Глава 23

Отбрасываю смартфон на кровать, сама вскакиваю на ноги. Подхожу к окну и долго вглядываюсь в крыши соседних домов. У одной семьи белый каменный забор. Он низкий, и я могу видеть часть их территории. Там очень мило, и есть даже фонтан. Похожая на мраморную девушка держит кувшин. Кажется, Саша говорил, там живут архитекторы.

Но у меня в голове проносится другое. «Ее лицо словно выточено из мрамора…» Так сказал про маму Саши его отец. Перед глазами встает фото, которое мы все вместе видели. Хм, именно она пришла мне в голову, когда я видела заказчицу Саши. Чтобы это могло значить?

Стараюсь не вдумываться в психологические моменты, чтобы окончательно не рехнуться. Телефон на кровати издает звук сообщения, и я крупно вздрагиваю. На этот мессенджер мне пишет только Горский. На ватных ногах подхожу к постели и беру аппарат.

«Рыжик, сегодня я в горах. Связь плохая, пытаюсь отправить тебе смс. Скоро буду дома, целую ваши пухлые щечки. Нет, это не намек, что ты поправилась! Люблю».

Мои пальцы нервно дрожат. Сама себя не контролирую, пока набираю ответ. Первый порыв — выплеснуть весь свой страх и эмоции. Задаю много вопросов, в них проскакивает моя боль. Обещаю принять спокойно любую правду, хоть и нагло вру. В итоге делаю глубокий вдох и… удаляю весь текст. Нет, черт с ним! Лучше поговорим глаза в глаза. Мне до сих пор не хочется верить, пусть фото в профиле Лизы так и шепчут о моей дурости.

Ночь проходит как обычно, мне не до истерик, у меня крошечная дочь. Только сплю меньше, хоть и стараюсь гнать от себя плохие мысли. Мама в гостевой, встает очень рано — ей нужно на работу. Провожаю ее, благодарю. Наверное, в первый раз понимаю, что могу рассчитывать на спокойную поддержку. Я уже не та маленькая девочка, которая боится разочаровать родителей.

Мама успевает уехать, пока появляется Саша… Дочка в этот момент спит, я слышу звук ворот и выхожу в прихожую. Сердце гулко стучит.

— Привет, Рыжик! — Горский появляется в дверях в приподнятом настроении. — У меня есть новость. Не знаю, что ты мне скажешь…

От его слов у меня подкашиваются ноги. Причем в прямом смысле этого слова, нервы все же сказались. Хватаюсь за дверной проем, чтобы не упасть. В глазах темнеет.

— Марья!

Мгновение, и я в мужских руках. Саша хоть и с улицы, но горячий. Меня сразу обдает его теплом, сознание помаленьку возвращается. Горский тяжело дышит, я чувствую, как его губы касаются моего лица.

— Ну, что ты? Сладкая моя, родная, — в голосе мужчины улыбка, потом он настораживается, — ты не заболела? Я так соскучился, охренеть. А мелкая спит?

Саша прижимает меня к себе, продолжает нацеловывать. Я плавлюсь, чего уж там. Но каждое прикосновение отзывается внутри страхом. Ох, эта смесь эмоций опять меня вырубит.

— Ты представляешь, Марь, — Горский притягивает меня к своей груди, — я нашел свою сестру. Родную, по матери. Вернее, это она на меня вышла и сделала у меня заказ. Я чувствовал себя как на телепередаче. Слава богу, Лиза оказалась неплохим человеком.

Слова Горского соединяются с моими недавними галлюцинациями, и я, наконец, всё понимаю. Елизавета — его сестра, отсюда и такая схожесть с мамой. Снимки с теплыми подписями тоже вполне адекватны. Всё хорошо, но у меня именно в этот момент прорываются слезы. Реву на груди у Саши, легонько ударяю его кулаком в стальные мышцы.

— Я тебя никому не отдам, Горский! Слышишь меня?!

Саша несколько секунд молчит в шоке, потом робко обещает.

