлом.

Несколько бесконечно долгих мгновений мы с Денисом смотрим друг на друга. Не шевелимся. Не дышим. Молчим. Его лазурно-голубые глаза сосредоточены на моем лице, и я не могу избавиться от ощущения, что он видит меня насквозь. Будто я стою перед ним совершенно нагая. С обнаженными мыслями и душой.

– Я думала, ты на Бали, – говорю я первое, что приходит на ум, лишь бы разрушать давящую тишину, которая делаем меня уязвимой.

– Да, я был там, – подтверждает он, не отрывая от меня пронзительного взгляда. – Вчера прилетел обратно.

Денис выглядит спокойным и решительным, а я же, наоборот, от нервного напряжения превращаюсь в оголенный провод. Вот-вот случится короткое замыкание. Мысли, суетясь и перемешиваясь, толкутся в голове, а я не могу ухватиться ни за одну из них. Сознание в панике. Мозг кипит. Зачем он здесь? Чего хочет? Почему так смотрит?

– У меня завтра свадьба, – зачем-то говорю, будто этой фразой пытаюсь защититься от его пробирающего до мурашек взгляда. Будто призываю его не включать свое обаяние на полную мощность. Вдруг я не смогу устоять?

– Я знаю, – кивает он и с тяжелым вздохом добавляет. – Как раз поэтому я тут.

– Что это значит? – почти шепотом интересуясь я, чувствую, как слабеют ноги.

Еще чуть-чуть и я упаду. Господи, надо на что-то опереться! Срочно!

Нащупываю рукой спинку стоящего неподалеку стула и впиваюсь в нее пальцами. От перенапряжения скребу темное дерево ногтями, но легче от этого не становится.

– Не выходи за него, Рит. Пожалуйста, не выходи, – вдруг с мольбой в голосе говорит Рейман, медленно приближаясь ко мне.

Внутренности резко сдавливает острый спазм, я не могу продохнуть. Подношу руку к груди, пытаясь унять чересчур разошедшееся сердце, но оно, кажется, сбесилось. Того и гляди пробьет грудную клетку.

– Прости меня. Прости за то, что был распиздяем. За то, что не ценил. За то, что предал. Но я уже не тот человек, что был раньше. Судьба исправила такие мои недостатки, каких не мог исправить даже разум. Я больше ни за что на свете не причиню тебе боль.

– Денис, прекрати… – предпринимаю жалкую попытку его прервать, но он не останавливается.

Сделав еще несколько коротких шагов, парень падает передо мной на колени и обхватывает мои ноги. Точно так же, как делал это в тот день, когда я застукала его с другой.

Денис обнимает меня, льнет ко мне всем телом, и я, повинуясь странному порыву, запускаю пальцы в его пепельные волосы. Перебираю светлые пряди, ощущая при этом дикое, граничащее с безумством удовольствие.

Подол халата задирается, и я чувствую его горячие прикосновения на своих бедрах, чуть выше колена. Денис не позволяет себе ничего лишнего, просто сжимает мои ноги и, уткнувшись носом в халат, тяжело дышит.

– Когда мы с тобой встретились, Рит, тогда, на пляже, среди кучи танцующих людей, я не искал любви… Нет, даже нет так – я не верил в любовь. Помню, ты была одета в немодное васильковое платье, и сумка у тебя была просто ужасная… Но я заметил это лишь вскользь, потому что единственное, о чем я думал, – как же невыносимо ты прекрасна! А потом я тебя поцеловал, и ты ответила… Черт! Это все было так по-настоящему! – с каким-то трагическим надрывом шепчет он. – А спустя несколько месяцев в нашу первую ночь ты осталась у меня дома, и я почувствовал, что хочу провести с тобой остаток жизни… И знаешь что? Прошло почти шесть лет, а я все равно чувствую то же самое. Ты моя любовь, Рит. Мне кроме тебя никто не нужен. Вообще. Это я раньше по глупости думал, что переключусь на пятую-десятую-сотую, и мне легче станет… Но, говоря по правде, ни хрена не стало. Я в каждой из них твои черты искал… Веснушки на лице или чтоб на гитаре играла… А потом понял, что таких, как ты, больше нет. Что ты единственная и неповторимая. И мне жизни не хватит, чтобы доказать, как сильно я тебя люблю!

– О боже, – всхлипываю я, чувствую, как слезы градинками катятся по щекам.

