49

Когда на город опустились сумерки, Даниил вызвался отвезти Машу и её сына домой. Ребёнок уже порядком устал и постоянно зевал, на моё предложение постелить и в гостевой спальне, девушка вежливо отказалась и засобиралась уходить.

Я видела, как тянутся друг к другу мальчики, как одинаково улыбаются, прищуривая глаза. Я действительно была рада, что наконец-то они узнали друг друга хоть и предшествовали этому не очень хорошие события.

— Устала? — когда я вышла из ванной комнаты в махровом халате цвета горького шоколада, спросил Тимофей, притягивая меня в свои объятия. Он тоже уже принял душ и стоял напротив меня весь такой манящий в одном полотенце, едва держащемся на бёдрах.

— Есть немного, — ответила я Тиме, утыкаясь носом в шею и вдыхая такой любимый аромат. — Но это не значит, что мы сейчас будем спать, — засмеялась я, лукаво смотря на мужчину.

— Интересно, протянул он, и чем же ты предлагаешь заняться? — руки мужчины плавно спускались с моих плеч на бёдра, поднимая подол халата.

— Я думаю, тебе понравится, — убрав загребущие руки мужчины, я плавно опустилась перед ним на колени, не сводя пристального взгляда.

— Даша? — глаза мужчины расширились, и я чувствовала, как он подрагивает от напряжения.

— Я не умею, но постараюсь… — хриплым голосом проговорила я, распахивая полотенце.

Руки дрожали от предвкушения, я провела ими по бёдрам Тимы и откинула волосы на одно плечо, чтобы не мешали.

Заворожено смотрела, как слегка подрагивает член и на головке выступает прозрачная капля смазки. Казалось, он на глазах становится больше и, не давая себе больше осмысливать свои поступки, провела по головке языком, слизывая каплю. Думала, что мне не понравится вкус, но я глубоко ошибалась. Слегка солоновато-пряный, но не отталкивающий.

Ещё раз подняла взгляд на любимого и увидела на его лице столько эмоций, что мне захотелось продлить их и запомнить навсегда. Не разрывая зрительного контакта, осмелев, вобрала голову в рот, ощутив бархатистость кожи. Провела языком по кругу, едва задевая уздечку, отчего Тима сильнее напрягся и стал часто дышать через нос.

Играя языком, я испытывала трепет, смотрела, как любимому больше нравится, когда я провожу рукой или же втягиваю, посасывая головку. Его эмоции подбадривали меня, я чувствовала себя такой развратной и в то же время любимой.

Втягиваю в себя член так, что он достаёт до горла, стараюсь дышать носом, чувствуя, как Тима дрожит и меня это заводит сильнее. Привыкнув к ощущениям, начинаю работать ртом, слыша, как мужчина ещё громче начинает дышать и постанывать.

— Блядь! Дашка! Ты сведёшь меня с ума! — рычит он и, накручивая мои волосы на кулак, задаёт темп.

Он сначала аккуратно, толкается и вынимает член полностью, проводит им по моим губам, впившись взглядом, наблюдая за мной из-под полуопущенных ресниц. В какой-то момент темп начинает нарастать с такой силой, что я едва успеваю понять, что происходит и мне это жутко нравится. В данную секунду Тимофей полностью в моей власти.

— Помоги себе рукой, — хрипит он едва различимо.

Сжимаю губы плотнее и провожу одной рукой по мошонке, второй берусь за основание члена и сама уже насаживаюсь на него. Мне хочется подарить незабываемые моменты своему мужчине, хочется, чтобы он знал, что я его безумно люблю и хочу.

Ещё пару резких выпадов и головка стала раздаваться, предвещая скорый оргазм, Тима пытался меня поднять, но я уже не могла остановиться, мне нужно было ощутить его вкус.

Горячая струя ударила прямо в горло и я дыша носом ещё плотнее обхватила губами член, глотая солоноватую сперму, снова подняла взгляд на любимого и облизала губы.

— Ты охуенна, — шепчет Тима, поднимая меня с колен и притягивая к себе целует в губы.

Я опешила от такого и не сразу ответила на поцелуй. Он медленно развязал пояс и спустил халат с плеч, слегка отстранив меня, но, не разрывая поцелуя. Тима приподнял меня так, что я обхватила его бёдра ногами, и он медленно опустился на кровать, преодолев расстояние за считаные шаги.

Жаркие поцелуи дурманили голову, и я уже вся текла. Хотелось ощутить горячий член в себе и забыться в умелых руках любимого. Тимофей лишь на секунду отстранился и стал прокладывать дорожку жалящих поцелуев от шеи к груди, втягивая слегка кожу, что от избытка чувств я уже вовсю стонала. Когда его рот накрыл один мой сосок и слегка прикусил, по телу пробежали мурашки предвкушения.

— Дай свою руку, — едва различимо на грани слышимости прохрипел Тима. — Вот так, — опустил он её на второй сосок и помог сжать его двумя пальцами. Это было так… запретно и волнующе.

Он стал ниже спускаться, то нежно целуя, то практически кусая мой живот, положил и вторую мою руку на оставшийся без ласки и изнывающий сосок.

Когда пальцы мужчины заскользили по внутренней стороне бёдер, я попыталась сжать инстинктивно ноги, но Тимофей мне не позволил этого сделать.

Подул на влажные половые губы, и едва касаясь, провёл по ним языком, от такого контраста я задохнулась и выгнулась дугой, издав протяжный стон.

— Раздвинь их, — горячее дыхание опалило мою плоть. — Я хочу видеть тебя, хочу, чтобы со мной ты была развратна, — взяв в свои руки мои, он посмотрел мне в глаза с такой страстью, что больше слов и не требовалось.

Я стонала, кричала, выгибалась, когда его язык творил что-то невероятное, а губы посасывали горошину клитора. Такой фейерверк чувств я никогда в жизни не испытывала и была сейчас на седьмом небе от счастья.

Когда Тима протолкнул во влагалище два пальца и, нажал на только ему известную точку, меня словно разорвало на миллиарды атомов, а парила где-то в небе.

— Вот так! — тихий шёпот и мужчина накрыл мои губы в страстном поцелуе, практически не дав прийти в себя, вошёл на всю длину. — Почувствуй и свой вкус, — толкаясь в меня всё быстрее и резче, кусая мои губы, прошептал он.

— Я тебя люблю! — закричала, не боясь, что меня кто-то может услышать, когда ощутила ещё один подступающий оргазм.

— И я тебя! — зарычал мне в губы Тима и, кончив, придавил своим влажным телом. Эта тяжесть была едва ощутима, сейчас купаясь в его любви, я ощущала себя пушинкой. Мы словно потерялись для всех, наслаждаясь только друг другом.