Глава 25.2

— Это возмутительно! Вы ставите эту женщину на одну ступень с Великими Детьми Неба! — продолжала возмущаться сестра.

— Эриния! Ты переходишь черту. Не хотелось бы омрачать наш двойной праздник нелепыми претензиями. Если эта, как ты говоришь, женщина, может принимать пищу богов и ее тело благодарно отзывается на нее, не кажется ли тебе, это что-то да значит! — Герд был так спокоен и мил, зато Эриния чуть ли не ядом прыскала.

— Это значит, что она села вам на шею! А вы и рады! — Эриния бросила приборы и попыталась выйти из-за стола.

Стало не по себе. Из-за меня родственники скандалят, еще не хватало вражды между ними.

— Ты так спешишь вернуться на остров? — Маргл удостоил ее пронзительным взглядом.

— Разве мое наказание не закончено?

— Думаю, мы предоставим слово нашей новой родственнице! — Герд взглянул на меня. — Сможешь ли ты, дорогая Аврора, простить Эринию за все те беды, что она принесла на твою голову?

Кровь ударила мне в голову, щеки покраснели. Зачем он делает это? Если хочет проучить сестру, пусть делает это сам…

Эриния пыхтела, точно старинный паровоз.

— Думаю, нам стоит забыть все разногласия и начать новую жизнь. Если вы не против… — промямлила я. Хотя, конечно, хотелось отправить ее на этот проклятый остров и больше не видеть никогда.

— Она думает! Она! Думает! — Эриния отшвырнула свой стул, и стуча каблуками, вышла.

— Герд кивнул кому-то из слуг, стоящих у дверей, и те направились за ней.

— Нужно отвечать за свои деяния, какими бы благими они не казались. Если есть преступление, за него нужно понести наказание, и не важно, чей ты ребенок, — накрыв мою ладонь, и пару раз легонько хлопнув по ней, Герд, кажется, пытался меня успокоить.

— Давайте потанцуем! — Филия впервые за время обеда подала голос.

— Отличная идея! Но сначала… — Герд расплылся в ехидной улыбке, глядя на брата. Маргл явно был против того, что собирался сказать или сделать правитель, но тот был непреклонен. — Аврора! Маргл, пока ты размышляла над его предложением, написал чудесную музыку! Думаю, самое время тебе узнать о его таланте!

Маргл смутился, но улыбнулся, глядя мне в глаза. А они просто горели от любопытства и желания послушать музыку, сочиненную моим мужем. Никогда бы не подумала, что он умеет это делать.

Мы вышли из-за стола и в стене тут же образовался проем, ведущий в другую комнату. Красивые диваны в имперском стиле, книжные шкафы, золотые статуэтки и черный рояль, занимающий центральную часть помещения. Но, к моему удивлению, Маргл прошел дальше, и из ниши в стене достал гитару.

— Ты круто смотришься с гитарой! — подмигнула я ему.

— Фанатка рока? — поднимая одну бровь спросил Маргл, продолжая настраивать инструмент.

Герд тем временем расположился на диване, и Филия буквально прилипла к нему, прижимаясь всем, чем только можно. Он был не против, но и особой радости в его глазах я не заметила.

Мы сели на диване напротив, и Маргл начал играть медленную красивую мелодию. Я всегда любила гитару, а теперь у меня просто выскакивало сердце от счастья и любви. Но Маргл неожиданно прервал лирическо-романтический момент.

— Я тебе это припомню! — Маргл кивнул в сторону Герда, на что мы все рассмеялись, и потом продолжил.

И, когда к звучанию струн добавился его голос, я затаила дыхание.

Я был одинок, словно старый заброшенный форт в бушующем море

Холодные волны бились о мое каменное сердце

Черное небо не давало надежды на то, что когда-то станет ясным

Но явилась заря, освещая мои мрачные стены.

Ее свет подарил жажду к жизни

Ее улыбка, словно поцелуй солнечных лучей

И я благословлён этой утренней зарей

Чтобы вспомнить радость жизни и забыть горький яд одиночества.

В сумерках ночей я ждал твоего света

Чем чаще я видел тебя, тем сильнее становилась моя любовь

Моя заря, та что дарит блаженство и боль

И мрачный форт больше не одинок.

Меня душили слезы, тут же сменяющиеся улыбкой. Я была в каком-то неведанном мною раньше состоянии эйфории, счастья. Эмоции переполняли меня, обещая вот-вот надорвать душу и просили выхода. Эта песня обо мне. Для меня…

Как только прозвучал последний аккорд, я прижалась к руке Маргла, пряча слезы. Он отложил гитару и обнял меня.

— Спасибо… — прошептала я куда-то в подмышку.

Маргл, нежно удерживая подбородок, поднял мою голову, заставляя взглянуть на него.

— Я не хотел, чтобы ты плакала…

— Не знаю, как описать…Я не ожидала, что…

— Вечно воюющий мужлан умеет любить?

— Нет! Совсем не так! Просто… Я думала, что песни посвящают неземным богиням…

— А ты и есть, моя богиня!