10
Аля.
После продуктивной репетиции открыла тяжелую дверь служебного выхода. Возле дороги увидела чёрный блестящий джип, а опираясь на него стоял Роман Воронцов собственной персоной. Несложно догадаться, кого здесь пасёт этот пастушок…
— Ты что здесь делаешь? — не удержалась от сарказма и подошла ближе. — Только не надо говорить, что мимо проезжал.
— Не поверишь?
— Нет, — мотнула распущенными волосами.
— Вот блин, а так хотелось сказать! Весь план мне сломала.
Невольно улыбаюсь одними уголками губ. Мимо проходили девчонки с театра, и с любопытством, и даже некоторой завистью, поглядывали на нас. И на джип.
— Устала, наверное, с репетиции. Садись, покатаю, — мужчина кивнул головой на машину.
Я придирчиво оглядела авто, потом его, и выдала:
— Не, я лучше прогуляюсь.
Развернулась и гордо зашагала вперёд. Кататься сегодня я буду с другим водителем — водителем трамвая. Услышала сзади звук блокировки автомобиля и спешные шаги. Со мной поравнялся Воронцов. И шёл себе, будто бы мы вместе куда-то топали.
Я начала вопросительно смотреть на него.
— Что? — пожимал он плечи. — Тогда я провожу тебя так.
— Вообще-то, я на трамвай.
— Ладно.
Я промолчала. Всё равно уже почти на остановке. Провожать долго не получится: гады-строители сделали остановку очень близко к театру и обломали Роману всю малину!
Дошли до остановки, остановились на перроне. Я мысленно молила Бога Трамваев прислать уже вагон побыстрее. Роман наблюдал за мной и задавал ничего не значащие вопросы: как дела, что делали сегодня и так далее. Отвечала в пол-слова. Не особо хотелось с ним общаться — неужели непонятно?
Наконец-то, скрипящая карета подъехала. Двери открылись, и я с облегчением запрыгнула в трамвай. Потом с удивлением заметила, что Воронцов сделал тоже самое! Ещё и уселся рядом. Угораздило меня сесть на двойное сидение…
— Ты решил покататься со мной в трамвае?
— Ну да, а что? Где-то запрещено твоей конституцией мне ездить рядом в общественном транспорте?
— Нет, но твоё пребывание в старом вагоне более чем эпично выглядит.
Это было так. Роман одет презентабельно. В пиджаке, видно, что дорогом, на руках кричащие часы, а в руках вертел ключи от машины далеко не класса эконом. Что бы такому человеку вдруг делать в трамвае?
— А деньги у тебя есть на проезд?
— У меня только безнал.
Я ухмыльнулась, предвкушая, как сейчас кондукторша, стандартная тётка метр на метр, выгонит отсюда зайца без денег — до нашего трамвая прогресс пока ещё не доковылял, и карту тут можно было вставить разве что кондуктору в… Короче, не принимали тут карты.
И вот, эта мечта Рубенса, подошла к нам… Дала ей свои монетки, она с важным видом пересчитала, швырнула деньги в сумку, отрываала билет и всунула его мне в руки. Молча перевела взгляд на Воронцова. Движение трамвая колыхало прелести кондукторши, пока она ждала от него денег.
— Молодой человек, проезд оплачивайте.
— Карты к оплате принимаете?
— Ты чё — видишь у меня в руках банкомат? — спросила тётка, и я еле сдержалась, чтобы не засмеяться.
— Можно так проехать? Я проездной забыл дома.
— Это что ещё за шуточки? Как не стыдно?! Такой с виду приличный. На Ифоны ваши деньги есть, а за проезд заплатить двадцать рублей, нет?
Это просто бинго! Тётка ещё и ворчунья попалась. Я просто вся тряслась от еле сдерживаемого смеха.
— Выходим тогда на остановочке, — сказала ему сумчатая. — А то милицию позову.
— Полицию, — машинально поправлил её Роман. Говорю же — зануда.
У меня уже, глядя на надувающее лицо кондуктора, истерика смеха началась.
— Поучи тут ещё меня! Что за молодёжь пошла невоспитанная!
Тётка ещё что–то причитала, но мне за смехом неслышно было. Я решила — достаточно с него уже, и достала ещё две монетки по десять рублей. Та, получив деньги, мигом замолчала, грозно оторвала билет и отдала Роману. Она отошла, и мы оба выдохнули с облегчением.
