Глава 27

Царь

К дому Покровских мы подъехали ближе к шести, когда Настя, по идее, уже должна была вернуться домой после работы. Около ворот мы с Соней дожидаемся Прохора и Яна. Друг напросился присутствовать при этом разговоре и лично хочет извиниться перед Настей, ведь он считает, что в этой ситуации он виноват даже больше чем я.

Когда всё уже в сборе, направляемся к дому, но так просто нас не пропускают. Заставили ожидать, когда хозяевам сообщат о нашем визите и те решат, пускать нас или нет. И благо, нас впустили.

Нас встретила статная, но уже не молодая женщина, которая чинно проводила нашу компанию в гостиную, где я надеялся застать Анастасию, но наткнулся взглядом на двух особ. Милую блондинку и рыжеволосую девушку. Кто эта рыжеволосая красавица, я понимаю сразу, так как уже видел её фотографию в деле «Элары Рахаевой».

Сегодня днём Софья рассказала мне о том, что творила эта стервочка утром с её бедным другом.

Жаль парня… но сам решил с ней связаться.

— Опять ты! — восклицает Соня, завидев девушку Яна, начав смеяться. — Ты преследуешь Яна?

Девушка разворачивается к нам и внимательным взглядом проходится по каждому, кроме Яна и Сони. Видимо, изучает новых людей.

— Это он меня преследуют, — отвечает девчонка Соне с улыбкой на лице. — Но что поделать, если меня так сложно забыть.

— И трудно найти? — дополняет её слова Соня и, отпустив мою руку, идёт к девушкам, чтобы сесть рядом с рыжеволосой и блондинкой.

— В точку, — отвечает ей рыжая, а затем, посмотрев на Яна, спрашивает его. — Как там твои планы?

— Прекрасно, — отвечает он ей.

— И у кого из этих, — указывает взглядом на нас с Прохором, — Ноги длиннее и мордашка красивее?

Не понял? Ян сказал, что будет со своей девушкой, а потом появился в нашей компании один, а девчонка его стебет? А она мне нравится…

— А твои как планы? — спрашивает он её в ответ.

— Идеально, — отвечает ему с фальшивой улыбкой на лице. — Было, пока ты не появился и всё не испортил.

— Стоп, ребята! — громко и чётко произносит Соня. — Вот эти свои ссоры! Оставьте для двоих! — а затем обращается лишь к Эларе. — Познакомишь нас?

— Да, — отвечает ей. — Это Оля, моя лучшая подруга. А это Соня, она… подруга Яна.

— Ты знаешь подругу Яна? — удивлённо смотрит Ольга.

— Да, в деканате познакомились.

— Приятно познакомиться, Оля, — приветствует её моя любимая.

— Взаимно, — отвечает вторая.

— А это Ян, его вы, уже наверное, знаете, — продолжает Соня. — В светлом костюме — Прохор, он отец Яна. А в тёмном костюме — Миша, мой жених, — и влюблённо смотрит на меня.

Элара закатывает глаза и, кажется, даже цокает языком.

— Меня тоже это немного подбешивает, — говорит Эларе Ян. — Нормальной девушкой была, а теперь ведёт себя как…

— Как должна, — холодно отвечаю ему.

Моя жена только так и должна на меня смотреть! И только на меня!

— Проходите, садитесь, — включает гостеприимство Ольга. — Настя сейчас подойдёт. Вышла за вином.

С радостью принимаем её приглашение и садимся на противоположный женскому обществу диван.

— Ой, Миша, Прохор — это Лара, — вспоминает Соня и показывает на Элару. — Девушка Яна.

— Я не его девушка, — тут же восклицает рыжая.

— Опять ошибаешься, — с сожалением в голосе произносит Соня. — Ты — его девушка. Можешь это отрицать, можешь не отрицать, но такие решения от мужчины зависят. А раз Ян решил, значит, так оно и будет.

Лара поднимает на Яна такой взгляд, что абсолютно каждый в этой комнате ясно понимает: скучная жизнь парню отныне будет только сниться. И жизнь у него такими темпами недлинная будет.

— Скоро раздумает, — говорит девушка.

— Девочки, я его нашла! — произносит Настя, входя в гостиную. И в тот момент, когда она поднимает взгляд и видит нас с Прохором, бутылка падает из её рук и разбивается. — Миша… — на одном дыхание срывается с её губ.

— Настя, — подлетает к ней Элара и помогает собрать осколки от бутылки, которые женщина принялась собирать почти сразу же. — Я соберу. Иди садись! Тебя всю трясёт!

Может, не стоило так резко появляться? Стоило предупредить о своём визите?

— Нет, всё в порядке, — отвечает Анастасия Эларе, но никто ей не верит, так как голос её сильно дрожит.

— Жанна! — кричит рыжая и женщина, которая нас сюда привела, тут же появляется. — Здесь бутылка разбилась.

— Хорошо, сейчас уберу, — говорит та.

— Насть, давай на диван, — просит Элара и ведёт её к креслу, куда и усаживает, а сама садится между Олей и Соней.

— Какими судьбами Прохор,… Миша? — собравшись с духом, спрашивает женщина и внимательно смотрит на меня.

