Глава 12. Коронация.

Неделя до коронации пролетела не заметно, обычно такие мероприятия готовят заранее, и подготовка шла уже несколько лет, когда был принят первый сундук, приготовления перешли в финальную стадию, время больше нужно было для приготовления церемониальных нарядов.

Сценарий был написан давно и согласован. Главным было учесть традиции объединённого королевства, чтобы не попрать права ни одного существа, заинтересованного в этом, по сути, формальность, благословление в храме дает Богиня, но для народа было важным, поэтому всё и согласовывалось не один год, а когда решение было принято, все ждали обряд обретения. Временно передав власть в руки, как бы временных правителей, по сути, для королевства мало что изменилось. Если раньше было пять королевств, теперь было одно и один закон на всех, и тут нужно было и законы привести к общему знаменателю, что бы подходили всем существам. И если раньше на одно королевство было пять правителей, то теперь, по сути, один. Были еще маги, но их никто не учитывал, они уже давно состояли под защитой ирлингов, с моим появлением и изменившимися обстоятельствами, маги тоже обретали правителя, правда чисто номинально. И вот вроде бы всё хорошо, но как в эту идиллию вписать орка, оказалось мои мужья и об этом подумали, и по сути сделали Найта "принцем", хотя он всего лишь племянник вождей орков, но они подсуетились и решили сделать его голосом детей пустыни в объединённом королевстве и все договора теперь должны идти напрямую через Найта и все связанные с этим вопросы, а что бы смягчить вождей, пообещали наладить поставку ткани, предоставив ассортимент. Этим нам и предстояло заняться с Найтом после коронации, тратить на это магию не разумно, а вот придумать артефакты по их производству, нам и предстояло и мысли по этому поводу у меня уже были. Ведь проще создать один раз артефакт, который будет из плодов пухового дерева делать ткань, чем тратить магию и время. Найти работников и наладить производство. Техники окрашивания есть, было бы что, но это только предстоит.

С самого утра перед этим мы не должны были ни с кем говорить и тем более видеться, так же по отдельности посетить источники и одев церемониальную одежду, пройти в храм на рассвете. Молча войти в храм, не касаясь друг друга. Королевские регалии, которые своим детям передали родители уже находились к тому времени в храме, как и моя корона. Найту заказали отдельно, вернее я сделала королевский обруч, что больше подходило свободолюбивому орку, на что он с трудом, после долгих уговоров согласился. В храм мы уходили, когда выйдем, не знали сами, для нас время там пойдет по-другому и если Богиня нас не благословит, хотя мы даже не рассматривали этот вариант, мы должны получить это благословение, для этого столько сделано, этому миру пора возрождаться и идти дальше.

И вот сейчас стоя у дверей храма в тишине раннего утра. Вдыхали, свежий утренний воздух и входили в храм. Дверь с глухим стуком закрылась. Храм был пуст, на алтаре лежали только королевские регалии. Нам предстояло молиться и просить милости Богини. Всё так же молча мы подошли и прошли в центр храма, там, где стоял алтарь, шаги гулко раздавались под сводами. Опустились на колени и коснулись алтарного камня. Как раздался голос.

— Как же долго вы ко мне шли, дети мои.

Храм наполнился звонким голосом, колокольчиком проносящийся по храму. Подняв головы, мы увидели Богиню.

— Я очень рада, что этот день, наконец-то настал. Вам предстоит пройти испытание, но я уверена вы справитесь.

Тьма накрыла нас всех, и я осталась одна. Осмотрелась, показалось, что впереди показался просвет, попробовала пойти в его сторону и вышла на поляну. Я оказалась в мире, где жила, а точнее возле дома за городом, что мы построили с мужем. В беседке рядом с домом сидела моя семья, муж и мои доченьки, рядом со старшей дочерью сидел молодой мужчина и гладил её округлившийся животик. Меня заметили, помахали рукой. Младшая дочь, о чём-то нахмурившись, как всегда, спорила с отцом, не замечая ни чего вокруг. И так мне захотелось, к ним туда, что бы всё было, как и раньше. Я было уже пошла, но картинка начала таять и я в отчаянье задохнулась. Больно.

