Глава 6

С Илаей Лиза связалась по оставленной рации.

- Илая, ты ко мне не зайдешь? - Лиза с силой сжала аппарат связи. Была бы её воля - швырнула б о стену, выпустила пар.

- Конечно, сейчас буду, - ответила дампирка.

Лизе показалось, или Илая говорила с придыханием? Девушка нехорошо усмехнулась: не сняла ли она служащую Юлиана с того же Владиса? Она видела, как те обменивались заинтересованными взглядами. Хотя... Ей-то какая разница, как проводят время служащие Юлиана? Дело молодое, горячее.

Илая пришла к ней через пять минут. Разрумяненная и с блестящими глазами.

- Лиза, доброе утро! - пропела дампирка, переступая порог квартиры. - Рада, что вам понадобилась.

- Проходи, - Лиза указала на диван. - Мне нужна твоя помощь.

- Конечно, кончено, всё, что угодно. По магазинам решили пройтись? Хозяин установил для вас безлимитный...

- Илая, помолчи, пожалуйста, - сухо оборвала Лиза. Дампирка сегодня была излишне говорлива, что подтверждало версию её недавнего приятного времяпровождения.

Илая сразу же выпрямилась и стала серьезной.

- Извините.

Лиза кивнула. Прошла к окну, встав спиной к девушке. Взгляд, устремленный в никуда, ничего не замечал - ни подъезжающих дорогих машин, ни охранников, ни спешащих в дом мужчин и женщин.

Лиза ничего не замечала. Не хотела замечать.

- Всё в порядке, Илая. Это у меня сегодня настроение... - она запнулась, но быстро взяла себя в руки и продолжила: - ...странное. Не знаю, как объяснить... Одним словом, смотри, что я хочу. Мне надо, чтобы ты мне помогла организовать ужин для Юлиана. Сама я готовить... - снова заминка. Откуда ей знать, какие блюда предпочитает Юлиан? Или... Стоп! Не думать! Нельзя. Лиза сглотнула подступивший к горлу ком, мешающий говорить. - Сама я готовить пока не в состоянии. Результат стресса. Поэтому хочу, чтобы ты заказала из любимого ресторана Юлиана блюда, которые он предпочитает. Справишься?

Если Илая и удивилась, то виду не подала.

- Конечно.

- Замечательно. К девяти часам. Так же я хочу, чтобы ты связалась с ним и от моего имени пригласила его на ужин. К сожалению, номера его телефона я не знаю, - Лиза с нарочитой беззаботностью пожала плечами.

- Хорошо, я свяжусь с ним. Что-то ещё?

- Да. Одежда.

- Всё-таки магазины? - Илая бы не отказалась прошвырнуться по бутикам.

Лиза покачала головой.

- Нет, я не поеду. Поедешь ты. Мой размер ты знаешь. Хочу, чтобы ты купила простое черное платье. Требования такие - спина открыта полностью и длинные рукава. Думаю, тебе не составит труда его найти.

Илая про себя чертыхнулась. Начинаются загоны главной леди! Где она найдет требуемое платье? Придется всех знакомых девчонок, у кого есть свободное время, подключать.

Естественно, вслух возмущений она не высказала. Были поручения и посложнее.

- Думаю, найду.

- Вот и славно.

Лиза не обернулась и больше ничего не добавила. Разговор был закончен.

Илая помялась, переступив с ноги на ногу, поняла, что распоряжения закончились, развернулась и неслышно прикрыла за собой дверь. Гостья Хозяина явно не в духе. Поругались? С помощью ужина будут мириться? Впрочем, ей-то какая разница?

Лиза, как стояла у окна, так и продолжала стоять.

***

Что заставило его вчера отказаться?

Эта мысль давила на Юлиана, не давая сосредоточиться на насущных делах. Давила сильно, грозя погрузить в полную тьму. И тьма была не лучшим вариантом. Слишком долго Юлиан сдерживался. Он бы с удовольствием вышел на ринг и набил бы сопернику морду, но статус хозяина бойцовского клуба не позволял. Да и кто пойдет против древнего вампира? Больная нога - не в счет. Все знали, что хромота Юлиана Джаджена неприятное недоразумение, никак не отражающееся на его физической мощи. Не говоря уже о тех способностях, которые он редко, но умело пускал в ход.