— Я хотел бы поговорить, — отвечаю.

— Говори, — отвечает мне.

— При всех? — спрашиваю нахмурившись.

Не думаю, что эта информация для такого количества людей.

— Да, — уверенно отвечает мне она. — Лара мне почти, как дочь. Оля и есть моя дочь. Та девушка пришла с тобой и решать тебе, хочешь ли ты, чтобы она присутствовала при этом разговоре, как и Ян и Прохор. У меня нет секретов от семьи.

— Они меня не смущают, — отвечаю ей. — И эта девушка — моя невеста, Соня.

— Ты приехал, чтобы познакомить нас и сказать, что женишься? — истерически засмеявшись, удивляется Анастасия. — Что же, поздравляю. Счастье, да любовь вам, Миша.

Не с того я начал, наверное. Как же сложно начать разговор правильно. Как сказать человеку, что обманул? Что заставил страдать?

— Нет, я здесь, чтобы показать тебе это, — говорю и, достав из кармана старое фото Лизы, протягиваю ей.

Взяв фото в руки, она пару секунд разглядывает его, а потом произносит:

— Красивый ребёнок, — поднимает на меня свой вопросительный взгляд.

— Это Лиза.

— И?

— Это наша с тобой дочь, — говорю ей медленно, чтобы информация дошла до неё.

Настя возвращает свой взгляд на фотографию и бегает глазами по ней.

— Нет! — кричит она и кидает в меня карточку, которую я тут же поднимаю и прячу в карман. — Ты врёшь! Наш ребёнок родился мёртвым!

— Нет, наша дочь родилась живой.

— Нет! — ещё громче кричит женщина и вскакивает с кресла. — Уходи! Зачем? Зачем ты пришёл? Чтобы напомнить? Наш ребёнок оказался мёртвым! Из-за тебя! Это ты во всём виноват! Мой ребёнок умер из-за тебя!

Замечаю в глазах моей Сони слёзы. Зачем же? Зачем я её взял с собой? Но больше всего мне больно от слёз Насти. Заставил плакать сразу двоих. А нет, троих. Ещё и Ольга. Чувствую себя последним мерзавцем, коим я и являюсь.

— Насть, я принесу таблетки! — говорит Оля. — Лар, помоги ей.

— Да, — соглашается рыжая и подскакивает к Покровской.

— Она умерла! — кричит моя бывшая невеста со слезами на глазах. — А ты приходишь и говоришь что…

— Выслушай меня, Настя, — прошу её мягко, как только могу. — Дай мне минуту, и я всё тебе расскажу, а затем уйду, если ты захочешь.

— Одна минута! — соглашается она и садится в кресло, а Лара усаживается рядом на подлокотник, держа руку Насти в своей ладони.

— Я боялся, что ты уйдёшь, забрав мою дочь с собой. А потому сделал так, чтобы тебе сообщили, что ты родила мёртвого ребёнка. Нашу дочь я назвал Елизаветой, — я говорю очень быстро, боясь не уложиться в отведённое время. — Прости меня… за то, что отобрал дочь. Заставил страдать и верить в её смерть. Прости и за то, что из-за меня ты больше так и не могла иметь детей.

— Миш, — начинает Настя со слезами на глазах, — Скажи, что это правда! — умоляет меня. — Скажи, что она жива! Пожалуйста, скажи! Докажи, что ты не приехал сделать мне больно! Скажи, что, наконец, в моей жизни действительно светлая полоса.

Бог мой! Как тяжело! Сказать правду и не добить её окончательно.

— Всё, что я сказал, — правда, — осторожно говорю ей и Настя, прижав руки ко рту, несколько минут тихо плачет. То ли от счастья, то ли от мысли, что потеряла столько времени, думая, что её родная дочь мертва.

— Где она сейчас? — вытирая слёзы, спрашивает Настя.

— Этого я тебе не могу сказать, — тихо отвечаю ей.

Сейчас я уйду, и мы продолжим этот разговор в другой раз. Сразу так много информации вываливать не нужно.

— Вы серьёзно? — резко влезает в разговор рыжая. — Не можете сказать матери, где её ребёнок? Вы совсем бесчувственный? Зачем тогда сюда приходить?

— Двадцать два года назад Лиза была похищена. Она пропала, — произносит Прохор.

— Всё это время вы знали, что моя дочь жива, и никто мне ничего не сказал? — зло проговорила женщина, глядя на нас.

— Я не знал, Насть, — расстроенно произнёс Ян.

Не врёт. Не знал. Никто не знал. Кроме нас двоих.

— Только Миша и я знали о том, что ты мать Лизы, — виновато сообщил мой друг.

О том, что Лиза всё ещё жива, он узнал только через неделю после выписки Насти из больницы. Я скрывал это от всех. А когда друг узнал, я пригрозил ему, и он поддался.

— Как вы могли так со мной поступить? — плакала Настя.

Ольга вернулась с таблеткой и заставила свою мачеху её выпить и запить водой.

— Насть, извини нас! — просили мы у неё прощение, но она всё плакала и плакала.

