Глава 39

Радмила замерла перед волной взглядов, пытаясь закрыть отметку руками. Ну кто бы мог подумать! Этот маленький след остался у нее с тех первых лет жизни в Лесу. Она нечаянно наткнулась на сломанную ветку ядовитого сумаха. И надо же было такому случиться, что палка попала в прореху на детской рубашке, ядовитый сок коснулся кожи, и даже припарки местной травницы и слюна капитана-оборотня не помогли убрать отпечаток без следа!

– Тихо! – шум зала король перекрыл одним словом.

Он быстрым шагом прошел половину зала, раздвигая тех, кто замешкался у него на пути. Увидел Раду, различил золотой отблеск между ее пальцами, а через миг – узнал!

– Ты? Как? Невероятно! Почему? – его голос звучал недоверчиво, но не зло.

Наверное, монарх задал бы еще много вопросов, но позабытый накопитель вытянул последние капли резерва у юной магички, а потом взорвал золотистые магические шарики безумно яркими алыми искрами! Под этот грохот Радмила пошатнулась, чувствуя опустошенность и страх, сделала шаг назад и бледнея привалилась к стене, чтобы не упасть. Из ее носа медленно, словно пиявки потекли багровые дорожки, пачкая тонкое серое сукно мундирного платья.

Король порывисто бросился вперед, игнорируя все возрастающий шум толпы. Потом он даже не вспомнил, как переместился к окну, выдернул девушку из-за вазонов с пальмами и каких-то портьер. Бросил своей охране:

– Лекаря! – и подхватив Раду на руки, прижал к себе, все еще не веря своему счастью. Она – его невеста? Что, как, почему и зачем – все потом! Сейчас важно укрыть девушку от скандала, понять, что с ней, а потом… они поговорят!

Быстрее всех сориентировался звездочет:

– Ваше Величество, короткое объявление и я открою портал в башню. Там будет удобнее.

И не достанут «доброжелатели», звучало подтекстом.

Дагобер дернул плечом, развернулся к толпе и объявил:

– Дорогие мои подданые! Сегодня Светлые подарили вам радость. Я нашел свою будущую жену, вашу королеву. Ее зовут леди Радмила, баронесса Тулон. Завтра в полдень мои слова будут услышаны на каждой площади!

Сказав ритуальную фразу, король тем самым объявил всем придворным, что глашатаи столицы не успокоятся, пока не прокричат новость на каждом пятачке земли, имеющем название «площадь». К следующему дню о появлении королевы узнает вся страна. И остановить это уже невозможно. Практически!

Но что значат слова для обманутой в своих ожиданиях женщины? Для той, которая уже практически держала в руках корону? Юная графиня Амалиенборгская вдруг с неженской силой отшвырнула щеголя, стоящего у нее на пути, но сначала она выхватила у него кинжал – изукрашенную камнями игрушку, допустимую на балу.

– Королевой, буду я! – прошипела одна из самых знатных девиц королевства, и молниеносно наложив на рукоять заклинание, отправила оружие в полет.

О, это была сладостная женская месть. Кусок мягкой стали, не предназначен для метания. Рукоять, усыпанная самоцветами и вовсе безделушка, но магия! Она способна в один миг заточить сталь, наполнить кристаллы убойной силой, заставить игрушку стать оружием! Но…

Кинжал удалил в плотное плетение иссиня-черных перьев! Кое-кто судорожно сглотнул. О, многие в этом зале позабыли, почему в полный королевский титул включено сочетание «король-Ворон». Потеряли в каждодневной суете память о силе монарха. О его родовой магии, выходящей на свет в тот миг, когда что-то или кто-то угрожает его близким. Невесте, ребенку, супруге.

Клинок упал на паркет и зашипел, крутясь на месте, плюясь заклинанием призванным обезобразить живую плоть, угодившую под его действие. Монарх одним движением превратил огромное черное крыло в рукав камзола и обвел придворных таким взглядом, что стоящие ближе попятились, а кое-кто попытался спрятаться за мебель. Только «невеста» стояла прямо, кипя гневом.

– Благодарю вас, графиня, – церемонно сказал король, насмешливо склонив голову в бок, – что показали моим подданым свое истинное лицо. Вас проводят в монастырь Смиренных сестер. Прямо сейчас. Остальные невесты вернутся в свои покои, их судьбу я решу позже. Дорогие гости, – не выпуская Раду из рук, король окинул взглядом зал, – веселитесь! Отмечайте милость небес, щедро пролитую на вашего короля. Все остальное – завтра!

Одним лишь взглядом подозвав охрану, Дагобер шагнул в портал, созданный астрологом.

– Можно положить девушку сюда, на диван – старый маг был вежлив и аккуратен в жестах и выражениях. Он впервые увидел воочию ту силу, которая появляется у истинного короля, рядом с его женщиной. – Я отправил за лекарем вестника. Ваши люди могут встретить его внизу. Ваше Величество, ваша старая рана все еще беспокоит вас? Вы прижимаете руку к боку?

