Глава двадцатая

Настя быстро посмотрела на Егора и перевела взгляд на адвоката.

— Сегодня, после ухода от вас я поехал в следком и попросил дело о ДТП с участием вашего отца Ерофеева Леонида Николаевича. Я узнал, что у него не было столкновения с другим автомобилем. Он просто съехал в кювет на большой скорости, и его машина перевернулась три раза.

— Он был пристегнут? — спросил Егор.

— Нет, — ответил Ершов. — В автотехнической экспертизе указано, что ремень безопасности был выведен из строя, а вот вследствие износа или иной проблемы я так и не понял.

— Я пролистал все дело от начала до конца и мои глаза ни за что не зацепились. Выехавшие на место сотрудники ГИБДД и сам следователь безупречно выполнили свою работу. На некоторые документы я обратил особое внимание и сделал для себя копии.

— Значит, что-то есть, — сказал Егор и сделал глоток воды.

— Настя, ваш отец выпивал спиртное при жизни?

— Он прекратил пить спиртное, когда у него обнаружили онкологическое заболевание. С тех пор он в основном принимал лекарства, — ответила она.

— А перед ДТП он принимал какие-нибудь лекарства?

— Вроде да, но как он мне сказал, это были больше витамины для поддержания иммунитета, нежели лекарства. Точно я вам не отвечу, потому что видела его нечасто. А что случилось?

— По пути сюда я заехал в автомастерскую, где чиню свой автомобиль и показал копию экспертизы механику. Он прочитал все и сказал, что над машиной вашего отца однозначно поработали, а именно расшатали механизмы и ослабили некоторые крепления, которые прямо действуют на торможение и в общем на само управление автомобилем.

— Могли ему повредить тормозные шланги?

— Этот же вопрос я задал ему сам. Нет, шланги целые и если бы с ними что-нибудь случилось, то остановить машину можно и другими способами. Это вам не кино, а жизнь. Здесь настораживает то, что описание состояния машины и заключение экспертизы немного разнятся. Мне нужно знать, где автомобиль вашего отца, чтобы я отвез туда своего механика. Пусть он посмотрит на повреждения. Конечно, он не гений, но парень хорошо разбирается в них не хуже эксперта.

Настя вытащила из кармана джинсов связку с ключами и отцепила один из них.

— Автомобиль находится в гараже, недалеко от дома. Адрес я вам напишу. Делайте все, что считайте нужным, только не забудьте закрыть гараж и вернуть мне ключ.

Адвокат взял ключ и спрятал его в кармане брюк. Он опустил глаза на тарелку, которую официант поставил перед ним несколько минут назад. На ней лежала свернутая лепешка с мясной начинкой.

— А как дела обстоят с судебно-медицинской экспертизой? — спросил Егор, зная, что подобные экспертизы обязательны.

— С них я тоже снял копии, чтобы показать тебе. Вот ты, как медик и скажи мне.

Адвокат вытащил из портфеля три листа, отдал Егору и приступил к еде. Настя удивилась этому и посмотрела на Егора, который тут же стал пробегать по документу глазами. Он читал его в течение десяти минут, возвращаясь к некоторым абзацам. Бумаги он вернул адвокату, который в ожидании смотрел на него, как и Настя.

— Там ничего страшного нет, за исключением характера травм, но указано, что в крови присутствуют следы алкоголя и, судя по промилле, они высокие, то есть он сел за руль пьяным.

— Но папа не стал бы пить, тем более за рулем, — настаивала на она своем.

— Не знаю, Настя, — пожал плечами Егор. — Ответы на все вопросы у Назарова.

— Не ждите, что он ответит на них, — сказал Ершов. — Судмедэксперт несет уголовную ответственность за свои заключения, если он, конечно, напишет не то, что соответствует действительности. Этот момент тоже надо проверить. Я не смогу сейчас пойти к нему и спросить, действительное это заключение или нет. Минимум он посмотрит на меня как идиота. Насчет Назарова, то нам придется выявить факты, а потом уже идти к нему с вопросами. Егор, не нравится мне твое выражение лица. Забудь про методы из девяностых.

— Ты считаешь, что ДТП могли подстроить? — осторожно спросил Егор у адвоката, бросив быстрый взгляд на Настю.

Девушка задумчиво смотрела перед собой.

