18 · Джейк

Бренна ужасно играет в боулинг, но наблюдать за ней чертовски забавно. Она не спеша подходит к линии в этих дурацких ботинках, виляя бедрами, и ее задница выглядит необыкновенно соблазнительно в черных обтягивающих джинсах. Мне нравятся женские попки, и я не могу оторвать глаз от ягодиц Бренны.

Несмотря на свое неумение играть, она при каждом ударе выкладывается на все сто десять процентов. Сосредоточенно хмурясь, Бренна отводит руку назад, вертит запястьем и кидает ярко-розовый шар. Ей не везет, и пока по очкам у нее ноль, но впервые за шесть ударов шар идет по прямой линии.

Бренна радостно вскрикивает, когда шар несется прямо в цель. Но в последнюю секунду он меняет траекторию и сбивает только четыре кегли. Страйк не получился.

– Еще бы чуть-чуть! – в голосе Бренны звучит досада.

Она разворачивается, и я еще никогда не видел ее такой прекрасной. Щеки похожи на два красных яблока, глаза сияют, и Бренна исполняет забавный танец, скользя по блестящему полу.

– У меня получается все лучше и лучше! – восклицает она.

– Двигаться только вперед! – соглашаюсь я, поднимаюсь с дивана и выбиваю страйк.

– Ненавижу тебя, – объявляет Бренна, когда на экране высвечивается мой счет.

Это проигрыш века, но мне кажется, ей все равно. Если честно, я и сам мало обращаю внимания на очки. Обычно я чертовски радуюсь победе, но сегодня просто ловлю кайф, весело проводя время с Бренной. Я уже сто лет не был на настоящем свидании. Вчерашний званый ужин не считается, потому что не скажу, что мы там особо повеселились. Да и бар с коньяком тоже, потому что мы больше целовались, чем разговаривали.

Сегодняшний вечер позволяет мне узнать ту Бренну, с которой я еще не знаком. Игра в боулинг, конечно, не самое романтичное времяпрепровождение, но она дает возможность узнать человека поближе. Любит ли он соперничать? Мелочный ли он? Умеет ли достойно проигрывать или, что еще важнее, достойно одерживать победу? А в случае с девушкой, можно узнать, насколько она избалована. Я знаю женщин, которые бы воротили нос от липкого пола дорожек или дерьмового пива. Но Бренна к их числу не относится.

Я выигрываю первый раунд, и Бренна предлагает сыграть еще.

– Ха! – торжествующе восклицаю я. – Ты любишь боулинг!

– Ага. – Она мелодраматично вздыхает. – Я подсела на него.

Я изучаю ее лицо. Похоже, это не сарказм.

– Нет, правда! Это так здорово! – Она качает головой, как будто сама не верит в это. – Боулинг мне действительно понравился.

Глядя на ее изумленное лицо, я начинаю хохотать, как сумасшедший. Успокоившись, я придвигаюсь ближе и говорю уже серьезно:

– Думаю, мы сможем это повторить как-нибудь…

И жду.

Она ничего не отвечает, подходит к монитору с сенсорным экраном и говорит:

– Ладно, в этот раз пусть Малыш Джейки начинает первым.

Экран под потолком загорается, и там написано: «Джейк».

Я стараюсь не показать, что доволен. По-моему, я нравлюсь ей все больше и больше.

Определенно, она начинает питать ко мне какие-то чувства.

– Нам можно говорить про хоккей? – подходя к стойке с шарами, спрашиваю я. Мое сердце покорил ярко-зеленый шар, который я прозвал «Страйкмейкер».

– Почему ты спрашиваешь? – Бренна смотрит на меня с подозрением.

– Ну, скоро наши команды встретятся на льду. Это важный матч.

– Да, матч и правда важный, – соглашается она.

– В связи с чем возникает вопрос – за кого ты будешь болеть, сидя на трибуне? За свой университет или за своего нового парня? – Я смотрю на нее через плечо и широко улыбаюсь.

Теперь ее черед хохотать.

– Ты не мой парень!

– Но Малдеру ты сказала другое…

– Малдер – самодовольный ублюдок, и мне ничуть не стыдно, что я соврала ему. А теперь разворачивайся и бросай шар, Джейки. Я хочу посмотреть на твою задницу.

От улыбки мое лицо чуть не трескается пополам, и хорошо, что Бренна ее не видит. Я устраиваю для нее целое шоу: играю мускулами на руках и вытягиваюсь вперед, чтобы выпирала задница. За спиной раздается какой-то сдавленный звук. Повернув голову, я вижу, как полыхают темные глаза Бренны.