Оглянувшись, увидела другую реальность, все мои мужчины рядом с домом куда мы сбегали на два дня, после обряда, по лужайке бегают малышки, как две капельки похожие на своих отцов. Увидели меня и бросились, перегоняя друг друга, ко мне раскинув ручки, посмотрела на себя, чуть выступающий животик. Присела, поймала в объятья три чуда, что прибежали и перебивая друг друга, рассказывали мне что ходили с папами к морю, и там нашли много красивых ракушек.

Посмотрела назад, там все так же беседка и семья, ждущая меня, посмотрела на девочек и поняла, что не могу уйти, потому что, если уйду, этот день никогда не наступит, и эти три чуда никогда не родятся. Стоило мне так подумать, как девочки растаяли в моих руках, и я вернулась в храм.

Диметриус ир Дамлонг.

К обряду мы готовились и я, наверное, больше переживал за Рину, как справиться эта девочка, с её идеалами. Сам я вырос среди боли и отчуждения и только в академии, когда сначала встретил Сая, который тогда еще совсем мелкий и слабый мальчишка помог мне и вылечил рану на ноге, не сказав ни чего ушел к себе.

С тех пор, я старался помогать и защищать мальчишку, подтягивал его по физподготовке, он помогал мне по другим предметам, потом к нам не заметно как-то присоединился Мар. Его тогда избили, мелкий и тонкокостный мальчишка, который не хотел признавать ничьё лидерство, мы случайно натолкнулись на него, Сай не смог пройти мимо. Помогли и он сам не заметил, как стал держаться ближе к нам, учился доверять, сколько пережил боли, он никогда и никому не расскажет, только мы знали, какими бывают его глаза, когда никто не видит. Мужчины не плачут, не верьте, они просто не показывают этого, вернее показывают, но только очень близким и тем, кому доверяют, кому прикроют спину. Дар, с ним мы столкнулись на спарринге, но когда закончился бой он протянул мне руку и пожал как равному, и больше мы не расставались, эльфы были для него, младшими братьями, которых он гонял до седьмого пота, до самого выпуска, и защищал, словно был старше, хотя возраст у нас один.

Крис, всегда был одиночкой, дружил со всеми и не был ни с кем, дружить с собой он позволял. Лекари всегда были слабым звеном, их гнобили и принижали, Сай не был исключением, но наши труды с Даром не прошли мимо, Сай и сам понимал, что выжить сможет если станет сильнее, мы старались всегда держаться все вместе, сейчас я и не вспомню, почему он тогда был один, даже Мар за десять лет возмужал и его больше не задирали, а Сай в силу своего дара, хоть и мог и умел драться, тогда ещё не нарастил броню цинизма и боялся причинить не нужную боль. У нас вообще жестокий мир, слабых убивают и никому нет до этого дела. В академии приветствовалось и поощрялось, когда мальчишки сбивались в группы, так легче контролировать и спрос только с лидеров. Зуб на нас точили многие, мы были сами по себе, а тут Сай и один. Крис не смог пройти мимо и помог, уже тогда сам не понимая, что выбрал сторону, когда они пришли избитые, но счастливые, что вдвоём выстояли против пятерых противников и их не смогли сломать, хоть и наваляли.

Найт, первый раз я увидел его пять лет назад, на переговорах, мне он нравился, с ним легко было общаться, несмотря на то что орки свободолюбивы и воспитываются в полных семьях, он всегда был деликатен, что очень сильно отличало его от сородичей, которых он представлял. Благодаря ему, смогли решить много вопросов, что в предыдущие года, казались не разрешимы. С радостью поделился с ним что мы все обрели истинную и теперь у нас с братьями полная семья, поэтому на его просьбу познакомиться с нашей женой отреагировал нормально, от него я не ждал плохого. А когда наша малышка и ему оказалась истинной, особо не был удивлён, скорее рад, такое редко, но случалось, когда в семью входили еще мужья. Приняли мы его безоговорочно, понимая, что жить без неё он не сможет, как и мы все.

И вот мы у храма. Примет ли наши просьбы и молитвы Богиня, выйдем ли мы от сюда прежними или это сломает нас, а может, наоборот, сделает сильнее. В душе был такой раздрай, но я старался держаться.

