В путь.

Теперь она Таир. Молодой азиат с коротко подстриженной головой-ёжиком и низким голосом. Невысокий, юркий, шустрый.

Последние сутки перед отправкой Ташу посадили на жёсткую диету из таблеток и специальной пронумерованной воды. Каждый час она выпивала разные номера, начиная с первого номера в пять часов утра и далее по возрастающей. Тело стало невесомым, послушным, гибким, как в детстве.

Легла на кровать. Мысли были только о Паше. Какой он сейчас? Что вообще должен чувствовать человек, когда ему предлагают такую встречу – с давно умершим мужем. Отторжение. Сначала того, что это возможно, потом – а в своём ли ты уме. Сознание сопротивлялось до определённого момента, но сто раз повторенная невозможность начинает постепенно оживать и превращаться в допустимое. Истерзанное сознание цепляется за то нормальное прошлое, в котором уютно и понятно, но хватка ослабевает. Внушаемость? Или возможность поставить точки над всеми «е», которые не дают покоя. Справиться бы.

Говорят, что мозгу всё равно – смотрим мы фильм или переживаем что-то в реальной жизни с самим собой. А кому или чему тогда не всё равно? Душе? Интересно, моя душа осталась со мной сейчас? Конечно, осталась. Вот она я. Или вот он я. Или это не важно.

Опять вспомнила Пашины творческие терзания, как он любил работать по ночам. Вспоминалось плохое. Сдвинув хоть на сантиметр свою научную проблему, немного успокаивался и приходил в спальню за сексом. Как-будто вовсе не к ней. Как будто она была средством, способом сбросить муки творчества и разрядиться. Он всегда в таких случаях был молчалив и грубоват. Иногда она сопротивлялась, и он ходил потом весь день, напоминая ей, что она жена, иногда она тоже молча соглашалась. Она чувствовала себя вещью, дивайсом, способствующим регенерации и восстановлению нервной системы выдающегося учёного. Следующие пару дней ей хотелось ему изменить, просто так, ради мести, но она не любила чистый секс, без чувств или хотя бы взаимного интереса. То ли таких мужиков не попадалось, то ли она их не искала или, в сущности, не хотела изменять. Внутри тлел уголёк мести вперемежку с обидой. Иногда она его совсем не чувствовала, уходила в работу. Паша стократно извинялся, дарил подарки, поездки, был вежлив и даже нежен, а иногда уголёк разгорался и жёг до боли.

Таша посмотрела на свои мужские ступни. Они стали чуть шире и длиннее. Наверное, сорок первый размер. Вторые пальцы всегда были длиннее больших – так и осталось. Когда ей стёрли красный лак с ногтей, она не помнила. Зато вспомнила, как стояла в обувном отделе в ЦУМе и выбирала себе бежевые лодочки на каблуке, почти телесные, под новое летнее платье. Продавщица сбилась с ног – ей так ничего и не подошло, она хотела было уже купить что-то другое, но потом передумала, извинилась и решила зайти в кафе, там же в ЦУМе.

Паша сидел за столиком в углу с молодой блондинкой. Они ворковали, и он держал её руку. Таша спряталась за колонной, постояла минуты три, понаблюдала, убедилась, что они уже любовники, развернулась и оставила всё, как было. Не стала разыгрывать сцен и унижаться. Пошла прямиком к Хельге наводить красоту. Та облизала её с головы до пят – лёгкий лифтинг, новая причёска, массаж, маникюр с педикюром – всё, что можно было успеть за одно посещение. Успокоилась, купила билет в Питер, отключила телефон и улетела на выходные. Всю субботу ходила по музеям, к вечеру, уставшая, вернулась в гостиницу. Паша ждал её в холле у стойки администратора. Он даже не сидел, а стоял. Сколько он так простоял, неизвестно.

- Прости! - начал он в лифте.

- Ты хочешь развод? – спокойно спросила Таша, открывая карточкой дверь в номер.

- Это последнее, чего я хотел бы.

- Она из Бастет?