Перед ним сейчас как раз сидел распорядитель боев и перечислял заявленных бойцов. Юлиан пропускал имена мимо ушей. Какая ему разница, кто будет биться? Если бы случилось чудо, и его вызвали бы на бой, соперник бы лично бросил ему вызов.

Тьма колыхнулась в глазах Юлиана. Может, ему стоит отправить вызов? Есть пара давних знакомых, с которыми размять кости будет одно удовольствие.

Вчера, когда вампирского молокососа - Касом, кажется, зовут его - доставили к нему, он даже не стал применять пытки. Акценты давно расставлены, и ему не надо лишний раз представляться. Даже бить уже никого не приходилось. Смысл в избиении? Ломка костей? Разрыв жил? Никакого драйва. Юлиан предпочитал равных противников.

В голове образовался легкий гул. Кто-то пытался достучаться до него ментально. Лишь одному служащему разрешено было использовать созданный Юлианом портал.

" Да, Итон".

"Хозяин, Лиза через Илаю пригласила вас на ужин в девять вечера".

"Спасибо".

В груди Юлиана, там, где располагалось сердце вампира - да, у них тоже имелась и душа, и сердце - разлилась сладостными потоками теплота.

Его девочка будет ждать его.

Её кровь он почуял, не доехав до пентхауса три этажа. Рванул к двери, ударил ладонью по стальной обшивке. Мать вашу, её кровь!

Выпустив когти, вспорол обшивку лифта, но тот продолжал плавно скользить вверх. Доли секунды - и вампир, спружинив, подпрыгнул и оказался на последнем этаже.

Кто-то посмел приблизиться к Лизе! Какая-то тварь проникла в его квартиру и ранила Лизу!

Вся тьма, что клубилась, собиралась, подползала к нему, вырвалась в одночасье. Глаза древнего вампира налились кровью, черты лица заострились, вены вздулись, кожа посерела. Синие прожилки тонкими линиями испещрили его лицо. Юлиан был страшен. По-настоящему. Кровь вскипела, забурлила, напомнив об истинной сущности Джаджена.

Он стремительно несся по коридору, не замечая ни времени, ни пространства. Лишь кровь.

Алую. Дурманящую. Пущенную из тела его Лизы.

Расстояние до квартиры он преодолел за считанные секунды. Алмазный кончик трости царапал стены, вспарывая дорогую обшивку. Плевать... На всё плевать. Существовала только Лиза. Раненная. Ждущая его!

Кто посмел...

Кто...

Как она...

Мысли, одна темнее другой, бились в голове, стучали в висках, выворачивали его душу наизнанку, превращая Юлиана в зверя, вынуждая окончательно потерять человеческое обличье.

Кровь Лизы была повсюду...

Тянулась по всему коридору...

Дверь квартиры была приоткрыта. Юлиан распахнул её и глухо, надрывно прорычал:

- ЛИЗА!

Так рычит раненый зверь, потерявший самку. Ту единственную, что предназначена ему самим Провидением. Ту, что способна подарить потомство. Ту, что одним только взглядом, одной улыбкой способна унять голодного, жадного, остервенелого зверя.

Опытный, ничего не упускающий взгляд, обшарил квартиру. Мебель на месте, ковры не сдвинуты, паркет не поцарапан. Но кровь... Она, по-прежнему, ощущалась! И это ощущение усилилось.

- Лиза!!!

- Юлиан?

Девушка появилась из кухни.

Целая и невредимая. Спокойная и чертовски красивая.

Увидев Юлиана, потерявшего привычный облик, вздрогнула.

- Лиза...

В его голосе смешалось всё: отголоски бурлящей ярости, требующей выхода, облегчение, недоверие, злость. Разум затуманился и отказывался воспринимать действительность адекватно. Хотелось рвать и крушить - мебель, стены, стекла. Зверь требовал крови неведомого врага.

На Лизе было черное, закрытое до самого горла, платье с длинными рукавами, изумительно подчеркивающее белизну её кожи и блеск шелковых волос, свободно струящихся по спине и плечам. Выглядела она немного взволнованной, две глубокие морщинки пролегли у нее между бровей.

Она не истекала кровью.

Не была ранена.

Не нуждалась в спасении.

Юлиан перевел дыхание, удерживая себя от лишних движений. Отматывая назад прошедшую минуту - не более - он понял, что повел себя, как взбесившийся новообращенец, впервые учуявший свежую кровь.

