Глава 12
Роман.
В жизни каждого человека хотя бы раз бывает срыв, когда нервы в хлам и мозг в отключке. Вот и в моей случился!
Алиса. Это имя напишут на моей гробовой доске как человека туда меня и загнавшего. Нет, внешне всё было хорошо. Я спокойно работал, продолжал заседание с главами отделов, когда приходили очередные отчёты охраны, сообщающие о пропаже девушки.
Просто внутри меня что-то оторвалось, провалившись в низ живота, и организм перестал работать. Завершив встречу, я набрал номер матери девушки, но и та не знала о реальных планах дочери. К моменту, когда оказался в клубе Волконской, стресс последних дней, приправленный паникой и страхом, расцвёл в полной мере. Последним камушком случившегося камнепада стало счастливое лицо девушки, когда как я в это время готовился к худшему.
Как только вышел на улицу из здания клуба, понял, что я придурок! Возвращаться не было смысла. Если бы силой мысли можно было бы убивать, Алиска бы не растерялась, и я бы уже корчился в предсмертных судорогах.
Сев в машину, попросил Владимира о том, чтобы покатал меня по городу. Я не мог работать, поехать домой и расслабиться я тоже не мог. Пальцы мелко дрожали, так что, пока наливал порцию коньяка, бутылка извлекала из стакана жалобные и нестройные звуки.
Будь у меня машина времени, я бы переписал историю заново. В миг, когда Волконская появляется в клубе, я радостно хватаю ее на руки, радуясь, что она живая, здоровая и счастливая. Уже потом попрошу больше так не делать, если она не хочет первой седины в моих волосах в тридцать с хвостиком.
Вот только этой чудо-машины у меня не было, а кучка дерьма получилась приличная. Вторая порция алкоголя вошла в меня также легко и безрезультатно. Я не знал, что делать!
Мозг буксовал, постоянно возвращаясь к нашим взаимным упрекам, так что придумать нечто гениальное у меня не получалось от слова совсем.
Звук мобильника вырвал меня из размышлений. Раздражённый отрывом от процесса громко рявкнул свое «алло».
- Роман, у меня к вам есть разговор, - холодный голос Веры Павловны подействовал на мой воспалённый мозг не хуже ведра ледяной воды. - Как остынете, свяжитесь со мной.
- Я в порядке и внимательно слушаю вас, - уже спокойнее ответил женщине.
Такие, как госпожа Волконская, просто так не будут беспокоить.
- Ну, хорошо! У Алисы проблемы!
- А что, бывает иначе?! - вот теперь меня потянуло на сарказм.
- Я без вас знаю, что моя дочь несовершенна, но и ваше поведение сегодня не делает ни чести вам, ни похвалы воспитанию вашей матери.
Виноват. Оправдания имелись, только теперь они не имели значения.
- У вас потрясающая дочь, но у меня проблемы с восприятием действительности.
Довольный хмык я расслышал на расстоянии телефонной связи.
- Вы в курсе, что ей шлют угрозы?!
- Угрозы?
- Да, такие белые конвертики, без адреса, с доставкой курьером и лично в руки. Пока я ожидала возвращения блудной дочери, мальчуган принёс как раз такой. Каюсь, моё любопытство пересилило, и я прочитала записку при том факте, что запечатать послание отправляющие не потрудились.
Мне бы сейчас удивиться, только это был мой Лисёнок, у которого всегда и всё на грани.
- Не в курсе! Но разберусь, кто, зачем и как это прекратить! А что именно было написано?
- Что у неё осталось пять дней, а потом они исполнят ранее обещанное. Из этого я сделала вывод, что это не первый конверт. Дочери я говорить сейчас ничего не стала, но встаёт вопрос, когда мне звонить мужу?
- Пока никуда не стоит звонить. Я рискну сам разобраться. У меня уже есть предположения, откуда дует этот ветер перемен.
- Хорошо. Я подожду. Нам не наплевать на судьбу дочери, даже если со стороны могло показаться иное.
Намёк был таким толстым, что проигнорировать его было бы глупо.
- Я так и не думал. Мне тоже не наплевать, так что я планирую ликвидировать все наши проблемы в ближайшее время.
- Не буду скрывать, что я рада вашему решению, Роман, - и пауза, которую я нутром чувствовал, что прерывать нельзя.
Или мне сейчас окажут помощь и благословение, либо оставят барахтаться в этой бездне непонимания.
- Мы с мужем давно поняли, что Алису нельзя ограничивать. Только в разумных пределах. Вы поступили правильно, пытаясь её защитить, но действовать через голову- это худшее решение. С ней можно договориться, так что проще потратить время на уговоры или добиться своего хитростью. Действовать нахрапом бессмысленно, это может сработать, но лишь иногда. Моя дочь взрослый ребенок, и её поведение соответствующее. Я не пытаюсь оправдать сегодняшний нелепый концерт Алисы, лишь пытаюсь пояснить. Сейчас же ей надо остыть, а вам надо решить, стоит ли идти дальше, если «да», то как именно.
- Большое спасибо за совет! Я учту и постараюсь не повторять своих ошибок.
- Удачи. До свидания, Роман. Если что, я на связи.
- До свидания, Вера Павловна.
Разговор закончился ещё минут пять назад, а я всё никак не могу собраться с мыслями. Усмешливое «Удачи» Волконской до сих пор звучало в ушах. Если даже мать девушки сомневается в успехе моего сопротивления, то шансы явно более чем скромны.
Пасовать перед трудностями меня отучили ещё в детстве.
Для начала надо разобраться с угрозами в адрес Алисы, а там уже будем думать дальше.
Я примерно представлял, кому именно мешает новое увлечение Волконской. Проблем в том, что там завязан один из политиков. Действовать надо тихо и подпольно. Специалиста, сделать всё именно так и заинтересованного в участии, я знал только одного.
Вдохнул поглубже и набрал номер. Ответили быстро.
- Роман Николаевич, не ждал от вас звонка так скоро.
- Артем, давай без сарказма. Возможно, я начал наше знакомство с ней той ноты, но думаю, мы с тобой можем нормально общаться?!
- Вполне. Чем помочь? Думаю, звонок не с целью поболтать.
- Верно. Я сейчас узнал, что Алисе регулярно приходят угрозы. Кто и зачем я немного представляю, но сам марать руки не смогу. Если подробности всплывут в прессе, зарубежные спонсоры похоронят меня. Я, конечно, могу рискнуть, и если дело до этого дойдет, то без раздумий залезу в это дерьмо по самые локти.
- Мне нравится твой настрой. Я в деле. Алиска моя подруга, так что остаться в стороне я по- любому не смогу. Только надо без лишних людей.
- Прекрасно. И предлагаю всё-таки сегодня встретиться вечерком. Можно в баре, пропустить парочку кружек пива.
- Алиса, я так понимаю, не в курсе твоего участия в ее жизни?
- Нет. Если что, тебе придется всё взять на себя. Мы с ней ... уже разошлись во мнениях, так что ещё один выпад с моей стороны она воспримет как прямую угрозу её свободе.
- Даже так! Чем угрожала?
Я даже немного улыбнулся. Голос мужчины на том конце провода был спокойным и насмешливым. Он точно знал о любви его подружки к буйству.
- Лесополосой с переломанными конечностями.
- Неплохо. Сильно ты ж ее достал. Неужели оставил без сладкого и на ночь в комнате закрыл на замок.
- Против ее воли подцепил телохранителей, а потом жизни учил.