Только сейчас Дагобер обратил внимание на то, что действительно инстинктивно прижимает локоть к тому месту, где под слоем одежды откровенно саднит старый шрам.

– Не могу ничего сказать, Жанлис, подождем лекаря, – отозвался король.

Он не стал укладывать Радмилу на диван. Сел сам не выпуская ее из рук, покачивал, заглядывая в бледное лицо. Охрана осталась рядом, но кто-то из гвардейцев уже спустился вниз, и вскоре вернулся с лекарем. Еще один седовласый маг, пахнущий травами так, и не сумел оторвать девушку от короля, но довольно быстро диагностировал у нее магическое истощение, нервное напряжение и упадок сил.

– Могу сказать, что девушка здорова, сир, – лекарь спрятал в саквояж свой стетоскоп, – но ей нужен отдых, магическая подпитка и покой.

– А кровь?

– Магическое истощение, – развел руками маг. – Я все залечил. Теперь поможет только время.

Дагобер лишь дернул углом рта. В лучшем случае у них есть несколько часов до утра. Потом аристократы опомнятся и ему придется отбиваться от «добрых советов», «рекомендаций» и попыток украсть или убить ту, которую он любит больше жизни!

– Ваше Величество, – нахмурил брови астролог, – ваша рана…

Лекарь тотчас схватил короля за руку, обследуя и покачал головой:

– Это всего лишь магический пузырь.

– Что? – удивленно уточнил монарх.

– Ваш шрам… Он особенный. Когда залечивали ожог, удалили часть отравленной плоти. Малую часть, толщиной в несколько волосков. Но удаляли магией, быстро, чтобы яд не успел распространиться по телу. Поэтому под кожей остались каверны. Заклинание тождества наполнило их маной, заставляя светится и расправить кожу.

– То есть я невольно прогладил шрамы Его Величества изнутри? – фыркнул Жанлис.

– Надул рубцы маной, – уточнил лекарь, – я не могу ничего сделать, любое магическое действие только ухудшит ситуацию. Нужно подождать. Когда мана истает, боль уйдет совсем.

Оценив композицию из короля и магички, выслушав диагноз и прикинув кое-что астролог поднял глаза к потолку и озвучил свои мысли:

– Мой король, вам и девушке нужно на водопад.

– Водопад? – Дагобер крепче прижал к себе бессознательную магичку пытаясь уложить в голове нужную информацию.

– Я открою портал. Вода смоет все лишнее и ману в том числе. Думаю, вы узнаете место. Заберу вас с рассветом. Помните, до коронации еще несколько месяцев!

Перед ничего не понимающим королем замерцала рамка портала, послышался шум воды.

– Скорее, скорее, Ваше Величество! – звездочет аж приплясывал от нетерпения, – вода поможет вам обоим! Потом возвращайтесь во дворец, я все вам объясню!

– Обязательно! – недовольно рыкнул Дагобер, но все же шагнул в портал с Радой на руках.

Рамка заискрила и схлопнулась, отсекая кабинет звездочета. За спиной остался занесенный снегом город, охрана и нервные маги. Перед королем шумел прозрачный и легкий водопад, наполняя небольшое озеро. Вокруг, точно рама на зеркале вились теплолюбивые южные растения, пели птицы, солнце клонясь к закату окрашивало воду в нежный розовый цвет.

– Покрывало Невесты! – король не сразу понял, что сказал это вслух.

Знаменитый водопад, который принято было изображать на свадебных портретах знати. Далеко не каждая пара удостаивалась чести попасть сюда, потому что магия, окружающая это волшебное место пропускала к нему только влюбленных. Причем попасть сюда мог любой – хоть крестьянин, хоть горожанин. Просто не каждый готов был отправиться в путешествие. Магам было проще – портал открыть мог каждый, а вот пройти сквозь него – только любящие.

Между тем боль в боку напомнила о себе, а Рада тихо застонала. Дагобер опустил двушку на траву, заглянул в лицо, поражаясь ее бледности. Сердце магички билось очень медленно, руки холодели. На миг король ощутил свою полную беспомощность. Он не лекарь, его учили останавливать кровь, стягивать раны, унимать лихорадку, и это все! Не успел монарх окончательно запаниковать, рядом открылся еще один портал, и в него втолкнули корзину, накрытую теплым пледом. Все сразу встало на свои места! Король постелил плед на траву, переложил на него девушку, закутал и под прикрытием мягкой теплой ткани расстегнул пуговицы ее жакета и блузки, стянул шляпку, вынул из строгого узла многочисленные шпильки. Потом отыскал в корзинке флягу с теплым вином и поднес ее к губам любимой слегка смачивая их терпкой влагой.

Помогло! Сделав вынужденный глоток, Радмила закашлялась, открыла глаза, снова закрыла, застонала, схватилась за голову и нахмурила выразительные черные брови, наткнувшись на россыпь волос. Дагобер не удержался – поймал ее пальцы, поднес к губам, коснулся кожи:

– Все хорошо, я рядом!

