Эпилог

Придя в себя, я резко вскочила на постели. Я дома?! Родные стены моей комнаты убеждали в этом. Как я здесь оказалась?! Богдан привез? На кухне послышались шаги, звук льющейся воды. Соскочила с кровати, мимоходом отметив, что на мне моя любимая пижама, и бросилась из спальни.

— Богдан!

— Не надо так кричать, — поморщился Макс, жадно выпивая из чашки воду.

— Ты Богдана видел?

— Роуз, не знаю, что тебе приснилось, но никакого Богдана я не знаю.

— Как же, ну этот, из благотворительного фонда. Ты еще на днях нас утром с ним застал.

— Эм-м… Работать тебе меньше надо. Взяла бы отпуск.

— Я и так в отпуске, — машинально произнесла я.

— Да? А вчера говорила, что тебе сегодня днем на смену, — натурально удивился братец.

— Меня вчера дома не было.

— Издеваешься? По-твоему я с призраком ужинал? Ты же сказала, что пока я не поем, из дома не выйду.

Я напряженно замерла, стараясь понять, что происходит. Или я схожу с ума, или… Еве все удалось, и она изменила прошлое. Что она там кричала? В памяти всплыл пронзительный крик: «Лучше бы вас никогда не было!» И что-то о вещах Дамаль. А если Богдана в этой реальности нет?

Ничего не говоря, я бросилась обратно к себе. На столе нашла свой ноутбук. Мой, не новый, купленный мне Богданом после того, как Костик забрался ко мне за диссертацией. И диссертация… На столе лежала синяя папка с материалами по ней. Не может быть!

— Роуз, с тобой все в порядке? — заглянул ко мне Макс.

— Скажи, я на свидание с Мишей ходила? — спросила у брата, желая понять, как далеко зашли изменения прошлого.

— Нет, ты отшила его прямо у больницы.

Как же так? Хотя я тогда к нему в машину села лишь из-за Богдана, который за нами наблюдал.

— Может, передумаешь насчет него? Мне этот Стас, что крутится вокруг тебя, совсем не нравится.

Я подтянула к себе папку, куда аккуратно подшивала материалы по диссертации, и, просматривая их, ответила:

— Миша классный, я бы с ним встречалась…

Если бы не влюбилась в Богдана. А так…

— Я ему скажу! — расцвел в улыбке братец и тут же испуганно ахнул: — Эй, ты что делаешь?

— Фигня все это, — сказала я, с удовольствием разрывая на мелкие кусочки листы с заметками, над которыми так долго работала.

— Э-э-э… — Он не нашел, что сказать. Просто помнил, как я его чуть не придушила за то, что он поставил на папку чашку с чаем. — Пойду я тогда.

Пятясь, как от буйно помешанной, Макс покинул комнату. Я же не успокоилась, пока не порвала все записи на мелкие клочки. Потом удалила всю информацию с ноутбука и флешки. Стало легче. Но ровно до того момента, как я попыталась найти хоть какую-то информацию по Богдану. Хоть убей, не помнила название благотворительного фонда, который он представлял, а их в нашей стране оказалось так много, что глаза разбегались. И фамилию его я не запомнила.

Час поисков в сети не принес ничего. Я не знала о нем ничего, кроме имени. Я даже не была уверена, что в этой реальности он существует. От отчаяния хотелось сесть на пол и завыть, но от этого шага удержал звонок в дверь.

— Богдан! — бросилась я к двери. Макс выглянул из своей комнаты и покрутил у виска, но остался на пороге ждать развития событий.

Я распахнула дверь, и улыбка моя погасла. Костик. Вот его-то я меньше всего хотела видеть. Бывший неожиданно опустился на одно колено и протянул мне открытую бархатную коробочку, в котором блестело золотое колечко.

— Розочка, я не могу без тебя!

Боже, сколько раз я мечтала об этом моменте! Чтобы до него однажды дошло, как много я значу. В фантазиях я не заходила дальше ресторана, где он протягивает мне заветное колечко, а чтобы вот так, на пороге квартиры… Правда, коленом Костик опустился на половичок у двери, но все же. Не подозревала, что он способен на такие порывы.

— Мы же расстались?! — то ли вопросительно, то ли утвердительно произнесла я, не зная, что между нами в этой реальности.