Усмешка Демидова сегодня уже не раздражала. Разговор с ним, как ни странно, успокаивал. Он давно знал мою бабочку, так что получить ещё одну консультацию я был не против.
- Савельев, хочу сказать, что у тебя стальные яйца! Ты у меня сегодня будешь героям дня. Охрана-то хоть ходит.
- Один хромает, а у второго яйца как раз подкачали.
Артём заржал, но через смех пытался продолжить разговор.
- Мало ты охраны выделил. Надо было хотя бы троих.
- Она была с Сафроновой. Я рассчитал, что на каждую по одному будет достаточно.
- Ох, мать моя родная! С Селькой?! Да там роту надо тогда было отправлять. Вдвоём эти егозы действующий вулкан камнями способны закидать.
- Я уже понял, - сокрушенно выдохнул в ответ.
- Ладно, предлагаю после восьми созвониться и договориться о месте встречи.
Согласился с Артёмом и попрощался до вечера.
Ехать домой не было смысла. Там не было моей Алиски, так что попросил Владимира отвезти в офис.
Я даже не понял, когда эта капризная бабочка стала центром моей жизни. Я чувствовал, как медленно, но верно, начиная с нашей первой встречи, девушка приближается к эпицентру. Если поначалу я сопротивлялся, то в последнее время только убирал препятствия на её пути. До сегодняшнего дня. Наша ссора - свалка моего страха с ревностью и ее вспыльчивости - стала камнем преткновения, который я тоже хотел убрать как можно скорее.
Главное - это успокоить нервы и бурлящие чувства. Я раньше не любил, так что это чувство размазало меня по стенке с одного удара. Сейчас я стекал по той самой пресловутой стене, собираясь на полу уже в нового человека. Новый Роман сменил свой главный приоритет! Святой Грааль моего существования походу найден, так что пути назад нет.
Встреча с Демидовым прошла успешно в плане более близкого знакомства и крайне продуктивно в отношении решения проблемы с угрозами Алисе.
Артём поддержал моё решение о том, чтобы остаться в стороне. Я человек спортивный, но бить морды и ломать ноги никогда не пробовал. В моей практике любимым способом борьбы был вынос мозга, а уже потом перелом основания психики оппонента.
Мы выяснили, какой политик покрывает клуб и задницу его владельца, что узрел в лице Волконской соперницу. Демидов с политиками сильной дружбы не водил, да и светиться ему там тоже было невыгодно. Друг Бабочки работал с криминальными личностями, среди которых были и некоторые политики. Мне же стало пофиг, чем он занимается! Если он хотел мне помочь, был другом моей женщины, то автоматически переходил в круг людей, которых я не предам и не подведу.
С важным членом пообещал разобраться сам. Тут я был специалист, так что мои навыки и связи послужат на благо спасения Алисы.
Тянуть не стали. Артём предлагал отложить на пару дней, пока с меня ещё не сняли все подозрения в участии контрабанды бриллиантов, но плевать я на них хотел. Кто знает, что на уме у владельца паршивого клуба, а вдруг он решит начать пораньше.
Завтра ближе к вечеру моя фирма участвует в брифинге насчёт защиты окружающей среды, так что вместо Аксёнова полечу сам. Там будет тот самый любитель отмыть деньги через клубы и полакомиться доходами от распространения наркотиков. Прижать его и раздавить мозг до молчаливого согласия со всеми моими «пожеланиями» было моей основной задачей. Демидов в это время прижмёт и раздавит мозг до громких криков и крови владельца клуба вместе с сопровождающей того группой поддержки. Мы будем действовать слаженно, но при этом находясь в разных странах.
Для себя я решил, если этого не хватит, то к чертовой матери сам лично откручу голову каждому, кто рискнет снова пойти против Волконской.
Как я и предполагал, важный член нашей пьесы сломался на пятой минуте под напором моих убеждений. Громко же стонать и молиться ему помешали окружающие нас другие участники брифинга. Всё многообразие презренных эмоций этого жалкого прихвостня плескалось во взгляде беспомощных глаз на бледном лице. Про письма к Волконской он толком ничего не знал, его подельник обещал разобраться с возникшей проблемой самостоятельно. Этого скромного гения экспресс - обогащения не интересовал способ, главное - это результат, а зря!
Я хорошенько предупредил политикана, чем обернется его непослушание и неожиданное желание погеройствовать. Вариант лесополосы с переломом частей тела ему тоже не понравился!
С Демидовым договорились по необходимости лишний раз не связываться, чтобы было меньше шансов свести нас в один букет. Молчание со стороны Артёма означало по условной договоренности успешность вылазки. Так что по возвращении в наш город сразу из аэропорта поехал в противоположную сторону от клуба Алисы.
На сегодня у меня была назначена ещё одна очень важная встреча, от которой категорически отмахивался и отбрыкивался. В этом случае давить было нельзя, и так прессинг в ответ был ощутимым.
Больницы с детства не люблю, но выбора места встречи мне никто не предоставил. Дальше большого зала приемного отделения мне пройти не позволили, но я честно особо и не рвался.
Девушка вышла спустя минут тридцать. Окинув взглядом суетящихся по залу медработников и больных, она махнула рукой, приглашая следовать за ней.
Через пару длинных коридоров оказались в небольшой, но уютной комнате. Если судить по наличию мягкой мебели и большому телевизору - помещение напоминало место отдыха.
Мы сели напротив друг друга, и я резко выдохнул, когда стальные глаза впились в меня. Точно!
Знаменитые вымораживающие глаза Селины Сафроновой были удавкой на шее её больной на голову матери. Женщина, наверное, поддержи её общество, отказалась бы от дочери.
Необычность цвета глаз давила, но куда больше в этих «страшных» взглядах проявлялось желание их хозяйки. Желание отпугнуть от себя подальше и на подольше. Мне же надо было прямо противоположное - привлечь девушку на свою сторону.
Разглядывание друг друга затянулось, и Селина явно первой не начнет. Хирург лишь выразительно посмотрела на циферблат ручных часов и поправила манжет на коротком рукаве медицинского халата.
- Поверь, Селина, я так же, как и ты, очень ценю время. Моё молчание лишь результат незнания того, с чего именно начать наш разговор.
- Как говориться, надо начать сначала.
- Мне нужна помощь.
- Что-то беспокоит? Приболел?
Хотелось крикнуть о том, что я заболел приступами инфантилизма её подруги, а болят мои душа и сердце.
- Я здоров, но думаю, что ты в курсе нашей ссоры с Алисой?!
- Я в курсе вашего расставания, а не ссоры.
Девушка расслаблено откинулась на спинку кресла, а вот я после таких слов ещё больше напрягся.
- Думаю, Алиса погорячилась в оценке этой размолвки. Я вот точно не планирую с ней расставаться, именно поэтому хочу попросить у тебя помощи.
- Да неужели...
- Вы же с ней давно дружите, и может быть, ты тогда подскажешь, в каком направлении мне двигаться, чтобы помириться?!
- Ага. Я сейчас, значит, подскажу, а через неделю ты снова решишь, что твоя попка самая важная. В итоге все вокруг станут туалетной бумагой, готовой для подтирания, простите, вашего величественного зада.
Да уж! Тут всё сложно! Эти две не зря дружат. Сходство на лицо!
- Селин, она была тоже не права. Ей действительно тогда угрожала опасность, да и сейчас до сих пор угрожает. Я уже учёл свои минусы и постараюсь их не повторять.