– Не дразни меня!

– Я всего лишь играю в боулинг, – невинно отвечаю я.

– Ну да, конечно. – Бренна встает с диванчика. – Господи, тут так жарко, правда?

И в следующую секунду она снимает через голову свой черный свитер и остается в тонкой черной маечке, обтягивающей ее идеальной формы грудь. Я замечаю, как в вырезе виднеется кружево ее лифчика, и у меня пересыхает во рту. Вернувшись к диванчикам, я хватаю свое пиво. Мы пьем уже по второй бутылке, и я попросил закрыть наш счет, так что третьей не будет.

Я жадно пью холодное пиво, а Бренна тем временем идет за шаром, и ее бедра покачиваются еще соблазнительнее. Она перебрасывает свои длинные блестящие волосы через плечо, поворачивается ко мне и облизывает губы.

Боже, помоги мне!

Ее первый удар выбивает сразу семь кеглей.

– Пока что это твой лучший бросок! – подбадриваю я ее, встав у края дорожки. – Давай, сделай спеа[14], красотка. Ты молодец!

– Думаешь? – с сомнением спрашивает она. – Я еще не разу не делала спеа.

– Ну и что! Это не значит, что у тебя не получится.

Но у нее не получается. Второй шар скатывается в желоб.

– Ты сглазил меня! – проходя мимо меня, жалуется Бренна.

Я обхватываю ее рукой за талию, не давая сбежать. Мне хочется прижать ее к себе и как следует поцеловать, но я довольствуюсь невинным чмоком в щеку.

– Ты только что поцеловал меня в щеку? – насмешливо спрашивает она.

– Да. Имеешь что-то против? – Я кладу ладони на ее талию, борясь с желанием опустить их ниже. – Кстати, в этих джинсах твоя задница выглядит просто обалденно.

– Я знаю. Поэтому и ношу их.

Я усмехаюсь. Мои ладони скользят на сантиметр ниже, и… да по фигу! Я стою спиной к остальным посетителям, так что никто не увидит, где мои руки. Поэтому я крепко, от всей души, сжимаю ее ягодицы.

Бренна хрипло вскрикивает.

– Черт бы тебя побрал, Коннелли! Мы же в общественном месте!

– И что?

– А то, что ты не можешь просто так лапать мою задницу!

– Почему не могу?

Бренна молчит. Проходит несколько секунд, прежде чем она пожимает плечами.

– Знаешь, веских причин на ум не приходит.

– Вот именно. – Ухмыляясь, я снова сжимаю ее аппетитные ягодицы, потом легонько хлопаю ее по попе и отправляюсь бросать шар.

В этот раз страйка не выходит. Одна упрямая кегля продолжает стоять на месте, но я выбиваю ее вторым броском. И снова побеждаю Бренну, и ей снова все равно. Хотя у нее получается все лучше и лучше, и за вторую игру она набрала в два раза больше очков, чем за первую. Когда на экране вспыхивают финальные результаты, мы садимся на диванчик, чтобы немножко расслабиться.

Я кладу руку на бедро Бренны и рассеянно поглаживаю его. Она не отталкивает ее, но бросает на меня задумчивый взгляд.

– У кого-то шаловливые ручонки.

– Тебе не нравится?

– Да нет, просто неожиданно как-то. Я не думала, что ты любишь проявлять нежность.

– Есть такое. – Я пожимаю плечами. – Мне нравится ласкать девушку.

– И как часто это случается? По-моему, ты говорил, что ты предпочитаешь секс на одну ночь, а не серьезные отношения.

– Но это не значит, что мне не нравятся девушки, с которыми я сплю. – Я вычерчиваю круги на ее коленке. – По-моему, ты тоже не сторонница серьезных отношений. Это общеизвестный факт.

– Ты расспрашивал обо мне, Джейки?

– Да, – признаюсь я, – и судя по тому, что я слышал, ты ни с кем не встречалась с тех пор, как перевелась в Брайар.

– Так и есть.

– Где ты училась до этого?

– В муниципальном колледже в Нью-Гэмпшире.

– А там у тебя был парень?

– Нет. В основном это был секс без обязательств, по крайней мере, до Маккарти.

Я ощущаю укол ревности. Мне не нравится, как она относится к своему роману с Маккарти.

– Значит, с Маккарти было что-то большее? – осторожно спрашиваю я.

– Секс без обязательств – это на один раз. Но с Джошем… – Бренна задумывается.

– У вас был секс по дружбе?

– Без секса.

Стоп, что?

