Глава двадцать девятая

Мелагрен

Немного обсудив действия – точнее, возможные препятствия, – расходимся отдыхать.

Пьер забирает гравилюльку с мерно посапывающим Чимкой и кусок рыбного пирога. Принц отправляется в бокс в моей комнате – не то чтобы я возила к себе киборгов, до сих пор не доводилось, даже детей. Но на всякий случай держу.

– Ты только зэтку там не заряди, – говорю. Боюсь представить, что с её свойствами может случиться в зарядном боксе.

– Держи! – передаёт мне животину Кэр.

Беру с опаской. А она мягенькая… и так смешно меня обнюхивает.

Ставлю на стол с остатками подвижного салата.

Зэтка встаёт на изготовку и принимается ловить особо буйный овощ. Соскучилась на корабельном питании.

Никак не могу сообразить, это дурдом, или семейная идиллия?

А с утра папа приглашает нас на завтрак – в надежде узнать получше, с кем связалась дочь. Пьер, впрочем, занят исключительно кормлением сына и с поддержанием разговора у него не особенно складывается.

АР-24 стоит за моей спиной, киборга демонстрирует – тоже тот ещё собеседничек. Ну, хоть зэтка на его плече сидит смирно, за фруктами по столу не гоняет. Боюсь, папа этого не выдержал бы.

Лин по обыкновению спит – она у нас женщина вольная, работой не связанная, поэтому может себе позволить.

Я обтекаю все обтекаемые и не очень темы, изображая понимание и согласие с отцовской волей.

– Пора мне на работу, – наконец, поднимается папа, промокнув салфеткой губы и так ничего путного и не выяснив. – Ты пойдёшь, Мэл?

Ох, это так искушает! Как там детишки? У меня столько личных дел в работе, и многие из клонов приближаются к рубежному возрасту, когда нужно проводить тесты…

– Разве я не под домашним арестом? – хмыкаю.

– До «Кибериума» вместе со мной можно, – улыбается папа.

– Я лучше отгул возьму. Отдохну немного, – отвечаю, пусть не думает, что его предложение кажется мне щедрым. Терпеть не могу, когда меня ограничивают! Пусть лучше я ошибусь – но это будут мои ошибки в моей жизни, которую я сама проживаю! А не подстраиваю под кого-то.

– Тоже верное решение, – соглашается папа.

Бросает взгляд на АР-24, но как ни странно, не настаивает, чтобы я отправила его на проверку. «Заодно». И это, признаться, настораживает сильнее, чем если бы настаивал.

Что он задумал? Что он успел узнать?

Впрочем, вопросов не задаю, улыбаюсь, приветливо провожаю к двери. Не менее приветливо зову ребят на пляж.

Заскакиваем наверх за подстилкой и пляжной сумочкой. Пьер берёт вещи Чимки – мол, прикрыть, чтобы не обгорел.

Кэр ехидно протягивает ему почищенные в универсальной стиралке труселя. Те самые, с пальмами.

Я наряжаюсь в купальник, а в сумочку скидываю немного драгоценностей, в надежде, что их не сразу хватятся.

Налички у меня практически нет: папа всегда оставлял нам с Лионией доступ к своим счетам. А мне – частично – к счетам компании, когда я начала работать с детьми.

Именно благодаря этому удалось обеспечить школу на Ладе – ну и ещё благодаря тому, что на неблагополучной планете всё в разы дешевле. Но я была максимально осторожна, как могла вуалировала траты, брала понемногу из разных мест, чтобы не насторожить.

А если сейчас он мне вдруг перекроет счета…

Не хотелось в это верить, но раз уж он мог так напугать меня и не отвечать на звонки – кто знает, что ещё придумает в попытках удержать взаперти?

Есть у меня и несколько личных счетов, о которых отец теоретически знать не должен. Но практически… на него действительно работает много лучших людей Куона. Много возможностей и связей, и полный доступ к сети через киборгов.

Только я не могу быть уверена, что среди них нет того, кто способен слить информацию нашим врагам. А ещё до сих пор не понимаю, что нужно от меня и нашей семьи тем, кто подослал ко мне Принца.

Спустя несколько минут собираемся на пляже – расслабленные, раздетые, почти ничего с собой не взяв: даже самая сложная программа не просчитала бы, что мы планируем побег.

Мэри запускает широкий гравизонт с УФ-защитой, накрывает полотенцами шезлонги, приносит напитки. Даже организовывает детские игрушки.

