Глава 1

Юлиан Джаджен выпрямился и зарычал. Показались кончики клыков. Ноздри мужчины затрепетали, глаза прищурились.

Ему категорически не понравилось внезапное изменение погоды. Было в этом что-то мистическое. В тяжелых свинцовых тучах, затянувших небо буквально в считанные минуты. В резком порывистом ветре. В раскате грома, пока далеком.

Интуиция древнего вампира ощетинилась. Насторожилась.

И не зря.

Удивленная странным поведением спутника, Лиза спросила:

- Юлиан?

- Лиза, не сейчас! - рыкнул он на неё и повернул голову влево.

Но голос, заставивший Лизу оцепенеть, раздался у нее за спиной. Чувственный, грудной, с соблазнительной хрипотцой. Незнакомый женский голос, тянувший гласные с характерным придыханием:

- Ох, милый, меня бы ты давно разложил на столе и затрахал до одури.

Лиза обернулась и зажала рот рукой.

Прямо перед ней стояла Елизавета Сатинская.

В той самой сорочке, в которой была изображена на злополучной картине. С распущенными белокурыми волосами, струящимися по плечам, и томным взглядом бархатных глаз.

Она стояла и улыбалась.

На мгновение мир замер, ход времени остановился. Даже частички песка, поднятые ветром, застыли в воздухе. Где-то вдалеке перестали ездить машины, работать заводы, оборвался смех и детский крик. Течение времени сделало резкий виток.

И только лишь для того, чтобы женский призрак смог вырваться из небытия.

И у Лизы, и у Юлиана словно что-то взорвалось в голове, сдетонировало, накрыло сознание стихийной волной. Оба поняли, кто перед ними. Вот только пока не знали, что сотворила эта женщина, что бы вернуться.

А она вернулась.

Перевернув ход жизни.

Юлиан заставил себя не двинуться с места. Не сорваться. Триста лет... Триста долбанных лет он ждал этого момента. Знал, что он настанет. Придет. Рано или поздно.

И тогда...

А, собственно, что тогда?

Да ничего.

Ни ожидаемого восторга, ни прилива радости, ни учащенного сердцебиения не последовало. Все эти эмоции - от недоверия до радости он пережил неделю назад, когда в его клубе появилась Лиза. А появление Сатинской вызвало только злость и страх.

Страх не за себя.

Юлиан жил достаточно долго, чтобы знать - призраки возвращаются, чтобы отомстить. Уничтожить того, кого считают виновником своей смерти.

А Сатинскую убил он. Но даже в облике призрака она была слабее его. Намного.

Но она очень хорошо знала бывшего любовника. Его слабости. Его мечты.

И могла выбрать другой объект мести. Более ранимый. Например, человека.

- Елизавета, - нарочито медленно протянул он, чуть подавшись вперед. При необходимости готовый грудью прикрыть свою Лизу. - Какими судьбами? Что за черти тебя спровадили в наш мир? Преисподняя от тебя устала? Решила передохнуть?

Призрак колыхнулся и, не касаясь земли, подплыл к ним. Обогнул столик и встал напротив Юлиана. Но глаза - зеленые, наполненные ядом и адовым огнем - не отрываясь, изучали спутницу вампира.

- Как оказалось, черти по своей сущности тоже мужчины. А тебе ли не знать, что с мужчинами я всегда легко находила общий язык.

С языка едва не сорвалось уточнение, через какое именно место она находила общий язык с мужчинами. Сдержался. Не стоит кидаться в омут с головой. Елизавета именно на это и рассчитывает - на эффект внезапности. Ошарашить. Вывести из себя. Разозлить. И, воспользовавшись моментом, нанести удар. Пусть пока слабый, самый первый, но удар.

- Не сомневаюсь. А к нам зачем пожаловала? Неужели соскучилась?

Тонкий силуэт призрака пошёл волнами, завибрировал. Лицо Елизаветы исказила злая гримаса, она что-то выкрикнула в ответ, но вместо слов раздалось шипение.

Елизавета Сатинская исчезла так же внезапно, как и появилась. И мир ожил, закружился в своем великолепии, наполняясь красками и звуками.