Я ставлю пиво на стол, чтобы ничто не отвлекало меня от Бренны.

– У вас не было секса?

Я удивленно морщу лоб. Мне казалось, что она с ним спала.

– Нет.

– Но ведь между вами что-то было?

– Да.

– И это не секс?

Бренну, кажется, все это ужасно забавляет.

– Что из сказанного мною ты понял?

– Даже не знаю… все это кажется мне таким странным. – Я на секунду умолкаю. – Да. Очень странным.

– Почему это странно? – Она как будто пытается защититься.

Я указываю на нее.

– Ну, посмотри на себя. Ты сногсшибательно красива. И хочешь сказать, он не пытался?..

– Я же не говорила, что он не пытался. Но… – Бренна снова обрывает фразу.

– Что – но? Ты девственница?

– Нет. Я просто слишком избирательна в плане того, кто может быть внутри меня.

Черт подери, мой член твердеет. Ей нельзя так говорить, потому что теперь я представляю себя внутри нее и чертовски возбуждаюсь.

– Мы делали кое-что другое, – говорит она. – Всегда есть другие варианты.

– Да? – Мой голос вдруг охрип.

– Тебе разве не говорили, что можно кончить и без секса?

– Нет, я этого не знал. – Я хлопаю ресницами, изображая чистейшую невинность. – Покажешь мне?

Бренна толкает меня в плечо. В шутку, конечно.

– Размечтался.

– Но об этом я и мечтаю. Не хочу пугать тебя, но, пожалуйста, посмотри вниз.

Посмеиваясь, она делает, как я прошу. И тут же в ее глазах разгорается пламя.

– Боже ты мой! Тебя так возбуждает Маккарти?

– До боли. – Я притягиваю ее к себе на колени, вызвав удивленный взвизг.

Но она уже трется о меня своей аппетитной попкой, усаживаясь поудобнее.

– Скажи своему члену перестать тыкаться в мою задницу, – ворчит Бренна.

– Эй, это из-за тебя у меня стояк.

Я притягиваю ее к себе и шепчу на ухо:

– Из-за тебя, коварной, и твоих разговоров о том, как ты можешь заставить парня кончить даже без секса.

Черт, как же хорошо от нее пахнет. Я вдыхаю сладковатый запах ее шампуня. Забавно, что Бренна совсем другая – она острая, как перчинка, с почти неуловимой ноткой сладости. Но мне нравится острое. Очень нравится.

– А как насчет тебя?

– Ты про что?

– Что ты получала от ваших отношений с Маккарти?

Бренна выгибает бровь.

– Ты правда хочешь знать, чем мы занимались с твоим товарищем по команде?

– Нет. Да. Не знаю. Наверное, в общих чертах.

– Нет, пожалуй, сам догадайся.

Я даю волю своей бурной фантазии, но только представляю с ней в кровати не Джоша Маккарти, а себя.

– Эта штука сейчас проткнет твои штаны, – шутит Бренна, и мне становится немного жаль, когда она соскальзывает с моих колен. – Ладно, что будем делать? Хочешь сыграть еще раз или уже поедем? – Проверив телефон, она добавляет: – Сейчас десять. Во сколько они закрываются?

– Думаю, в одиннадцать.

– Тогда дождемся закрытия?

– Давай.

Играть в боулинг со стояком не так уж легко, но мне удается. Я в третий раз обыгрываю Бренну, мы возвращаем сменную обувь и платим за дорожку.

На парковке Бренна проходит мимо «Джипа» и останавливается у «Мерседеса».

– Открывай.

Мой пульс учащается. Я открываю машину.

Она усаживается на заднее сидение и лукаво улыбается:

– Залезай.

Я не из тех, кто заставляет даму ждать. Забравшись в машину, я прижимаюсь к ней губами прежде, чем она успевает вымолвить хоть слово. У нее вкус пива и мяты, и ее тело податливое и теплое. Бренна залезает ко мне на колени, ее язык жадно исследует мой рот. Я провожу руками по ее позвоночнику и впиваюсь пальцами в талию. Я хочу оказаться внутри нее. Безумно хочу. Но, видимо, она не собирается быстро сдаваться.

– Сегодня ты позволишь мне трахнуть тебя?

– Нет, – раздается игривый шепот, – сначала ты должен это заслужить.

Мой стон тонет в ее поцелуе.

– И как мне это заслужить?