Девушка, прищурив глаза, резко наклонилась ко мне ближе. На секунду показалось, что она меня ещё и за грудки схватит.
- А может хрен с ней, с Алиской - то?! Вон сколько баб по нашему городу ходит и только ждут щелчка пальцев, чтобы стать твоей собачкой. От моей подруги одни проблемы, меняться она даже ради всего святого не станет. Скажем, это тот самый ларчик Пандоры, который я тебе не рекомендую открывать.
- Поздно. Я уже открыл, так что ларчик мой со всем его содержимым.
Я выдохнул, нервно проведя рукой по волосам. Наклонился ближе к девушке, опираясь локтями в колени.
- Неважно, поможешь ты мне или нет, я всё равно буду пытаться найти к ней подход. Если у меня это получилось раньше, значит, смогу снова, - пояснил я, а потом непроизвольно перешёл на шёпот. - Пойми, в этом ларчике я нашёл свой Святой Грааль, так что твои угрозы и предложения уже не подействует. Ты мне либо помогаешь и тем самым избавляешь всех нас от лишних страданий, либо я буду как в той фразе «через тернии к звёздам».
Под взглядом расплавленного серебра с голубым сиянием я даже не моргнул, но по спине пробежал холодок. Изумительные и одновременно пугающие глаза.
- Хорошо, я поговорю с Алисой! Вот только ничего не обещаю.
- А совет?! - уже выдыхая напряжение, поинтересовался я.
Сафронова поднялась с кресла. Снова короткий сканирующий взгляд, фиксирующийся на моих губах. Блин, я улыбался. Сам не понял, отчего меня потянуло на проявление бурной радости, но чувствовал, что выгляжу как Иванушка - дурачок.
- Лиса любит широту взглядов и жестов. Нужен поступок по типу «из ряда вон», «нечто» тебе несвойственное, но показывающее о серьезности намерений. Только сразу предупреждаю, что реакция вначале может быть бурной. Лучше ещё раз подумай, а нужен ли тебе весь этот цветущий геморрой с тележкой кактусов в придачу.
- Я люблю кактусы, а геморрой вполне лечится, - со стопроцентной уверенностью в голосе ответил Селине, поднимаясь с кресла. - Спасибо за совет, постараюсь всё исполнить в точности.
- Удачи.
В этот раз пожелание звучало более жизнерадостно.
Девушка, проводив меня к выходу, попрощалась. Я же, задержавшись, непроизвольно проследил за ней, замечая, как это хрупкое и маленькое на вид создание уверенно подошло к мужику, орущему громко и матерно. Пара слов с её стороны и цепкий захват пострадавшей от огня руки, которой несчастный активно размахивал. Больной замер, а Селина, спокойно раздавая указания помощникам, зашагала обратно вглубь здания. Уже почти скрывшись за пунктом охраны, она обернулась и подмигнула мне.
Наверное, это знак, что теперь она мой союзник или хотя бы не станет участвовать в потоплении моего фрегата любви и верности.
Алиса.
Вот почему, когда тебе совершенно не хочется общаться с представителями земной и неземной расы, всё происходит абсолютно противоположно. По крайней мере, первые меня одолели с раннего утра.
В восемь утра счастливый дизайнер радостно проорала в трубку, что поняла, как надо оформить главный зал клуба, чтоб мы обе остались довольны. После моего «я счастлива» девушка приказала выбросить все предыдущие варианты и ждать шедевра, а потом отключилась.
Я спрятала мобильник под подушку, в которую тут же уткнулась лицом, и одеяло натянула поверх головы, хотя в комнате и так было темно. Желая уединения для своей тоски, я ещё с вечера опустила жалюзи и плотно задёрнула все портьеры.
Проваливаюсь в беспокойный сон, где я все бегу и безрезультатно что-то ищу. Когда мне показалось, что я близка к цели, меня будит вибрация и музыка. Не меняя позы, вытащила телефон из - под подушки. Ответила, даже не взглянув на имя звонившего. Пофиг!
- Дорогая, уже скоро полдень, так что хватит валяться в постели. Жизнь не кончена, и через пару дней состоится большое торжество в честь дня города. Мэр очень просил нас присутствовать на его празднике. Планируется потрясающий приём в его резиденции.
- Я счастлива.
Чувство дежавю посетило меня в очередной раз.
- Я тоже.
- Мама, а причем здесь я?! Моя отработка долга завершилась участием в скачках.
- Приглашение прислано на всех членов семьи, и смею напомнить, ты ещё моя дочь.
- О боже, прозвучало как угроза! Но я всё равно никуда не пойду, и вообще я сплю.
С мамой такие отмазки редко срабатывали, но попытаться- то можно!
- Какой сон? У тебя ещё платье не куплено! А надо ещё украшения подобрать. Немедленно вставай, я заеду за тобой через полчаса, и мы отправимся на шопинг.
Как я и думала, не прокатило, а от последнего слова меня аж в дрожь бросило. Мой позавчерашний шопинг закончился более чем плачевно.
- Мама, я ни- ку- да не поеду! - как можно увереннее и почти по слогам ответила я.
В идеале надо бы ещё трубку бросить, но это прямой путь к стопроцентному появлению родительницы на пороге моего дома.
- Я тебя, Алиса, не спрашивала! Собирайся, я выезжаю.
И тишина. Вера Павловна завершила звонок. Бляяя!
Хотелось материться нескончаемым потоком, но у меня всё равно не хватит запаса слов, а повторяться неинтересно.
Отодрала свое тело от кровати и вяло пошлёпала в ванную комнату. Возникло острое желание удавиться от чувства безысходности. Со мной всегда так после взрыва эмоций и потока слёз. В этот раз особую горечь добавляла потеря любимого человека. И, вроде бы, понимаю, что надо переступить через гордость и детские обиды. Вот только выполнить это не получается, и путь к примирению закрыт.
Роман в принципе тоже не торопится возвращаться. Уже пошли вторые сутки, а ни звоночка, ни сообщения. После того, как осталась в клубе одна, ещё долго тихонько ныла у себя в кабинете. В итоге так уревелась, что сил, ехать домой, не было. С утра на глаза попался белый конверт. Настроение было ниже плинтуса, так что едва поборола огромное желание - закрыть клуб на всё засовы и свалить куда подальше ото всех.
Позвонила Артёму и во всём созналась. Он естественно спросил, почему не обратилась к Савельеву, а я и тут созналась в своих прегрешениях. Демидов попросил спать спокойно, одной не гулять и обещал разобраться с моей проблемой. Я, заказав еду на вынос в клуб, честно пыталась работать и даже выполнила пару пунктов из списка задуманного. К вечеру мозг взбунтовался, и мне пришлось отправиться домой.
Всегда думала, что когда расстанусь с любимым человеком, то меня захлестнет волна невероятной боли от потери. Нихрена! Было ощущение, что внутри меня огромная дыра, как кратер для добычи алмазов. Ничего не осталось - ни сил, ни эмоций, только океан вселенской печали, а ещё маленький дятел, что долбил в висок и шептал о моей глупости.
Спрятаться от всех и вся мне показалось замечательной идеей, только мир со мной был не согласен.
К приезду матери была готовой, что даже получила похвалу от родительницы. Мне в принципе было все равно, во что меня одевает мамуля, так что безмолвно мерила любое предложенное платье.
