Глава тридцать пятая. Свадьба Энсо. Ольга Михайловна.

Свадьба прошла просто великолепно. Посаженным отцом Франсуа стал генерал Монс. На торжество пригласили и главу гарнизона Эттиля Эскона, не уехавших глав делегаций новых городов, командование армии, пришли офицеры фрегата, «Арабеллы», Кроун с офицерами, Дерек, Джеймс, в общем вся большая команда, делавшая одно большое дело.

На свадебном пиру я зачитала Указы Императора, подтверждающие титулы новых графов и барона, а также перечислила новые дворянские роды. Что произвело неизгладимое впечатление на представителей новых земель.

Пиар, он и в Африке пиар. Поздравила Монса со званием генерал-майора, а его сподвижников с полковничьими погонами. А заодно и Энсо с погонами лейтенанта за участие в сражении. И объявила, что новые награды готовы и их образцы отправлены Императору на утверждение.

И попросила Ило и Элиссию пройти вдоль столов с подносами, где были разложены медали и ордена, и показать. Люди брали их в руки, рассматривали, кое кто даже прикладывал к груди.

После того, как я показала на себе, как это будет выглядеть. Меня порадовало что Дорн и Ило сели рядышком, и он за нею ухаживал. Тао села так же с ними.

Андре с Норой сидели недалеко от меня, и я пару раз на них многозначительно поглядывала, но они оба сделали вид что не понимают. Ну да, встали на ручник резко оба.

А вот Пётр меня удивил, и не только меня. Он пришел на пир в сопровождении невысокой миловидной женщины лет около сорока, с густыми русыми волосами и голубыми глазами. Она ни на шаг не отходила от него, неуверенно оглядывалась по сторонам, и вообще держалась двумя руками за его левую руку.

Я перехватила взгляд Андре, но он покачал головой, мол сам не знаю. Потом наклонился ко мне и сказал, что они с Норой час назад только вернулись, только успели привести себя в порядок.

В конце я подошла к молодым, еще раз поздравила и их и родителей, и подарила Энсо одну из своих драгоценных заколок, украшенных рубинами, сапфирами и бриллиантами. Она заслужила это.

Франсуа шепнула, что бы он не расслаблялся, обстановка накаленная. Затем пошла искать Петра. Любопытство буквально жгло меня изнутри. Вот тут я почувствовала, что я женщина.

Я нашла их уже на выходе из сада. Она присела на корточки, и вытирала нос маленькой девочке лет шести, которая что-то ей увлеченно рассказывала. Петр стоял рядом и улыбался. Язык. Я услышала на каком языке говорил с мамой ребенок. На русском. Откуда?

Петр, увидев мое недоумение, поклонился, и вполголоса сказал женщине

– Ее Высочество здесь. Она быстро выпрямилась, девочка спряталась за маму и выглядывала из-за нее одним глазом.

- Петр, откуда у тебя появилась такая спутница, да еще и с девочкой?

- Ваше Высочество, мне чиновник сказал, что в лагере он нашел женщину, которая не знает ни нашего ни ордынского языка. Единственное что он понял, что она из россов. Ну Вы понимаете, через сколько времени я был там. Ее муж был военным офицером Империи Россов, ехали к новому месту службы, напали сибирские кочевники. Муж и все солдаты погибли, а женщин забрали в полон. Ее с дочерью продали сначала тангутам, а от них она попала к ордынцам. Год она находится уже в плену. В общем я забрал их под свою опеку.

- Я так понимаю, что она тебе понравилась?

- Очень. И супруга ее я когда-то знал, когда еще кадетами были. Царствие ему Небесное – он перекрестился.

Женщина, не понимая, о чем мы говорим, тревожно смотрела то на него, то на меня. Я повернулась к ней

- Я принцесса Энгерская Роанна де Анн, как Вас зовут? – услышав от меня росскую речь женщина сначала опешила, потом быстро пришла в себя, сделала аккуратный книксен и назвалась Ольгой Владимировной Кислицкой, вдовой майора Кислицкого, урожденной Внуковой. Девочку звали Наташей. Таким родным повеяло, аж вдруг захотелось плакать.

- Ольга Владимировна, Вы понимаете насколько Вы сейчас далеки от своей Родины и что можете не скоро на нее попасть? – она кивнула головой – Вам нравится Петр Михайлович? Я ему доверяю. Очень хотелось бы чтобы и Вы ему доверились сами, и доверили своего ребенка. Я понимаю, как тяжело долго быть вдали от своего народа, и вдруг встретить своего соотечественника. Держитесь друг за друга. И да, Пётр, если хотел меня спросить, то я сразу отвечаю – да, разрешаю. Кстати Ольга Владимировна, а чем Вы занимались до поездки с супругом на его новое место службы?

- Я преподавала математику в женском реальном училище в Калуге. Это такой город большой очень далеко отсюда.