Тьма заволокла храм, скрывая нас друг от друга, испытание началось. Стоять в этой тьме и не известности тоскливо. Обернулся, перед глазами, тот самый день, который я прятал в глубине сознания, не позволяя себе вспоминать, то какой ценой мне далось мое бунтарство, вернее, как близкие предают, и найдя слабое место бьют, что бы ты никогда не смог забыть. И я не забыл, намного позже, когда прошло время, я часто думал, а мог я что-то сделать и где бы я сейчас был, если бы тогда хотя бы попытался что- изменить…и не смог ответить себе на этот вопрос. к ни го ед . нет

Сейчас все тоже и боль не меньше, после того дня мама словно перестала существовать именно так, существовать, потому что жизнью назвать это нельзя. После братания, когда мои отцы узнали об этом, вызвали к себе, зная нашу с мамой привязанность, она любила всех своих детей и как могла помогала, сама жила хуже любого раба, и если бы не бесконечные беременности её наверное и не кормили бы, а сейчас её насиловали у меня на глазах, не забыв напомнить, что это мое наказание, хотелось разорвать их на куски, но нападение на короля, смерть. Я стоял и смотрел в её глаза. И именно тогда поклялся, что умирать эти ублюдки будут медленно, я поклялся себе и ей, что стану сильнее и месть будет страшной, именно тогда во мне проснулся дар менталиста, до этого скрытый, о нем знают только братья. Я выжег сознание мамы, сам того не понимая, она не помнила ни чего, превратилась в игрушку, кем и была, и я надеялся, что так лучше и легче. Наверное.

Умом я понимал, все это было, но смотреть и пережить всё это унижение и предательство ее доверия и любви, не мог ни чего, я слаб, перед болью близких, и наверное малодушен, что смог поставить свою жизнь выше, но я всегда думал, что смерть не способна что-то изменить, а я живой, хочу и могу, я столько лет шел к этому. И мне есть ради кого жить. Теперь, есть и у меня есть цель.

Опустившись на колени, я плакал и просил прощения, за всех нас.

Услышав голос Богини, я поднял голову, вслушиваясь в её тихий голос: — Боль каждой души, что я привела в этот мир, я слышу и знаю, ты должен помнить и знать цену своей жизни. Помни. Живи. Просто хотя бы попытайся быть чуточку лучше и сделать этот мир светлым, каким я и задумала его и создала.

Тьма отступила, я снова был в храме.

Сайтинэль эль Дамлонг.

Тьма накрыла храм. Я, как и много лет назад, остался один, во тьме. Да я вырос, но страх быть одному, выброшенному на обочину жизни, живёт во мне до сих пор, как тогда, когда меня пятилетнего отправили в академию. Кто я был, одним из сыновей правителей, с даром целителя, такие как я не выживали, и я знал, знал уже тогда, что меня ждёт. Благодаря провиденью или самой Богине я стою здесь. Я всегда считал себя в нашей пятерке слабым звеном, но меня никогда не бросали. Почему я тогда помог, я спрашивал себя много раз, но так и не смог ответить себе на этот вопрос. Просто, наверное, мог и сделал. И только благодаря этому я сейчас стою здесь.

Осмотрелся. Мар всегда говорит, тьма — это не зло, лишь другая сторона света. Решительно шагнул в это марево, у меня нет права на ошибку, я не могу проиграть, подвести всех. Мама, как мне не хватало ее любви и тепла, она никогда, ни к одному своему сыну, ни разу за всё время не проявила чувств. Пустые глаза и ноль эмоций. Только любить я её меньше не стал, уже в академии понял, это была её защита нам, чтобы не показывать слабости, уязвимости. Когда вырос и уже прошёл обряд братания, я мог позволить себе увидеть её, но чуда не случилось. Она ненавидела себя, свою жизнь, отцов и тех, кого рожала. Единственная эмоция, которую она позволила себе, просьба, прекратить её мучения. Мне, целителю, предложили убить собственную мать, пусть и из благих намерений, но я же жил на этом свете, потому что верил, ждёт и нужен. Уходил я тогда с тяжёлым сердцем, не нужным и не любимым сыном. Справился я только благодаря братьям. Они никогда не спрашивали ни о чем, как и я их, но все мы знали и видели боль друг друга, она была общей на всех. Нас никто и никогда не любил, для отцов мы лишь способ достичь цели. Власть, их единственная любовь.