Души вопит, разрывается, мечется. Он голыми руками ее выворачивает, в самую глубину забирается и ворошит все то, что на дне похоронено. Что мертвым должно быть, бездыханным… Но оно дышит, по-прежнему жить хочет, наружу рвется…

Зачем ты так со мной, Денис?

– Я знаю, что это звучит абсурдно и абсолютно не к месту… Но, черт возьми, Рит… Единственное, чего я по-настоящему хочу, – это быть уверенным в том, что у нас с тобой есть завтра. Я не хочу жить без тебя. Больше не хочу. Ведь нам только кажется, что жизнь такая длинная и мы еще успеем полюбить, стать счастливыми… А вдруг нет? Вдруг нам отведена всего одна любовь? Ну мне-то точно отведена одна. А что, если тебе тоже? Что, если мы сейчас упустим момент, который мог бы изменить все, и потеряемся навсегда? А потом остаток своих дней будем жалеть об этом?

Я молчу, а внутри меня в эту самою секунду один за другим происходят ядерные взрывы. Каждое его слово подобно разорвавшейся бомбе – крушит на ошметки мой привычный и относительно устаканившийся внутренний мир.

По-прежнему стоя передо мной на коленях, Денис вскидывает голову, и его пытливый взгляд устремляется к моему лицу:

– Я понимаю, тебе сложно поверить такому, как я, но ты должна это сделать! Должна, Рит, потому что все, что я говорю, – чистая правда. Еще никогда в жизни я не был настолько честен! – признается он. – А теперь ты тоже будь честна со мной, ответь так, будто ты перед богом… Ты любишь меня, Рит?

Денис

Я вытащил свою душу, такую, как есть – неидеальную, поцарапанную, кровоточащую – и положил ее к Ритиным ногам. Я весь перед ней наизнанку – неправильный, сложный, ошибающийся. Смотрю на нее с мольбой и прошу о любви. А вдруг еще не все потеряно? Вдруг тот пожар, который день за днем испепеляет мое сердце, горит и в ее груди?

Несколько мучительно долгих мгновений Рита глядит на меня сверху вниз, а затем, мягко высвободив свои ноги от моих объятий, опускается на колени напротив меня. В море ее глаз стоят слезы, а губы дрожат.

– Конечно, я тебя люблю. Ты ведь и сам это знаешь. И простить я тебя простила… Давно уже. Но вот только вместе нам не быть, – всхлипнув, она нежно убирает тонкую прядь волос с моего лба и заглядывает своими ангельскими глазами мне в самую глубь души. – Ведь я завтра замуж выхожу… За Мишу… Я слово ему дала… Обещала быть верной, понимаешь? Потому что отплатить за любовь, Денис, можно только верностью.

Она делает глубокий вдох, очевидно, чтобы справиться с подступающей истерикой, а потом добавляет:

– Прости меня, Денис. Прости, пожалуйста, но я не могу поступить иначе.

Вот и все, Рей. Вот и остался ты без Риты. Теперь уже насовсем. Видать, поздно уже, перегорела она… А, может, еще горит, но уже не тобой. Проебал ты свой шанс, профукал.

Несколько раз мотаю головой, мол, понял, не дурак и с трудом поднимаюсь с колен. В теле ощущается свинцовая тяжесть, а в левом подреберье ужасно ноет. Должно быть это мышечный орган, в котором произрастает любовь к Рите, разрывается. Понял, что обречен на вечные муки, вот и мечется.

Рита встает на ноги вслед за мной, а ее рот по-прежнему дрожит в беззвучной истерике.

– Чего ты плачешь, милая? Не плачь. Ты ни в чем не виновата, – я ласково глажу ее по волосам. – Ты ведь приняла решение, определилась. Молодец. Сильная девочка. Не лей слезы из-за такого дурака, как я. Не заслужил.

– Ты не дурак, – шепчет она, сотрясаясь уже всем телом.

Я натягиваю уголки губ вверх и тихонько посмеиваюсь.

Не дурак, говоришь? А, по-моему, самый настоящий. Потому что только дурак мог упустить такую потрясающую женщину.

Собрав в кулак остатки самообладания, я двигаюсь на выход и распахиваю дверь гостиничного номера. Оборачиваюсь и, глядя на Риту, легонько киваю ей, но не просто в знак прощания, а в знак того, что отпускаю. Отпускаю, несмотря на то, что люблю. Люблю так, как никого не любил. И так, как никогда больше не полюблю.

Сердце заходится в оглушающем марше, а в голове пульсирует одна единственная мысль.

Будь счастлива, моя девочка.