Глава 9

– Интересное предположение, – немного помолчав и присматриваясь ко мне, будто я тайный агент ФСБ, заметил Ромочка. – Любишь детективы?

– Ну… – протянула я. – Смотрю и читаю иногда.

– И откуда вывод?

Я не поняла, мне Ромочка тут решил экзамен по дедукции устроить или рассказать, как и что?

– Как-то больше ничего на ум не пришло. Ты сказал про местоположение, и я вспомнила, что Черное море омывает Россию, Грузию, Украину, Турцию, Румынию.

– И Болгарию, – подсказал Ромочка.

Ага, еще и экзамен по географии. Забыла, с кем не бывает? Я, в отличие от некоторых, весь мир не объездила, да и с аллигаторами заплыв не делала.

– Слушай, – посмотрела на ехидное лицо в опасной близости от моего, – не лучше ли нам поговорить в одежде?

– Лучше иди помоги тете Любе на огороде лук поднимать, – не сдержался Ромочка, потянувшись за своей одеждой.

Это что он? Опять сбежать собрался? Немногословен, когда дело доходит до сути. Бросит одну фразу по делу, а потом много бесполезного трепа.

– Э, нет, – потянула я Ромочку за воротник футболки, оцарапав ногтями шею. – Пока тетя Люба не заметила потоптанный лук и не раскричалась, у нас еще есть время поговорить. Итак, твой отец…

– Ты еще невыносимее моей сестры, – посетовал мой сосед, теперь уже сосед-любовник.

– И о сестре расскажи, – кивнула я, ища свою одежду.

– Тогда вот так и оставайся, – снова съехидничал Ромочка, отобрав у меня лифчик и завалившись на бок рядом.

– Ты определенно чокнутый, – натянула я покрывало повыше.

– Возможно, – не стал отрицать. – Но я в своей семье самый адекватный, кажется. Иногда даже думал, что подкидыш.

Я даже боюсь представить, что там у Ромочки за семья, если он самый-самый. Хотя с его раздутым самомнением и не то можно заявить. Но с такой уверенностью…

– А мама твоя кто? – вырвалось у меня, хотя тема совсем о другом.

– О, мама моя выдающаяся личность. Много курит, пьет и вращается в так называемом богемном обществе. Только она там единственная, кажется, при деньгах. Пишет бездарные стихи, а все восхищаются за дешевый коньяк.

Нет, Ромочка сейчас точно мне заливает. Я думала, что подобное осталось где-то на страницах книг. У меня бабуля та еще мадам, а это в Питере! На минуточку! Мама тоже штучка хоть куда, но с меньшими закидонами. И я, белая ворона, которая выбрала профессию, связанную с кровью, гноем, испражнениями и совсем не интеллигентными людьми.

– И где тогда твои родители познакомились? – продолжала я дальше любопытствовать.

– В музее.

Тут я окончательно неприлично открыла рот, а Ромочка усмехнулся.

– Где? – я даже переспросила.

– В музее, – повторил этот интриган. – Тебе всю семейную историю рассказать?

– Ну… можно.

– Вика, а тебе зачем? Собираешься стать частью семьи?

Я чуть не задохнулась от возмущения. Это эго нельзя уменьшить, судя по всему, никак. Я же для дела спрашиваю, чтобы понять, во что ввязалась.

– Ты опять! – заорала я на Ромочку.

– Да не соскакиваю я, – понял он меня. – Мать с отцом познакомились в музее, когда он искал подсказки на каком-то полотне, вроде ведущие к кладу. Но он на этом… ку-ку, – покрутил пальцем у виска. – И насчет контрабанды ты угадала. Только бы он вроде давно отошел от дел, как узнал Федя, но старые связи не ржавеют. А еще чертова генетика иногда подводит…

Ромочка замолчал, а я почему-то подумала, что он говорит не о себе. В принципе я не в курсе, как живут контрабандисты в реальной жизни, но вряд ли они уходят на пенсии, а если и уходят, то не так очевидно.

– Твоя сестра…

– Ага, когда она пошла учиться на исторический, мама неделю не коньяк пила, а валидол.

– Я все равно не поняла, как твои родители сошлись.