Теперь он осознал, что аромат крови был слабым, едва ощутимым. Из чего сделал вывод, что крови было пролито немного.

Клыки Юлиана противно скрипнули, зацепив нижние зубы. Он всё ещё пытался урезонить зверя, не дать тому сорваться с цепи. Взгляд - темный, алчный, взбешенный - метался по телу Лизы, ментально ощупывая его, трогая, проверяя. Всё ли на месте и откуда кровь...

Лиза сама дала ответ.

Левую руку она держала за спиной, словно сознательно прятала. Когда заметила ничем не прикрытый интерес Юлиана, медленно достала её.

- Порезалась, - сказала, с точностью определив причину странного поведения мужчины.

От уголков глаз Юлиана побежали сеточки морщин, выдав недовольство, тщательно заминаемое.

- Порезалась? - уточнил он, давая возможность зверю угомониться.

- Да. Когда готовила нам ужин.

Девушка говорила спокойно, размеренно. Не тушевалась, не смущалась. Вела себя иначе, чем накануне.

Юлиан втянул в себя воздух и приглушенно чертыхнулся. Что за напасть? Девчонка решила проверить его на прочность или на самом деле порезалась случайно? Она не могла не знать, что запах крови кружит голову вампирам, пробуждает в них низменные инстинкты. Юлиан не обратил бы внимания на несколько капелек крови человечки, не будь она Лизой... В клубе каждую ночь лилась кровь. Мужская. Женская. Для его жизни - это норма.

Но не тогда, когда дело касалось Лизы.

- Тогда почему твоя кровь тянется по коридору?

- Юлиан, тоже скажешь - тянется, - Лиза, не улыбаясь, пожала плечами. - Когда порезалась, пошла к Илае, чтобы она оказала мне первую помощь. В твоей квартире я не смогла найти аптечку.

- Аптечка на кухне. В верхнем шкафу.

Вампирам не нужна была аптечка, разве что дополнительная донорская кровь, хранящаяся в специально отведенной комнате. Аптечка предназначалась для доноров и для домохозяйки. Ею никто не пользовался. Юлиан даже не помнил, как она появилась у него.

Лиза чуть заметно вскинула подбородок.

- Не видела.

И в этот момент Юлиана накрыло. Пришло понимание.

Девчонка бросила ему вызов.

Сознательно.

Что-то изменилось. За одни сутки, пока они не виделись.

Её взгляд перестал хранить в себе отголоски растерянности и непонимания. Смотрел уверенно. Так смотрит человек, определившийся с чем-то важным, судьбоносным.

Дышала она ровно. Её высокая грудь, задрапированная черной тканью, размеренно поднималась и опускалась. Лиза полностью контролировала себя.

И вела расчетливо.

Знала, что делать и говорить.

Для Юлиана изменения Лизы оказались полной неожиданностью. Он привык думать о ней, как о слабом существе, смотревшем на него восторженными глазами и полностью доверявшем.

Что изменилось?

- Илая оказала тебе помощь? - медленно уточнил вампир, более пристально изучая новую Лизу.

- Да. У тебя прекрасные работники. Я накрыла стол в гостиной, ты не возражаешь?

- Нет.

- Замечательно. Тогда мой руки и - прошу к столу.

Под ногтями Юлиана застряли частицы металла лифта и обшивки коридора. Да, негоже с мусором садиться за стол.

- Спасибо за приглашение, я быстро.

- Я буду ждать.

Ему показалось, или в её голосе слышалось едва сдерживаемое негодование?

Ничего, не пройдет и пяти минут, как он во всем разберется.

Юлиан ошибся.

Прошла минута. И он всё понял.

Юлиан прошёл в ванную и первое, что бросилось ему в глаза - открытая дверь в потайную комнату.

Проклятье!

Ярость накрыла его с головой, на краткое мгновение затуманив разум. Он и без новых открытий ходил по краю безумия, а тут ещё один сюрприз! И какой! Как Лизе удалось обнаружить тайник?! Как... Случайное совпадение или холодный расчет? Где Юлиан мог промахнуться? Не тогда ли, когда решил, что она беззащитна? Повелся на её невинные глаза? Возможно. Или тело - соблазнительное, самое желанное - вышло на первый план, заставив осторожность и расчетливость отступить?

