Глава 16

Солнце поднималось всё выше, но светлее не становилось. Взвесь пыли, поднявшаяся в воздух после массы одновременных разрушений, никак не оседала. К сожалению, не было и ветра, который мог бы выдуть мрачное облако из города, дабы люди смогли осмотреться.

Может, это была милость Триединого? Увидь мы сейчас всю картину произошедшего, у многих ли рассудок остался бы здоровым?

— Что делать? Что делать? Что делать? — твердила какая-то женщина, уткнув лицо в колени и раскачиваясь как ванька-встанька.

Никто не бросался к ней с утешениями и не пытался успокоить тихую истерику. Должно быть, каждому из нашей группы было о чём или о ком сожалеть и страдать. Выждав около получаса и то ли поняв, то ли понадеявшись, что стихия утихла, люди зашевелились. Кто-то стал выбивать от пыли скудную одежду, две женщины, помогая друг другу, попыталась привести в порядок растрепавшиеся волосы, молодой мужчина строгим уверенным голосом что-то втолковывал своей спутнице. Наверное, убеждал её в том, что всё наладится, исчезнувшие люди и вещи каким-то неведомым образом вернутся, и они заживут весело и счастливо, как прежде.

— Роксана, — очень тихо позвала меня Глафира, — скажи, ты что-то чувствуешь?

В этом вопросе было столько страха, что я крепко-крепко прижала её к себе и в самое ухо выдохнула:

— Нет, больше ничего не слышу. Надеюсь, всё закончилось.

— Увы, голубка моя, всё только начинается, — обводя воспалёнными от пыли глазами видимое пространство, так же тихо ответила бабушка. — Нам с тобой просто сказочно повезло, что мы ранние птички и успели одеться для длительной прогулки, позавтракать и выйти из гостиницы.

Княгиня была абсолютно права. На нас чуть ли не на единственных были надеты юбки и блузки, более удобные для множества примерок, чем платья. Лёгкие жакеты, шляпки и перчатки дополняли гардероб. Но самое главное, Глафира настояла обуть прочные кожаные ботинки, хоть я и просила согласиться на кокетливые атласные балетки. Сейчас, когда взбесившимся земляным цунами разрушены мощёные дороги и тротуары, крепкая подошва ценнее кружевных перчаток и шляпок, которые мы, кстати, потеряли в суматохе.

— Что же нам делать дальше?

Этот вопрос всё чаще и чаще звучал в группе. Мы были похожи на потерпевших кораблекрушение и спасшихся на островке среди бушующего океана. Вокруг нашего участка тянулись валы вздыбившейся земли. Один из троих мужчин из нашей компании попытался шагнуть на ближайшую кочку, но она рассыпалась, и тот быстро отдёрнул ногу, возвращаясь на твёрдый пятачок.

— Кажется, там, как в болоте, нет дна, — объяснил он своё поспешное отступление.

Повторять его попытку никто не рискнул.

Справа и слева от нас громоздились непроходимые развалины. Хвала Триединому, что из них не доносилось ни звука. Либо эти здания были нежилыми, либо там все погибли сразу. Можно было бы попытаться выбраться на верхнюю параллельную нашей улицу, но там когда-то был сад, и сейчас поваленные деревья превратились в непроходимый бурелом.

Мы спаслись, но были в западне. Без воды, еды и тёплых вещей, без возможности выбраться или сообщить о себе спасателям.

— Думаете, кто-то вспомнит о нас и будет искать? — с затаённой надеждой спрашивали друг друга собратья по несчастью, но у всех было одинаково неясное представление о будущем.

И не о каком-то далёком, а о том, которое с ними случится через час или два. Это было страшно. А ещё было тяжело обустроить необходимые удобства. Многие с утра не успели посетить уборную и сейчас маялись этим. Мужчины попытались немного разобрать завалы веток, чтобы сделать проход в глубь зарослей, но без минимального набора инструментов это им не удалось.

— Ба, — всё так же тихо спросила я Глафиру, — может, попытаемся прожечь проход?

— Даже не думай! — вскинула раскрытые ладони в останавливающем жесте княгиня. — Пыль кругом. Ты точно можешь определить её состав? Вдруг горючее что-то. Пыхнет так, что пожалеем сразу.

Я согласно кивнула. Надо же, а я о таком даже и не подумала. Магиня, блин!

