Глава 10

В понедельник в колледже с самого утра организовывают линейку. Награждают победителей и призёров различных конкурсов. Их весной уйма проходит. Конечно, мою подружку Яну особо выделяют, всё же первое место у девчонки. Я очень рада за неё, но в то же время немного грустно: девушку грозят отчислить из-за каких-то глупых слухов, которые распустила её бывшая подруга. А причиной послужил всё тот же парень, Стас Гронский, который, кстати, оказался не таким уж безнадёжным. Пока Яна была на конкурсе, мне довелось с ним немного пообщаться. Так вот он очень старается ради Яны, даже в деканат ходил просить, чтобы девушку не отчисляли. Оказывается, иногда люди могут меняться в лучшую сторону. На перемене Лопухова ни с того ни с сего про Даниила спрашивает. Девушка явно ничего плохого не имеет в виду, просто из праздного любопытства интересуется. Но у меня настроение портится моментально. – Да, у нас один «Samovar» в городе, – бурчу недовольно. Понимаю, что окружающие ни в чём не виноваты, но губы сами собой надуваются. – Какой неприятный тип гражданской наружности, – произносит Яна, и я окончательно расстраиваюсь. Особого желания вспоминать про павлина не испытываю, тем более, вне стен ресторана. А мысли всё равно лезут: обидно до жути, как вспомню его издевательства. Один день улыбается ни с того, ни с сего, а на другой опять принимает привычный образ тирана. Может, у бедолаги раздвоение личности? Буквально вчера мне пришлось в выходной подменять Веру Павловну. Астров как будто даже обрадовался. – Катя, вот список покупок и деньги, – он положил на стол лист бумаги, исписанный мелким почерком и банковскую карту, – иди в ближайший супермаркет и купи всё необходимое, – бросил на меня свой фирменный холодный взгляд. Вот и думай то ли радоваться оказанному доверию, то ли ожидать подвоха. – А разве вы не сами предпочитаете заниматься закупками? – спросила осторожно. Мужчина устремил вверх выразительный взгляд, словно призывая на помощь. – Ты опять споришь? – по надутым губам и насупленным бровями стало ясно: пора бежать. Желательно вообще подальше от ресторана. И больше сюда не возвращаться. Но учитывая, что я пока ещё здесь работаю, лучше просто выполнить поручение. Список оказался не таким уж большим, и уже через час я вернулась. По сути, в заказе были какие-то незначительные мелочи, которые в состоянии купить даже ребёнок. Я выложила продукты перед шефом, и началось. – Ты что принесла? – скривился в привычной для него манере. Честно, меня это уже не особо трогает – привыкла. Выдохнула, показала молча список, выслушала критику, ушла в магазин снова. Вернулась ещё через час. – Катя, ты издеваешься? – он опять стал придираться. – Мне нужна крупная соль. – А это какая? – произнесла устало, проводя пальцами по этикетке. – Точно не то, что нужно! – опять отрезал шеф. Поняв, к чему он клонит, молча вышла за дверь. Задумалась: может стоит рассказать ему, что собираюсь увольняться? И тогда Даниил успокоится и перестанет меня донимать? Но потом прогнала от себя эту мысль. Уйду, как только найду работу, но шефу об этом не скажу. Хватит того, что управляющая в курсе. Ведь если признаюсь, это будет означать поражение. И кто знает, может тогда он ещё больше начнёт ликовать и троллить меня? Спустя ещё полтора часа, я снова переступила порог ресторана. Время уже близилось к закрытию. Всё также молча поставила пакет с продуктами перед Астровым. Пускай сам разбирает покупки, а у меня уже нет сил. Мужчина скептически заглянул внутрь, не вынимая ничего, и отодвинул в сторону. Неужели совесть проснулась? – Можешь идти домой, – кинул, словно одолжение сделал. Медленно поплелась в подсобку, потому что передвигаться в обычном темпе сил не осталось, а когда вышла, шефа уже не было. Обрадовалась. Говорить «до свидания» или