Демокрит

Они расселись по порядку перед столом Таира: Павлик, его жена, мальчик и девочка. Таир смотрел на них и никак не мог начать говорить. Жена напоминала красотку из шведских фильмов шестидесятых – высокая стройная синеглазая блондинка, дети были больше похожи на Павлика, но тоже высокие и худенькие. Идеальное семейство, хотя что было идеальным на Марсе, Таир не знал. Он быстро нащупал пульт и вошёл в сеть, пряча изображение у себя на ладони. Информацию о семье Лопи получил мгновенно. Почему не сделал этого раньше? Почему? Потому что Роза сказал, что у него есть вся необходимая информация, и лучше нигде не светиться и не показывать даже то, что ты можешь искать в поисковике. Жену звали Кэт, родилась на Марсе, из немцев, учёный, биохимик. То есть они получали образование прямо там, на Марсе? Наверное, как-то дистанционно, но кто им, интересно преподавал? И откуда у них учебные программы? Не о том думаю.

Пауза затянулась. Девочка начала ёрзать и посматривать на мать. А Таир злился, что Роза не мог не знать, что у Павлика на Марсе новая семья. Знал и не сказал, потому что боялся, что тогда Таша бы не согласилась. Так. Началось с обмана.

- Хочу напомнить, уважаемые Павел и Кэт, что окончание контракта не обязывает вас покидать Марс, вы всегда можете перезаключить старый, - начал Таир.

- Это уже решено, мы не остаёмся, - тут же ответил Павлик, - нам дали ознакомиться вчера с вашим предложением, но оно ничем не отличается от двух других, которые нам предлагали в течение прошлого месяца. Там также есть значительное ограничение наших свобод, которые мне должны существенно расширить. Я имею в виду свободу перемещения в первом радиусе, личные транспортные средства или хотя бы допуск к Программе свободных космических перемещений, а также образование класса Альфа для детей и пенсионные отчисления.

- Допуск к Программе перемещений пока не предоставляется вашему уровню, господин Лопи. Этот вопрос решается после подписания контракта и в зависимости от места вашей будущей работы. Космический транспорт – это особый допуск, и он определяется в основном на местах.

- Мы бы хотели также заранее договориться о работе для моей жены. Вы ничего не предложили для Кэт, а это большой минус.

- Биохимику такого уровня, как ваша жена, никогда не будет сложно найти приличную, даже очень приличную работу там, куда я вас приглашаю. Мы можем это внести в контракт и поставить предпочтительным условием, точнее, желательным, - сухо ответил Таир, - речь пока идёт прежде всего о вас, господин Лопи. И вам, полагаю, сообщили, что вы сегодня должны принять решение, так как вы теряете легитимный статус на Марсе через день.

- Да, мы знаем об этом. Контракты очень похожи.

- У нас почти готов ответ, - вдруг сказала Кэт. Павлик на её реплику не отреагировал.

Таиру это не понравилось. Роза говорил, что контракты, по сути, лотерея. Никто из работодателей не может предлагать больше, чем Павлику полагалось по статусу. Ему даже можно было не выбирать, а просто ткнуть пальцем в номер один, или два, или три. Выбирали, по сути, работодатели. Человеческий фактор, как ни странно, ещё учитывался. В таком случае, почему она сказала, что они сделали выбор. Может быть, она его куда-то тянет, куда он не хочет? Но откуда ей знать куда? Да ещё и родилась на Марсе, где царит работорговля и низкие вибрации. Что она вообще видела? Она не знает про Павлика, он молодец, держится. И, конечно, надеется. Надо же, вылечил своё бесплодие. Мысли начали опять блуждать там, где не надо. Господи, помоги!

Кэт сидела как натянутая струна. Решалась судьба её семьи, что уж там.

- Образование для детей в нашей программе не проблема. У детей есть какие-нибудь особенные таланты? – обратился Таир к Кэт.

Кэт посмотрела сначала на сына, потом на дочь. Погодки. Сыну Гансу десять, а дочери девять. Павлик назвал её Ташей. Только бы не разреветься. Захотелось крикнуть – громко, на весь космос. Прижаться к нему и стоять вот так, глотая слёзы. Но Паша и Таша – герои прошлых жизней, это было совершенно очевидным. Возврат невозможен и не нужен, даже если в груди ещё тлеет.