Юлиан всё же вымыл руки. Да, нехорошо садиться за стол грязным. В потайную комнату он заходить не стал. Ему хватило взгляда, чтобы понять, что увидела Лиза.

Картина - единственная вещь, бережно хранимая столетиями - валялась на полу. Полотно порвано не было, а вот дорогая золотая рамка, инкрустированная бриллиантами и изумрудами, треснула.

На этом сюрпризы не закончились.

Вечер обещал быть интересным и насыщенным.

Лиза сидела за сервированным столом, на котором стояло несколько блюд. Юлиан заметил креветки, мясо, ананас, устрицы, много зелени.

И кровь. Большие капли крови.

Юлиан жадно втянул в себя воздух, отчего его ноздри нервно затрепетали. Девочка не понимает, что ходит по лезвию ножа? Что задумала эта чертовка?

Теперь и она внимательно наблюдала за ним. Смело смотрела в глаза, улавливая малейшие эмоции. На сей счет Юлиан мог не волноваться - на его лице не дрогнул ни один мускул.

- Ты решила угостить меня деликатесом? - иронично заметил он, отодвигая высокий резной стул из древесины черной вишни. Сел и посмотрел Лизе в глаза.

- Угу, - у девчонки всё же сдали нервы, и правый глаз несколько раз дернулся. Но надо отдать ей должное, она быстро взяла себя в руки. Улыбнулась и продолжила: - Подумала, что кровь добавит пикантности блюдам.

- А ты тоже будешь есть с кровью?

- Я ограничусь салатами.

Губы Юлиана исказила саркастическая гримаса. Мужчина откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди.

- И долго мы будем ходить вокруг да около?

- Ты о чем?

Молодец, держит лицо.

- Ты изменилась, Лиза. Со вчерашнего дня. И думаю, у тебя возникли ко мне вопросы.

Девушка хмыкнула и тоже откинулась на спинку. Но скрещивать руки не стала, положила их на колени.

- О, да. Я сделала несколько интересных открытий.

- Например?

Лиза медлила с ответом. Что-то решала. Когда начала говорить, говорила медленно, тщательно выговаривая каждое слово.

- Твоя тайная комната.

Юлиан так же медленно кивнул.

- Хочешь поговорить о ней?

- Не знаю. Хотя да, хочу, - Лиза прищурилась, пальцы под столом скомкали подол платья. Дыхание рвалось из груди, вместе с криком. Хотелось вцепиться ногтями в лицо Юлиана, выплеснуть на него ярость, клокочущую несколько часов подряд, ищущую выход. Но она сдерживалась. Из последних сил.

- Слушаю.

- У меня очень много вопросов. И я не знаю, с какого именно начать.

- С картины, - подсказал Юлиан, мысленно готовясь к словесной битве.

- Ах, картина. Замечательная, кстати. Глаз не оторвать. И модель... Невероятная женщина. Юлиан, а что ты не ешь? Не нравится мой выбор еды? - в ее голосе мелькнула ирония.

- Немного повременю с едой. Тебя сначала послушаю.

- О! Я, наверное, буду много говорить, - Лиза зло сверкнула глазами. Желание впиться ноготками в лицо мужчины становилось навязчивой идеей.

- Даже так? - брови Юлиана изломились. - С удовольствием послушаю тебя.

Он её не узнавал. Куда делась робкая девушка, смущенно кутавшаяся в полотенце и прижимавшая колени к груди? Смотревшая на него затравленным взглядом? Откуда эта взялась роковая красавица, дерзнувшая устроить представление с собственной кровью?

Но эта дерзкая девчонка ему нравилась всё больше и больше. Смелый взгляд, кривая улыбка. Вызов в каждом движении. И платье... Спереди пуританское, сзади - откровенно соблазнительное.

Что затеяла чертовка?

В голове невольно возникла ассоциация с его Лизой. Вот та всегда отличалась дерзостью, граничащей с фолом. Ходила по краю. Сознательно нарывалась и провоцировала. Любила доводить его до крайности.

Довела.