— Я буду полным дураком, если потеряю тебя. Я понял, как сильно тебя люблю…

— А диссертации больше нету, — перебила его.

— Как нету?!

— Я отформатировала флешку и диск ноутбука. Хотя… кое что осталось. Я сейчас.

Оставив ошарашенного Костика, метнулась мимо брата, который одобрительно показал мне палец вверх, к себе в комнату и вернулась с полным мусорным ведром. Бывший уже встал с колен и переминался, не решаясь зайти. Пугал Макс, угрожающе застывший в коридоре со скрещенными руками и поигрывающий мускулами.

Я обогнула его и вышла к Костику.

— Вот, — вывернула к его ногам горку бумажных клочков.

— Что это?!

— Все, что осталось. Выбрасываю мусор из своей жизни. Хочешь — забирай. А колечко секретарше подари, девочка насосала.

С этими словами захлопнула дверь перед ошарашенным Костиком. Макс дал мне пять, и я хлопнула по его руке.

— Надо замки поменять, а то с него станется к нам залезть.

— Сегодня займусь, — кивнул он и ухмыльнулся. — А ты у меня боевая!

— Дура!!! — донеслось из-за входной двери.

— Я тебя сейчас с лестницы спущу! — гаркнул Макс, и все затихло. Мы с ним переглянулись и улыбнулись. Костик всегда был трусоват, превознося ум, а не грубую силу.

— Ты не помнишь, где ключи от моей машины?

— Да ладно?! Неужели поедешь? — удивленно хлопнул себя по бедру братец.

— Поеду. С главным поговорить надо. Не хочу с этим дерьмом рядом работать. Пусть или переводит меня, или уволюсь.

— Не знаю, какая муха тебя сегодня укусила, но мне нравится результат, — хмыкнул Макс.

— Поумничай мне, — проворчала и пошла к себе собираться.

— А Мишке я позвоню! — крикнул он мне вслед, но я отмахнулась.

До работы доехала на машине без проблем. Наверное, я столько пережила за последнее время, что прежние страхи самоуничтожились от осознания своей никчемности. Разговор с главным прошел легко. Стоило дать понять, что я настроена увольняться, как вопрос с переводом он пообещал решить. Время до начала смены еще было, и я перелистала истории всех больных за последнее время. Как и ожидала, никакого Кристофа Морено и сбитой Максом девушки не было.

«Морено!» — пронзила меня мысль. Вот его имя и фамилию я знала. Адреса проживания не помнила, но если надо, найму частного детектива, и его найдут. А лучше подниму свои контакты, помнится, я оперировала одного генерала…

У Морено же фирма охранная, кажется. Богдан что-то об этом говорил. Точно! Его люди дежурили тогда у нас возле особняка. Я любыми способами вытрясу из него контакты Богдана!

Нашла номер генерала и, немного поговорив с Вячеславом Павловичем о его здоровье, озвучила свою просьбу. Не отказал, пообещав перезвонить. Я немного успокоилась и смогла отработать смену.

Больные были все те же, и у меня ехала крыша оттого, что все осталось по-прежнему, но не было ни одного доказательства существования Богдана. А что, если он плод моей фантазии на почве расставания с Костиком? Слишком яркий сон, в котором я прожила большой и насыщенный кусок жизни. Такие мысли отравляли своим ядом и вселяли сомнения. А утром меня добил звонок от генерала, который сообщил, что на имя Кристофа Морено в России не открыто никакого бизнеса. И в Москве его точно нет.

Уставшая после смены и убитая новостями, я поплелась домой. Одна радость — сегодня я на машине, и не нужно мерзнуть на остановке в ожидании автобуса.

— Миша, — натянуто улыбнулась встречающему меня молодому человеку. Без шапки, уши уже красные, в руках неизменная роза. Вот он настоящий и никуда не делся из моей жизни. Может, это знак?

— Миш, пригласи меня в театр, — слова вырвались сами собой, а сердце сжалось от тоски. Что-то подсказывало, что на этот раз я не встречу там Богдана. А вот ободренный Михаил оживился и стал спрашивать, куда бы я хотела пойти.

—Давай на «Анну Каренину» в Большой, — как мазохистка предложила я.