Вечером кое-как открестилась от Веры Павловны и её желания - затащить меня в родительский дом немного погостить. Апатия начала спадать, эмоции оттаивать, и мне захотелось взвыть, словно волку на луну. Решила выть в подушку, но даже до кровати не успела дойти, как раздался звонок в двери.
Застыла посередине комнаты с надеждой, что если не открывать и сидеть тихо, то гость уйдет. День с утра не задался, так что звонок повторился, и к нему прибавилось «попинывание» двери. Ссориться с соседями из-за шума не хотелось, пришлось открыть.
- Боже, Алиса! Тебя там глухота посетила что ли?! Или ватная палочка в ухе застряла, и ты теперь ничего не слышишь?!
Сел инка с явно тяжёлым бумажным пакетом отодвинула меня с прохода и быстро направилась на кухню.
- Вчера звонишь, практически рыдаешь в трубку о своей несчастной судьбе, а сегодня как сквозь землю провалилась, - недовольная нотация подруги раздавалась под звон бокалов и распечатывание пакетов.
- У меня мобильник на беззвучном режиме. Мы с мамой ходили по магазинам.
- Знаешь, думая весь день, всё ли ту тебя в порядке, вдруг поняла, что Савельев был прав в своем желании придушить тебя на месте. Я бы расстреляла.
Пока я доплелась до кухни, девушка уже распечатала бутылку вина и теперь разливала по бокалам.
- Да ладно! Боюсь, будь ты в моей ситуации, поступила бы точно также!
Селина хитро улыбнулась и подмигнула, протягивая мне бокал с напитком.
- Конечно же! Так что давай выпьем за понимание!
Выпили, закусили салатиками и фруктами, которые тоже принесла Сафронова, повторили, и понеслась карусель.
Она не спрашивала, но я говорила. Меня прорвало, так что между очередным бокалом, моими всхлипами и словами поддержки подруги я выложила всю историю от начала до конца со всеми подробностями.
- Дура я, - закончила свой рассказ, устало падая на ковёр.
- Даже спорить не буду, - подколола меня подруга, тоже укладываясь рядом.
Мы смотрели в потолок, как в глянцевой поверхности отражаются фары проезжающих машин и мерцание огней уличной рекламы. После столь длинного монолога я эмоционально "выдохнулась” и словно очистилась. Бессвязные мысли вяло плавали по сознанию, не тревожа мои чувства.
Мне было хорошо. Впервые за последние двое суток я успокоилась и могла спокойно смотреть на реальность, будто то была не я, а просто человек со стороны.
- Ко мне вчера Роман приходил, - осторожно призналась подруга, после выдоха продолжила. - Я вначале не хотела тебе говорить, но ты же знаешь, что я противница секретов и лжи.
Ну, ну... хотя из самой ничего не вытянешь!
- Что хотел?
Я ожидала от себя бурных эмоций, но, видимо, даже у меня есть предел.
- Просил помощи. Хочет помириться, но не знает, как сделать это максимально безболезненно.
В душе что-то звякнуло и в районе желудка потеплело. Странные ощущения, но рядом со мной лежал врач, так что расслабилась.
- Ты его послала в поле за лютиками или помогла несчастному?
- Сначала хотела послать, но, как ты понимаешь, Савельев может быть очень убедительным.
О да! Это я знаю! Ромашка из группы мужчин, живущих по принципу «вижу цель - не вижу препятствий».
- На чем сошлись? - подтолкнула девушку к продолжению рассказа.
- На том, что он ещё пять раз подумает, прежде чем идти мириться. Прости, но я не хочу твоих страданий! Если он не готов быть с тобой такой, то я и пальцем не двину в сторону помощи.
- Ты всё правильно сделала.
Мы снова замолчали, не отрывая взглядов от потолка.
- Думаешь, придет?! - еле слышно спросила и сжалась в ожидании ответа.
- Я не специалист в мужчинах, но Савельев настроен крайне решительно. Думаю, скорее «да», чем «нет».
И снова звон в груди, что я ойкнула и даже руку на сердце положила.
- Что такое?! - тут же оживилась подруга, поворачиваясь ко мне.
Её обеспокоенные глаза вглядывались в моё лицо в поисках проблемы.
- Что-то звенит внутри меня, - улыбаясь, призналась я.
- Что, утром вместе с кофе будильник проглотила?!
Я, смеясь, закрыла глаза ладонью, заодно массируя уставшие веки. Переживания последних дней и как минимум одна бутылка вина, плавающая во мне, требовали покоя и сна.
- Ещё врач называется. Пациент, возможно, умирает, а ей всё весело, - пожурила Сафронову, на что раздался лишь смех.
- Давай спать, Алиса! Я созналась в грехе, теперь могу уснуть со спокойной совестью.
Посмотрела время на мобильнике, полночь была не за горами. Золушкам пора скидывать туфельки и укладываться на перинки. Принцы где-то мотыляются, карета превратилась в тыкву, а впереди, дай Бог, светлое будущее!
Роман.
На часах полночь, а я продолжаю сидеть в баре и вести разговор ни о чём с друзьями. Такого не было с детства. Друзья в моём мире подлости - это роскошь, но Аксёнов с Демидовым как-то сами прошли в мой круг доверия.
Наверное, потому, что оба, не спрашивая, прикрывали мою спину и задницу. Просто молча поднимались и помогали. Михаил разгребал завалы на работе, пока я решал личные проблемы, по пути отбрыкиваясь от обвинений ФСБ и бесконечных проверок документации по сделкам, включая бухгалтерию. У меня уже сдавали нервы в необходимости доказывать, что я не козлик, хотя ни рожек, ни копытца найти не могли. Артём, произведя косметическую уборку в клубе - вредителе, теперь тихо подчищал хвосты, не позволяя мне даже пальцем дотронуться до этих уродцев.
Эта тихая оборона моей жизни людьми, ничего не просящими взамен, была как подарок в Рождество. Мысль, что эти мужики уже давно охраняют покой моей бабочки, дополнительно согревала душу.
- Савельев, как там поживают любители камушек? Сухарей-то хоть успели насушить? - поинтересовался Демидов, неспешно потягивая пиво.
- Взяли на горяченьком, так сказать, с поличным, но эти решили поделиться этими сухарями и со мной. Упорно поют, что я соучастник и чуть ли не заказчик всего этого беспредела.
Мужчина в ответ поморщился и явно задумался.
- Давай тогда сменим им песенку. Есть у меня проверенные люди за бугром...помогут. Как говорит Селина - профилактика - это залог здоровья, так что окажем помощь немощным на мозг.
- Да пусть пока живут. Я уверен, это вскоре закончится.
- Агенты уже выдохнулись искать компромат. Столько дней бедняжки пашут почти без отдыха, чтобы осилить наш товарооборот, - злорадно улыбаясь, добавил Аксёнов.
Я мог ускорить процесс по снятию всех обвинений, но не хотел поднимать связи. Чем больше буду копошиться, тем глубже войдёт крючок. Зарубежные спонсоры отнеслись к проблеме лояльно и даже обещали помощь и поддержку в учёт того, что я тут и за их благо страдаю. Я знал, что чист, и мы с замом заранее побеспокоились насчёт контроля ситуации. За проверками следили, охрану в здании усилили и качеством, и количеством.
Как по мне, ещё бы свой граальчик вернуть, и жизнь бы была прекрасна. Вот только эта реликвия точно будет упрямиться и, возможно, даже сопротивляться.
- Как там Алиса поживает?! Лесополосой больше не угрожала?
Ответить не успел, меня перебил Михаил.