Вот теперь девушка открыла глаза, вырвала руку и села, кутаясь в плед и шипя, чтобы сдержать ругательства.

– Ваше Величество!

– Можно просто Дагобер, – король, все еще стоя на коленях слегка откинулся назад, чтобы полюбоваться невероятно притягательной картиной: Радмила в полу расстёгнутом платье, с распущенными волосами среди ярких цветов и трав.

– Ваше Величество! – упрямо повторила магичка, – верните меня домой!

– Не могу, – улыбнулся король, разводя руками, – влюбленные, попавшие к «Покрывалу Невесты», должны обязательно окунуться в его воды, и встретить рассвет на его берегу!

– Что? Какие влюбленные? – девушка присмотрелась к водопаду и тяжело вздохнула.

Невесомое облако воды, танцующее над озером, а главное – скала, напоминающая девушку в пышном платье, были знакомы любому жителю королевства. Легендарный волшебный водопад, о котором писали в романах, исторических хрониках и чувствительных любовных историях. Если нужно было оправдать побег какой-нибудь парочки из дома против воли родителей – достаточно было показать кристалл с портретом на фоне этой самой скалы.

Получается, коль уж они очутились здесь… Думать об этом было страшно. В своих чувствах Рада не сомневалась, но король! Неужели он тоже что-то испытывает к ней? Настолько сильное, что водопад пропустил их двоих?

– Окунаться обязательно? – ворчливым тоном спросила девушка, отводя взгляд.

Рада совсем не хотела погружаться в воду, которая выглядела прозрачной и холодной. Ее все еще трясло, бок ныл, а опустевший резерв вызывал сосание под ложечкой, словно она не ела по крайней мере пару суток.

– Говорят, без этого отсюда невозможно уйти, – деланно безразлично пожал плечами король, прожигая ее взглядом.

Он уже понял, почему астролог напомнил ему, что свадьба лишь через несколько месяцев. Будущая Великая королева должна быть безупречна и… невинна. А особая магия этого места наполняла воздух еле уловимой музыкой желания. Тонкой-тонкой, малозаметной для юной магички и абсолютно понятной для взрослого много повидавшего в жизни мага. Особенно сейчас, когда девушка позабыла о беспорядке в одежде, и смущенно прячется от него, маня каждым движением.

– Не смотрите, Ваше Величество! – сухо потребовала Радмила, обнаружив распущенный лиф.

– Вам понадобиться помощь, миледи, – деликатно намекнул король и тут же как мальчишка торопливо выпалил: – обещаю не подглядывать!

Магичка оценила собственный наряд. Платье было мундирным – то есть поверх сорочки и корсета надевались рубашка с высоким воротником, лиф, жакет и шейный платок. Узкая полоса шелка уже валялась на траве, пуговицы жакета и рубашки были расстегнуты до самой груди, но корсет, зашнурованный на спине, стал оплотом скромности. Лезть в нем в воду – не вариант.

Если бы это был ее собственный кусок плотной ткани с тонкими пластинками китового уса, она бы еще рискнула окунуться прямо в корсете. Но во дворце ее переодели полностью, объяснив, что на другой корсет платье не сядет. И вот этот предмет туалета плотностью напоминал кирасу, а еще был прошит не легкими пластинками, а металлическими прутьями – явно для того, чтобы долго держать спину прямо сидя на лошади.

– Можете помочь мне расшнуровать корсет, – решила девушка, поворачиваясь к мужчине спиной.

Жакет упал на траву, за ним скользнул лиф, больше похожий на жилет, потом улетевшая на плед блузка подставила солнцу и ветру ее шею и плечи… Дагобер затаил дыхание. Он много раз видел обнаженных женщин, укладывал в постель полуодетых, особенно если дело было в походе или в чужом доме. Случалось ему бывать на тайных вечеринках, там, где танцовщицы приманивали разгоряченных мужчин танцами с раздеваниями. Так что ему было с чем сравнивать. Но простые, резкие движения Радмилы зажгли в его теле такой огонь, от которого перехватило дыхание и задрожали пальцы. Она всего лишь обнажила шею и плечи, показав даже меньше, чем некоторые дамы на балах, а у него пересохло во рту, и вся кровь устремилась вниз.

Сделав пару шагов, король взялся за шнуровку, и еле устоял от головокружительного аромата кожи и волос магички. Распущенные волосы Рада перекинула на одно плечо, чтобы они не спутались со шнурками, и шаловливый ветер перебирал ее локоны, щекоча нежную кожу. Едва корсет ослаб, магичка подхватила его и не поворачиваясь попросила:

– Отвернитесь, Ваше Величество!

– Уже, – отозвался Дагобер и добавил: – в корзине есть простыня и плед. Не простудитесь, миледи.

Девушка передернула плечами. Это заботливое «миледи» от того, кто обманул ее, скрыл имя и титул, а потом оказался тем, с кем ее связывает магия…