- Говоришь, начать следует с картины... Что ж, - Лиза прищурила глаза. - Знаешь, а я буду откровенна с тобой. Расскажу всё, как есть. С самого начала. Не с картины, а с того момента, когда я тебя увидела, - такого поворота Юлиан не ожидал и заметно напрягся. Лиза едва ли не удовлетворенно улыбнулась, или тут лучше подошло бы определение - оскалилась? - Ты меня сразу поразил. В голове что-то взорвалось. И, несмотря на моё странное непонятное состояние, я почувствовала к тебе тягу. Серьезно. Решила, что ты самый потрясающий мужчина. А уж когда ты начал обо мне заботиться... Кормить едва ли не с ложечки. Я была покорена. Думать могла только о тебе. Даже о туманном прошлом размышляла меньше, чем о твоих черных омутах глаз. И вчера, после оперы, была готова на всё, - Лиза покачала головой. - Интересно, почему ты отказался подниматься? Решил повременить, или что? Ай, ладно, можешь не говорить. Дай я закончу мысль. Когда я вчера поднялась в квартиру, то едва ли не летала от счастья. Мне было плевать на всё - кто я, откуда пришла в этот бренный мир. Меня волновал лишь ты. И в порыве эйфории я несколько раз ударила ладонью по рамке зеркала в ванной. Таким образом, я обнаружила тайную комнату. Каюсь, любопытство взяло вверх. И я вошла в неё. И, естественно, увидела картину. На которой изображена я. Как думаешь, что я подумала в тот момент?

Ни один мускул не дрогнул на лице Юлиана.

- Думаю, ты мне и об этом расскажешь.

Теперь улыбка Лизы стала похожа на улыбку змеи. Если те, конечно, умели улыбаться.

- Расскажу. Первым был шок. Как так... Откуда? Неужели, это я? Каким образом... В голове одновременно возникло множество вопросов. Я смотрела на картину и... охладевала. Приходила в себя. Следующая мысль была о предательстве. А что? Это разумно же, да, Юлиан?

- Возможно, - он не спешил ни с каким утверждением.

- Естественно, возможно. Я спрашивала себя: если на картине изображена я, то почему я оказалась прикована к кровати в комнате для развлечений и надо мной возвышался голый мужик, с намерением использовать моё тело в качестве секс-игрушки? Почему ты это допустил? В своем же клубе... Что-то не сходится, Юлиан. Не сходится - и всё тут. Не буду скрывать, что вылетела из тайной комнаты, как ошпаренная. Металась по квартире, пытаясь разобраться. Я кидалась из крайности в крайность. Предположила, что мы с тобой ранее были любовниками - так я пыталась объяснить свою тягу к тебе, - ей показалось или вампир чуть заметно вздрогнул? Нет, показалось. - Но тогда мои мысли снова возвращались к клубу... Получается, что ты мне решил отомстить, подложив под чужого мужика? Проучить за что-то? Так? - на этот раз ей не показалось - желваки на лице вампира нервно заходили. Лиза не знала, что ступила на опасную тропу. Очень опасную. - Я снова принялась рассуждать. "Как же так? - спрашивала я себя. - Неужели он способен на такую подлость?" Опоить меня наркотой - выходит, это сделал именно ты - лишить памяти, чтобы... Что? Начать всё сначала? - Лиза недоуменно развела руки в стороны. - Тогда возникает ряд других, более угнетающих вопросов: что же такого между нами произошло, что ты решил поступить со мной так... жестоко? Неужели ты настолько коварен? - Лиза холодно усмехнулась. - Моё сердце билось в истерике. Металось. Не находило ни одного ответа. И тогда я снова отправилась в тайную комнату. Юлиан, может, вина?

Последняя фраза прозвучала так, словно девушка только что обсуждала фасон нового платья, а не тайны древнего вампира.

- Ты тоже выпьешь? - ровным голосом спросил он.

- Не откажусь.

Пока Юлиан открывал бутылку и разливал вино по фужерам, оба хранили молчание. Розовая жидкость плавно стекала по хрустальным стенкам, у каждого из присутствующих вызывая свои ассоциации. У него - горло сидящей напротив девушки, которая своим откровением сбила его помыслы, разрушив тщательно продуманный план. У неё - кровавую птицу, нависшую над её судьбой.

- Ты угадала с вином, - заметил Юлиан, поднимая фужер, и отсалютовал.

- Была мысль и сюда добавить крови, но я передумала. Решила, что вино я всё же пригублю.

- Тост произносить не будем?

- Не стоит.

Они оба включились в игру.

- Итак, ты остановилась на том, что вернулась в комнату. Что ты увидела во второй раз? - Юлиан откинулся на спинку стула, вертя в руках фужер. Чуть-чуть сожмет пальцы сильнее - не справится с эмоциями - и хрусталь лопнет в его руке.