И вот сейчас, я вижу маму, в ту нашу встречу, но смотрю на это всё уже не так наивно, и понимаю, она играла, снова спасая меня и даже её просьба, от которой я бежал прочь, всего лишь попытка защитить, сберечь.

Мне показали её с того места, когда я уже вышел из комнаты, с разбитым сердцем, из её глаз текли слезы, сжавшись на полу, уткнувшись в колени, что бы не закричать, плакала женщина, что дала мне жизнь. Минута на слабость, но вот она поднялась, вытерла слезы, убрала их следы, остатками магии, что ещё была у неё и вот перед нами вновь, ледяная и не приступная статуя, без эмоций и чувств.

Зачем мне показали именно этот момент, что я должен был увидеть и понять? Крест, мы все несём свой крест, и та мольба была о помощи, но не о себе она думала, совсем не о себе. Тогда я поклялся себе, что сделаю всё, чтобы этот мир стал лучше, дети не страдали, а матери стали живыми и любили своих детей.

Мне напомнили, о моей клятве. Показали наглядно, что не все так просто и дали надежду, ради которой я горы сверну, забуду о своей слабости, ради даже самой маленькой надежды, увидеть лицо мамы улыбающимся.

Тьма отступила, я снова в храме у алтаря.

Марлошель эль Дамлонг.

Тьма что сейчас клубилась по храму, была мне родной. Нежно купала в своих объятьях. Прикрыв глаза, ловил момент, как самое родное и любимое воспоминание детства. Тьма что дала мне силу, в нашей семье всегда уважали силу, слабых "добивали". Я очень хорошо помнил тот день, когда попал в академию, тогда я в первый раз, пожалуй, за всё свою сознательную жизнь впервые спал, не вздрагивая от любого шороха. Да, спальни общие, куда пристроить такое количество мальчишек, которых отдавали на воспитание и взросление, но пока мы были мелкие с нами был воспитатель. Только там я наконец-то ел, а не хватал еду как дикое животное, и как показало время расслабился, а зря. За отказ вступить под начало мальчишки, что жестко держал свою группировку и активно привлекал малолеток, которые приходили и ещё мало что понимали в правилах академии, был жестоко избит. Как всегда один, никому не нужный, выброшенный на обочину жизни, тихо корчился от боли, понимал, никто не поможет и только тьма была, как и прежде со мной.

Кем бы ты не родился в этом мире, из какой бы ты не был семьи, за стенами академии, ты ученик. Никто. Только от тебя зависит станешь ты в этом мире хоть кем-то или растопчут и пройдут мило. Но показав мне весь ужас и боль этого мира, начиная с семьи и заканчивая академией, мир словно сжалившись подарил мне друзей. Сай, как солнечный лучик осветил меня своим светом, он та клейкая субстанция, что свела нас всех вместе. Вылечил, казалось бы, что может мальчишка, но и не смотря на возраст, детьми мы не были никогда. Помогли дойти, помыли. Больше мы не расставались. Я нашёл свой дом, свою семью и свет. Димет был для нас опорой, а мы тянулись за ним, он не меньше нас был изломан, но как прут гнулся, но не ломался и мы учились, его гибкости и силе. Позже к нам пришёл Дар, что он увидел в нас, но с его приходом, мы стали силой, с которой считались. Демон одиночка, который выживал несколько лет в системе академии один, пришёл к нам как равный, без всяких условий. Крис, который помог Саю, из упрямства и не понятного этому миру чувству справедливости, для меня стал в ту же минуту своим. Моя семья, моя сила и слабость.