— Это основная из всех моих версий, — ответил он, отправляя в рот кусок еды. — Если она подтвердится, то я скажу обо всем следователю. Кстати, это тот самый, который рассматривал дело Тимура. А дальше встает вопрос: зачем он это сделал? Я думаю, что Назаров узнал о завещании и решил убрать ее отца. Мне кажется, что его разговор по телефону лишний раз подтверждает это. Но это все предположения, — покачал головой адвокат. — Есть еще один вопрос: действует он один или с кем-то еще?

— Хороший вопрос, — подала голос Настя.

— На который я нашел ответ, — ответил Ершов, дожевав еду. — Он действует не один. Думаю, это и так было понятно с самого начала. Сегодня я поехал к одной кошатнице, которая была второй женой Назарова, и задал ей несколько вопросов. У нее была квартира в историческом центре города, которую, конечно же, она продала за бесценок, половину сумму так до сих пор и не получила. Но ей хватило денег, чтобы купить комнату в коммуналке и поселиться там.

— Неужели у нее не было родственников, которые могли бы этому помешать? — спросил Егор.

— Лично у нее, нет, кроме сына. Про остальных не знаю, до них я еще не добрался.

— Почему эта женщина не обратилась в полицию? — спросила Настя.

— Потому что ее напугали. У женщины есть сын, и она больше испугалась за его жизнь. Сергей действительно женился на ней. До этого красиво ухаживал. Она столько всего мне рассказала, что даже стыдно об этом говорить. Ваш Сергей тот еще романтик, — усмехнулся он, до сих пор не веря тому, что он услышал от его второй жены. — Откуда он мог узнать о ее имуществе, она до сих пор не знает, но я узнал. Ничего не спрашивайте, Настя. Даже если я вам скажу, вы все равно не поверите.

— А как она вам обо все рассказала, если ее напугали? — спросил Егор.

Адвокат не сразу ответил на вопрос, а выпил глоток воды и вытер губы салфеткой.

— Попросила кое-что сделать для нее.

Настя с Егором переглянулись и уставились на адвоката.

— Чего вы на меня так смотрите? — он выждал небольшую паузу. — Она отправила меня за кормом для кошек. А вы что подумали? — улыбнулся он. — Если от меня несет кошачьим запахом, то я извиняюсь.

— Зачем Назарову нужно было жениться из-за этого? — спросил Егор. — Для того чтобы переписать недвижимость, штампы в паспорте не нужны.

— Я думаю, что тут две причины. Во-первых, собственное предпочтение Назарова, — ответил Ершов. — Да, а что вы так удивляетесь? Есть мужчины, которым нравятся женщины в возрасте.

— И его потянуло на экзотику и он решил жениться на молодой, — вставил Егор, посмотрев на Настю.

— Во-вторых, я не знаю, но думаю, что чтобы войти в доверие, быть ближе и так далее. Не знаю, — пожал он плечами. — С теми косвенными доказательствами, что у нас есть мы можем пойти к следователю, но не факт, что он запустит дело. Да и станет вопрос, каким образом я достал доказательства, хоть и косвенные. Ответ простой, незаконным способом, используя свои связи. Соответственно их нельзя использовать.

— А что с моим делом? — спросил Егор.

— Вашему делу я смогу помочь, как только распутаю ее дело. Поэтому я могу позвонить и ночью. Держите телефон рядом и отвечайте на звонки. Я должен взять механика и поехать к вам в гараж. Оставляю вас и иду работать.

Настя написала на бумаге адрес и отдала адвокату. Он спрятал бумагу в карман и спешно покинул ресторан. Они молча прокручивали в голове все, что сказал им Ершов. Егор накрыл ее руку ладонью и мягко сжал. Настя слабо улыбнулась и посмотрела в окно.

— Егор, уже стемнело.

— Сейчас только шесть часов вечера, — ответил он, проследив за ее взглядом. — Хочешь, в кино пойдем?

Егор сам удивился тому, что он произнес. Обычно Марина тащила его в кино, а сам он в последний раз говорил эти слова Ире.

— Тебе нужно отключить голову и развеяться.

— Не сегодня, — мягко отказала она. — Слишком много событий за один день. Я хочу быстрее прочитать письмо от папы. На конверте написано «Лично в руки». Я думаю, что там что-то важное.

— Я понимаю. Сам должен был догадаться.

Не успел он произнести эти слова, как в дверях появилась Ира, собственной персоной, в сопровождении мужчины лет пятидесяти. Егор прирос к месту и смотрел в ее сторону, почти не мигая. Она сдала шубу в гардероб, улыбнулась спутнику и королевской походкой направилась к столику в сопровождении официанта и мужчины.