- Лесополосой?! А меня всегда или утопить обещает, или через расчлененку в багажник.
Оба друга заржали. Приколисты! Я бы тоже посмеялся, если бы не острое желание вернуть этого «мясника» в свой дом, да и в кровать не помешало бы.
- Мы больше не виделись. Все порекомендовали дать ей остыть. Жду.
- Да, да. Лиска вспыльчива, но отходит быстро, - подтвердил Аксёнов.
- Да вот уже двое суток остывает этот чайник, - грустно выдохнул я.
- Уверен, что у тебя уже есть план. Роман, зная тебя, могу даже поспорить.
Теперь и я заулыбался. Михаил за время нашей работы неплохо успел меня изучить. Планирование - это мой конёк, хоть именно с Волконской и бывали осечки.
- Есть, - и глотнул пива.
- И что за план?! - поторопил меня Демидов и даже вперёд всем корпусом подался.
- Ну, нет! Вы ж хуже бабок на лавочке, потом быстро всё разнесете. По сути, ничего гениального или нового, вся оригинальность - в эффекте неожиданности.
Мужики ещё какое-то время меня попытали, а потом, не получив желаемого, решили отпустить меня с миром.
Домой вернулся около двух ночи и, скинув только ботинки, завалился в кровать. Постель пахла чистотой и еле уловимым цветочным кондиционером для белья. Это определенно не тот запах, что мне хотелось.
Спросить, чем так вкусно пахла моя сладкая ромовая бабочка, я так и не успел. Можно, конечно, попытаться найти этот парфюм в магазине, но процесс наверняка затянется. Поддаваясь внутреннему порыву, я вытаскиваю из кармана брюк мобильник и набираю СМС.
«Бабочка, как называются твои духи?» - бездумно отправляю, даже не надеясь на ответ.
Глубокая ночь, мы в ссоре, и я даже не поздоровался, а начал с вопроса. Да я сам себе бы не ответил.
Телефон тихо пиликнул о входящем сообщении. Неуверенно снял блокировку с телефона, но, к моему удивлению, прислали ответ, точнее, вопрос.
«Какие именно?».
Меня не послали, а даже поддержали беседу - это можно считать положительным знаком?! Буду думать, что можно!
Насчёт парфюма я помнил, что их было несколько, все они прекрасны, но в душу до боли в теле запал лишь один.
«Что был на тебе в ночь под дождём, а потом на твоём теле остался только он и капли воды»
Когда я стал слюнявым романтиком, я тоже не знал, даже перехода не заметил.
«Кто ты и где настоящий Савельев?»
Вот так! А потом некоторые удивляются, почему мужчины не романтичны. Все наши робкие попытки губят на корню, не давая вырасти и расцвести. Отвечать не стал. Да бля, я не знал, что такого ответить, чтобы и себя дебилом не выставить, и девушке угодить.
«NARCISO Rodrigues poudree. Только не вздумай мне его покупать. Я уже устала от этого запаха».
Новое СМС настроение не подняло. Это намек, что Алиса устала от меня и готова для новых приключений. Я никогда не пойму это создание!
«Можешь купить что-нибудь на свой вкус, что тебе понравится на моей голой коже».
Охренеть... какой пассаж, вроде бы, так сегодня выразилась моя секретарша, когда увидела, за чем именно я полдня катался по городу. Едва я успел сглотнуть слюну после шокового сообщения, как пришло следующее.
«И я действительно оценила тот факт, что ты помнишь запах моего парфюма. И ещё я... скучаю».
Желание, поехать сиюминутно в самый большой парфюмерный, пронзило меня, но реальность остудила этот порыв. Не думаю, что найдутся желающие обслужить и удовлетворить мой каприз в начале третьего.
«Я очень постараюсь угодить. И я тоже скучаю».
Это «скучаю» на самом деле хреново отображало моё состояние в действительности. Если днём я заполнял голову работой и заботами, умудряясь отодвинуть эти чувства хоть немного вглубь себя, то к ночи эти монстры выползали. Невыносимая тоска требовала вернуть любимый объект назад любой ценой. Я был богат, но в этот раз боялся, что деньги станут не помощниками, а врагами. Волконскую моим статусом и суммой счетов не впечатлить, так что цена её возвращения была несоизмерима.
Ко дню икс, как я мысленно его называл, готовился все два дня. Вроде бы, ничего грандиозного, но мешала работа и необходимость везде присутствовать лично. После ночной переписки полдня было потрачено на поиски нового парфюма для моей самой прекрасной Бабочки.
Когда я наконец-то определился, подарок был красиво упакован и с добавлением в виде огромного букета алых роз отправлен девушке. Разведка Артёма донесла, что она в клубе, так что туда и отправил Владимира. Мой водитель чудесный человек, способный выполнить столь важную миссию. Да и Лисенку мужчина нравился, так что сломать розы об его лицо точно не должна.
Подарок был принят, а также передано большое спасибо. Зачёт.
Дальше больше. На следующий день с утра отправил Владимира с новым букетом цветов и ювелирной коробочкой. Внутри лежало колье и записка с пожеланием увидеть украшение на девушке сегодня вечером на балу у мэра. Водитель привез положительный ответ, так что снова зачёт.
Я оказался везунчиком по всем фронтам, надеюсь, что фортуна и дальше от меня не отвернётся.
К вечеру начался небольшой дождь, портя общую идиллию, но я старался не обращать внимания на такую ерунду как погода.
На торжество приехал рано, а то сидеть дома тоже сил не было. Так что, когда в зал вошла Алиса в сопровождении родителей, мои нервы были тоньше индийского муслина, просто ниточки.
Мне казалось, что я не видел её вечность, и за это время она стала ещё лучше. Пышное бальное платье, в юбке которого при поиске ног, я уверен, можно запутаться без навигатора. Высокая прическа, а из украшений только мои подарки - браслет и колье.
Я не спешил. Бабочка была здесь, и не собирался отпускать её в любом случае. После положенных церемониальных обрядов с представителями верхушки администрации её освободили.
Мне же почему-то стало казаться, что я попал в девятнадцатый век, где взгляд на девушку более пяти секунд подряд вызывал пересуды у толпы приглашенных.
Уже собрался поприветствовать Алису и её родителей, как за мой локоть плотно ухватились. Оля!
- О, Роман Николаевич! Вы сегодня потрясающе выглядите, а как волшебно пахнете!
С недоумением посмотрел вниз на девушку. Если судить по глазам, то, вроде, трезвая, а если по поведению, то должна быть хорошо накачанной шампанским.
- Добрый день, Ольга! Спасибо за комплимент, вы тоже прекрасны.
- О! Спасибо!
Я же пытался найти взглядом Волконскую, так как той на прежнем месте уже не было.
- Кого-то потеряли?! Не волнуйтесь, я могу составить вам компанию сегодня вечером. Я так понимаю, вы сейчас в печали. Расстройство вашей помолвки - это грустно. У меня сегодня ноготок сломался, представляете, прямо перед балом. Так что...
Всё, сил выслушивать этот бред больше не было! Грубо стряхнул руки девушки со своего локтя и уже собирался послать эту сердобольную на все четыре стороны, но замер. Сочетание запаха сладкой груши и гардении я выбирал лично сам и очень долго.
Аккуратно развернулся по направлению аромата. За нашими спинами стояла Алиса, и её выразительные голубые глаза внимательно следили за руками Оли, пытающимися снова ухватиться за меня.