— Нет, наша семья для меня всегда будет на первом месте! А с родней будем видеться время от времени… Я еще не знаю, как отреагирует отец. Вообще чувствовал себя предателем, хоть и Лиза ни в чем не виновата. Даже тебе не смог сразу рассказать. Но надеюсь на поддержку.

Я улыбаюсь сквозь слезы.

— Горский, я поддержу тебя во всем. Но ты не представляешь, что я пережила!

Идем в гостиную, и пока Камилла еще спит, рассказываю Саше о поступке Ани. Мужчина взрывается матом, потом горько вздыхает.

— Я и представить не мог! Лиза спросила, можно ли выложить фото. Видимо, подписала мое имя и фамилию. Она бывшая модель, а сейчас блоггер и занимается рекламой. А мы с тобой далеки от социальных сетей, я даже не думал. Прости, Рыжик!

Мотаю головой.

— Ты ни в чем не виноват, Саш. Просто пообещай, если появится… другая, я узнаю об этом первой.

Горский сначала замирает и внимательно выслушивает мою просьбу, но уже в следующий момент слышу новый поток ругательств.

— Вот сука Аня! — подводит он итог. — Да, она правильно поступила, что свалила из столицы! Марья, ну с чего у тебя такие мысли?..

Вопрос мне уже звучит мягко. Я ёжусь, моргаю остатки слез.

— Саш, бог с Аней, Сергеем… Таких людей в нашей жизни может оказаться много. Главное, как мы с тобой относимся друг к другу.

Саша снова зависает, потом энергично кивает.

— Да! Ты права, Рыжик. Самое важное может произойти только между тобой и мной. Сейчас! Подожди секунду…

Мужчина быстро идет в прихожую, смотрю вслед — он нагнулся к чемодану. Что-то достает оттуда. Я пока нахожу в ящике журнального столика салфетку и провожу себя в порядок. И правильно делаю, нельзя же зареванной принимать…

Саша оказывается рядом очень быстро. Я посреди гостиной, Горский притормаживает и в следующее мгновение… опускается на одно колено! Его длинные пальцы открывают изящную бежевую коробочку. Он помещает футляр на ладонь, а там сверкает кольцо!

— Марья, — Горский явно старается быть торжественным, но широкая улыбка пробивается на его лице, — мы не так давно знакомы, но уже любим друг друга и растим дочь. Выходи за меня! Пусть остальные наши дети для разнообразия родятся в официальном браке.

Ох! Похоже, это именно тот подарок, про который Саша не хотел рассказывать. Золотое кольцо с интересным геометрическим оформлением на лицевой стороне — сцепленными друг с другом квадратами. И с двумя бриллиантами.

— Какая роскошь, Горский, — выдыхаю, — и, конечно же, я согласна!

Мы действительно крепко связаны, любим. Но мне приятно, что Саша сделал предложение, а не просто скомандовал — едем в загс. Тем временем он поднимается на ноги и надевает на мой палец украшение.

— Я подумывал собрать вечеринку в честь приезда, преподнести кольцо при всех. Но лучшего момента, чем этот, не придумаешь. Рыжик, я хочу быть только с тобой! И не будет никаких если…

В ответ я киваю и стараюсь опять не расплакаться. Впрочем, на этом торжественный момент прерывается попискиванием видеоняни. Камилла посчитала, что нам хватит разводить сопли и пора перейти к делам более насущным. Папочке поздороваться с ней, а мне — дать малышке грудь.

Горский принимает душ с дороги, присоединяется к нам на большой кровати. Тихонько возвращается к недавней теме.

— Не представляю, как сказать папе про сестру. Как думаешь, я поступаю правильно? Матери давно нет…

— Мне жаль, — дотягиваюсь до руки Саши.

— Я совсем ее не знал, — он качает головой, — у меня нет чувства утраты, скорее сожаление. Но мне было интересно узнать ее судьбу. От отца она ушла к богатому человеку. Знакомому того бизнесмена, у которого работал отец. В общем, ее каким-то образом приметили, она не растерялась. Да и ладно… Быстро родила Лизу, отец до сих пор сдувает пылинки с дочери.