Лиза не спеша сделала первый глоток и поставила фужер на стол. Видимо, опасалась, что запустит его в собеседника.

- Первым делом меня смутила сорочка. Я спросила себя: стала бы я позировать художнику в неглиже? В этот раз с ответом не колебалась: нет. Подобные наряды предназначены для интимной жизни. Сорочка с множеством кружев... Очень похожа на ту, что ты мне выдал два дня назад. Тот же изысканный шелк, те же искусные кружева, - Лиза смотрела прямо в глаза мужчины, рассчитывая, что он хоть как-то отреагирует на её слова. Но его лицо продолжало носить ироничную маску небрежности. - Ладно, с сорочкой я разобралась. Стала внимательнее изучать себя. Цвет волос, лицо, тело. Всё-таки картина - это не фотография, и художник не в состоянии точно передать фактуру человека. Тут я готова была тоже сделать скидку. Но! - Лиза сознательно подчеркнула важность фразу, которую намеревалась передать. - Взгляд, выражение лица изображенной женщины художник передал искусно.

- И?.. - Юлиан не выдержал. С каждым словом, произнесенным ею, его интерес к Лизе возрастал.

Ему нравилось, когда тихони раскрываются...

Когда в их глазах загорается огонь страсти или гнева...

Что угодно - главное - не безжизненное затравленное выражение.

- И я поняла, что на картине изображена не я, - как бы между делом сообщила Лиза и снова потянулась за фужером. Её тонкие пальчики взяли ножку фужера, и девушка сделала вид, что внимательно разглядывает грани ножки.

- Вот как? - с той же наигранной ленцой поинтересовался древний вампир.

- Да. И знаешь почему?

- Поделись.

- Всё очень просто. Я не могла быть той женщиной на картине. Несмотря на то, что не помню прошлого. По одной простой причине. У женщины на картине взгляд суки.

Юлиан едва не подавился вином.

- Суки?

Лиза попала в яблочко. Именно так называл свою Лизу Юлиан.

- Ну да, - голос Лизы дрогнул, но она быстро взяла чувства под контроль и продолжила: - Такие женщины, как она, вызывают зависть. Они эгоистичны, с легкостью перешагивают через головы друзей, идут, не оглядываясь назад. Для них не существует преград и правил приличия. Они играют по своим правилам. Для них нет запретов. Есть цель. И они добиваются её, чего бы им это не стоило. Много времени тратят на себя - салоны, визажисты, бутики. Для подобных ей предать близкого - раз плюнуть. Она на следующий день забудет, что кому-то сделала больно. Кого-то уничтожила. Кого-то втоптала в грязь. Она любит лишь себя. И если даже признается мужчине в любви, то лишь преследуя определенные цели. Хотя... Нет, тут я могу ошибаться. Возможно, такие, как она, способны на любовь. Но на любовь одержимую, эгоистичную, больную. Нормальные люди любовью подобное не называют. Любовь - это самопожертвование в первую очередь. На жертву данная особа не способна. И, когда ей в лицо говорят: "Какая же ты сука!", она воспринимает эти слова, как комплимент.

Юлиан слушал Лизу, и по его телу расползалась злость, медленно завладевая каждой мышцей, каждым сухожилием, пробираясь в кровь, отравляя её и устремляясь в мозг. Взорвать всё к чертям! Уничтожить! Разорвать...

Юлиан сжал губы и заставил себя усмехнуться. А девочка с телом его Лизы оказалась прозорливой. Она в точности описала портрет его возлюбленной. Каждое слово - истина.

Он знал, что сейчас она за ним внимательно наблюдает, ловит каждый его жест. Она и не скрывала, что с дотошностью следит за ним. У нее точно подняли заслонку, и истинная сущность девочки рванула наружу.

И пока Юлиана всё устраивало.

Даже неугодная ему правда.

- Интересная характеристика, - он по-прежнему оставался не многословным.