Лиза резко выдохнула и поморщилась. У неё было чувство, что её ударили под дых или тисками сжали грудь. А ещё - что она посмотрелась в кривое зеркало. И ужаснулась. Даже в самом страшном сне она не могла представить себя такой, какой предстала перед ними Сатинская.

Сходство между ними поражало. Практически одно лицо. Фигуры немного разнились, Лиза была крупнее в кости. Но взгляд, повадки, жесты... Она не ошиблась, когда давала ей характеристику прожженной стервы, если не сказать жестче.

Лиза посмотрела на Юлиана, и женский взгляд встретился с мужским. Последний - пытливый, изучающий, встревоженный - пытался проникнуть глубоко, прочесть её эмоции, переживания.

Лиза, понимая всю абсурдность ситуации, натянуто улыбнулась:

- Наверное, мне следует сказать, что всё хорошо?

- А действительно всё хорошо?

- А как ты думаешь?

- Я думаю, что ты напугана.

- Ты чувствуешь мой страх? - улыбка становилась более искренней, свободной.

Юлиан медленно покачал головой, словно столкнулся с чем-то невиданным. Его Лиза на самом деле не испытывала страха. Встреча с призраком не повергла её в неконтролируемый ужас, не заставила сердце зайтись в нервной дрожи. Внешне она оставалась абсолютно спокойной. Лишь бледность выдавала негативные эмоции.

Но её улыбка... Как же она отличалась от улыбки Елизаветы!

- Нет, - медленно признался Юлиан. - И меня это настораживает.

Пришла пора удивляться Лизе.

- Почему?

- Потому что ты человек. А человек по определению должен бояться призраков.

Лиза пожала плечами и сделала небольшой глоток воды. Солнце снова выглянуло из-за туч, на душе становилось легче.

- Знаешь, Юлиан, - девушка сделала небольшую паузу, пытаясь подобрать более правильные слова к тому, что собиралась сказать, - события последних дней заставляют меня думать, что всё в этой жизни не случайно. Есть какой-то Рок. Не знаю уж, добрый он в отношении меня или злой. Но то, что есть - не сомневаюсь. Если верить в Судьбу, то получается, не зря она меня толкнула на увлечение парапсихологией. Готовила к встрече с Сатинской? Чтобы я имела возможность и понятие, как бороться с призраками? Успокаивать их? Интересно получается.

Юлиан чуть заметно прищурил глаза.

- Только не говори, Лиза, что ты уже сталкивалась с призраками.

- Сталкивалась, - Лиза коротко рассмеялась. - Было дело... Так что я верю и в призраков, и в домовых, и прочую нечисть.

Пришла очередь Юлиана хохотнуть.

- Мой вид тоже относится к нечисти?

- Пока не определилась, - отшутилась она и посмотрела в сторону кухни. - Тебе не кажется, что нам долго несут обед?

- Проголодалась?

- Есть немного. И странно... посетителей больше не наблюдается. С одной стороны, вроде неплохо. С другой... Скажи, а ты почувствовал какие-нибудь изменения? В воздухе? И смена погоды... Это же не случайно?

- Нет.

Он не спешил откровенничать. Всё же опасался за психику Лизы. Да, его девочка молодец, не испугалась. Даже улыбается и пытается шутить. Только отчего в ее глазах застыло недоумение?

- Расскажешь? - она решила настоять.

- Рассказывать особо нечего, - тут он не лукавил. - Те, кто живут очень долго, в состоянии улавливать атмосферные колебания. Замечать то, что недоступно человеческому глазу.

- Например?

- Как активировалась мошкара, спеша покинуть ресторан. Как ощетинился кот, мирно дремавший под окном беседки. Как несколько птиц, пролетающих мимо, врезались в невидимый барьер. Как заискрился воздух. Потому нас поспешно и покинул Сал.

- Сал?

- Мужчина за соседним столиком.

- Он тоже почувствовал приближение призрака?

Юлиан покачал головой.

- Я не знаю, что именно почувствовал и заметил он. Но то, что ретировался во избежание неприятностей - точно.

- А призраки могут доставить вампирам неприятности?

