Глава 24

Рэйчел молча смотрела на своё отражение в маленьком зеркале, прикреплённом к дверце шкафчика. На светлой ткани рубашки расплылось уродливое пятно от кофе, тёмное, липкое. Она склонила голову чуть в сторону, словно решая, стоит ли пытаться от него избавиться или просто проигнорировать.

Где-то рядом кто-то тихо откашлялся. Она не торопилась поворачиваться, но в конце концов медленно перевела взгляд. Тэрн. Он стоял рядом, легко опираясь плечом о шкафчики, с привычной ленцой в глазах и едва заметной улыбкой на губах. В руках он держал сложенную чёрную рубашку и, перехватив её удобнее, протянул вперёд.

— Если хочешь, можешь взять, — предложил он, внимательно её изучая.

Рэйчел смотрела на него, но ничего не говорила. Она будто оценивала. Не рубашку, а сам жест. Судила, решала, взвешивала — стоит ли принять этот, казалось бы, невинный подарок. Тэрн не торопил. Просто ждал.

Рэйчел закатила глаза, будто решая для себя, что это уже слишком, но всё же быстро бросила:

— Спасибо.

И, не раздумывая больше, взяла рубашку из рук Тэрна.

Она сразу же стянула грязную, промокшую ткань, даже не удосужившись уйти куда-то за угол или хотя бы оглянуться. Впрочем, в коридоре было пусто, и никто, кроме него, этого не увидел.

Тэрн не был джентльменом, но всё же отвернулся, сделав вид, что разглядывает что-то на стене. Однако мимолётно он всё же заметил: вместо бюстгальтера — спортивный топ, открывающий пресс. Каждое движение Рэйчел было резким, точным, будто рассчитанным до секунды.

Она вытерлась остатками рубашки и, не торопясь, накинула новую. Вместо того чтобы застегнуть её, завязала полы на талии, создавая нечто стильное, свободное, но при этом подчёркивающее фигуру.

Тэрн снова взглянул на неё и усмехнулся:

— Тебе идёт.

Рэйчел не ответила ни словом, лишь её взгляд быстро скользнул по стенам, словно что-то выискивая. Тэрн уже собирался спросить, что именно она задумала, но вдруг девушка двинулась с места, направляясь к противопожарному щиту.

Её движения оставались такими же плавными, размеренными, будто в ней совсем не было сомнений. Она легко вытащила топор, без всякого напряжения, как будто этот предмет был для неё привычнее, чем учебник или телефон. Лезвие блеснуло в свете ламп, и Рэйчел, небрежно закинув его на плечо, развернулась к выходу.

Тэрн приподнял бровь, но удивление тут же сменилось азартом.

— Интересно, — пробормотал он себе под нос, уже предвкушая зрелище.

Не раздумывая, парень двинулся следом. Конечно, он мог бы остаться, сделать вид, что его это не касается, но интуиция подсказывала, что впереди — что-то по-настоящему стоящее.

Рэйчел уверенно вышла из здания, направляясь к парковке. А Тэрн шагал за ней, ощущая, как в воздухе густеет напряжение.

На парковке было тихо, только где-то вдалеке слышался гул машин с соседней улицы. Рэйчел остановилась, оглядываясь, явно выискивая что-то конкретное. Её взгляд скользил по рядам припаркованных автомобилей, пока не остановился на дорогой красной иномарке.

Тэрн, скрестив руки на груди, молча наблюдал за происходящим, его губы тронула едва заметная улыбка. Он не вмешивался, но азарт в его глазах говорил сам за себя — он был рад, что последовал за ней.

Рэйчел медленно подошла к машине, остановилась, будто раздумывая, затем обернулась. Чувство, что за ней наблюдают, было слишком явным.

Она резко подняла взгляд — в окне второго этажа мелькнуло лицо Миира.

Губы Рэйчел растянулись в широкой улыбке, которая не предвещала ничего хорошего. В следующий миг она легко, но с убийственной точностью замахнулась и, вложив в удар всю силу, обрушила топор прямо на капот автомобиля.

Раздался оглушительный металлический треск, капот смялся, словно фольга, а затем — короткая пауза перед неизбежной бурей.

Миир заорал так, что его голос разнесся по всей парковке:

— Ты что творишь, психопатка?! Эта машина стоит больше, чем твоя никчемная жизнь!

Но Рэйчел даже не взглянула в его сторону. Она подняла топор и с безмятежной точностью нанесла ещё один удар — стёкла разлетелись вдребезги, осыпая сиденья хрустящей крошкой.

В окнах учебного корпуса уже толпились студенты и преподаватели. Кто-то прижимал ладони к губам, кто-то поспешно доставал телефоны, но никто не торопился вмешиваться.

Тэрн стоял чуть в стороне, скрестив руки, наблюдая за разрушением с ленивым интересом.

— Хладнокровно, эффективно… — пробормотал он, когда очередной удар проломил дверь, оставляя вмятину размером с голову человека.

Тем временем Миир исчез из окна — похоже, он бегом мчался вниз, в надежде остановить этот кошмар. Но Рэйчел даже не замедлилась.

Словно машина для разрушения, она методично, почти с математической точностью уничтожала его гордость и радость, превращая блестящую красную иномарку в груду покорёженного металла.

Последний удар — и капот окончательно сложился внутрь, будто проглотил самого себя. Рэйчел прищурилась, окидывая взглядом искореженные останки машины, и, довольная, широко улыбнулась.

На крыльце застыл Миир, тяжело дыша после беготни. Его лицо было белее мела. Он хотел что-то сказать, может быть, закричать, но лишь сжал кулаки и не сделал ни шага вперёд.

Рэйчел еще раз окинула дело рук своих, затем развернулась и, как ни в чём не бывало, пошла обратно в колледж. Уверенным, ленивым шагом.

Зайдя внутрь, она подошла к пожарному щиту, молча вложила топор обратно в крепление, поправила его так, чтобы висел ровно, и только после этого обернулась.

Тэрн уже ждал её, прислонившись к стене. Он медленно, с нарочитым удовольствием, захлопал в ладони.

— Браво, — сказал он с оттенком искреннего восхищения. — Эффектно. Очень эффектно.

Рэйчел устало посмотрела на Тэрна, словно оценивая, насколько его забавляет происходящее. Он по-прежнему улыбался, будто всё это было для него увлекательным спектаклем.

Их внезапно прервал голос, наполненный гневом и неподдельным возмущением:

— Рэйчел Блэкроут!

По коридору несся ректор Риз Хемэл, и его гнев был настолько ощутим, что воздух, казалось, сгустился.

— Живо в мой кабинет! — почти рявкнул он, не сбавляя шага.

Рэйчел безмятежно посмотрела на него и кивнула, даже не пытаясь сопротивляться. Она двинулась следом, словно её действительно пригласили на деловую встречу, а не вызывали для разбирательств.

Тэрн, по-прежнему улыбаясь, тут же последовал за ней.

— Если что, я тоже виновен, — небрежно бросил он, сунув руки в карманы. — Бесчинства — это командная работа.