Перед его глазами одна за другой промелькнули картинки. Егор будто со стороны смотрел на них, когда он в первый раз подошел к ней познакомиться и она, улыбнувшись, кивнула. В тот момент он думал, что она самая прекрасная девушка в мире. Как же он тогда ошибался! Вот он пригласил ее в кино, она снова кивнула и тем же вечером отблагодарила его за шикарный букет цветов поцелуем в щеку. Через неделю он пригласил ее на ужин и считал себя самым счастливым человеком на свете. Как же он снова ошибался! Спустя месяц отношений, она начала тянуть с него деньги. Он давал ей столько, сколько было у него в кармане, иногда возвращаясь, домой пешком, потому что не оставалось даже на проезд. Первый секс был с ней потрясающим. Перед глазами поплыли их обнаженные образы, где он вбивался в нее, а она отвечала на каждое его действие. Интересно, она тогда притворялась или действительно чувствовала то же, что и он? На этот вопрос он уже не получит ответа. Да разве это уже имеет значение?

Это продолжалось в течение года. Целый год походов в ресторан, в кино и всегда туда, куда она хотела. По ее же просьбе они сняли тогда квартиру и поселились там, пока в его доме делали ремонт. Но в один прекрасный вечер все поменялось, когда он приехал раньше времени с работы и застал ее с раздвинутыми ногами под мужиком. Егор понял, что означает состояние аффекта, о котором так любят говорить в кино. Он до сих пор помнил ту ослепительную вспышку ярости, которая поглотила его с ног до головы, и заставила озвереть за секунду. Дальше он орудовал только кулаками. Мужчина, которого он избивал, чуть не отправился на тот свет. Он слышал лишь истерические крики Иры, которая прижимая к груди одеяло вжалась в стену. Егор уже не помнил, как в квартиру ворвались соседи, оттащили его и прижали к полу, сев сверху. Далее приехала полиция и скорая помощь. Того мужчину отправили в больницу и оказали первую медицинскую помощь. Результатом его действий стали сломанная челюсть, нос и многочисленные ушибы. Когда на утро, на него завели уголовное дело, он понял, каким был ослом.

Мужчина в больнице пришел в себя. Тимур навестил его и поговорил. Он согласился закончить дело мировым соглашением и отказаться от своих претензий в обмен на машину Егора. Когда Тимур встретился с братом, то предложил помочь ему деньгами и попробовать оставить машину, но он отказался наотрез. За свою глупость он ответил только сам. Егор вспомнил, как еще в течение года после того случая выплачивал автокредит за машину, на которой ездил любовник его бывшей девушки даже без юридического оформления. Злая усмешка судьбы? Скорее собственная глупость и ее коварство! Будь она снова проклята!

— Егор…ты сжимаешь мне руку…очнись.

Егор резко выпустил ее руку и сжал кулак.

— Что с тобой? Я три раза тебя звала, — сказала Настя и проследила за его взглядом, обернувшись. — Кто она?

Егор ощутил на языке горечь и поднялся с места.

— Настя, посиди, пожалуйста, мне нужно отойти на минутку, — сказал он чужим голосом.

Егор ощущал на себе взгляд двух женщин, причем взгляд Иры прожигал в нем болезненную дыру с самого начала ее прихода в ресторан. Егор вошел в уборную, воспользовался туалетом и включил воду, чтобы вымыть руки. Иру меньше всего он ожидал здесь увидеть. Как она здесь оказалось в такой момент?! Прошло много лет, и он ни разу о ней не слышал, и она ни разу ему не попадалась на глаза. Егор заметил мужчину, с которым она сидела за столом. Судя по всему состоятельный человек, иначе бы Ира на него не клюнула. Сама она смотрела в меню, бросая в его сторону заинтересованные взгляды. Внешне она не сильно изменилась. Те же черные длинные и прямые волосы, доходящие до поясницы, карие глаза с хитрым прищуром. Изменились лишь губы, они стали чуть объемнее. Хорошая работа косметолога или кого там еще!

Егор вымыл руки и закрыл воду. Он взял бумажное полотенце, высушил их и сильно скомкал. Ему нужно было вернуться в зал и сделать вид, что ничего необычного не происходит. Нелегкая задача, учитывая его злость, которая еще не остыла с тех далеких времен. Боковым зрением он уловил движение и повернул голову. Ира прикрыла за собой дверь и, прислонившись к ней спиной, улыбнулась ему самой ослепительной улыбкой, на которую она была способна.