- Очень хорошо, тогда с помощью Петра учите наш язык. Я думаю, что работа Вам по специальности у меня найдётся. Ну а после окончания похода я полагаю, что Петру Михайловичу уже пора обзаводиться собственным домом. Как и положено полковнику. С слугами и прочими прелестями. И да, Петр, обстановка напряженная, мы в любой момент может морем отправиться на защиту Императора. Я сегодня не стала говорить, завтра утром соберем отдельное совещание, и я все доведу. А теперь ступайте.

Я долго смотрела им в след. Андре, Нора, Энсо, Ило, теперь вот Петр. Возле меня остались только Кэтрин, Айма с Тао и Элисия. Хотя, чего это я. Никуда же они не пропадают. Просто у людей теперь появятся иные привязанности и обязанности.

Утром на десять часов я созвала общее совещание всех командиров. И сухопутных, и морских. После завтрака ко мне постучался Риттон. И принес с собой какую-то карту, которую быстро расстелил на столе.

- Ваше Высочество, вот эту карту мне вчера привезли из магистрата Андола. Я только слышал о ней. Но просил найти. Так как знаю, что это Вас заинтересует. Обратите внимание.

Я подошла к столу. Карта была не новой, но выполнена тщательно и с прилежанием. На ней были нанесены не только все села деревни, городки и города, но и самые маленькие мосты и мостики, болота, леса, обозначены проходы и тропы в горах.

Да это просто клад какой-то. Риттон подошел к столу и ткнув пальцем с аккуратно подстриженным ногтем у берега напротив Десмуа.

«Видите крестик, и цифры рядом. Крестик — это место гибели корабля, вот эти цифры дата, а вот эти глубина, на которой корабль лежит. Все вот эти крестики это затонувшие у наших берегов западные корабли, о которых было известно в магистрате.

Этим делом занимался один человек, потом он умер. И карта куда-то пропала. Видите, последняя запись помечена позапрошлым годом. Это те корабли, с которых ничего не выгружали и не снимали.

Прежний король запретил приближаться к местам их гибели. А вот этот корабль возле Арлона затонул два года назад. Глубина 12 метров. Он почти у берега.

Он уже пришел еле держащимся на плаву, мне просто уже рассказали эту историю, так как как раз в тот год меня сюда перевели сначала в Арлон.

Был шторм, он затонул буквально на глазах у наших людей. Лодки с него так и не смогли доплыть до берега.

Потом люди похоронили вынесенные на берег тела моряков в общей могиле на высоком холме как раз напротив места гибели их корабля. Вы понимаете, о чем я подумал?»

Я с восхищением смотрела на него. Вот это человечище, вот это называется «понимать с полу слова».

- То есть мы может организовать подъем всего, что находится на корабле? Я так понимаю глубина не сильно большая?

- Не только подъем всего. Я думаю, что если постараться, то можно и сам корабль поднять. В отлив его иногда видно. Местным под страхом смертной казни было запрещено на него подниматься. Даже приближаться. Если с него снять все тяжелое и в отливы попробовать вытащить повыше, чтобы заделать пробоины или что там у него. Как Вам такая идея?

- Идея просто великолепная. Я после совещания отправляю «Арабеллу» в Рианол. Она зайдет в Андол и передаст мое распоряжение Хекейту выйти к месту гибели корабля и посмотреть все на месте. И пусть возьмет с собой корабелов, уж думаю они мастера на все руки. Заодно посмотрят, что за корабль там лежит. У него на верфи два бритта из моряков, они должны опознать тип корабля.

Совещание я начала, зачитав полностью письмо Императора. Потом добавила все что считала нужным из письма Герцога. Мое предложение было таково

«Произвести погрузку войск и артиллерии на корабли и уйти в Андол. Там выгрузить войска и ждать вестей. Заодно солдаты отдохнут, еще несколько дней побудут дома кто сможет.

Здесь на строительстве останутся два мастера из привезенных господином Риттоном опытных строителей. Думаю, Андре, что они разберутся в твоих чертежах и продолжат строительство крепости.

Одну роту в полном составе придется оставить в лагере у моста. На всякий случай. Кстати, заодно и проверим как у нас получится с погрузкой и выгрузкой артиллерии, лошадей и солдат на корабли.

Доктор Ли с госпиталем и обозом всех батальонов выйдут в Андол после выздоровления раненых, которые пока остаются здесь.

И потом поедут вместе с госпиталем. Все донесения из новых земель с этого момента переправлять в замок в Андоле.

Как только построим новую шхуну, я планирую использовать ее для плавания в прибрежных водах от Сенкара до Андола. Она и будет доставлять почту и донесения из городов в столицу герцогства и обратно. Да, почту.

Думаю, нужно будет подумать над созданием ведомства, которое откроет свои отделения во всех городах. И за умеренную плату возьмется за доставку не только донесений, но и частных писем. И не только писем. Как это будет выглядеть?