Почему-то этот вопрос сейчас меня больше всего занимал. Я не понимала, лжет мне Ромочка или правда иногда бывает изощреннее лжи. Может, легенда не до конца продумана?

– На любви к искусству. Отец очаровал мамулю знаниями, – поделился Ромочка.

Точно странная семейка. Причем отец с детьми, как я поняла, давно не общаются. А если о матери правда, то не удивляюсь, что выросли они такими… Ладно, не мне судить. Но деньги откуда-то у Ромочки есть, чтобы путешествовать.

– У тебя мама миллионерша? – спросила я аккуратно.

Нет, ну вряд ли Ромочка сам заработал на поездки.

– Папа у нее был миллионером.

– Настоящим миллионером? – удивилась я и даже не заметила, как одеяло с груди упало.

– Ого, как охотно девушки обнажаются при слове «миллионер».

– Дурак, – ударила я Ромочку кулаком в плечо.

– Не миллионер я, спешу огорчить.

И снова это ехидное выражение лица – так и хочется смачно съездить. Но воспитание не позволяет! Хотя о нем я забыла, как только приехала сюда.

При чем тут вообще миллионеры или не миллионеры – не в этом дело. Вот пойду на свидание с Федей, который точно не миллионер. Ведь с разбитой головой такие люди ходят к личным врачевателям, а не случайным медсестрам.

– А Федя кто?

– Федя не родственник, если ты об этом, – ответил Ромочка.

Ну вот же ко… конспиратор. Не это я имела в виду, и он прекрасно понял, но снова увильнул от прямого ответа.

– Так, прекращай!

– Ну как хочешь, – снова попытался Ромочка подняться.

– Прекращай уходить от ответов, а не прекращай говорить, – пояснила я, как для умственно отсталого, хотя понятно, что просто прикидывается.

– Федя когда-то работал на моего отца, вот и пригодился мне.

– Он тоже контрабандист? – чуть не схватилась я за сердце.

Вот тебе и на! Я на Ромочку ярлыков навешала, а тут показавшийся мне милым Федя самый настоящий контрабандист. Теперь еще и с пробитой головой. Мамочки! Куда же я влипла?

– Водички принести? – заботливо поинтересовался Ромочка.

– Даже не думай слинять…

Но, видимо, вселенная не на моей стороне. Снизу раздался полный возмущения крик тети Любы:

– Кто топтался по моему огороду?

Теперь я уже сама столкнула Ромочку с кровати. Не хватало, чтобы хозяйка застукала нас. Я же от стыда сгорю.

– Ты совсем ку-ку?

Ромочка явно не ожидал такого поворота и свалился на пол. Надеюсь, ничего не отбил, а то придется не только головы штопать, но и с ушибами справляться.

– Иди вниз, – зашипела я. – Отвлеки ее.

– Ладно, пойду включу все свое обаяние.

Не знаю, что наплел Ромочка, но когда я спустилась, тетя Люба уже в относительно нормальном расположении духа пила на кухне чай. И пусть я уже в одежде, но все равно за лук стыдно.

– Какие-то вы сегодня не такие, – присматриваясь к нам со своей тюремной подозрительностью или проницательностью, черт разберет, заметила тетя Люба.

– Это какие? – невинно спросил Ромочка.

– Загадочные, что ли, – протянула хозяйка, еще больше заставив мои уши гореть. – Эх, ладно, – поднялась она. – Спасибо, Ромка, за чай, но надо идти на огород.

– Я вам помогу, – терзаемая чувством вины, предложила я.

Ромочка только хмыкнул. Вот и зачем надо было меня ночью тащить на соседний участок и заставлять спать на сеновале? Вряд ли бы те, кто приходил, меня бы убили. Боже, ну и мысли с этими криминальными личностями в голову лезут. Тем более старались они вести себя тихо, да и вообще они по Ромочкину душу.

Интересно, это привет от любящего папы? Может, он каким-то образом узнал, что такой же любящий сын заходил в гости в отсутствие хозяина и прихватил какой-то сувенир на память?

Ответы Ромочка мне выдает с дозировкой, которая любопытство не удовлетворяет, а еще больше разжигает.