Но, хватит воспоминаний. Распахиваю глаза, как и думал, самый мой большой страх и боль, что я так не решился стереть из своей памяти, хотя мог попросить Криса, но оставил, чтобы никогда не опуститься до их уровня. Учитывая всю ситуацию в мире с женщинами, из мальчиков делали игрушек, особенно этим грешили тёмные, тьма разрушала, если ты слаб. Мой младший брат, стал такой игрушкой для моих отцов и братьев. Он родился слабым и тьмы в нём почти не было, я ещё был удивлён тогда, почему его не отправили в след за мной, но никогда не мог бы представить подобного. Для не посвященных тьма наркотик, на который ты подсаживаешься и готов на всё, за очередную дозу. То что они сделали это с нашей матерью, хотя почему с матерью, такими были все женщины в нашем роду, их травили специально, и за очередную дозу, те были готовы на всё, но то что они сделают это с мальчишкой, своим сыном, я смотрел и не понимал. Я убежал, рвало меня долго и мучительно, больше я не мог и не хотел уходить из академии домой. Мальчишка пятнадцати лет от роду в тот день умер, наращивая броню на сердце и душе.

Я знал, что эту грязь нужно стереть с лица этого мира, никто, ни одно существо, рожденное свободным, не должно подвергаться такому ужасу. Сжал кулаки, заново переживая весь тот ужас.

Клянусь, мои дети никогда не увидят подобного, пока я жив, я сделаю для этого всё.

Тьма, ласково слизала видение и в последний раз приласкав, отступила. Храм, семья, все на месте.

Дариус де Дамлонг.

Тьма. Улыбнулся. Мар, наверное, рад, это с его подачи, мы научились понимать и видеть её по-другому. Мой огонь шипел, но признал и был спокоен. Осмотрелся, впереди маячил просвет. Шаг в его сторону.

Самая моя большая боль, смерть брата близнеца. С самого рождения мы были неразлучны, в академию пришли вместе, выживали, боролись, делили радости и горе вместе. В тот раз он ушёл из академии домой, мне нужно было задержаться на два дня. Больше я его не видел. Мне просто сообщили, что его больше нет. Больше ни чего узнать не удалось. Как я пережил? До сих пор я помню его, достаточно посмотреть в зеркало. Я хотел уйти в след за ним, но смерть не находила, да и регенерация у демонов всегда помогала.

Сейчас мне показывали последние минуты его жизни. Его убил отец, просто в пьяном угаре, демон взял верх. Ревность. Демоны собственники, но приревновать к собственному сыну.

Шок, что сейчас накрыл не отпускал. Мать всегда под подчинением, почти безвольная кукла, делает что сказали. Всё на её глазах, теперь понятно почему она больше никогда не улыбалась и жила где-то в своём мире.

С одной стороны я испытывал облегчение, что теперь всё знаю, но с другой, что делать с этим знанием. Я давно понимал, что этот мир нужно менять, так продолжаться не может, нас всех превратили в скотов. В этом мире страдали не только женщины, которые без остановки рожали, но и дети никому не нужны, мы как скот на убой, выживет-хорошо, нет…на то воля Богини, как удобно. Вот и смерть Мариуса списали, не было ни каких разбирательств, подумаешь не сдержал демона, так кому нужен тот мальчишка, когда их много, одним больше или меньше, да какая разница.

Да, я хотел умереть, но смерть меня не забирала, тогда я начал понимать, что, наверное, я должен жить, но зачем, что я не доделал на этом пути, что мне нельзя уйти на перерождение?

Однажды на спарринге жизнь столкнула с ирлингом, в первые после смерти брата я дрался с достойным противником, победил чисто случайно, тот на секунду отвлёкся на мальчишек эльфов, что сидели на скамейке и болели за него. Странная троица. Протянул руку, помогая встать. А потом с каким-то странным чувством наблюдал за ними, почему этот сильный мальчишка возиться с этими слабаками, а потом я понял, они всё что у них есть, ирлинг тянет их, они стараются не отставать, и столько доброты и света в их дружбе. Наверное, впервые я не видел, что бы кто-то кого-то не унижал или бил, потому что слабее, а наоборот помогал. У меня это было, с моим братом. Сам не заметил, как стал помогать, а потом и стал неотъемлемой частью, я нашел не одного, а целых трех братьев, и им не страшно было доверить прикрыть спину. Я обрёл семью. Крис пришел позже, но я понял он наш, когда тот помог Саю, нашему светлому во всех смыслах брату, даже если по началу и были сомнения, то время всё расставило по местам.

