Глава 28

Тёрн

Когда мчался за Ромашкой по пустынной трассе, сначала мечтал её отшлепать за проделки. Ну вот нормальная? По холодной апрельской ночи помчалась голая, босиком через парк! Злился — вдруг заболеет? Потом, немного успокоившись, снял с неё часть вины и обругал себя. Надо было сдержаться и сначала с ней поговорить, а не тащить трахаться не разбирая дороги, как лось в период гона. Но, немного подумав, нашёл себе оправдание — это было выше моих сил, бороться с желанием показать Стасе кто именно её мужчина. Заявить права. Видимо, что-то первобытное, не поддающееся контролю затмило разум, как только я увидел её в «Дикаре» в компании других самцов. Ничего удивительного, что меня накрыло. Не удержался — теперь расхлебывал.

Проводить розыскные работы в комнатах персонала я не стал. Сразу рванул к ней домой. Тут и Шерлоком быть не нужно, чтобы понять — Ромашка побежит туда, а потом попытается спрятаться на Марсе. Хорошо, что сумку не разбирал, подхватил её, закинул ключи администратору и рванул в город.

Приехал к ее дому, готовясь ждать у подъезда столько, сколько потребуется, но заметил в окнах свет и очень удивился: неужели умудрилась добраться быстрее меня? Всё может быть… Такси у «Дикаря» стоят постоянно, проблемы уехать нет. Надо же какая шустрая, а потом вспомнил про её сожителя — это наверняка он дома. Тут же решил подняться, чтобы поболтать с барменом на предмет выяснения обстоятельств, благодаря которым Ромашка оказалась в «Дикаре», и каково же было моё удивление, когда этот кусок пьяного дерьма с порога начал ныть и твердить про свою невиновность и безответную любовь к Лизке. Я даже растерялся на миг: надо же быть такой тварью!

— Я не понял, так это ты туда Стасю отправил? — взял его за грудки, и парняга, чуть не наделав в штаны, принялся каяться с удвоенной силой.

— Пойми, Лизе так было надо, — заплетающимся языком канючил он, доказывая свои благородные мотивы, — ей очень надо выйти за тебя, а то её выдадут за старика иностранца, она уедет, и мы не сможем видеться, а я её люблю…

— Ты идиот? — ушам не верил, что он мне сейчас признавался, что планировал вместе со звездой сначала провернуть свой план с её замужеством, а потом наставлять мне рога, — готов делить свою женщину с любым, лишь бы она была в шаговой доступности?

Спросил от растерянности, совсем не потому, что меня интересовали его извращённые желания. В принципе, я уже и так узнал достаточно, чтобы увидеть картину целиком, и совсем не расстроился, когда ответить он мне не успел — в квартиру вошла Стася.

Она поначалу злилась, пыталась быть грозной, но потом как-то вся сникла. Ясное дело, что я-то сам никуда уезжать не собирался, а вот мудилу планировал выкинуть на улицу, но Ромашка есть Ромашка — не дала очистить помещение от грязи. Пожалела, да и хрен с ним. Не стал расстраивать её ещё сильнее и просто утащил в кровать. Она уснула, как только тело приняло горизонтальное положение, а голова коснулась моего плеча — физическое и эмоциональное истощение давало о себе знать, а я хоть и тоже прибывал не в лучшей своей форме, всю ночь проворочался под храп её квартиранта, строя планы на завтрашний день.

По большому счёту, все планы сводились к одному — забрать Ромашку с собой в Москву и сделать самой счастливой на свете, обеспечив безопасность и комфорт, попутно убедив, что это всё, что между нами есть — не шутки, а настоящая любовь. Я в этом уже уверен, надеялся, и она поймёт. Завтра приложу все силы, чтобы доказать это Стаське и заставить её во всём мне доверять.

Утром встал пораньше, растолкал ушлепка, заставил собраться в рекордные сроки, соблюдая тишину, и пнул пинком под зад из квартиры. Он был молчалив и подавлен — жалкое подобие мужика. Звездецкая его пережуёт и выплюнет в ближайшее время, но сам виноват. Закон бумеранга никто не отменял.

— Госпоже своей передай, что попала она конкретно, и игры закончены, — сказал я ему напоследок, закрыл дверь и принялся за воплощение в жизнь планов по нашему с Ромашкой переезду.