— Любой каприз, — счастливо улыбнулся он. Красивый парень, молодой, умный, перспективный. Я ответила улыбкой, а вот сердце не екало. Кажется, я как последняя дурочка влюбилась в плод собственной фантазии.

Мы обговаривали день, когда я смогу пойти, и уже подходили к моей машине, как проезжающий внедорожник резко свернул к нам и затормозил. Я напряглась, вспоминая похищение, и не поверила глазам, когда из машины выскочил Богдан.

— Тебя и на день оставить нельзя! — недовольно заявил он, но взгляд был напряженный, а в глубине светлых глаз застыла тревога.

— А если я тебя не помню? — задиристо поинтересовалась я, хотя сердце готово было выпрыгнуть от счастья из груди, и с трудом удерживалась, чтобы не броситься ему на шею.

— У меня есть средства убеждения. Придется напомнить, что ты моя женщина! Извини парень, но она моя и занята.

Не дав попрощаться с Михаилом, он запихнул меня к себе в джип и дал по газам.

— Богдан!

— Помнишь, — расплылся в улыбке он. — А я уже планировал тебя похитить и предаваться разврату, пока у тебя не разовьется Стокгольмский синдром.

— Какой же ты идиот! Моя машина там осталась.

— Ничего, потом заберем, — отмахнулся он.

— Куда мы едем?

— Ну как же — домой, предаваться разврату. Я снял наш коттедж, и, если желаешь, можем его купить. Агентство говорило с хозяином, он не против его продать. Возражения есть?

— Нет…

Я охрипла от подступающих слез. Стало отпускать, и я поверить не могла, что он рядом. Здесь. Бросив на меня взгляд, Богдан съехал с дороги и припарковался. Кажется, мы одновременно бросились друг другу в объятия, не веря, что встретились.

— Я же не доеду, — глухо простонал Богдан. — Давай к тебе.

— У меня Макс может быть дома, и он тебя не помнит.

— Ничего, вот и познакомимся. Я попрошу у него твоей руки и совращу тебя. Нет, совращу тебя, а потом уже, как честный человек, женюсь.

— Дурак!

И я все же разревелась.

***

Как потом узнала, в этой реальности больше нет вещей Дамаль. И только мы с Богданом и Ева с Ханом помним иное. Богдан, к неудовольствию отца, переехал жить в Россию. Курирует филиал благотворительного фонда, открывает новые офисы по всей стране. Сейчас с иностранными инвесторами занимается строительством большого медицинского центра.

Я перевелась и работаю пока в нашей больнице в детском отделении, потом планирую уйти в новый центр. Костик завел роман с пациенткой, которая оказалась женой какой-то шишки из министерства, и его уволили со скандалом, найдя повод.

Загородный дом мы все же купили, и я съехала, предоставив квартиру Максу. К нему перебралась его Юля, и они пробуют жить вместе. Мы с Богданом поженились, отпраздновав свадьбу здесь и прием с гостями у его семьи. Я познакомилась с Ирен и Бертом — сестрой Богдана и ее мужем, с их отцом Вацлавом.

Богдан рассказал, что в этой реальности Хан, с которым они и раньше были как братья, его официальный брат, так как отец его усыновил еще в детстве. Сам Вацлав женат на матери Ирен, а в прошлой жизни она погибла, когда сестра еще была маленькой. К счастью, все изменения, которые произошли в наших жизнях, — к лучшему. Хан с Евой ждут ребенка и обосновались жить в Ванкувере, мы летаем к ним в гости.

У нас тоже появился еще один член семьи. Нет, я пока не беременна, но мы над этим работаем. Лаки! Я нашла котенка около нашего коттеджа. Или он меня нашел, не знаю, как правильно будет сказать. Теперь это уже взрослый, отъевшийся и пушистый кот, но туалет в фикусе себе иногда устраивает, и ботинки Богдана грызет, хулиган.

Моя мать, как и раньше, живет во Франции и замужем за Андре. Я еще раз убедилась, что некоторые встречи предопределены. Они любят друг друга и вместе без всяких волшебных панталон. Хотя я не против, когда Богдан устраивает шопинг и привозит что-нибудь сексуальное и провокационное, которое потом с горящими глазами на меня надевает, лишь для того, чтобы снять.

Зачастую мы сами нашей любовью творим волшебство, и для этого вовсе не нужны особые вещи.

КОНЕЦ