18. Восемнадцатая часть

Слегка оглушенная и переполненная впечатлениями от Выставки, шла к посадочной площадке для челноков, крепко прижимая к груди Барсика. Когда ощутила некоторый дискомфорт. Барсик напрягся и тут же, на длину руки, выпустил усыпаные ядовитыми колючками корне-лианы.

— Нас у челнока ждет Следопыт, — спокойно сообщил Вожак. — Он нашел твою самку-по-крови.

Взвизгнув от радости, я рванула к челноку, не обращая внимание на снисходительную полуулыбку Вожака и служебно-цепкие взгляды воинов. Вот, только липко-душная ненависть, полоснувшая по ментальному щиту, шла не от них. А от почти незаметной фигуры, почти слившейся со станиной опоры старенького шатла. И это был не кто иной, как мой как-бы-братец.

"Об этом подумаю позже!" — отмахнулась я, — "Сейчас-сейчас я узнаю, когда смогу увидеть Люсю! "

При моём приближении, на ступенях челнока материализовался Рейнжер.

А вот Барсик — оказался совершенно не готов к конкуренции за моё внимание! Цветочек вновь ощетинился… и не только корне-лианами! Он ВЕСЬ покрылся колючками. На почти невидимых колючках, бриллиантами сверками капельки яда.

— Барсик, — пропела я сладким голосом, тихо сатанея от не запланированной конфронтации между моими любимцами, — Рейнжер — тоже член нашей семьи! Только попробуй ему навредить! Колючки — побрею! А лианы на катушку намотаю!

Лилия оскорблённо упаковалась в бутон, колючки исчезли, лианы втянулись… В моей руке осталось тёплое, древесно-бархатистое корневище с плотно прижатыми к нему листьями и бутоном.

"Злюка ревнивая!" — укорила я Цветочек про себя.

Я протянула руку Рейнжеру, на которую он тут же запрыгнул, тихо-нежно урча, всем своим невесомым, но смертоносным тельцем.

"Вот у кого идеальный характер!" — восхитилась я, прижимая к себе Чудесное создание.

От Барсика вновь пришла волна колючей ревности.

— Ну и дурень ты у меня ревнивый, — вздохнула я, прижимаясь щекой к оскорблённо отвернувшемуся бутону, — Мы с тобой только встретились, а ты уже свои правила навязать пытаешься. Нельзя так… Если бы тебе повстречалась не я, а кто-то другой, то от тебя бы отказались. А остальных твоих сородичей никто не захотел бы забрать себе в друзья, — сама не понимаю — почему я тут распинаюсь перед оскорблённым представителем животно-растительного сообщества.

Но Барсик явно подобрел, даже цветок слегка приоткрыл.

— Вот… молодец. — Похвалила я вредное растение, — Когда ты не отказываешься общться, всегда можно найти приемлемый для обеих сторон компрмисс. Хочешь с Рейнжером познакомиться, или ещё не готов?

Цветок снова "насупился" и отвернулся от нас.

— Ну, как хочешь… Рей, где Люда?

— Посмотри ему в глаза. Он передаст тебе видеозвуковую информацию.

Маленький резведчик с готовностью задрал вверх голову, позволяя мне установить с ним зрительный контакт…

И вот, я уже скольжу по улицам города. У меня важное задание и я должен как можно скорее и лучше его выполнить. Не совсем понятно — почему я должен только найти самку-по-крови… Если она сбежала от моей госпожи, то её надо поймать и вернуть… если она предала Род госпожи — её надо убить так, чтобы остальные самки больше не помышляли об измене…

Мррр… какая хорошая у меня госпожа…

Запах становится сильнее! Здесь часто бывает та, которую я ищу.

А вот и совсем свежий след! Она была тут третьего дня. Мчусь по следу… и он приводит меня к стене, сложенной из огромных каменных балок. С виду — всё безобидно. Но я — опытный Охотник! В стену вплетен охранный щит. Знаю. Встречался. При простом прикосновении он сообщает о любопытном, прикоснувшемся к стене. Если я захочу залезть, то мне позволят это сделать. Но на самом верху, или с другой стороны — захватят в парализующий кокон. Могут ударить разрядом. И отравить парализующим газом. А если не поможет — то ударят нейросетью. Блокирующей нервную систему живых и нейросеть — биоников и роботов. Не люблю летать. Слишком много энергии тратится. Но расправляю крылья, нахожу подходящий восходящий поток воздуха и взлетаю. Воздух горячий и датчики слежения не могут меня засечь. К тому же — я не двигаюсь. Просто парю в восходящих потоках. Поднимаюсь на большую высоту. Территория дома накрыта сверху защитным куполом. Но в нём достаточно большие "окошки". Складываю крылья и ныряю в наиболее подходящее. Вот я и в саду. Запах разыскиваемой самки становится всё сильнее. туманом скольжу к Исполинскому зданию. Помню такие! Моей госпоже подарила такое же! Смех бьёт по рецепторам… ОНА — там!