Убедить её оказалось делом совсем не сложным. Моя девочка была совсем потерянная, а ещё она меня любила — я это чувствовал, знал. Не мог объяснить, почему был в этом так уверен, но на подсознательном уровне ощущал исходящее от неё тепло, чувствовал, как её душа тянется к моей. Это давало дополнительные силы и уверенность в том, что у нас всё получится.

Первым делом, оставив Стасю собирать вещи, набрал Красаву.

— Здарова, Ден, время есть? — было немного стыдно опять напрягать друга: последнее время я слишком часто к нему обращался, но выхода нет. С другой стороны, он прекрасно знал, что тоже может рассчитывать на мою поддержку, когда она ему понадобится, поэтому задавил в себе ненужные эмоции и продолжил: — Нужна помощь.

— Конечно. В чём? — Ден даже не думал высказывать недовольство. За что ему отдельное спасибо.

— Мне нужна помощь Сухаря, можешь договориться? — Сухарем все звали ректора нашего универа, и у Красавы был на него выход.

Дело в том, что несколько лет назад, когда мы ещё учились в школе, ректор был мужем Деновой матушки. Мой продуманный друг за короткое время пребывания в роли пасынка умудрился добыть на Сухаря компромат и теперь имел на него рычаги давления.

Прибегали мы к ним крайне редко, как-то обходились своими силами, но вот сейчас настал исключительный случай.

— Могу, но расскажи конкретнее, в чем дело?

— Я забираю Стасю с собой, нужны её документы с закрытой сессией или что он может предложить ещё.

— Офигеть, Терн, ещё скажи, что женишься…

— Обязательно, Ден. Скажу один раз. Она моя. Прости, но шуток на эту тему я терпеть не буду.

— Понял…

— Так поможешь?

— Ясен день… и это, Тим, не хотел обидеть. Просто так непривычно слышать от тебя такие вещи, капец, — Ден усмехнулся в трубку.

— Да я понимаю всё, только хочу предупредить: когда-нибудь это случается даже с лучшими из нас. Учти и будь бдителен. Кстати, как у тебя-то прошло знакомство с будущими родственниками?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— При встрече расскажу, — от голоса друга сразу повеяло холодом, и мне мгновенно стало понятно: ничего хорошего он мне не расскажет. — Давай ща наберу Сухарю и скину тебе, где и во сколько пересекаемся.

— Ок, жду.

Сообщение от друга пришло спустя пару минут. Ректор ждал нас через полчаса в своём рабочем кабинете. Просто замечательно, что он трудоголик и даже в субботу утром торчит в универе.

С Сухарем все прошло как по маслу. Дену даже не пришлось напоминать о компромате — не зря мужик занимал должность. Умный. Выслушав мою просьбу, он записал на листочке данные Ромашки, забрал зачётку и велел приходить за документами во вторник после полудня. Шикарно. Теперь осталось договориться с московским боссом, остальное — мелочи. Отправил ему сообщение с извинениями, что беспокою в выходной, и просьбой разрешить звонок по важному делу, а пока ждал ответа, выслушал от Дена рассказ о его попадалове.

— Терн, она настоящий тарантул, чёрная вдова и гюрза в одном флаконе, — очень эмоционально описывал сводную сестру друг.

— Такая страшная?

— О, нет. Она шикарна — это то и пугает. Красивая, хитрая, умная, самоуверенная…

— Прямо как ты? — уточнил между делом.

— Именно! На этот раз мне предстоит настоящая война с достойным соперником — у друга горели глаза, и что-то мне подсказывало, что предстоящее противостояние его очень радовало.

— Я в тебя верю, Ден, но если что — звони, я примчусь на помощь.

— И оторвешься от своей Ромашки? Сомневаюсь, — скептический настрой Дена меня нисколько не удивил, я и вправду сейчас был сам на себя не похож.

— Придумаю что-нибудь, в долгу не останусь…

— Знаю. Ладно, я погнал домой, пока змеища-сестрища с матерью не начали плести друг другу косы, как лучшие подружки-первоклассницы…

Тут прозвучал сигнал поступившего сообщения, где шеф давал дозволение его набрать, и я, попрощавшись с другом, переключился на другой важный разговор.

Кирилл Андреевич не подвёл.

— Да, конечно, Тимур, ты вполне можешь взять эту неделю в счёт отпуска, — после того как выслушал краткую историю наших с Ромашкой трудностей, ответил босс. — Должность, считай, твоя. Меня полностью устроили навыки, что ты продемонстрировал за время стажировки, и я готов тебя оформить, не дожидаясь получения диплома, на полную ставку.