Бренна слегка улыбается и снова целует меня, проскальзывая руками под мою рубашку и поглаживая грудь. Боже, мне так нравится ощущать на себе ее прикосновения! И мне нужно срочно прикоснуться к ней. Я снимаю с нее кофту и тяну вверх майку. Ее лифчик почти прозрачный. Да и мягкие чашечки ей не нужны. У нее полные груди идеальной формы. Я щипаю сосок через кружева и с упоением слушаю ее сладкий стон.

– Я мечтал об этом, – хрипло говорю я и стаскиваю лифчик вниз, обнажая грудь. Черт, как же она прекрасна! Я втягиваю затвердевший сосок в рот, посасываю его, и меня накрывает чувством блаженной эйфории. Ее кожа приятная на вкус, а сосок под моим языком вызывает райские ощущения. Мое возбуждение граничит с болью, когда я облизываю этот разбухший шарик.

Бренна снова стонет. Сначала я думаю, что от удовольствия, но потом замечаю нотку агонии.

– Что случилось? – тут же спрашиваю я.

– Поверить не могу, что позволила игроку Гарварда лапать свою грудь.

Я успокаиваюсь и, тихо рассмеявшись, касаюсь языком второго соска.

– Эй, ты уже встречалась с игроком Гарварда.

– Но ты капитан команды! – мрачным тоном отвечает Бренна. – Это была плохая идея. На следующей неделе нам играть против вас! Мои друзья пришли бы в ярость, увидев меня сейчас.

– Давай не будем про хоккей. И кому есть дело до того, что думают твои друзья? – Я снова засасываю в рот ее сосок.

– Мне есть. Мне важно мнение своих друзей.

– Тогда мы должны остановиться.

Мой рот заглушает ее жарким поцелуем, который и меня самого сводит с ума. Я переворачиваю Бренну и, оказавшись сверху, трусь о нее нижней частью своего тела. На заднем сидении не так уж много места, но мне и этого хватит. Крепко прижимаясь своими губами к губам Бренны, я расстегиваю пуговицу на ее джинсах и стягиваю их вниз вместе с трусиками, чтобы добраться до теплого рая между ее ног.

Она начинает постанывать, когда подушечка моего большого пальца касается ее набухшего клитора.

– Как хорошо!

– Да?

– О, да!

Я продолжаю ласкать ее, дразня и исследуя. Плавно скользнув пальцем вниз, я ощущаю, какая она мокрая. Господи Иисусе. Мне больше жизни хочется оказаться внутри нее. Я чуть ли не плачу от осознания того, что сегодня этому не бывать. Окунув пальцы в ее сладкую влагу, я начинаю медленно массировать клитор.

Бренна поднимает бедра мне навстречу. Опираясь на локоть, я наблюдаю, как затуманивается ее взгляд.

– Мне нравится, когда ты такая, – шепчу я. – На спине, с раздвинутыми ногами.

Я снова целую ее, и она с жадностью засасывает в себя мой язык, вызвав низкий стон.

– И все-таки это плохая идея, – шепчет Бренна в ответ.

– Тогда скажи мне остановиться.

– Нет.

– Что – нет?

Бренна подталкивает себя под мою руку.

– Не останавливайся.

Я усмехаюсь в ее плечо и наклоняю голову, чтобы снова поиграть с ее сосками.

Она хрипло стонет.

– Никогда не останавливайся.

Я улыбаюсь, отчетливо помня, что совсем недавно она божилась, что никогда и ни за что не переспит со мной. Но вот мы здесь, на заднем сидении машины, целуемся как сумасшедшие, и ее киска в моем распоряжении. Мой палец проскальзывает в нее и…

– Ох, черт! – сдавленно шепчу я, поднимая голову от ее грудей. – Ты такая узкая!

Неужели она так мало трахается? Или я просто делаю не те выводы? То, что она не спала с Маккарти, еще не значит, что она не спала с кем-то другим. Бренна сказала, что она избирательная, но не монашка.

И я ловлю себя на том, что мысленно благодарю бога за возможность пройти этот отбор. Пусть не сегодня, но завтра или на следующей неделе, да хоть через год! Я буду ждать столько, сколько потребуется. Так сильно я хочу ее.

Я ввожу еще один палец, и она еще сильнее сжимается вокруг меня. Там едва хватает места для двух пальцев. Двух, мать вашу. Мой большой палец ласкает ее клитор, а указательный и средний в ленивом ритме двигаются внутри нее. Веки Бренны тяжелеют, дыхание становится сбивчивым. Я трусь членом об ее бедро, не прекращая ласки.

– Поцелуй меня. – Бренна рывком опускает к себе мою голову, зарывшись пальцами в мои волосы, и ее язык находит мой.