Успеваем искупаться под бдительным присмотром Принца, исполняющего роль телохранителя. Зэтка прячется от яркого солнца у него за пазухой – остаётся только радоваться, что ещё и песца с собой не тащили.

Чимка, оказывается, отлично плавает – могу только гадать, где и когда папаня умудряется его научить.

Потом Пьер «вспоминает», что ему нужно забежать на байк, просит открыть поле.

Дома я могу открывать поле не приближаясь, напрямую через домашний ИскИн. А вот снаружи только через идентификацию.

Нервничаю, стараюсь максимально расслабиться. Это был самый сложный момент: убедить Пьера оставить ненадолго Чимку на нас. Но это же стало и порукой того, что никто из киборгов не насторожился: его поведенческие реакции уже вписаны в наблюдательные программы, все знают, что от ребёнка он не отходит. Вероятность, что бросит – минимальна, а даже если улетит, моего папу это вряд ли особенно расстроит.

Благодаря радостно играющему Чимке тревогу пока никто не бьёт. Впрочем, лопатки и ведёрки ему быстро надоедают: похоже, ребёнок привык управляться с игрушками посерьёзнее.

Поле на свой страх и риск оставляю открытым. Что в целом тоже логично: байк стоит совсем рядом, мы ждём гостя, который в него заскочил «на минуточку». Вокруг всё безмятежно – системы охраны далеко сканируют.

Хотя в любой момент готовлюсь, что киборги получат более приоритетный приказ от папы – и основного хозяина, соответственно.

Спустя некоторое время – не насторожившее домашние ИскИны, – отправляю Принца глянуть, где там Пьер.

Поле прозрачное, гравибайк нам отлично виден – но что творится внутри него, разумеется, нет: купол Пьер опустил и затемнил.

Дальше я собиралась действовать экспромтом. В крайнем случае просто подхватить Чимку и броситься по пирсу, в надежде, что так быстро меня из системы управления полем вывести не успеют. А то и вовсе не решатся и предпочтут сначала связаться с отцом.

Но тут неожиданно помогает сам Чимка.

– Где папа? – начинает капризничать, поглядывать на байк – тоже видно, что не привык оставаться один. – Хочу к папе!

– Сейчас придёт, пошли к нему навстречу, – отвечаю мягко.

Беру малыша за руку, словно невзначай цепляю пляжную сумку на плечо. Кэр всё ещё стоит возле байка, «ждёт, пока откроют».

А мне эти несколько метров, пока я праздным, прогулочным шагом приближаюсь к ребятам, даются ой как нелегко!

И почти в конце уже подхватываю Чимку, бросаюсь сквозь поле – боюсь, что сработает сигнал тревоги: все мы оказались совсем рядом с выходом!

Продираюсь буквально в последний момент – поле окрашивается в красный, из дома и сада нам вдогонку мчатся охранники, увещевая госпожу Мелагрен вернуться и дождаться господина Эйшеля.

Одновременно с нашим прорывом открывается купол гравибайка, и Кэр буквально вкидывает меня туда, а после запрыгивает на переднее сиденье сам.

Бедному хозяину пришлось спуститься в трюм – впрочем, командовать ИскИном он может и оттуда.

Моментально байк взмывает ввысь, на ходу опуская купол. Прилипнув мокрым купальником к креслу, прижимаю Чимку к себе, успокаиваю – но тот наоборот, радостно смеётся.

– Всё с тобой ясно, – хмыкаю.

– Оказался в привычной среде? – отзывается спереди Кэр.

Мокрая футболка на ребёнке, брюки с ботинками Пьер успел закинуть мне в сумку: детскими вещами дорожит больше, чем своими. А прозрачную ткань, которая удерживает мелкого на его спине, по-моему, и вовсе не снимал.

– Погоня! – оповещает вдруг местный ИскИн, выводит на экран две точки, летящие несколькими улицами дальше.

Они как раз резко разворачиваются и, увеличивая скорость, бросаются нам наперерез.

Мы тоже ускоряемся, Пьер ругается снизу, что в таких условиях невозможно нормально рулить. Более крепкими выражениями, разумеется.

Мы с Кэром слышим по громкой связи, но тактично оставляем без комментариев.

– Твои, Мэл? – спрашивает, наконец, Пьер.

– Наверное, отец за Принцем отправил, – вздыхаю. – То-то он не настаивал, чтобы забрать его с собой. Решил просто проверку домой прислать, где я не смогу открутиться.

А что, переносные диагностические боксы у нас в корпорации тоже имеются.

«Мэл! – внезапно приходит сообщение от Виолы. – На меня напали!»