Теперь складывается картина, как сестра Саши оказалась в Швейцарии. Ее семья обеспечена, она тоже попала в удачный брак.

— Позже мать рассказала дочке свою биографию. Та, став сама мамой, чисто из интереса решила меня найти, ну и это оказалось несложно. А потом Лиза загорелась встречей.

— Ты рад? — мне приятно, что Саша делится со мной.

— В целом, да, — мужчина кивает, — мы нашли общий язык, мой племянник такой забавный. В этой части моей жизни всегда была пустота, а теперь она заполнилась. Будем оставаться на связи, может, даже дружить. Для меня важно знать свои корни, когда я сам завел семью и стал отцом.

Не могу сдержать улыбку при упоминании меня и Ками.

— Вот только старик может разозлиться. Даже не знаю, стоит ли ему сообщать.

Горский подводит итог и шумно выдыхает.

— Если хочешь, я могу помочь с ним поговорить, — осторожно предлагаю я, — но скрывать не нужно. И нам стоит рассказать родителям правду о нашем знакомстве.

— Мне будет легче, если ты будешь рядом, малышка, — улыбается Саша, — а насчет нас, думаю, старики уже не придут в шок. Ведь главное, что в нашей семье все отлично. А уж что было раньше — теперь не имеет значения.

Пожимаю плечами. Надеюсь, Саша окажется прав.

Посиделки в честь приезда любимого мы все же собираем. Но его отца просим приехать раньше. Даже Лиду с бабулей он оставляет дома и является спозаранку к нам. Саша дергается, а я рядышком, в группе поддержки. Надеюсь, присутствие в доме меня и любимой внучки хоть как-то смягчит острую тему. Начинает разговор сам Тимофей Иванович.

— Я так понял, у тебя ко мне какое-то дело, сын?

Саша явно волнуется, и я вместе с ним. Впервые мне настолько сильно хочется переложить хоть часть плохих эмоций человека на себя. Но Горский и сам — крепкий орешек.

— Заказчица, к которой я ездил — моя родная сестра, папа.

— Что?!

Уж не знаю, может, Тимофей Иванович сначала испугался, что нашлась его тайная дочь. Но когда Саша поясняет, в чем дело, пожилому мужчине не становится легче. Его лицо краснеет, желваки ходят ходуном.

— Зачем тебя эта родня?! — вспыхивает он в адрес сына. — Да и не родные они тебе! Тоже мне — сестра! Вы вылезли из одного утроба, но вы чужие! Твои близкие — те, кто тебя воспитал!

— Папа, ты и бабушка дали мне всё! Я никогда этого не забуду… Но сейчас, когда у меня появился ребенок, я хочу знать родных с другой стороны.

— Причем здесь моя внучка, к которой твоя чертова мать не имеет никакого отношения?!

Ох, я осталась в гостиной как группа поддержки Горского, а сама чуть не свалилась в обморок! Настолько наэлектризовался воздух между этими могучими мужчинами. Они еще долго обмениваются фразами на повышенных тонах. Когда Саша в усталости замолкает, я решаю вставить слово.

— Тимофей Иванович, вы воспитали прекрасного сына! Я всегда буду вам благодарна за отца моего ребенка. Вы для всех нас — единственный родитель Саши. Мы вами очень гордимся!

Старик крякает и дарит мне робкую улыбку.

— Спасибо, Марья. Я радуюсь каждый день за то, что у меня такая невестка. А теперь еще буду молиться, чтобы у моего сына хватило мозгов хоть тебя не обижать!

Мамочки, конфликт идет по второму кругу! Они не мирятся даже когда приезжают мои родители, Лида с бабулей. Разговор просто заканчивается, и в гостиной уже текут другие беседы. Тимофей Иваныч мрачен, почти не говорит ни с кем. Саша тоже притравленный, хоть и держится. Я стараюсь обнимать его, брать за руку, наплевав на приличия. Уж не знаю, насколько это помогает.