— Ну что, достаточно тебе погружения в жизнь рабочего класса? — спросила его с озорными нотками в голосе.
— Да, пожалуй. Совсем не ношу с собой наличку, если честно… Сейчас переведу тебе на карту деньги за проезд.
— Да ладно тебе! Не стоит. Это маленькое шоу всё с лихвой окупило, — снова не выдержала и прыснула со смеху.
Роман сжал челюсть — мистер Зануда злится. Но держится.
— Я не хочу быть должен. Тем более, даме. Даже двадцать рублей.
Он достал телефон и что-то быстро начал набирать. Тут же пришло смс о зачисленных средствах. Пятьсот рублей.
— Зачем мне твои четыреста восемдесят рублей?
— Мне было лень набирать цифру «двадцать».
— А «пятьсот» — не лень?
— Она стандартно подтягивается при переводе.
— Я тоже не хочу быть тебе должна. Сейчас переведу назад.
— Не надо, оставь. Купи мороженое.
— Я в состоянии купить себе его сама.
— Тогда сладкой ваты.
— Не ем вату. Ни сладкую, ни обычную.
Зашла в приложение и перевела лишние деньги обратно.
— Пошли, мне выходить.
Мы оба поднялись с сидения и подошли к двери. На остановке вышли. Я подождала ровно три секунды и молодой ланью запрыгнула обратно в вагон после фразы про закрытие дверей. Створки захлопнулись, и трамвай тронулся, оставив удивлённого Романа на перроне. Мужчина, открыв рот, смотрел вслед уходящему трамваю, пока я махала ему ручкой и мило улыбалась.
Села опять и еле держусь, чтоб не смеяться в голос. Послышался звук сообщения на телефоне. Открыла. Роман:
«Ты думаешь, это смешно?»
Пишу ответ:
«Да. Видел бы ты своё лицо, когда трамвай уехал — тоже бы посмеялся. Прости, сфотографировать не успела!»
«Стерва ты, Алька».
Сидела, не могла перестать улыбаться как дурочка. Такое чувство триумфа! И вроде бы да, глупо. Но ведь смешно же. Эту поездку в трамвае он запомнит надолго!
Роман.
Постоял как неприкаянный на перроне — обратно до машины денег-то нет ехать. Придётся вызвать такси и оплатить безналом. Пока ждал машину, набирал Але сообщения.
Меня не то, что разозлила её выходка — больше неприятно было, что девчонка так легко обвела меня вокруг пальца. Ну, и ещё вызвало восхищение. Не женщина, а чертовка самая настоящая! Даже страшно подумать, на что эта выдумщица способна в постели… Так, опять меня понесло…
Что я могу поделать, если она для меня — ходячий секс и мой голый наркотик? Уж я-то знаю, что скрывают эти простые одежды. Аля любезно меня просветила заранее своим откровенным фото, чтоб я, так сказать, знал заранее, за что воюю.
Совершенно искренне пишу ей, что она стерва та ещё. Но это, скорее, комплимент.
Добрался без приключений до своего верного коняшки, и руки сами собой порулили в сторону её дома. Не знаю, зачем я сюда приехал. Подниматься я не стану — Аля тогда меня точно с лестницы спустит! Посидел, посмотрел на уютный свет в её окнах.
Тут девушка отодвинула штору и выглянула в окно. Аля увидела, кажется, мой слишком приметный авто… Несколько секунд она смотрела в мою сторону, а затем отошла от окна.
Следом я получил от неё сообщение:
«Воронцов, ты сидишь возле моего дома? Машина твоя?»
Блин, заметила. Ну и дурак я, зачем только припёрся сюда, ещё и машину прямо под окна поставил.
«Да» — отправляю ей.
Отпираться — глупо, а что ещё сказать — не знаю. Не дай Бог, спросит, зачем именно я приехал сюда.
«Зачем?»
Она мысли читает? И что отвечать? Почесал макушку и решил отшутиться.
«Подумал, вдруг на чай позовёшь, а я уже здесь!»
«Да сейчас прямо. Пей чай дома».
«Уехал плакать. Грустный смайлик» — отправил и повернул ключ зажигания.
Чего сидеть-то, действительно. Только позориться. Точно уже как маньяк самый настоящий, приезжаю свет в окошке милой поглядеть! Мне, похоже, самому пора нанимать психиатра и психолога! Целый курс. Возможно, не один.