На самом деле, ей казалось, что вся его жизнь была у неё на виду, и кроме как на работе, он нигде не мог познакомиться с девушкой настолько основательно, чтобы затащить её в постель.

- Нет. Это проститутка, - он вздохнул, - чёрт попутал.

- С чертями я вряд ли справлюсь. Заказать ужин в номер?

- Да. Стейк.

- Разве проститутку держат за руку в ресторане, как на романтическом свидании? – она быстро пробежалась глазами по меню рум-сервиса, - не держат. Ты явился сюда, чтобы мне наврать? Смысл?

Он впал в замешательство. Сел в кресло. Встал.

- Да сядь уже, - она набрала номер по телефону, - стейк с авокадо и рыбные котлеты без гарнира. Да, бутылку сухого… красного. Грузинского.

- Простишь?

- Не знаю. Всё, что спрошу, будет враньём, как сейчас. Дожили. А знаешь, я думала будет больнее.

- Больнее мне. Она оказалась не просто проституткой, а ещё и шпионкой.

- Ласточка?

- Меня развели, как последнего простофилю. Но я вовремя спохватился.

- Да не совсем вовремя, как мне кажется. И вообще, Лопырёв, ты зажрался. Я тебя избаловала до предела. Можно я от тебя немного отдохну? Поужинаем, и ты поедешь в Москву. Я возьму отпуск, у мня есть неделя. Поживу пока тут.

- Конечно. Вот…, - он быстро достал банковую карточку, - вот на расходы, если тебе пригодится…

Она вернулась через неделю, он её ждал, заставил квартиру розами. Измена никогда не проходит бесследно. Уголёк давал о себе знать всё чаще, но Таша научилась с ним жить.

За ней, то есть за ним, могли прийти в любую минуту. Вода уже была вся выпита. Неужели я вновь увижу его глаза? Вот бы изловчиться и дотронуться до него, убедиться, что он живой, тёплый, человеческий. Кто знает, может, это будет голограмма или вовсе кукла какая-нибудь. А может, её и вовсе телепортируют в соседнее здание. Чего только в голову не приходило.

30

В дверь постучали. Вошла знакомая красотка с синими глазами и положила перед Ташей на угол кровати свёрток с одеждой, а рядом на пол пакет с ботинками.

- Вы можете переодеться. Десять минут, - она улыбнулась, - удачи! – сказала и быстро вышла.

Таше хватило трёх. Это был бесшовный комбинезон с застёжкой молнией с голубой нашивкой на левом рукаве “Alfa” и легкие ботинки, несмотря на то, что подошва у них была довольно внушительной. Сидело всё идеально. Ещё бы. Они знали каждый сантиметр её тела. Остальные семь минут она сидела неподвижно на кровати, смотря в пустоту, пока в дверь опять не постучали. Сердце всколыхнулось немного, но в двери стоял Роза, и стало спокойнее.

Роза смотрел на неё каким-то особенным мягким взглядом, улыбаясь уголками губ.

«Надо было превратиться в испуганного до смерти мужика, чтобы ты на меня так смотрел?» – подумала Таша.

Роза кивнул в сторону двери. Таша послушно встала. Он опять отвёл её в небольшую комнату без окон. В глубине стоял стол и четыре неглубоких кресла, обитых светло серой синтетической кожей. Освещение было немного приглушённым, и пахло морским ветром. Она уже привыкла к этому запаху.

- Сейчас прилетит сфера, - тихо сказал Роза.

- За мной? – в голосе звучала тревога, она её слышала и ничего не могла с собой поделать.

- Всё делаешь по инструкции. Спокойно и естественно. Никаких ненужных мыслей. Только нужные.

- Почему вы мне не показали его портрет? Какой он сейчас? Чтобы я знала. Я всегда хотела это спросить, но не спросила.

- Всё идёт по плану, - он опять на неё посмотрел, как несколько минут назад – по-новому.

Ей захотелось его обнять перед этой дорогой в бездну, прижаться на несколько секунд, но она сдержалась.

В комнату влетел светящийся синий шарик, остановился на уровне грудной клетки и начал увеличиваться. Больше она не видела ничего – ни комнату, ни Розу.