Подползаю к беседке из полупрозрачного камня, цвета застывшего льда. Там накрыт стол. За столом — глаарн и три женщины. Одна из них — моя цель. Вспархиваю на дерево, ветвями проникающее в беседку и замираю. Наблюдение началось.

Гуманоиды, судя по всему, едят. У Вожака — прекрасное настроение. Он очень ласково общается со всеми тремя самками. Самки тоже очень нежно относятся к Вожаку. Ну и между собой они тоже ладят. Настолько, что я даже не могу определить — кто из них — Главная самка Гнезда.

От дома раздаётся шум, голоса…

Сидящие в беседке поворачиваются на шум и от них идёт волна любви и нежного предвкушения.

Из кустов в беседку врываются два детёныша. И сразу облепляют Вожака. Потом — скачут с рук на руки всех самок. Сильные, умные, здоровые… хорошие детёныши…

Следом за старшими детёнышами к беседке подходят трое гуманоидов. Они — рабочие Гнезда… На руках одного из них — новорожденный детёныш.

Его передают гордому Вожаку. Старшие детёныши, тут же, прилипают к отцу и обсуждают младшую сестру.

О чём они там говорят..?

— … спокойная и послушная, — хвалил младшую сестру старший брат, — И не кричит никогда. Не то, что Гозька!

— Я не кричала! — тут же надувается средний детёныш, — Это из-за тебя всё… ты сбегал, а все тебя искали! А меня с няней оставляли… а она старенькая и засыпает сразу! Я уходила, чтобы её не разбудить и вас звала!

— Ага… звала она, — хмыкает Наследник, — Орала так, что даже папа на работе слышал!

— Ну, всё… не ссорьтесь, дети, — Вожак сгрёб всех детей к себе на колени и перецеловал, — Я действительно слышу любого из вас. Где бы ни был, на Глаарне. Вы — мои любимые частички! И Тохх вас постоянно мониторит. — Над лавым плечом Вожака возник бордовый силует мощного симбиота.

— А мам ты тоже слышишь? — не унималась дочь.

— И мам — тоже, — нежно улыбается Вожак. Самочки посылают ему в ответ обожающе-восторженные улыбки. — Кстати, дорогие… У меня для вас объявление… На Глаарне решено организовать посольство Властшаров. Они, почему-то, пошли на контакт сами. Их чем-то заинтересовала выставка растений-симбиотов. И мне предложено завтра посетить эту выставку, обязательно со всеми супругами!

— Ах, ты так добр! — улыбнулась брюнетка с серыми глазами, — Мы давно не выбирались в свет! А Милли — так вообще — никогда! Это серьёзное упущение! Некрасиво держать её в доме! Она — одна из твоих жён! И мать наших детей! Мы должны представить её! Мне и так об этом намекают уже год супруги Правителя и Советников.

— Вот и отлично, — снова улыбнулся Вожак, — Милли, завтра мы познакомим тебя с нашим кругом.

Невысокая, хрупкая, русоволосая женщина, подняла на мужчину яркие карие глаза и смущённо прошептала:

— Может… не надо..? Боюсь вас подвести…

— Ли, ты о чём? — тут же вмешалась в разговор вторая брюнетка с чёрно-багровыми глазами, — Ты — не можешь нас подвести! Ты подарила нам детей! Сделала нашу семью счастливой! Дружной! Благодаря тебе Логан сохранил пост Главного Советника по безопасности Глаарна! Там — не держат бездетных! А на выставке будет обычный прием! Уверена — ты со всем справишься! — женщина приобняла Людмилу и нежно поцеловала.

— Ну… не совсем приём и обычный! — покачала головой Старшая жена, — Всё же — властшары — это страшно и не предсказуемо! Я права, дорогой?!

— Отчасти, — согласился Вожак, покачивая детёнышей, — Они — не предсказуемы. Но они — знают что такое Честь и жестко отстаивают её! Что..? — Глава семьи, вздрогнув, повернулся к симбиоту. Глаза Вожака затянула мутная пелена… Сейчас он чувствует то же, что и симбиот. А симбиот почуял меня!

Я ощутил, как по ветке, на которой я нахожусь, ползёт охотничье щупальце…

Но я и так уже узнал всё, что приказала мне госпожа. Спрыгиваю с ветки, лавируя между столбов беседки, касаюсь волос самки, забирая её материал для окончательного анализа.