- У Ганса отличные результаты по математике, а Таша…

- Любит кино, - продолжил Ганс вместо матери.

Кэт строго посмотрела на сына, но все уже улыбались. Таир заметил нежность в глазах Павлика, когда он смотрел на дочь.

- Нам показывают фильмы, снятые до техногенной катастрофы на Земле. К сожалению, только раз в неделю. Зато это хороший повод для общения. В сети нет развлекательного направления, - пояснила Кэт.

- Твой любимый фильм? – спросил Таир. Девочка оказалась стеснительной, ей было трудно говорить с незнакомцем, или она была предупреждена, что каждое слово, которое они с Гансом произнесут, имеет большое значение.

- «Сказка о царе Салтане», - тихо сказала девочка.

Наш советский фильм? Таир не поверил своим ушам. Александр Сергеевич, дорогой, знал бы ты, где о тебе вспоминают! Прочитать бы ей сейчас начало сказки наизусть, Таир легко мог это сделать, но тогда бы всё, провал.

- Сказки – очень полезны для детей, - еле выговорил эту банальщину Таир. Павлик смотрел на его реакцию, он почувствовал земное.

- В кино можно ходить без скафандров, - продолжила девочка, - и плавать в воде.

- А я люблю греческие мифы, - вдруг вступил Ганс.

Надо же, на Марсе их держали в рамках земной культуры, даже детей. А как же там, на других звёздах? Какое у них искусство? Есть ли оно там? А на каком языке они записывают свои формулы? Вдруг пронеслась мысль. Вот Кэт, как она записывает свои биохимические исследования? Неужели есть универсальный космический научный язык? Какой он?

- Наш модуль называется Демокрит. Я читал про него, - Ганс хотел помочь, как мог. Он чувствовал, что родители принимали какое-то очень важное решение, касающееся их всех.

Глаза Павлика и Таира встретились. Самое время. Изначально план у Таира был другой, но сейчас обстоятельства попытались подтолкнуть удачу самостоятельно, если она, удача, про него не забыла. Говорить о Земле не разрешалось, и то, что Таир спросил у девочки про кино уже было на грани, так как ассоциативная цепочка могла потянуть за собой массу сложных вопросов.

- Демокрит, - протянул Таир и потрогал мочку левого уха, - значит, тебя интересует не только математика.

Павлик не мог не вспомнить своего московского Демокрита с отбитой мочкой. Он притащил его из комиссионки уже таким. «Античность, что ты хочешь!» - пошутил он тогда, поглаживая лысую мраморную голову бюста. Бюст наверняка стащили из какого-нибудь провинциального музея в девяностые, выставили в комиссионке, и он дождался наконец Павлика.

- В двух предыдущих контрактах тоже упоминалось о том, что моей жене будет предоставлена работа, но не было никаких гарантий. Мы бы хотели гарантии в этом вопросе, - Павлик не отводил взгляд. Он провёл рукой по волосам, заправил прядь за левое ухо и да! дотронулся до мочки. Контакт!

Таир не подавал виду.

- Вы знаете наши условия, господин Лопи, мы соблюдаем правила. Если в других контрактах вам не предоставлены гарантии в письменном виде, мы тоже не можем их предоставить. Я могу только добавить от себя, что у нас ей не трудно будет найти работу. У неё шестой уровень, а это не мало. Главное, чтобы именно вы определились, какой вид работы и какое направление вас больше устраивает. Различия в контрактах всё же есть.

- Это так. Но мне важен каждый член семьи. Я хотел бы, чтобы моё решение было наиболее продуктивным, - Павлик не знал, что делать, и тянул время. Он понял, что в Таире что-то есть, но ждал ещё одного знака, который бы дал ему чуть больше уверенности.

- Кэт, поверьте, ваши исследования по работе мозга, насколько я помню, то есть работы местного Института мозга, известны далеко за пределами Солнечной системы, и ваш шестой уровень приравнивается иногда к девятому по средним показателям, - Таир тоже нёс ахинею, - особенно ваши работы востребованы у гуманоидных рас.

Кэт что-то поняла, но как помочь, она не знала. Она была почти в том же положении, что и Ганс – страх пересиливал.