- На этот вопрос мне ответишь ты, малышка. Ты же у нас специалист по сверхъестественным существам.

Лиза пренебрежительно фыркнула. Каков наглец! Специально уходит от прямых вопросов. Но ничего, придет время, и она всё узнает.

И особенно то, что он почувствовал, когда Елизавета снова появилась в его жизни.

Официант вернулся вовремя. Прервал разговор на самом интересном. И Лиза с Юлианом, не сговариваясь, принялись за еду. Им обоим потребовалось время, чтобы осмыслить произошедшее.

Обедали они не спеша, обмениваясь ничем не примечательными фразами. Точно не было появление призрака, и он не прервал их на пикантном моменте. Оба абстрагировались. И сделали вид, что они просто обычная пара, зашедшая пообедать в уютный ресторанчик. Ну и что, что ресторанчик предназначен не для людей? Ну и что, что завсегдатаи тут оборотни, вампиры да демоны? Ну и что, что блюда тут подавались не только из национальной австрийской кухни? Было и "особое" меню, о котором Лиза предпочитала не знать.

Юлиан был прав. Говядина и суп с фрикадельками оказались божественными на вкус. Лиза не остановилась, пока не съела всё. Пару раз двусмысленно пошутила на счет своей ненасытности и с тайным удовольствием заметила, как заходили желваки на лице Юлиана. Кажется, у ее вампира проблема с правильным восприятием информации. Ну что ж, как говорится, каждый думает в меру своей испорченности.

Испорченной оказалась и она.

Потому что стоило им вернуться в прохладный салон автомобиля и оказаться наедине, отрезанными от окружающего мира, как на Лизу накатили странные, сумбурные ощущения. Настроение резко покатилось вниз.

В голове возникла мысль, которую она старательно гнала от себя последние минут сорок. Гнала маниакально, не желая признавать и анализировать её. Мысль, способную перевернуть её жизнь. Изменить её саму.

Юлиан. Его Елизавета. И, собственно, она - Лиза.

Любовный треугольник, пусть и не совсем банальный. Вампир, призрак и человек-парапсихолог.

Юлиан вызывал у неё самые противоречивые чувства - от негодования до влюбленности. Она приходила в ярость, когда думала, что он распорядился её судьбой, не посчитавшись с её мнением. Взял и перечеркнул всё. Прошлое. Настоящее. Привязал к своей жизни. Потом она, смущаясь, напоминала себе, что перечеркивать-то особо было нечего. Она с легкостью могла жить и заниматься практикой в любом городе. Выросшая на любовных романах серии "Шарм" Лиза втайне всегда восхищалась главными героями, которые, чтобы получить любимую женщину, шли на похищение, принуждение, сгорали в страсти и добивались своего. Показывали и доказывали женщине, что она ЕГО. Героини - некие кисейные барышни - возмущались, гневались, но в конечном итоге подчинялись и становились самыми счастливыми женщинами на свете.

А если и с ней так? Ведь влечение к Юлиану отрицать глупо. Да и возраст уже не тот, чтобы прятать чувства. И не зря говорят, что самая первая реакция на человека - самая правильная.

Она влюбилась в него с первого взгляда.

Её тянет к нему с невероятной силой. От его прикосновений она воспламеняется, по телу разливается теплая волна, и всё её существо кричит лишь одно: "Ещё"... Молит. Требует. Жаждет.

Юлиан ведет себя, как собственник. Как мужчина, привыкший всегда принимать решения. Он принял решение в отношении неё - сказал, что она будет рядом.

Имеет ли смысл сопротивляться?  

Она может "включить" феминистку. Срывать голос, доказывая, что она самостоятельная современная женщина, и только она имеет право распоряжаться своей судьбой. В этом случае пропасть между ними увеличится.

Может она поступить и иначе. Так, как подсказывает сердце, которое сейчас тревожно сжалось от дурных предчувствий. Более того, те эмоции, что зародились в глубине души, Лизе всё больше и больше напоминали ревность. Пока приглушенную, задавленную.

Лизу насторожило появление Елизаветы Сатинской.

На горизонте объявилась соперница. И это изменило всё.