Один хороший момент вечера — никто не злится за нашу легенду. Рассказываем, что встретились случайно, потом расстались и после изображали пару. Но отцу Саши до этого нет дела, а мои родители так рады, что у меня все хорошо, что не берут в голову. Лида вздыхает — какая же романтичная у нас история. Бабуля хвастает, что сразу заметила подвох. И вся женская половина в ауте от кольца на моем пальце.

К вечеру чувствую себя выжатым лимоном, Горский после отъезда родни молчит. Едва Ками засыпает, я спускаюсь к нему в гостиную. Он так и стоит у окна, даже не переоделся. Подхожу сзади, прислоняюсь щекой к его спине. Руками скольжу к животу и обнимаю так крепко, словно хочу вжаться в его организм.

— Твой папа одумается, — шепчу любимому. Тот вздыхает.

— Он упертый. И страшно зол на мать, хоть той уже нет на свете.

— Ему было тяжело с тобой. Не представляю, как он справился. Не понимаю, как она могла быть вдали…21b4bc

Саша вздрагивает в моих руках, мягко разворачивается. Гладит мои плечи.

— Я съезжу ненадолго, покатаюсь. Ты не обидишься? Малышка спит, я недолго.

Мне становится холодно, но я не могу сейчас спорить.

— Да… Саш, имей в виду — мы всегда на твоей стороне!

Не знаю, может, звучит с надрывом. Но говорю от души. Саша только кивает, трогает губами мою щеку и идет за ключами. Через несколько минут ворота за ним закрываются.

Понимаю его естественное сейчас желание побыть одному, но меня все равно потряхивает. Знаю, глупостей он не натворит, но мне тревожно. Может, стоит еще раз поговорить с его отцом… Не представляю, что делать. А так хочется ему помочь. В общем, не нахожу себе места.

Уговариваю себя быть спокойной и сильной. Если еще я начну истерить, Саше вообще не позавидуешь. Пока маленькая притихла, быстренько иду в душ. Ополаскиваюсь в армейском режиме, мажусь кремом уже в комнате. Просыпается Ками, даю ей грудь. Вспоминаю, как утром после приезда Саша долго смотрел на кормление. В голову все же лезет вредная мысль — неужели ему спокойнее вдали от нас?..

Расшатанные нервы или что, но мне кажется, внизу звуки. Горский не мог так быстро вернуться! Оставляю дочку и все же иду смотреть. Будь, что будет.

Но успокаиваюсь быстро, слышу знакомый голос и пыхтение.

— Рыжик, не пугайся, это я!

Чем он там шуршит? Спускаюсь по лестнице, в просторной прихожей Горский, коробка и… игрушечный автомобиль! Большой, розовый и очень «богатый». Все во вкусе нашего папочки. Софа мне рассказывала, как они ходили выбирать приданое для Ками.

— Посмотри, что я купил Камилле.

Саша доволен, как кот в масленицу. Я тоже смеюсь с радостью и облегчением.

— Ты ездил в магазин? Тачка шикарная, ничего не скажешь. Теперь только дождаться, когда Камилла будет сидеть.

Горский делается серьезным, но его глаза все равно лучатся. Подходит ко мне.

— Раньше мне помогало — поездить по городу, подумать. Мог колесить до утра. Но сейчас только выехал за ворота, понял — что-то не то. А когда в торговом центре на выезде увидел в витрине игрушки, сам собой завернул туда. В общем, выбирать сюрприз для мелкой было куда приятнее, чем строить из себя городского философа.

Мы оба смеемся.

— Ты молодец, — целую его в щеку.

Саша щурится.

— Там я еще кое-что увидел. Вот, как тебе такой образец?

Горский показывает буклет с новеньким красно-коричневым авто. Я не особо разбираюсь в марках, но выглядит роскошно.

— Хочешь поменять машину?

Мужчина качает головой.

— Не совсем мой формат. А вот тебе отлично подойдет. К прическе.

Смотрю во все глаза на красивущую тачку. Вот это сюрприз!

— Ты говорила, права у тебя есть. А в здании центра находятся курсы, где можно прокачать мастерство. Ну, и я буду помогать. Как только сможешь вырваться от малышки, будешь учиться. Вот, я привез их буклеты.

— Уи! — не выдерживаю я.