- Ну что ж, рад был с вами познакомиться лично, - Таир пошёл ва-банк, время на интервью заканчивалось, и лучше было бы закончить чуть раньше, чтобы не вызывать подозрений, - самое большое впечатление на меня произвела любовь вашей дочери к кино, - Таир улыбнулся,- как, впрочем, и интерес к мифам у Ганса. – он сознательно не называл девочку по имени. Он не мог.

- Меня зовут Таша, - сказала девочка.

- Да, да, прости, я помню. Ганс, есть ещё интересные мифы Древнего Египта. Если ты будешь сочетать математику и искусство, то создашь себе очень интересный внутренний мир, богов и людей, которые учатся у друг друга. Ваш модуль неслучайно носит имя Демокрита, - тут стоило остановиться. Демокрит не был богом, разговор уходил в бессмыслицу, не имеющую отношения к делу. Таир остановился. Если бы он продолжил про богов и богинь и ещё бы произнёс имя Бастет, то на потолке, наверное, загорелась бы красная стоп-лампочка. Что вообще со мной происходит? В голове стоял лёгкий туман, не было привычной ясности.

- В прошлый раз меня тоже спрашивали про Древний Египет, - вдруг сказал Ганс.

- Это ещё раз подтверждает, что мы говорим правильные вещи, - провал! Таир больше не мог там находиться. У него ничего не получилось. Павлик не понял его слабого намёка, он несёт пургу, голова рассеяна, хочется всё прекратить. С головой определённо что-то не так.

- Да ничего особенного у тебя и не спрашивали. Только про какую-то богиню с кошачьей головой, - сказала его обиженная чем-то сестричка.

Нет! В эту сторону нельзя. Ту явно какой-то подвох. Дети, конечно, не причём, но кто-то до меня пытался навести Павлика на ложный след. Кто-то, кто знает, что Павлик хочет вернуться на Землю. Но контракт на Землю только мой. Он пока не поддался, он ждёт сигнал.

- А ты помешалась на своём кино, - не нашёл лучшего, что сказать, Ганс, - актриса!

Таир заметил, что Павлик слегка дотронулся до руки Кэт, когда она хотела сделать детям замечание. Кэт сразу остановилась.

- А что здесь плохого? Просто у меня больше баллов, чем у тебя, и у меня уже есть оплаченная поездка на Южный полюс, а у тебя нет. Каждый цветок за выступление – это рейтинговый балл, - сказала она Таиру, - у меня уже шесть цветков: три лилии, две ромашки и одна роза. Розы – самые дорогие.

Почему здесь нет воды? Ни капли. Как же хочется пить!

- Розы мои самые любимые цветы, Таша. Ты молодец, - после этого Таир встал. С головой происходили странные вещи, он стал слышать волнами, в ушах свистело, было почти невозможно больше вести беседу.

Павлик и Кэт тоже встали и дали знак детям успокоиться.

- Извините за детские разборки, - начал Павлик. Он видел, что с Таиром происходят странные вещи, и он еле стоит на ногах.

- Всё нормально, господин Лопи, всё нормально. Я жду от вас ответ, точнее, мы все ждём ответ, тем более, что моё время на Марсе достаточно ограничено, - из последних сил, пытаясь подчинить себе собственный язык, медленно произнёс Таир.

Павлик и Кэт переглянулись.

Таиру становилось всё хуже и хуже. Он не знал, что ему делать, кого звать на помощь и вообще, как себя вести в подобной ситуации. Сейчас ему нужно было, чтобы Павлик ушёл, как можно быстрее.

- Мы приняли решение прямо сейчас, - сказал Павлик, - мы подписываем ваш контракт.

Таир смог это понять, но говорить он больше не мог. Он странным образом улыбнулся, кивнул и сделал жест рукой, указывая на дверь. Дверь открылась сама. Видимо, тот, кто за ним наблюдал, понял, что надо помогать. Павлик с семьёй вышли из кабинета.

Таир опустился в кресло и потерял сознание.Итак, дорогие читатели, осталось совсем чуть-чуть до финала. Мне очень интересно узнать ваше мнение о моей первой работе на ЛГ, да и вообще на площадках. Для меня это важно. Заранее благодарю каждого за подписку.