Настал такой момент, когда я проснулся понимая, что время стирает грани, но больше не один брат не уйдёт из моей жизни, я поклялся себе в этом. Только не они, пусть лучше погибну, но они будут жить. И всё же не смотря на всю грязь нашего мира, я ему благодарен за встречу с Риной, мне есть ради чего жить и бороться, и смерть моего брата не напрасна, если бы не он, тогда разорвали бы нашу мать, как бы оно не было, я ее люблю.

Я поклонился тьме и поблагодарил Богиню, что напомнила мне это. Тьма схлынула. Храм. Семья.

Кристан ва Дамлонг.

Тьма. Усмехнулся, всю мою жизнь меня сопровождала тьма и одиночество. Ровно до того момента, когда я по собственной инициативе решил помочь мальчишке эльфу, которого хотели избить пятеро таких же, как и мы подростков. Не справедливо, но где справедливость и наш мир? Риторический вопрос. Честно, я даже не ждал благодарности, думал меня пошлют, если выживем. Справились, хоть и были все избиты, но больше я был поражён тем, что он пригласил меня к себе, познакомил с друзьями, в нашем мире, это редкость. В тот момент я ещё не понял, но все они стали мне близкими друзьями, братьями, за очень короткий срок. К ним тянуло и я сам не заметил, как стал везде ходить с ними, появились общие дела, интересы. Сай в нашей семье солнце, которое оберегают все.

Мне как менталисту ничего не стоило узнать их секреты и боль каждого для меня не осталась секретом. Первое что я сделал, на сколько я тогда мог в пятнадцать лет, поставил защиту, что бы их не могли считать. Сейчас уже и не сосчитать сколько раз это спасало жизнь.

Сейчас я на столько врос в них корнями, хотя их мысли для меня до сих пор не являются секретом, а о моих скелетах им лучше не знать, но мне всё же решили о них напомнить.

Да, самый мой большой секрет — это любовь к жене моих кровных братьев. В нашем клане не отнимали магию у женщин, их пили, еда и инкубатор. Во время беременности их не трогали, но блокировали магию. Сначала я был ребенком, потом подростком, таких как я десятки, но только у неё находилось для всех нас доброе слово, не смотря на то, как она жила.

Только сейчас, после обряда обретения я понял, что это просто не виданное тепло и участие, и доброе слово, привело к ложным чувствам, любовь это другое.

Нам всем нужно тепло и участие, чего у нас никогда не было, я видел мать только на официальных мероприятиях, все остальное время она сидела в покоях, закрытая на ключ. С годами ничего не изменилось, а потом она не выдержала. Пыталась уйти из этой жизни и только тогда под охраной её стали выпускать и позволять гулять в парке, иногда разговаривать с другими женщинами клана. Ментальный контроль был полным. Постоянное, внушение счастья. Видеть это было страшно, больно, а со временем я сам не заметил, как меня эти встречи стали тяготить, я её избегал.

Именно по причине того, что ни одного из нас не устраивали традиции в наших семьях, особенно по отношению к женщинам, мы создали свою семью, свой клан. Это было той клейкой основой, что скрепило нас по мимо дружбы ещё больше.

Но, сейчас мне напомнили о той влюбленности и клятве что я дал тогда, когда видел, как мою любимую обижают, а я сделать ничего не могу.

Клялся я в том, что, когда вырасту и стану сильным, освобожу всех женщин от мужей, что их обижают и унижают.

Стоило об этом вспомнить, как видение пропало. Значит, всё испытание в том, чтобы напомнить о клятве. Тьма отступила. Все мои родные рядом.

Найт ор Дамлонг.

Буквально несколько дней перевернули мою жизнь с ног на голову. Еще каких-то десять дней назад я не думал об обряде, не то, что братания, а уж об женитьбе и вообще говорить не стоит. Сейчас стоя в храме, я видел Богиню и старался не дёргать себя за мочку уха, всё казалось не реальным, ну какой орк правитель, мы любим природу, свободу, хорошую драку. Это для Рины я постарался причесать всё ванильно в розовом свете и строго предупредил всех, хоть один не правильный чих, будут иметь дело со мной, но пугать мою истинную не позволю, поэтому все было сделано так, что и на бои мы не попали. И вот обряд коронации. Я понимал всё серьезность ситуации, но вырос я в простой обычной семье, где мама утирала слёзы и дула на болячку на коленке, или сидела у кровати во время болезни. Да, мы принадлежали роду вождей, но скорее были запасной веткой и принцем никогда себя не считал.