- Рада, что тебе понравилось, - Лиза не удержалась от колкости. - Я не помню себя, но представив, что кого-то предаю, втаптываю в грязь, поняла, что это не моё. Моя сущность против. Да и не выгляжу я такой элегантно-лощеной, как дама на картине. Решающим фактором, подтверждающим мои предположения, оказалась дата. 1650 год. Бутиков, конечно, в то время не было, зато были искусные модистки. И шелка, доставляемые караванами с Востока, - Лиза сделала ещё один маленький глоток вина и добавила более небрежным тоном: - Извини, я испортила твоё имущество. Рамку. И, кстати, странное совпадение. Имя на портрете... То самое, что сейчас красуется в моем паспорте. Который принёс ты, - небольшая пауза. - Елизавета Сатинская. Очень красивое имя. Под стать хозяйке.

Ах, маленькая язва...

Теперь к злости добавилась толика восхищения.

- Не стоит извиняться, - не без наигранного великодушия заметил Юлиан. - Побушевала немного?

- Самую малость. Эмоции били через край.

- Видимо, били сильно. Картина тяжелая. Рамка - особенно.

Лиза пожала плечами.

- Возместить не могу. Нечем.

О! Он бы мог в подробностях рассказать, чем именно она может возместить нанесенный ущерб.

Не стал.

- Но, я так понимаю, на этом твои размышления не закончились? - подтолкнул её Юлиан к дальнейшим откровениям.

- Я почти закончила, - глаза девушки гневно блеснули. - Осталось пару нюансов выяснить. Те вопросы, на которые, как бы я не билась, ответы найти не могу. Не в состоянии просто.

- Можешь попробовать задать их мне.

- Великодушен?

- Нет. Плачу откровенностью за откровенность.

- Даже так... Наверное, благодарность - редкое качество, встречающееся среди сверхсуществ.

- Как и у людей. Все мы разные. С разными характерами и... способностями.

Лиза поняла намёк. Доберутся они и до её способностей, всему своё время.

- Ты прав - всё мы разные. Но оставим философские вопросы на потом, вернемся к более насущным. А именно к моей схожести. И к счастливым - для тебя, Юлиан - обстоятельствам.

Брови мужчины медленно, играючи изогнулись.

- То есть?

- Я, имея внешность твоей возлюбленной - а то, что Елизавета Сатинская была или даже есть твоя возлюбленная - не случайно оказываюсь в твоем клубе, без памяти, без прошлого и, как вариант, без будущего. В этом я не сомневаюсь, - Лиза отчетливо дала понять, что не строит иллюзий по поводу мощи и влияния сидящего напротив мужчины. - Теперь я хочу знать - зачем? С какой целью? В какую игру ты играешь, Юлиан?

Вот она и сказала всё, что хотела. Может, не так красиво и расчетливо, как собиралась. Где-то её голос дрогнул, подвел. Но она не железная. Лиза мысленно похвалила себя. По её мнению, она держится молодцом. Не сдает позиции.

- Ответь на самый последний вопрос, и тогда начну говорить я, - растягивая слова, после небольшой паузы, сказал мужчина. Он явно обдумал услышанное и сделал выводы.

- Какой? Спрашивай.

- Зачем ты устроила представление с кровью?

Она ждала его и поэтому ответила без запинки.

- Хотела посмотреть на твою реакцию.

В глазах мужчины заклубилась тьма.

- Надеюсь, она тебе понравилась? Моя реакция.

Лиза, готовая к подвоху, осторожно кивнула.

- Да.

Он не напал на неё, не выпустил клыки, не набросился словестно. Вел себя сдержанно. Сердце Лизы заныло от дурного предчувствия. Даже не так. Оно не переставало ныть со вчерашнего вечера, когда она увидела ту чертову картину. Девушке только-только стало казаться, что Судьба смилостивилась над ней, не отобрала шанс на счастливую жизнь, и тут, пожалуйста, новый сюрприз.

- Что ж, это хорошо, что я оправдал твои ожидания, - Юлиан поставил фужер на стол и поднялся.

Лиза замерла. Не накликала ли она беду? Не рано ли обрадовалась? Лиза резко выпрямилась, отчего в поясницу неприятно кольнуло. Что задумал вампир?

Он вышел из-за стола, обогнул его, чуть припадая на искалеченную ногу, и приблизился к собеседнице. Встал за её спиной и положил руки на спинку кресла.

Лиза замерла. Сердце сначала перестало биться, испуганно замерев, а потом заработало с сумасшедшей скоростью.