Просто прекрасная новость! Такими темпами мы с Ромашкой через полгода ипотеку возьмём…

— Спасибо. Я не подведу.

— И твоей девушке, если хочешь, могу помочь с переводом — есть связи в паре вузов, мы делали им рекламу.

— Если не справимся сами, обязательно обратимся к вам, — заверил я шефа.

Слишком сильно влезать в зависимость было бы ошибкой, но и отказываться от помощи не стоит.

— Договорились. Встретимся через неделю.

На том и распрощались.

Всё складывалось просто каким-то волшебным образом, даже стало страшно. Наверняка где-то ждёт подвох.

И точно! Как накаркал. Не успел сесть в машину, телефон разразился маршем имперцев из «Звёздных войн» — отец.

— Тимур, это неприемлемо, — заявил он, не дожидаясь моего «слушаю». — Я всё понимаю, тоже молодым был, но уйти с проститу…

— Так, достаточно. Стася — моя будущая жена, и не смей говорить о ней неуважительно — процедил я, прервав его фальшиво-возмущённую тираду.

— Что? Ты в своём уме? Да ты знаешь, кто она такая? Я всё выяснил…

— Знаю и мне плевать, — даже слушать не хотел, что именно он «выяснил».

— И после этого ты с ней? Да ты просто сумасшедший, мне придётся ограничить твои расходы!

О, этого я как раз и ждал.

— Плевать.

Я кинул трубку и внёс его номер в чёрный список, а через несколько минут мне поступили сообщения о блокировке карт. Да и хрен с ним. К этому я давно готовился.

Совершенно спокойно сел в машину, позвонил знакомому риелтору, договорился о встрече в Стасиной квартире, купил нам билеты на среду и поехал на Морскую, радовать Ромашку.

Квартира встретила меня погромом — молодец, Стася, времени зря не теряла.

— Тим, я собрала пока самое необходимое и на выброс. Что ещё с собой брать? Понятия не имею. — Стало приятно, что она обращается ко мне за советом, а не пытается всё решить сама. Так постепенно, маленькими шажками и придём к полному пониманию…

— Сейчас приедет риелтор и скажет нам, в каком виде ему нужна квартира для выгодной сдачи в аренду.

Я подхватил Ромашку на руки и сел вместе с ней на диван, перешагнув через коробку с каким-то хламом. Зарылся носом в волосы и жизнь вообще стала прекрасной.

— Аренды? — Стаська растерялась и задумалась, видимо, решая: обрадоваться или закатить мне скандал за самоуправство.

— Ну смотри, в обозримом будущем ты здесь жить не будешь, — принялся я приводить аргументы в свою пользу, — зато тебе на карту станет поступать гарантированная ежемесячная сумма за аренду. Своя, собственная! — Она уставилась на меня, не моргая. — Ну ты чего, Стась? Разве плохо?

— Хорошо. Наверное. Но мне сейчас опять стало страшно, Тим. Поняла насколько всё серьёзно…

— А чего бояться-то? Всё складывается как нельзя лучше: во вторник заберём твои документы из универа — я договорился, а в среду стартанем в новую жизнь.

— Это-то и пугает… Всё так стремительно развивается…

— Так и надо. Чего время терять? Мы ж не знаем, что будет завтра. Вот полечу я один в Москву, а самолёт упа…

Она закрыла мне рот ладошкой и ещё стукнула по груди:

— Даже не смей такое говорить! Ты прав, лучше полетим вдвоём.

Уф, это ведь почти признание! Накрыл её губы своими, закрепляя эффект глубоким поцелуем, и мгновенно возбудился. Трахнуть бы её сейчас, облизать, зацеловать всю, но звонок в дверь разрушил мои мечты, возвращая в реальность. Пришлось отложить до ночи.

Риелтор оглядела квартиру и заявила, что такую убогую халупу лучше сдавать вообще пустой. Глянул на растерянную Ромашку и понял — она пока не готова вот прямо к таким кардинальным переменам. Видимо, оставляет пути отступления, но я не отчаивался, я её понимал. Столько всего навалилось на мою хрупкую девочку, ей надо привыкнуть и научиться доверять мне безоговорочно.



После жарких споров с присланным из канторы специалистом пришли к консенсусу: мебель остаётся, а вещи — долой. Завтра весь день будут приходить арендаторы, поэтому квартиру нужно освободить к утру — этим, засучив рукава, мы со Стаськой и занялись: болтая, перешучиваясь и в перерывах целуясь.