Таир шагнул внутрь.

Во время полёта, точнее, перемещения, что точно это было, Таир не понимал, он ничего не успел почувствовать или разглядеть. Даже не был уверен, что стоял в шаре с открытыми глазами. Но когда ноги коснулись твёрдой поверхности, неожиданно ожил и сразу сделал шаг вперёд, потому что никакой оболочки от сферы уже не осталось. После второго шага остановился и огляделся. Это была небольшая комната с серым стальным полом и серыми стенами, приглушённый свет лился с потолка как-то равномерно – просто светящийся потолок. Никакой мебели, даже стула нигде не стояло. Отрылась дверь в стене, которую Таир не заметил, и вошёл человек в таком же комбинезоне, что и он, но без нашивки на рукаве.

- Здравствуйте, - не особо приветливо кивнул человек, - вам надо пройти сканирование на наночипирование и инфекции искусственного интеллекта. Это профилактически делаем повторно. Ваши тесты в норме.

Таир последовал за ним по ряду небольших переходов и попал в другую комнату, очень похожую на первую, но там стоял стол и стул, а на столе небольшой приборчик, типа лэптопа. Человек открыл крышку приборчика, достал из ящика стола нечто, похожее на хоккейную шайбу, только серого цвета, навел её на Таира и попросил стоять пару минут, не шевелясь.

- Вы готовы для модуля, - строго сказал человек, - я вас провожу.

Таиру очень хотелось спросить, а сейчас он где? Но не стал. Каждое слово могут по-разному растолковать, да и кто этот угрюмый человек, никто не знает, может, шестёрка, а может, и нет. Роза предупреждал, что люди вокруг могут быть довольно универсальны. Это только на первый взгляд сделать тест на вирусы искусственного интеллекта простое дело.

Миновав череду узких залов, Таир и его спутник подошли к одному из больших ангаров, где стоял Модульный транспортный корабль. В ангаре находилось пять человек. Все поздоровались.

- Я Кран, - протянул руку мужчина лет сорока, - это наши охранники. Два моих и два ваших.

Роза предупреждал об охране. Каждому на Марс полагалось по два интуитивных эмпата, супер спортсмена и вообще в высшей степени квалифицированных специалистов в космических путешествиях, точнее, сопровождении командировочных. Они следили как за внешними угрозами, так и за внутренними. Связь с ними поддерживалась через датчики в костюме и маленький микрофон на воротнике. На самом деле там не было никаких микрофонов, то есть их было совершенно не видно. Между собой они общались телепатически.

Охранники, два похожих друг на друга мужчины среднего роста, шатена с карими глазами и очень незапоминающимися лицами, держались молча, как им и полагалось. У одного был небольшой шрам над левой бровью, что хоть как-то облегчало и без того взволнованному Таиру их различать. Почему, интересно, с их технологиями они не убрали какой-то рубец на коже? Приглядевшись, Таир понял, что охранники не были близнецами, просто были похожи – один типаж. Опять же, это их называли «охранниками», а какие они университеты заканчивали и как стали интуитивными эмпатами, оставалось всегда держать в уме и не забывать. Их имена Таиру никто не сказал, и он не спрашивал, стараясь делать всё, чтобы наследить минимально.

- Можно уже грузиться, - сказал Кран. Он явно был за старшего, - познакомлю вас с экипажем. В этот раз у нас очень малочисленная группа в ту сторону. Нам повезло, и мы полетим в ВИП модуле, так как обратно поедут начальники. Всего полчаса, вы и не заметите.

- Как полчаса? – вдруг спросил Таир и опять испугался своего голоса. Он же помнил, что после первой станции и анализов лететь до Марса всего пять-шесть минут.

- Я так понял, что Марс сейчас находится на другой стороне от Солнца, и поэтому лететь дольше. Я не знаю почему, - ответил Кран.

- Полчаса не очень много, - улыбнулся Таир, подавляя уже зародившуюся тревогу и думая о том, что от Крана ему не отвертеться.