Я смело вычеркнул себя из списка везунчиков дня.
- Привет, Роман! Смотрю, у тебя снова сложности с твоим неиссякаемым гаремом?! - с ухмылкой спросила она, шагая к нам ближе. - Я помогу?!
Я, словно зачарованный, просто кивнул. Мой продуманный план не включал таких поворотов.
Волконская элегантно наклонилась к уху моей недовольной фанатки и начала что-то шептать. Лицо Ольги из недовольного быстро превратилось в растерянное, а потом и вовсе потеряло все краски, заливаясь мертвецкой бледнотой.
- Извините, Роман Николаевич, мне пора. До свидания, Алиса.
- Пока, пока, Оленька!
- Что ты ей сказала? - спросил я, когда несчастная, будто пришибленная, отползла от нас.
- Ерунда. Девичьи секреты, - с лёгкостью отмахнулась от вопроса Алиса. - Я так понимаю, ты хотел меня видеть?!
Она улыбалась спокойно и загадочно, и, если бы не лукавый блеск в глазах, я бы решил, что с ней произошли кардинальные метаморфозы. Надо было срочно реабилитировать намеченный план действий.
- Очень хотел! У меня к тебе несколько деловых вопросов, но сначала приглашаю на танец.
На слове «деловых» бровь девушки дернулась, но Лисёнок промолчал, просто подавая мне руку, тем самым соглашаясь на моё предложение.
Так как чета Волконских приехала с опозданием, на что я и рассчитывал, танцы уже были в самом разгаре. Классические мотивы зазвучали отчетливее, как только мы прошли в танцевальный зал. Я махнул рукой распорядителю, и оркестр заиграл заказанный мною вальс.
- Мы будем танцевать под эксклюзив? - спросила Алиса, сдерживая улыбку, пока мы вставали в круг.
Её сегодняшнее поведение напоминало приём у королевы Елизаветы. Столько чопорности и сдержанности, что я начинал бояться, как бы случайно не вскрылась эта плотина. Всем известно, без всяких психологов, что длительное подавление эмоций чревато тяжёлыми последствиями.
- Тебе не нравится? - осторожно поинтересовался я, хотя сам в этот момент старался скрыть дрожь в пальцах, когда положил руку на её талию и придвинулся к ней ближе.
- Я владелица ночного клуба, но способна оценить хорошую классику. Вот только зачем такие сложности?
Мы уже кружились по паркету, и боковым зрением я заметил, что народ прибавляется.
- Это наш первый официальный танец. Хотелось сделать его немного особенным, - вернулся мыслями к своей очаровательной даме.
Улыбка девушки стала шире, хотя глаза уже искрили нездоровым весельем и напряжением.
- Прости, Ром. Меня просто тянет громко и истерично поржать. Это нервное, ты не обращай внимания. Мне правда очень нравится твоя внимательность к мелочам... и твои подарки.
Вот они отголоски зарождающегося буйства. Мне уже стало казаться, что это только меня одного потряхивает от нашей встречи. Алиса тоже нервничала, и, если сейчас её не перемкнуть, то фазы спутаются, и она бабахнет. Мой персональный заряд тротила.
- Всё, что я сейчас сделаю - это не потому, что я самодур, тиранище и жуткий собственник. Ну, хорошо, может быть, только отчасти, от самой малой. Всё потому, что я люблю тебя!
Голубые глаза расширились после моих слов, а губы замерли, приоткрывшись, но так ничего не сказав. Я снова махнул рукой нужному человеку, и музыка стихла. Мы как раз оказались почти на середине зала, так что нас было видно со всех сторон и всем желающим. А их было много.
Я встал на одно колено, одновременно доставая очередную голубую коробочку от ювелира. Алиса разгадала мой план тут же. Хотя его разгадали все, и в зале стояла почти гробовая тишина, что щелчок замка был подобен выстрелу.
- Ромаш, не надо! Ты ж не любишь публичность! - прошептала девушка, пытаясь незаметно вцепиться в моё плечо и, видимо, поднять с пола.
Я перехватил её ладонь, как раз мне нужную, правую.
- Мне приятно, что ты помнишь такие мелочи обо мне, - практически вернул девушке её же слова. - Но мне сейчас глубоко плевать на чье-либо мнение, кроме твоего.
Алиса отчаянно покачала головой, выражая сопротивление, но меня уже было не остановить.
- Алиса Волконская, я вас люблю и прошу оказать мне честь, стать моей женой. Вы согласны?
Я не знаю, что она мне сейчас ответит. В ее глазах и лице было столько эмоций, что я уже не мог выцепить достоверную. Радовало одно, удивить её у меня точно получилось!
Алиса.
Моё состояние в данную минуту не поддавалось никакому психоанализу. Это словно тебя нанизали на шампур для мяса, но душа твоя при этом взлетела в небеса и теперь свободно гуляла по степным просторам вместе с ветром. Вся моя кожа будто горела под сотней взглядов чужих людей, и одновременно от ставших уверенными мужских пальцев распространялось нежное тепло по сосудам прямо в сердце.
Знала ли я сегодня утром, что этот вечер окончится именно так?! Нет! Такой шальной мысли даже на краю моего немного больного сознания не возникло.
После первого смс от Романа я бы от радости упала с кровати, но уже лежала на полу. Мой счастливый вопль «он написал» слышали соседи даже близ расположенных домов, что уж говорить об временно оглохшей Селине. Мы же с подругой уснули на полу совсем рядышком.
Под чутким руководством Сафроновой я писала ответы своему мужчине, невзирая на глупость и нерациональность этой ночной переписки. Ведь можно было позвонить или вообще обсудить выбор парфюма днём, а не посреди ночи.
Весь следующий день я ждала и дождалась. Савельев сам не появился, но пришёл огромный букет с мужскими ногами. Именно так я увидела Владимира Петровича, выполняющего роль посыльного. Новый парфюм был мне знаком, но мысль о том, что его для меня выбрал лично мой любимый снобик, приравнивала ароматную жидкость к святой воде.
Утро порадовало меня свежим букетом и очередным подарком.
Именитая коробочка даже без своей надписи говорила сама за себя. Tiffany. Я, привычный ценитель ювелирной красоты в силу рода деятельности отца, и то пришла в тихий восторг при виде огромного жёлтого бриллианта в окружении белых мелких. Теперь эта подвеска стала моей второй особенной прелестью после вернувшегося из ремонта браслета. Мой знакомый ювелир пообещал сломать руки, если я ещё раз кину сие достояние, а теперь новое творение добавится в его виденье.
Наверное, я всё-таки продажная княгиня, или это родовое проклятие любви к прекрасному, но после таких знаков внимания со стороны лишь частично провинившегося мужчины ни мой мозг, ни совесть не позволили больше дуться на Ромашку.
Идя на этот бал, я изначально была готова к всепрощению, так что вид Ольги, нахально хватающей моего принца, лишь легонько кольнул в сердце. За эту кратковременную, но все-таки боль, моя экс-подруга была высмеяна в самых жестоких выражениях. Это впервые, когда я смогла сказать этой недалёкой всё, что всегда думала об её мерзком поведении, идиотизме, блядстве и полном отсутствии мозгов. Повторяюсь про ум, но уж больно она достала меня в последний месяц. Девица уползла оплёванной курицей, но зато я словно карму почистила.
И вот сейчас с Романом у моих ног и кольцом с очередным жёлтым бриллиантом в пару моей подвеске я так растерялась, потерялась в этом мире, что единственный возможный ответ в моём случае не могла произнести.