— Может, маг земли среди нас есть? — спросил самый старший мужчина. Был он в некогда красивой атласной пижаме. Кажется, это ему пришлось проявлять сострадание к даме в прозрачной короткой сорочке. — Если попробовать расширить вот эту щель в стене, то, наверное, можно было бы устроить там… эээ… некое подобие уборной.

Уставшая от безделья, я подошла профессионально оценить предложенный фронт работы. Смысл был: если аккуратно убрать несколько кирпичей, то…

— Дело за малым, — зло фыркнула молодая дама, кутавшаяся в плед. — Найти мага.

— Тут и без магии можно, — начала было я, но так как была самой молодой, то слушать меня попросту не стали, решая более серьёзные задачи — кто будет главным?

Спор разгорался нешуточный. И от эмоционального огня, полыхающего на маленьком островке, становилось некомфортно. Вот только уйти было некуда. Я просто отвернулась, чтобы не видеть перекошенные от гнева лица, и хотела было заткнуть уши, не желая слышать злые слова, когда услышала знакомый голос с незнакомыми интонациями:

— Хватит! Мы все пережили страшную катастрофу и по милости Триединого выжили. Вы, вместо того чтобы благодарить Всевышнего и помогать ближним, устроили грызню за нечто эфемерное. Какая может быть здесь власть? Кому и зачем она нужна? Вам нужен человек, который возьмёт ответственность на себя? Я готова. Во-первых, я старше всех вас, во-вторых, я княгиня, меня с младых ногтей учили быть надеждой для наших людей. Сейчас вы все страдаете. Кто от невозможности справить нужду, кто от жажды, кто от потери близких. Давайте начнём с простого. Роксана, ты сказала, здесь можно сделать проход, не пользуясь даром. Как?

Я едва оправилась от шока. Такое преображение Глафиры было для меня едва ли не равно землетрясению. Но помогать бабушке надо, причём срочно. Подошла к стене и стала аккуратно вытаскивать кирпичи из кладки, что едва держалась.

— Осторожно, девочка! — закричал кто-то из мужчин, но я ткнула пальцем в надёжную балку перекрытия над тем местом в стене, где я принялась разбирать.

Меня поняли, мужчины подошли, оттеснили в сторону и продолжили начатую мною работу. Минут через пять в проход можно было протиснуться. А за ним открылся вид на небольшой дворик, в котором стояло знакомое всем строение а-ля скворечник.

Как бабушка успела организовать очередь, я и не заметила, но дамы уже нетерпеливо топтались у прохода, выстроившись друг за другом. Мужчины с видом скромных героев, победивших дракона, отошли на другую сторону и принялись рассматривать развалины. Захотелось ещё один подвиг совершить?

— Здесь ничего нельзя трогать, — предупредила я одного, начавшего тянуть шаловливые ручонки к доске, выглядывающей из завала камней. — Особенно эту доску.

— Почему это? — вспыхнул тот и резко повернулся ко мне.

— Если вы обратите внимание на то, что над этой деревяшкой ребром стоит большой камень, а выше составились в перевёрнутую пирамиду ещё несколько, то поймёте сами, — кивком головы показала я на странным образом сложившуюся стену. — Потянете доску — мало того, что всё посыплется, оно ещё и на нас падать будет. Тут и так развернуться негде, не хотелось бы уменьшать площадку. Да и пораниться кто-нибудь может.

— И чья ты такая умная? — доброжелательно поинтересовался господин в пижаме.

— Бабушкина. Княгини Глафиры Александровны Верхосвятской, — сделала я лёгкий книксен. — Позвольте представиться, княжна Роксана.

Собеседник одёрнул куртку пижамы, крутанул ус и хотел было щёлкнуть каблуками, но в мягких тапочках такое сделать крайне затруднительно.

— Коллежский асессор Евстафий Евстафьевич Венедиктов, — склонил поседевшую голову, припорошенную пылью. — Рад знакомству, княжна. Представите меня своей бабушке?

Этот простой ритуал разрядил обстановку. Постепенно все перезнакомились и начали общаться между собой. Мы с бабушкой отдали свои накидки наиболее раздетым дамам, кто-то из мужчин поделился сюртуком, кто-то жилеткой.

Жизнь начала налаживалась даже в таких страшных условиях.