Кто такая Рина, и что она значит мне рассказали в первый же день, для меня это было шоком. Ради этого я готов пойти на жизнь в четырех стенах и носить корону, если могу помочь этому миру и поддержать жену, побратимов, мою семью.

Тьма, заволокла. Видение или реальность.

Бескрайняя степь, так было много столетий назад, остались только предания, уже не осталось тех, кто помнит, как жили раньше.

Воздух вокруг словно замер. Богиня.

— Здравствуй Найт, сын песков, — сказала она с ласковой улыбкой.

— Богиня, — склонив голову опустился на колено.

— Нет, не нужно, — она ласково коснулась рукой головы, взмах руки, появилось два стула, — посиди со мной. Я столько лет сводила их вместе, чего мне стоило дождаться Рины.

Богиня выдохнула горестно, присела на стул и приглашающим жестом махнула, присоединяйся.

Мы сидели в тишине, любовались на степь. Красиво.

— Ты знаешь, что степь — это предания, но их в этом мире никогда не было. В этом мире сразу возникла это аномалия, пески и слабые магические потоки и что бы я не делала, не смогла исправить ошибку, а когда в мире моего мужа началась война, вы были на грани вымирания, а так как являлись любимыми детьми, он захотел сберечь вас. Все, кто хотел уйти, мы перевели сюда, но ваша продолжительность жизни, всего триста лет, поэтому сейчас этот мир вы и воспринимаете родным. Поселить вас больше не куда было, как и гномов в горы, да эти тоже дети другого мира, но за такое количество времени я привыкла считать вас своими, — Богиня улыбнулась задумчиво и продолжила, — о том, что тогда случилось в вашем мире, знают только посвященные, шаманы. Но, поговорить я хотела не об этом, я пришла просить за своих детей, теперь твоих побратимов, сегодняшнее испытание, не совсем испытание, у них и так хватило в этой жизни лишений и боли, я просто напомнила им об этом и их клятвах. А тебя я хочу попросить научить их быть семьёй, направлять, кроме тебя и Рины ни кто не видел нормальной жизни, и ты нужен этому королевству, что бы у них наконец-то всё было как должно, мать и жена и пусть и мужья, но с любовью и уважением, а не так как это происходит сейчас.

— Я поэтому оказался истинным для Рины? — задумавшись спросил я, — простите Богиня, я не должен был…

Она подняла руку, останавливая меня: — Нет, Найт, — вздохнула горестно, — честно, хотела, но мир сам всё решил за нас, она та, что предначертана тебе, — улыбнулась ласково, — не сомневайся. Я и сама была удивлена, но даже я, не смогла бы сделать лучший выбор.

— Нам пора, все уже справились с испытанием, особенно Рина, — Богиня вздохнула, — я не могла не предоставить ей выбор, но выбрала она вас и детей.

Вдохнул полной грудью воздух в последний раз бросив взгляд на бескрайнюю степь, последние слова Богини выбили воздух, было страшно представить, что Рина ушла, несмотря ни на что.

Я вновь стоял один, во тьме, которая начала медленно отступать. Осмотрелся, мы всё так же в храме. Шагнул к Рине и обнял, зарывшись носом в макушку на голове, вдохнул её родной запах, успокаиваясь. Даже на мгновение представив, что её нет с нами, мне становилось плохо.

— Поздравляю, вы все справились! Мое благословление и сила всегда с вами. Вы сделали правильный выбор и никогда не сомневайтесь в своих силах, а если будет трудно, приходите, я всегда помогу. Главное, это не свернуть с того пути, на который вы все встали.

С тихим хлопком Богиня исчезла, а мы переглянулись, все регалии королевской власти, что до этого лежали на алтаре, сейчас сияя всеми цветами радуги украшали наши головы.