Из транса вывел «громкий» шёпот и почти стон в толпе людей вокруг нас. Резко отвела взгляд от мужского лица и тут же упёрлась в злые глаза на недовольном лице Виктории Викторовны. Госпожа Савельева просто на расстоянии вещала мне своё категорическое «нет». Если бы можно было рассмотреть, то тогда б каждая клетка этого холеного тела, даже самая микроскопическая, призывала силы тёмные на мою погибель.
Именно ее упорное непринятие меня выполнило тот толчок к действительности из страны чудес. Наверное, узнай она об этом заранее, то вообще бы не дышала за время моих сомнений.
Когда я снова встретилась с обеспокоенными моей задумчивостью глазами Романа, то точно знала, что сказать. И даже не назло его матери, а просто потому, что теперь только так и никак по-другому! Как однажды сказал Мишка, что я - Ромовая баба, Савельевская Ромовая Бабочка! Теперь у этой бабочки появилась персональная ромашка!
- Да! Я согласна!
Звук падающего на старинный паркет тела обратил уже внимания нас обоих.
Виктория Викторовна элегантно возлежала на полу. Стоящие рядом с ней кумушки, уже придерживающие её с двух сторон, пытались поднять страдалицу и заодно обмахивали веерами с платочками. Женщина якобы что-то бормотала, и я уж решила, что надобно проверить состояние аристократки. Мне естественно не нравился этот концерт в мою честь, но мало ли... может, женщине и правда от такой новости дурно сделалось. Роман тормознул мой порыв, отрицательно качнув головой.
Мужчина спокойно достал кольцо из бархатной подушечки и также неспешно надел его на правый безымянный палец. Даже с размером он угадал идеально. Мой прекрасный снобик рушил все стереотипы. Почему-то я уверена, что жёлтые бриллианты были выбраны вместо классических белых не случайно.
- Почему жёлтые? А как же классика кольца для помолвки? - тихо спросила я, пока мужчина поднимался.
- Зачем мне классика? Когда моя девушка уже давно перешагнула эти скучные рамки.
Он сдержанно улыбался, хотя его руки легли на талию и совсем нескромно близко прижали к мужскому телу.
- Ты должна мне как минимум один поцелуй, - предупредил Савельев, уже наклоняясь к моему лицу.
- Ромаш, тебя люди не смущают? - почти в губы спросила я.
- Нет. Абсолютно.
И совсем несдержанный поцелуй последовал за уверенным ответом теперь моего жениха. Я тоже скучала, и казалось, что с нашего последнего поцелуя прошла сотня лет. Так что с таким же нетерпением открыла рот, впуская жадный до прикосновений язык. Голова кружилась от бесконечного чувства правильности происходящего, страсти и нежного трепета.
Вокруг нас и для нас звучали громкие аплодисменты, что заставляло вынырнуть из моей личной нирваны. Уж очень хотелось уединения хоть на пять минут. Мои мысли совпали с желаниями Савельева, так как он, завершив поцелуй, откланялся. Мой локоть в его пальцах, и мы быстро, насколько позволяет моё бальное платье и шпильки, двигаемся вглубь дома.
Это была личная территория мэра, и обычно ходить сюда гостям строго воспрещалось. Роман вёл меня уверенно, и мы оба молчали. Мне было всё равно, куда меня собрался утащить мужчина, только очередное чувство дежавю. Наш мир событий будто вращается по кругу, и вот снова официальный приём, шок гостей, и он уводит меня.
Когда прошли в массивные двери комнаты, очутились в прекрасной в старинном стиле библиотеке.
- О боже! Савельев, ты хочешь переиграть сцену нашей второй встречи?
Меня отпустили на волю с загадочным взглядом.
- Я не против! Только платье в тот раз было намного удобнее, но сложности меня никогда не пугали.
- Ого! Я за последние дни это вполне осознала. Мне даже стало казаться, что, если пошлю тебя вместе с подарками куда подальше, ты не отстанешь.
Осторожно ступая назад от наступающего на меня Романа, я уткнулась попой в мебель, а именно в спинку большого дивана.
- Не отстану. Я очень упорный в достижении своих целей, наверное, такой же, как и ты в своём упорстве сопротивления. Ещё я люблю, когда последнее слово остаётся за мной.
Последнее признание уже было сказано за миг до поцелуя. И ладно, пусть думает, что его слово решающее! Сейчас ослепленная его напором и страстью я была готова согласиться с чем угодно.
Для меня было достаточно знать, что он только мой и готов сражаться с монстрами в моей голове.
- Господи, ужасное платье! Ужасно красивое и ужасно пышное, - недовольно проворчал мой снобик, прикусывая мочку уха.
- Ты радуйся, что сейчас не девятнадцатый век и у этого платья нет пару сотен маленьких пуговичек и крючочков, - ответила ему, усиливая захват мужских волос в ладонях.
С укладкой его волос можно смело попрощаться, хотя с моей тоже будут проблемки.
- Лисёнок, не надо дополнять мою фантазию, она и так прекрасно генерирует идеи - пошлые и непристойные до абсурдности.
- Ммм... всё-таки у меня получилось немного перевоспитать тебя, заставить расслабиться, - горделиво выступила я, пока мужчина судорожно выдыхал, пытаясь успокоиться.
Ромашка улыбнулся, явно помня, про наш почти спор о перевоспитании друг друга.
- Я проиграл. Ты неисправима, и меня это устраивает.
Ох, а это было серьезное заявление! В моём случае это даже серьезнее признания в любви. Мы часто говорим, что любим, но согласиться с моей безбашенностью и порою детской непредсказуемостью - это тот самый прыжок выше головы.
- Пойдем к окну, - попросила я, чувствуя, как в груди резко стало тесно, словно корсет утянули на размер сильнее.
На улице капал мелкий дождь, а из открытого в полстены окна пахло летом и сырой землёй. Вдыхая эту свежесть всем телом, одной рукой ухватилась за открытую фрамугу. Мне надо было сейчас расставить все эти дурацкие знаки препинания в нашей истории, чтобы потом не было поздно и больно!
- Ромаш, я не смогу измениться. Это мой пожизненный крест.
- Я уже сказал, что не хочу тебя другой. Если ты считаешь это тяжким бременем, то мы его понесем вместе.
Мужчина остановился в нескольких сантиметрах позади меня, а его большие ладони плотно обвили мою талию, вдавливая спиной в твердое тело. Родной запах и тепло любимого тут же окружили меня со всех сторон, принося такое долгожданное облегчение.
- Ты будешь пытаться меня оберегать, проявлять свою волю, а я буду снова и снова убегать от всего, что мне покажется излишним, - уже с меньшим надрывом души попыталась ещё раз обрисовать картинку нашего будущего.
- Лисёнок, а я тебя буду снова и снова догонять, иногда, возможно, насиловать. Но только в воспитательных целях!
Его дыхание шевелило волоски на моём виске, а губы слегка задевали кожу, что жутко меня отвлекало от серьёзности разговора.
- He устанешь гоняться?
- О нет! Уж больно сладка и вкусна добыча, - радостно сообщил мужчина, вдыхая через нос около моей шеи. - Ты будешь моей ромовой Бабочкой. Согласна?
- Согласна, но замуж выходить не буду.
Сказала, а сама обеими руками вцепилась в его ладони на моём теле. Не отпущу.