чего хуже пожелать спокойной ночи не пришлось. С большей радостью я бы пожелала ему пойти прилечь. Желательно на рельсы. Кажется, я слишком долго смотрю в одну точку, вспоминая события вчерашнего дня. Трясу головой, прогоняя наваждение. Яне спасибо, не лезет в душу с попытками выяснить причины моего странного поведения. Договариваемся пойти в кафе, но на остановке нас ждёт сюрприз. Гронский. Хотя как сказать: это для Лопуховой сюрприз. Я-то заранее знала, что Стас здесь будет. В автобус специально первой заскакиваю, занимаю место рядом с пожилым мужчиной. Пусть Стас с Яной рядом сядет, может немного смогут поговорить. Не знаю как, но парень умудряется с нами в кафешку напроситься. Пьём втроём кофе без скандалов и церемоний. Почти. Поздно понимаю, что опаздываю на работу. Вскакиваю, чтобы убежать, но Гронский меня останавливает. – Миронова, ты чё подорвалась? Всё нормально, я тебя докину до работы! – заявляет в свойственной только ему нахальной манере. На Яну смотрю, словно ожидая от неё совета, как поступить. Девушка меня удивляет. – Правда, Кать, так лучше будет. С другой стороны они оба правы. Других вариантов успеть, у меня просто нет. А выслушивать нотации шефа по поводу опоздания удовольствие не самое приятное. Шустренько запрыгиваю в чёрный спорткар и с ветерком отправляюсь на работу. Полчаса и я на месте. Даже двадцать минут в запасе есть. Стас паркуется поближе к входу, но снимать блокировку с дверей не спешит. – Знаешь, Кать, хотел тебя поблагодарить, – говорит надрывно. Чувствую, что слова даются ему нелегко. Наглая натура парня не привыкла выражать благодарность. – Да ладно, за что? – удивляюсь искренне. Это я должна говорить «спасибо» за то, что подвёз. – Ты очень здорово помогаешь мне с Яной, не знаю, чтобы я делал, если… – Стас, всё нормально, не благодари, – смущённо улыбаюсь. Парень в очередной раз удивляет. Выпрыгивает из машины и распахивает передо мной дверь. Оказывается, приятно, когда к тебе относятся, как к леди. А не шпыняют то и дело, загоняя самооценку под плинтус. Машу отъезжающему Гронскому. Разворачиваюсь, намереваясь направиться к входу. Замираю. Прямо напротив того места, где только что стоял чёрный спорткар, припаркован «Ауди» шефа. А его владелец стоит, облокотившись о капот, и с интересом меня разглядывает. Его вид невольно привлекает внимание. Вместо белого кителя, к которому я привыкла, мужчина одет в облегающие чёрные джинсы и тёмно-зелёный джемпер. Одежда самым выгодным образом подчёркивает спортивную фигуру, и я не замечаю, что откровенно пялюсь на этот эталон мужской красоты. – З-здрасьте, – здороваюсь нескладно, теряясь от изучающего взгляда. Зато Астров ни сколечко не теряется, отталкивается от машины и пружинистой походкой направляется в мою сторону. – Ну, здравствуй, Катя, – произносит с утрированным презрением. И как это у него получается с каждым разом всё больше демонстрировать свою ненависть? – Хорошая машина у твоего парня. О чём он вообще? И почему Стаса моим парнем называет? А я и объяснить толком ничего не могу, язык, словно онемел. – Знаешь, сомневаюсь, что ты надолго задержишься в ресторане. – В смысле? – не сразу понимаю, о чём он. – Думаю, с таким потенциалом найдёшь себе более подходящее занятие, – ухмыляется шеф, но в его глазах мелькает сожаление. – Это парень моей подруги. Бывший… – виновато опускаю глаза. Просто чтобы не видеть ледяной взгляд. И зачем я оправдываюсь? – А подруга теперь тоже бывшая? – спрашивает с сарказмом. Ещё раз сканирует взглядом с ног до головы, отворачивается и идёт в ресторан, не говоря ни слова. А я продолжаю стоять на парковке, кожей ощущая невидимую грязь, которую на меня только что вылили. Обида комом встаёт в горле, грозя вырваться наружу. Но нет, я не буду реветь, не дождётся никто моих слёз. Хватит.