И выскальзываю из-под защитного купола.

Я — молодец! Я блестяще выполнил задание!

***

Мне в нос ударяет резкий запах. Хлопаю глазами…

— Нельзя в первый раз так долго сливаться сознанием с Охотником, — укоряет Саах, — Пришла в себя?

— Угум… — мычу я осознавая себя сидящей на ступеньке трапа.

— Что узнал Охотник?

— Люся у Главного Советника по безопасности Глаарна, — чётко докладываю я, — Завтра вся их семья будет на выставке. Чтобы познакомиться с нами. Симбиот засёк Рея. Но поймать не смог.

— Что ж… надо подготовитьссссся к завтрашнему дню… — отмечает Вожак, о чём-то думая.

— Саах, — окликаю я.

Вожак выходит из раздумий, переводя на меня внимательный взгляд.

— Мне надо с вами поговорить. Срочно! — с нажимом говорю я.

— Говори! — одно движение, и нас накрывает прозрачный купол.

— Почему ваш сын меня ненавидит? Такую ненависть я встречала однажды. И она привела меня к Смерти…

— Они всегда были соперниками с Влассой. Он ненавидил её и обожал — одновременно. Но он — взрослый самец. И давно научился прятать свои мысли и эмоции. От меня-то уж — точно! Только ты их можешь уловить. Я приставлю к нему нано-дрона. Надеюсь — он не наделает глупостей. Мне будет жаль лишиться ещё и сына.

— Понимаю вас. Но ответственно заявляю — если он плетёт интриги с целью меня угробить — я буду принимать упреждающие меры! Вплоть до ликвидации. И не факт, что успею вас об этом предупредить!

— Услышал тебя. Поддержу… но хотел бы, чтобы всё завершилось не столь фатально. Едем в посольство. Надо многое обсудить. Мне ещё с дипломатическим представительством предстоят длительные переговоры и подписание огромного количества документов.

— Я могу чем-нибудь помочь?

— Нет… к моему глубокому огорчению. — Саах дернул ухом, — Мне настоятельно посоветовали назначить полномочным Послом… сына… Я не могу игнорировать директивы Совета. Ильг об этом тоже знает. Видимо поэтому он начал вести свою игру… И тут у меня нет прав его контролировать.

— Я поняла. Всё — хреново!

И в это время у меня сработал коммуникатор. Развёрнулся экран, демонстрируя разумного, весьма похожего на моего врача-куратора:

— Милосердных Звёзд, госпожа, — незнакомец обозначил безупречный поклон, — Меня прислал ваш доктор-куратор. Я — его порождение. Первенец. Старший. И я — тоже врач. Можете звать меня Оун. Тонкости вашего организма мной тщательно изучены. Родитель доволен и доверяет. Я в курсе вашей проблемы. Необходимая аппаратура прибыла со мной. Вы пришлёте мне сопровождающего?

— Дочь, позволь? — Вожак качнулся ко мне, попадая в обзор галоэкрана, — Я — почти-отец нэры Леты. Мы сейчас прилетим за вами сами. Так будет спокойно всем.

— Если госпожа не возражает, я жду… — Оун снова склонил породистую голову и эран потух.

— Какие у тебя занимательные друзья, — задумчиво рассматривая меня так, словно видел впервые, сообщил Саах, — Ты знала, что стала ближним кругом для прайда одного из самых коварных и жестоких паразитических рас?

От шока не смогла произнести ни слова. Тупо хлопая глазами и глотая воздух никак не закрывающимся ртом.

"Параз…зити…чческих..? Ой! Ой-ёй-ёй! Матттушка-Роща! Во что я снова влипла?! Причём — уже давно!"

— Вижу, ты не знала — с кем имела дело? Даааа…. ты меня снова и снова удивляешь… Уже хорошо то, что всё обошлось. Такие связи — крайне редки и их надо беречь. Иногда бывает так, что именно такие существа могут протянуть руку помощи, когда от тебя отворачивается весь мир.

"А так и получилось!" — огрызнулась я про себя.

Но вслух озвучила более тактичный ответ:

— Ни одна из легальных клиник не приняла меня. Ни один врач — не согласился помочь, когда взбунтовались модификанты! Искин нашел того, кто согласился. И я его понимаю. Выбор был невелик. Либо я умру в муках, либо мне помогут. Даже, если бы меня сожрали, мне в то время, было бы всё равно.

— Логично. Я бы тоже так рассуждал. Летим. — обернувшись к охране, Вожак знаком приказал занимать челнок.