- Бояться не стоит, - раздался хриплый голос Юлиана. Лиза не обернулась, заставила себя сидеть, не двигаясь. - Я чувствую твой страх, но пока не решил - нравится он мне или нет. Хотя, признаюсь, большинству моих сородичей он был бы приятен. Страх возбуждает, будоражит. По той же причине я не притронулся к еде. Лиза, ты играешь с огнем. Ты сильно рисковала. Откуда тебе, девочка, было знать, что у вампира не сорвет крышу, стоит ему отведать твоей крови? Лиза, Лиза... - он перекатывал её имя на языке, пробовал на вкус. Вкус новой Лизы. - Хватит одной капли. И последствия могут быть... очень интересными. Но я уважаю твою смелость. Недооценил. Браво.

Он видел, как по ее шейному позвонку и ниже, по открытой спине, побежали мурашки. Крупные. Холодные. Не остались без внимания и мелкие, едва заметные человеческому взгляду, поры, которые под воздействием мышечного напряжения то открывались, то сужались. Лиза нервничала. Но продолжала держать "марку".

- Что касается твоих вопросов. Последних, - Юлиан сдвинул ладони к плечам девушки. До её кожи оставались какие-то жалкие сантиметры. - Я скажу - ты услышишь. Более к этому разговору возвращаться не буду. Тебя - такую, какая ты есть, я впервые увидел два дня назад, когда пришёл в шестнадцатую залу своего клуба, чтобы лично разобраться с зарвавшимся клиентом. Я редко так поступаю, но иногда приходится. И я был шокирован, когда обнаружил твою удивительную схожесть со своей бывшей возлюбленной. Не буду скрывать - я дал тебе её имя. Не вижу в этом ничего плохого. Ты правильно определила - я был одержим женщиной, чей портрет храню триста лет. Храню не просто так. Причины, думаю, объяснять не стоит. Лиза, Лиза... Твои рассуждения мне пришлись по душе. Вот теперь сама ответь на следующий вопрос: вампир, проживший очень-очень долгую жизнь и потерявший свою единственную возлюбленную, встречает девушку, пусть смертную, как две капли воды похожую на ту, из его прошлого... Что он сделает, Лиза? Как поступит?

Две мужские руки легли на обнаженные плечи собеседницы.

***

Всё будет хорошо.

Лиза смотрела на Юлиана, пересекающего широкий двор и идущего к автомобилю. Черт побери, он, даже хромая, производил ошеломляющее впечатление! Внутренняя сила так и лилась из него, грозя смести неугодных наглецов, посмевших встать у него на пути.

Несмотря ни на что, она им любовалась. Негодование захлестывало Лизу, она стояла, сжав руки в кулаки и чувствовала, как злость начинает вибрировать внутри тела, ища выход.

Дура! Дура... Какая же она дура.

Других слов не было. На что она надеялась, разоткровенничавшись с вампиром? Что она скажет: "Ох, девочка, как же тебе тяжело. Ты такая умница-красавица, а я, негодяй этакий, намеревался использовать тебя в корыстных целях, но понял, что не смогу. Раскаялся и готов искупить свою вину. Помогу вернуться на Родину и наказать ублюдков, опоивших тебя". Так? На это она рассчитывала?

Глупо и наивно.

Юлиан четко расставил акценты. Дал понять, что оценил её выводы - и на этом всё.

Если бы Юлиан начал на неё давить, ставить условия, выпустил клыки, показал свою звериную сущность, Лиза бы возненавидела его. Крикнула в лицо, что он ублюдочный упырь, и она ни за что не позволит ему к себе даже пальцем прикоснуться!

Он поступил умнее.

Лиза уперлась лбом в стекло. И что делать дальше?

Да, у неё есть паспорт, и она может попробовать убежать. Хорошо, предположим, ей каким-то невероятным чудом удастся прошмыгнуть мимо Илаи и Владиса - с их-то обонянием! - преодолеть охрану на воротах и оказаться на улицах незнакомого города. Идти в посольство? И что она им скажет?

Большинство людей не подозревают о существовании вампиров.

Лиза закрыла глаза.

Как сказал Юлиан на прощанье?

- Спасибо за приглашение на ужин. Тебе удалось удивить меня. Как безупречным видом, так и рассуждениями. В ответ я хочу показать тебе свою жизнь. Жизнь, к которой ты теперь имеешь непосредственное отношение.

Выразился, так выразился.

А ещё был его взгляд. И её имя, выкрикиваемое им, когда он ворвался в квартиру, едва не вышибая дверь.

И снова была бессонная ночь.