Но стоило мне оказаться на огороде, как я нашла лекарство от разрывающих голову вопросов. И это я думала, что у меня в приемнике работа тяжелая? Черта с два! Огород – вот это каторга. Я думала только о своих несчастных мышцах и невыносимой жаре, от которой я едва не заваливалась в обморок.

Рядом с огородом не стояла ни моя работа, ни даже самый бурный секс с тренажерами или с кем-то потеплее. Вот же… Тут еле ноги уже переставляю, а думаю черт пойми о чем.

И откуда у тети Любы столько сил? Пока я прошла одну грядку, хозяйка уже закончила вторую и присела на колодку с самокруткой.

– Иди лучше, Вика, на пляж.

– Нет… я… это… еще помогу.

– Иди, а то потом тебя из межи поднимать да тащить на своем старом горбу в дом.

Ага, мне бы сейчас хоть самостоятельно до лавочки под яблоней дойти, какое там море, какой пляж. А двор кажется таким далеким, когда едва передвигаешь ноги. Но до лавочки я все-таки добралась, в блаженстве вытянула ноги и прикрыла глаза.

Тут-то я и услышала, как лязгнула железная калитка. Может, Ромочка куда-то ходил? Хотя вряд ли, если он утверждал, что за домом следят.

Нет, я точно в какой-то бредовой параллельной реальности.

Не успела я подумать снова о своих курортных приключениях, как услышала рядом приятный баритон:

– Добрый день.

Открыв глаза, я проморгалась и увидела перед собой мужчину. Возраст его было определить трудно. На загорелом лице морщины, легкая проседь в светлых волосах, но фигура спортивная, а глаза совсем мальчишеские.

– Добрый, – ответила я. – Вы к тете Любе?

– А вы постоялица у нее? – ушел он от ответа, и я даже нахмурилась.

Кого-то мне это напоминает. Мужчина улыбнулся, а я вжалась в забор за спиной. Вот это полный… Теперь сходство налицо: глаза, улыбка, ямочки на щеках.

Добавить Ромочке годиков в каком-нибудь умном приложении – вылитый гость.

– Ага, – кивнула я, уже понимая, что передо мной тот самый чудо-папа.

– Тимур Оскарович, – протянул он мне руку, еще шире улыбнувшись.

Вот копия, теперь однозначно. А имечко-то какое вычурное! Странно, что Ромочку не зовут, например, Тигран, Всеволод или Феликс.

Ой, тут же рука протянутая.

– Виктория, – приняла я рукопожатие.

– Победа, – подмигнул мне. – Прекрасное имя.

– Мне тоже нравится, – кивнула в ответ растерянно.

– И давно вы здесь?

Этот… как его, черт подери? Я уже от шока забыла сложное имя. О, Тимур Оскарович! Он присел рядом со мной, а я даже перестала дышать. Еще один криминальный тип рядом со мной. Им здесь медом намазано, что ли?

– Н-нет, – выдавила наконец-то из себя.

– И почему именно сюда?

Что? О чем он?

Я только хлопала глазами, машинально подмечая сходство с Ромочкой, но не понимала, какого ответа от меня ждет отец последних десятилетий.

И где сам виновник моего нового знакомства? Почему я за него тут отдуваюсь?

– Виктория, если бы мы где-то встречались, то я бы подумал, что испугал вас чем-то.

– А? – не поняла я, глядя на такую искреннюю улыбку. – Нет, я лучше позову хозяйку.

– Не стоит, – положил мне на ногу ладонь Тимур Оскарович, останавливая. – Я никуда не тороплюсь. А вы здесь одна снимаете?

Такой вроде бы непринужденный разговор, но отдает игрой в доброго полицейского на допросе. Где тогда злой? Ой, мне и от этого не по себе, со вторым не хочу даже встречаться.

– Я здесь недавно.

Тимур Оскарович только усмехнулся – ни на грамм не поверил. Не умею я уклоняться от ответов, в отличие от этой семейки. Все-таки генетика сильная штука…

– Понятно, Виктория. Сына моего покрываете? И чем он вас очаровал?

Да он меня бесит!

Правда, вслух я этого не сказала. Но чудо-папа оказался прав: Ромочку я все-таки покрываю.