Кто-то из города Миррен хочет отправить письмо в город Андол своим родственникам. Кто-то из города Таркан хочет совершить путешествие в Андол.

Для этого организуем постоянные поездки повозок между городами. Большая повозка, куда могут сесть до 10 человек, погрузить какой-то груз, письма. Эта повозка доставит людей и груз в Миррен.

И вернется обратно с грузом и пассажирами в Таркан. А повозка из отделения в Миррене уже доставит людей и письма, к которым добавятся письма из Миррена, в Айсан.

В Айсане она заберет письма для Миррена и Таркана и вернется обратно, с пассажирами и почтой в том направлении. Мне кажется, многие будут пользоваться такими услугами.

А нанятые в каждом городе подростки смогут разносить полученные письма по указанным на них адресам. Единственное, в районе моста сделаем почтовую станцию при трактире Хэнли. Это скрещение четырех дорог.

И удобное место для обустройства почтовой станции. На каждой из них будет конюшня, а также небольшая гостиница, если пассажирам необходимо переночевать. И все это за умеренную плату».

Риттон поднял руку

– Госпожа, а кому будут принадлежать эти станции и повозки, лошади, кто будет платить за работу работникам станций?

- Хороший вопрос. Я думала, что это будет государственная служба. Ее так и назовем – Почтовое ведомство. Лошадей для начала возьмем из взятых на поле боя, повозки я думаю можно будет на первое время купить. А вообще заказать по типу той кареты, в которой выезжает герцогиня.

- Без украшений и изысков. Я имела ввиду саму систему крепления кузова. Что бы путешественники не отбили себе задницы на кочках и рытвинах. Предусмотреть места крепления грузов, сундуков с почтой. Я примерно представляю себе, и могу показать рисунки.

«Так – Риттон почесал пальцем переносицу – это значит мы сможем создать большое количество мест для новых работников. Руководить такими станциями поставим начинающих чиновников самого низшего ранга.

Придумаем эмблему, пошьем форму типа военной для работников. Да тут море возможностей. Первое время будем в убытке, а потом можно выйти и на прибыль. Очень интересно, очень интересно. Вы это сами придумали или такое где-то уже существует?»

«Если не существует, уважаемый господин Риттон, значит мы создадим первыми. Я может не до конца все продумала, возьмите эти заботы на себя. Тогда мы не будем неделями ждать важных сообщений из наших сел и городов.

Почтовые повозки будут доставлять и государственные донесения. Мне самой в свое время для поездки из Рианола в Андол пришлось ждать, когда пойдет в ту сторону караван. И платить не маленькую сумму караванщику, чтобы к нему присоединиться.

По пути я видела, что многие, даже из небогатых дворян, путешествуют пешком небольшими группами.И сразу вношу предложение – принять на наших землях закон.

По которому за нападения на почтовые повозки наказывать грабителей смертью. Вешать прямо у дорог. Что бы отбить раз и навсегда даже охоту смотреть в их сторону».

Затем я попросила Кэтрин принести мне приготовленный к совещанию поднос. На нем я разложила все отчеканенные монеты по номиналам. Вот это вызвало у всех присутствующих неподдельный интерес. Смотрели, вертели в руках. Задавали вопросы.

- Госпожа, то есть теперь нет необходимости носить с собой вязанки медных монет? А как все это будет соотноситься? – задал вопрос барон Айрон Горх, вертя в руках серебряный империал.

«Все просто. Ранее в серебряном слитке было 250 граммов серебра. Он был равен одной тысяче кинов. Теперь один серебряный империал весит 25 граммов. И равен 100 медным кинам.

А один медный кин будет равен 10 бронзовым монетам, используемым сейчас. Я имею ввиду все те, что на рынок носят связками. И кины мы сделали номиналом в 1, 3, 5, 10, 50 кинов.

Они различаются весом и размерами. Один золотой империал равен по стоимости десяти серебряным империалам. И еще.

Это не значит, что серебряный или золотой империалы будут полностью отлиты из данного металла. Я не собираюсь расточительствовать, и Император в этом со мной согласился».

- Госпожа – подал голос Дерек – а что планируется Императором с теми наградами, что вчера Вы показывали нам на свадьбе?

«Завтра Ростон отвезет эти образцы и сопутствующие им бумаги на утверждение Императору. Каждая медаль и каждый орден с обратной стороны будут иметь номер. Начиная с единицы и выше.

И к каждой награде будет Указ. В котором будут написаны имя награждаемого, название награды, за что и номер.

Каждая награда имеет свой статус. То есть условия награждения ею. С подробностями ознакомитесь после утверждения Императором.

Сейчас, я думаю, говорить об этом преждевременно. Так, а теперь, если нет вопросов, готовим войска к морскому переходу.

Капитан Ростон, получите у госпожи Джеймс указанный сундук с образцами и документами. После доставки сразу возвращайтесь в Андол. Думаю, мы уже будем там.

Готовьте войска к погрузке».