Мне нужно подойти к ней и поговорить. Успокоить! Я могу! Я должен это сделать. Должен сделать хоть что-то, чтобы загладить свою вину.

— Пять шагов от неё! — прошипела на меня Элара, загородив дорогу к Насте собой. — Видите, до чего женщину довели? Нравится? — сделала шаг на меня. — Да вы самый настоящий трус! Подлец! И подонок! Сделать такое… Это низость! Ни один нормальный мужчина так не поступит с женщиной. Только мразь и настоящая тварь.

— Девочка, поосторожнее с оскорблениями, — чеканю ей, но, как ни странно, полностью с ней согласен.

Она сказала всё чётко и по делу. И, главное, смело. Не боясь меня. Впервые меня не боятся. Даже Соня вначале боялась, но не Элара.

— А иначе что? Тоже ребёнка отберёте? — смотрит на меня с вызовом. — Или как?

— Лара, — позвала её Настя, сквозь слёзы. — Не надо.

— Что не надо, Насть? — обернулась к ней. — Ты права, я часть твоей семьи, как и ты — часть моей. И я привыкла защищать тех, кто мне дорог.

Золотые слова. И почему у меня в ее возрасте не было таких мыслей? Может, не совершил бы столько ошибок.

— Даже ценой собственной жизни? — спрашивает зачем-то её мой друг.

— Любой ценой. Иначе, что это за семья? — отвечает ему. — И знаете что, вы тоже виноваты в её слезах. За двадцать с хвостиком лет вы могли ей всё рассказать, тем более, она крёстная вашего сына.

— Я не хотел говорить, потому что Лиза пропала, и мы её до сих пор не нашли, — оправдывается друг. — Сказать человеку, что его дочь жива, а потом сказать, что она, возможно, мертва, это ли не издевательство?

— А сейчас вы сделали не то же самое? — резко спрашивает его.

— Сейчас мы знаем, где её искать, — отвечаю.

— И где же? — уточняет рыжая, но и обороны не сдаёт. Охраняет Настю лучше, чем мои бойцы. Следит за каждым моим движением и успевает даже говорить умные вещи.

— В Санкт-Петербурге, — отвечает Прохор. — Ян здесь, чтобы найти её.

На лице девушки вдруг появляется улыбка. Слегка неправильная. Скорее не радостная, а вымученная.

— Он уйдёт, как только найдёт её? — спрашивает Прохора, не смотря на его сына.

— Да. Его дом в Москве, — отвечает друг.

— Нет, — тут же вставляет слово Ян, но Элара не обращает на это внимание.

— Насть, мы найдём её, — обещаю потерявшей себя женщине. — И я верну тебе дочь! Прости ещё раз!

— Все сказали? — спрашивает нас Элара. — А теперь уходите, как и обещали. Оставьте её.

— Я верну нам дочь, — ещё раз говорю Насте на прощание и ухожу, как и было обещано. Я и так сделал ей слишком больно. Соня и Прохор следуют за мной, в отличие от Яна, который идёт к Насте.

Правильно, сынок, ты не виноват. Успокой её за нас.

— Эй, господа, — окликает нас Элара на улице.

— Да? — отозвался, и мы все обернулись.

— Мы можем поговорить? — спрашивает она нас, но смотрит только на меня. — Без Сони.

— Почему это без меня? — тут же насторожившись, спрашивает моя любимая.

— Нужно, — многозначительно произносит девушка, и я понимаю, что, возможно, сейчас Элара решила продолжить разговор. Оскорбить меня ещё больше, как я того и заслуживаю.

— Прохор, отведи Соню в машину, — прошу друга и смотрю на рыжую стервочку, готовясь принять её удар. — Где мы можем поговорить?

— Здесь, — отвечает она и, дождавшись того момента, когда Соня и Роман уйдут, делает шаг ко мне.

— Ну, — тороплю её.

— Давай без прелюдий, — сразу же начинает она, подступая ко мне всё ближе и ближе, но я и так стою неподвижно. — И на ты.

— Давай, — отвечаю ей.

— Ещё раз я тебя рядом с Настей увижу, ножки пообломаю. А если она плакать будет, то и ручки. А если долго плакать будет, то и шею сверну. Поверь, мне это как раз плюнуть!

— А осилишь? — с вызовом спрашиваю хамку.

— А вытерпишь? — спрашивает в ответ, после чего я получаю резкий удар в живот. Хорошо поставленный удар в живот. — Это за сегодняшние слёзы Насти, — говорит мне на ухо, пока я, согнутый от боли, стою на месте.

После этого Элара уходит, а я понимаю, что когда-то в моей жизни должен был появиться такой человек, который врезал бы мне за все мои ошибки и грехи. Показал бы мне, что я не Царь-бог… Я простой человек, который столько натворил, что одним ударом в живот здесь не обойтись.

— Всё в порядке? — взволнованно спрашивает у меня Соня, когда я сажусь в машину.

— Да, Соня. Всё отлично, — смотрю на неё и не могу поверить, что такая, как она, по собственной воле находится рядом со мной.

Соня и Элара — Прощение и наказание… Чего окажется больше в моей жизни? Что победит в итоге?