Глава 48

Артур

Я не собирался этого говорить.

Клянусь!

Вообще не было планов вот так спонтанно, на кухне, под шкворчание подгорающей яичницы и бурчание брыкающейся козы делать предложение.

Эти слова вырвались из меня сами. Потому что я об этом думал. Целый день и полночи.

Коза должна быть моей. Женой.

А как иначе?

Вообще никаких других вариантов быть не может.

Конечно, вот так выпаливать предложение было глупо, преждевременно и вообще безумно. Но я чувствую себя именно безумцем!

Коза свела меня с ума.

А теперь добивает. Она смеется надо мной!

— Смешно, — улыбается она. — Лучшая из твоих шуток.

От растерянности я ослабляю хватку, она вырывается, поднимает зайца и обнимает его так, что я умираю от зависти.

— Это не шутка, — совершенно серьезно произношу я.

Пытаясь выражением лица и интонацией голоса соответствовать моменту.

Блин. Рано я открыл карты.

Очень рано.

Но, раз уж так получилось, надо продолжить достойно. На правильном уровне.

Правда, Ева все переводит на другой уровень.

— Да-да, я знаю, — выдает она. — Ты всегда шутишь с серьезным лицом.

Знает она… Ничего ты не знаешь, дорогая моя козочка!

— У тебя там реально пожар, — говорит она.

Да, пожар. И в сердце, и на плите.

Я выключаю газ, смотрю на угли, оставшиеся от яичницы, меняю режим вытяжки на максимум и открываю окно, чтобы проветрить провонявшую гарью кухню.

— Ева… Я, действительно, не шучу.

— Репетируешь?

— Что?

— Собираешься сделать предложение индюшке номер два и тренируешься на мне?

Да что за бред она несет? Какое предложение индюшке?

— Мы с Ритой расстались, — быстро произношу я.

Я хочу ей все объяснить. Как можно скорее.

Но она меня не слушает. Говорит с насмешкой и какой-то горечью.

— Что, вторая уже надоела? На подходе индюшка номер три?

— Да я не…

— Уже присмотрел? Или сестры тебе нашли?

— Ева! — рычу я.

Она меня совершенно не слушает! Талдычит свое. Несет какую-то откровенную дичь.

— Хотя я, наверное, неправильно их нумерую. Они же и раньше были, до моего приезда. Так под каким номером будет следующая индюшка? Сорок восемь? Семьдесят три?

— Да не будет больше никаких индюшек! — раздраженно восклицаю я.

— Ой, время! — Ева смотрит на часы. — Мне надо бежать. Еще раз спасибо за Степу.

И целует зайца.

А меня игнорит.

В дверях оборачивается и произносит:

— Нет, то было реально смешно! "Что тебе нужно?" “Выходи за меня!” Классная шутка. Можешь в стендапе с ней выступать.

Что за нафиг?!

Я впервые в жизни сделал девушке предложение, а она меня не слышит, не понимает, и вообще смеется надо мной.

И пусть это было сделано не вовремя и не должным образом… Но не ржать же теперь!

Я снова чувствую себя жалким задротом. Как в юности. Когда я признался в любви первой красавице, а она подняла меня на смех.

Да, я все тот же задрот. Я все так же влюбляюсь в неподходящих девушек и все так же туп и косноязычен, когда дело доходит до чувств и признаний.

Ева убежала. Со мной осталась подгоревшая яичница. Угли на сковородке и обугленное насмешками любимой сердце…

У меня в голове мысли сопливого романтика!

Артур, блин, Леонидович! Может, ты еще сядешь на подоконник и будешь плакать под грустную мелодию, глядя на дождь?

Погода как раз подходящая. С утра моросит, хотя вчера весь день светило яркое солнце.

Черт, коза же промокнет!

Надо довезти ее до университета.

Я ломанулся к пограничной двери.

Влетел в квартиру Евы, как раз когда она собралась выходить. Стояла перед дверью в джинсах, кроссовках и куртке. И с сумочкой на плече.

Обернулась, посмотрела на меня удивленно.

— Чего тебе?

— Подожди, я тебя подвезу.

— Не надо.

Она открыла входную дверь. Я в два прыжка оказался рядом и закрыл ее.

— Да что сегодня с тобой такое? — воскликнула Ева. — Ведешь себя, как чокнутый.

— Я просто хочу тебя подвезти, — я старался говорить спокойно.

Одной рукой я вцепился в ручку двери, вторую сунул в карман. Чтобы удержаться от искушения схватить Еву в объятия.

Я ее только напугаю…

— Не надо меня подвозить. Отойди.

— Там дождь, ты промокнешь. Я тебя мигом домчу.

— Ты вообще меня слышишь? — раздраженно произнесла Ева. — Я говорю: не надо!

Она нетерпеливо спихнула мою руку с ручки двери.

И я дал ей это сделать.

Я бы легко мог схватить ее в охапку. Не дать ей выйти, вообще никуда не пустить… Но это ее напугает.

Она и так смотрит на меня, как на буйно помешанного! Козу надо приручать постепенно. Менять ее мнение обо мне. Она привыкла, что я держу дистанцаю. Я два месяца внушал ей мысль, что между нами ничего не может быть.

Внушил на свою голову…

Я отступил. Решил быстро одеться и нагнать Еву на улице. Настоять, чтобы она села в машину.

Но Ева выдала на прощанье:

— Меня Никита подвезет.

Блин!