В этом влажном поцелуе одно нетерпение. Она почти скачет на моих пальцах, издавая самые сексуальные звуки на свете. Я отстраняюсь, чтобы глотнуть воздуха.

– Ты кончишь для меня?

Бренна отвечает что-то неразборчивое.

Я усмехаюсь. Моя рука продолжает работать. Пальцы все мокрые. Я ввожу их глубже, вывожу и, согнув их прямо у ее щелочки, снова рывком проталкиваю вперед.

– О боже! – хватая ртом воздух, вскрикивает Бренна.

Ее тело пульсирует от оргазма. Бренна, прижимаясь ко мне губами, тихо вздыхает. Я поцелуем ловлю ее вздох и медленно убираю руку, чтобы она смогла прийти в себя.

Ее веки, затрепетав, поднимаются, и она улыбается мне.

– Хорошо было? – шепотом спрашиваю я.

– Очень хорошо, – довольно мурлычет она, потом снова вздыхает и прижимается ко мне, утыкаясь щекой в мою шею.

– Ну ни черта себе! Оказывается, ты любишь пообниматься после секса, – шутливо упрекаю я ее.

– Нет, – отвечает Бренна куда-то в мою грудь.

– Любишь-любишь.

Она легонько кусает меня за горло.

– Только никому не говори!

– Почему? Боишься, что это разрушит твою репутацию?

– Да! Я плохая девочка, Джейки. Я не люблю все эти обнимашки.

– А что такого? Это же здорово.

Я провожу пальцами сквозь ее шелковистые волосы. Мой член все еще подергивается, и на это нельзя не обратить внимание.

Бренна поднимает голову, в ее глазах танцуют дьявольские огоньки.

– О, кто-то перевозбудился!

Ее рука протискивается между нашими телами и опускается прямо на выпуклость в моих джинсах. Я толкаюсь в ее руку.

– И что нам с этим делать… – Она выжидающе умолкает.

– Что угодно, – хрипло отвечаю я. – Можешь делать со мной все, что захочешь.

– Все, значит?

– Все! – Мой голос звучит сдавленно. – Но прошу, сделай уже хоть что-нибудь!

Ее пальчик дразнящими движениями скользит вверх-вниз по моей ширинке, а затем начинает играть с маленьким металлическим бегунком. Я почти перестаю дышать. Мое сердце колотится, словно сумасшедшее. Я как будто только что откатал пятиминутную смену. При игре в меньшинстве.

Пульс стучит у меня в ушах, а мое тело требует разрядки. Я хочу, чтобы Бренна Дженсен взяла его в рот, в руку, поцеловала его. Мне плевать, что она будет делать. Я лишь хочу ощутить это.

Я набираюсь терпения, но все мои мышцы онемели, напряглись от предвкушения, что она будет делать со мной дальше.

Но как только Бренна собирается расстегнуть мои штаны, звонит телефон.

Она тихо ругается.

– Мне нужно ответить.

– Не надо, – бормочу я.

Бренна садится.

– Как часто тебе звонят вместо того, чтобы написать сообщение?

Мне приходится согласиться с ней.

– Не часто.

– Вот именно. Если телефон звонит, то обычно повод важный. – Она поднимает сумку с полового коврика и роется в ней. Стоит ей взять в руки в телефон, как ее настроение меняется. От прежней страсти не остается и следа.

– Все в порядке? – угрюмо спрашиваю я.

Бренна еще секунду смотрит на экран и, наконец, сбрасывает.

– Все нормально.

Но она начинает натягивать трусики и джинсы, а это точно значит, что малыш Джейки сегодня своего не получит.

– Оказывается, уже так поздно, – смущенно говорит Бренна. – Мне пора домой.

– Ладно.

– Ты не будешь злиться? – нерешительно помолчав, спрашивает она.

– Конечно, нет. – Бренна подумала, что я ополчусь на нее? Стану обвинять, что она оставляет меня с синими яйцами? Она ничего мне не должна. Я не вправе требовать чего-то от этой девушки да и вообще от любой другой девушки. Я хочу, чтобы Бренна отсосала у меня, но только если она тоже этого хочет. Но, очевидно, она больше не в настроении. Этот таинственный звонок все испортил.

– Мне правда было очень хорошо, – признается Бренна, когда мы вместе идем к водительской двери ее «Джипа».

– Мне тоже. – Я ловлю ее взгляд. – Мы повторим это?

– Не знаю.

– Нет, знаешь. – Я хватаю ее за подбородок, чтобы заглянуть ей в глаза. – Мы повторим это?

Проходит несколько долгих секунд, и Бренна кивает.