- В том смысле,что сейчас не буду! Давай немного повременим. Пару годиков, чтобы ты точно смог убедиться, что выдержишь мои заскоки.
- Встречное предложение - ты живёшь со мной, в моём доме, в моей спальне, в моей кровати!
- Не много ли раз было произнесено «моё»?
- Нет, это я так подчёркиваю глубину своего замысла.
Ромашка не сердился, и его спокойные деловые переговоры вселяли в меня железную уверенность в успехе нашей затее.
- Я буду рада. У тебя очень милый дом, а твоя домработница просто волшебница. Я хочу в эту сказку, но...
- Что за «но»? Мне оно уже не нравится!
Я снова набрала побольше воздуха в лёгкие, как перед прыжком в воду на глубину. Если хочу построить отношения и семью с ним, значит, надо доверять и открываться. Слегка повернулась по оси, чтобы видеть лицо жениха.
- У меня, Ром, неприятности с клубом. У тебя же сейчас хватает возни с контрабандой бриллиантов. Видела статьи в журнале, и на просторах инета ведётся активное обсуждение о глубине твоего участия в этих махинациях! Уроды! Так что давай я сначала разберусь с этим недоразумением, а потом начну жить с тобой?
Ух! Как на исповедь сходила. Вот только пастор мой молчал и не спешил отпускать прегрешения.
- Алис, ты только сразу в пах не бей, ладно?! Я ещё детей активно делать собираюсь!
Что?! Дети?! Это я что ли?! Мой мозг даже пропустил другую информацию, застряв на этой. Наверное, моя паника отразилась на лице, так как любитель деток тут же продолжил.
- После свадьбы, конечно! Я же ещё должен натренироваться и закалить выдержку перед тем, как у меня появится ещё одна Алиса.
Выдохнула. Я не была против малышей, но сейчас как-то не чувствовала желания стать мамой.
- А почему я должна буду тебя ударить!? - очнулась я.
- Насчёт твоих проблем с клубом... их уже решили, так что больше писем не будет.
Очередной за этот вечер момент, когда от смешанности эмоций моя голова сразу не способна выдать что-либо дельное в ответ. С одной стороны, роилась кучка вопросов из раздела «что? где? когда?», тут же недовольства от вмешательства в мою жизнь и радость, что больше угроз не будет! И впереди действительно светлое будущее. Я смотрела в голубые глаза, но Ромашка даже не моргнул. Уверенность и убежденность в своих решениях при том факте, что, даже если я попрошу больше так не делать, он сделает. Наши отношения сплошные противоречия, но кто я такая, чтобы плыть против течения судьбы.
- Знаешь, Савельев, я тут кое-что вспомнила... - немного угрожающе произнесла я.
Полностью встала к нему лицом и скользнула ладонями по рубашке вверх, где быстро билось сердце.
- Я весь во внимании... - осторожно продолжил он.
- Что-то я давно не пополняла твою коллекцию рубашек. Какой цвет хочешь на этот раз? И не забудь отметить, что я даже спросила твои предпочтения.
- Алиса, а давай жёлтый!? Под цвет твоего кольца.
- А зачем под цвет моего?! Носить-то тебе?
- Неее, это на тот случай, когда после очередной нашей разборки я буду любить тебя до смерти, а на тебе в этот момент будет только моя жёлтая рубашка и кольцо. Согласись, очень гармонично.
- А что жёлтого будет на тебе, ну, для более масштабных размеров этой гармоники? - сдавленным голосом уточнила я.
Это его с хрипотцой «любить до смерти» прошлось по телу пульсирующей волной, заставляя плотнее сомкнуть бёдра. У меня аж руки зачесались поскорее попортить парочку брендовых белоснежных рубашек, чтобы «любили» с огоньком соразмерным стоимости этих тряпочек.
- Дорогая, на мне ничего не будет, только следы от твоих поцелуев и ногтей.8c847c
- Я тогда прямо сейчас поехала за жёлтой краской?
- В таком шикарном платье и в магазин?! Так и быть, Волконская, я выпишу тебе небольшой аванс.
- А почему небольшой?! - тут же расстроилась я.
- Потому что в следующий раз у платья должна быть только одна юбка. Если ты хочешь получать авансы и при этом оставаться в целой одежде, надо определенно более вдумчиво относиться к выбору наряда.
Бла- бла- бла! Я уже не могла больше думать о чём-то ином, кроме воплощения фантазий из темы нашего разговора. Для частичного удовлетворения своих сексуальных потребностей дернула мужчину на себя за лацканы пиджака.
- Савельев, ты слишком много говоришь. Давай уже переходить к практике.
Просить моего любимого дважды не надо. Он и до этого вжимал меня в своё тело с силой пресс- машины, словно лишний миллиметр между нами причинял ему нечеловеческую боль. После перехода к «практике» я уже даже вдохнуть полноценно не могла. Его губы терзали мой рот, шею и грудь, удачно открытую в декольте платья, которое мне хотелось стащить и почувствовать всем телом его прикосновения.
- Поехали домой, Бабочка. К хрену этот приём и мэра тоже. Хочу выдернуть тебя из этого многослойного кокона, - хриплый мужской баритон на нежной коже за ушком заставлял быть согласной почти на все.
- Ты просто читаешь мои мысли, но у меня ещё нет жёлтой рубашки.
- Остались розовые. Тебе понравится.
- Ммм... а ты их с какой целью сохранил?!
- Не знаю, честно говоря, но теперь точно знаю применение им.
Мне очень нравилось направление его банальной идеи.
- А как же твоя мама?
- Если ты не хочешь взять её с собой, то я планировал уйти по-английски. А насчёт её выступления, то ты уж прости пожилую женщину, она всегда мечтала стать актрисой. Если она против тебя, значит, будет против меня. Всё просто, Лисёнок.
Его «просто» было для меня совсем непросто, а очень трепетно и важно. Он и любил так же, как и делал всё остальное - выкладываясь на все сто два процента, с чётким осознанием каждого сделанного шага.
Роман уже тянул меня на выход когда я вдруг поняла, что не ответила на его признание в любви, ещё там в зале.
- Ромаш... - я слегка тормознула, дёргая того за рукав пиджака.
Савельев остановился, с недоумением глядя на меня. Он ничего не требовал от меня, но я хотела именно сейчас признаться. Такие лёгкие слова, но пришлось собрать все мужество, чтобы продолжить.
- Ромаш... я не сказала, но я... я тоже люблю тебя. - мой голос предательски дрогнул, а лицо мужчины немного расплылось.
Слезы. Слезы! Это было так неожиданно! Плакать от нежности, радости, огромного и воздушного счастья любить и быть любимой!
- Алис, ты моё сокровище, не плачь, пожалуйста. Ты не пожалеешь, я тебе обещаю.
Его горячие губы убрали ту парочку слезинок, что успели проскочить мимо моего контроля.
- Главное, чтобы ты не пожалел, - просипела я сквозь сдавленное от чувств горло.
- Это невозможно! Я уже жалею! Жалею, что встретил тебя так поздно и ещё потерял столько времени на раздумья. Ведь ещё в детстве ты не давала мне покоя, а уж после аварии я вообще утратил ту самую гармонию жизни.
Я верила, верила каждой букве. Мой любимый снобик был только моим, и этот дар я уж теперь никому не отдам. Ни общество, ни его мать или мнимые любовницы не смогут помешать мне любить этого мужчину. Любить до дрожи в теле, до срыва дыхания, до конца моей жизни.
Я люблю, и, значит, Я живу!