По букве и духу
Марк не заметил, как уснул, все думал, думал, пытался разобраться, что он чувствует к Кате. Жалость? Или что-то большее?
И ругал себя. Вот зачем ему все это? Да, было невероятно интересно с ней болтать, рассуждать о жизни, успокаивать…
Но каждой буквой, которую он ей писал, он предавал своего сына. Понимал это и опять предавал, успокаивая себя тем, что ничего плохого они не делают, только болтают, и ему надо узнать получше его будущую невестку…
Когда он представлял себе, что она 1 января, возможно, будет с Лешкой, у него дыхание останавливалось, и короткий ежик волос на голове шевелился. А потом он рисовал в воображении, что если этого не произойдет, и сын покончит с собой, то становилось еще ужасней. Марк закрывал ладонями лицо, как будто хотел спрятаться от всех проблем, но они никуда не девались.
Утром он проснулся, взял телефон в руки и увидел, что Катя была в сети пять минут назад, но ничего ему не ответила.
Может, она тоже постоянно думает над тем, что происходит? Зачем они общаются? И решила больше ему не писать?
Эта мысль ему совсем не понравилась. Он ушел умываться и приводить себя в порядок, а когда вернулся, злой и раздраженный, увидел от нее сообщение:
«Прости. Отключила вчера телефон. Почему-то была уверена, что ты начнешь меня успокаивать. А тебе на работу утром. Все в порядке. Я огурцом! Сейчас позавтракаю и опять на море. Не легкая это работа — отдыхать».
И следом еще одно сообщение:
«Хорошего дня, Марк!»
От этого предложения стало совсем хорошо. И еще от того, что она думала о нем, и побеспокоилась, что не выспится.
Очень хотелось послать ей смайлик-поцелуй, или сердечко, но когда он выбирал какой именно, в комнату постучал сын:
— Пап, ты чего сегодня тормозишь? Я уже позавтракал! Мы едем в офис?
И Марк не ответил ей на сообщение. А днем открыл и посчитал, что сейчас поздно отвечать. Потом он погряз в делах, совещаниях и был этому бесконечно рад: он не думал о ней. Целых пять часов не вспоминал.
Открыл программку, посмотрел, когда была в эфире, — еще утром.
Может, телефон в отеле оставила? Нет, не будет проверять! Пусть отдыхает. Он вечером напишет ей.
Но когда пришел домой, поужинал и поднялся в кабинет, то понял, что не напишет. Он весь день провел сегодня с сыном. Леша сидел на всех совещаниях и внимательно слушал. Марк видел, что сын впитывал информацию, пытался анализировать, задавал вопросы. И это не могло не радовать. А что ему дают разговоры с Катей? Да, она ему очень нравилась, он от себя это уже не скрывал, но их общение может перерасти во что-то большее, и тогда они все испортят. Он испортит.
Марк потянул галстук, стянул его с шеи и расстегнул ворот на рубашке. Затем потянулся к телефону и стал читать их с Катей переписку с самого начала.
«Два года назад я решила начать новую жизнь. И делать только то, что ХОЧУ! А не то, что НАДО!»
Вот это предложение! Вот, что его вчера насторожило. Если она решила делать то, что хочет, то она не будет с Лешкой.
А как же договор? Он прикрыл глаза. Она еще ни копейки не потратила с его карты. И скорей всего не возьмет, а просто отдаст ему и назовет «слабаком». Его. И Лешку. И будет права.
Он сейчас самый настоящий слабак. Трус. Взял своего сына, здорового тридцатилетнего бугая, и сбросил на плечи женщине.
Думал купить ее. Не все на свете можно купить. Именно это она ему и сказала, а он не поверил, потому что знал цену любой вещи и поступку. И сейчас почему-то, он понял, что не деньгами может ее купить. Чем-то другим… он не знал, как это назвать. Вниманием? Нет.
Долгом? Может, сделать так, чтобы она стала должна ему? Нет. Возможно, просто обыкновенной просьбой? Мольбой? Сможет ли он пережить смерть сына?
Как ей объяснить, что не сможет?
Катю весь день крутило, как наркоманку. Она пробовала кокаин только один раз, на той вечеринке, когда познакомилась с Лешей, и нет, ее не ломало, как после наркотика. Да она вообще не знала это состояние, но сейчас поняла, что ее крутит в жуткой зависимости от Марка.
Вокруг нее всегда были сильные мужчины: отец, дядя, мама. Да, эту женщину легко можно было занести в ранг «сильный мужчина». Но они никогда не помогали Кате. Если она ошибалась или приходила к ним за помощью, они говорили:
— Это твои проблемы. Сядь и подумай, как их решать. На что тебе голова на плечах?
И очень скоро Катя научилась справляться со всеми неудачами и никогда не жаловаться на судьбу.
— Это не проблема! Это урок! — любимое выражение ее мамочки.
— Хватит хныкать! Встала — и вперед! Я за тебя твое дерьмо разбирать не буду! — это уже отец.
Даже когда Олега не стало, ей никто не помог. С ней не разделили ее горе, не помогли его перенести. Ее даже не поддержали!
— И мы умрем! Да, он покинул нас чуть раньше, чем можно было, но мы все там будем.
— Зачем так убиваться? Возьми себя в руки и прекрати это самоистязание!
Олег был слабым мужчиной. Наверное, в психологии есть этому объяснение. Катя сама была жертвой, которая полностью подчинялась родителям, а у нее был Олег, который безропотно выполнял каждый ее приказ. Кольцо замкнулось. И каждый был по- своему счастлив. Только Катя была честной, а Олег оказался предателем. Поэтому кольцо разорвалось на мелкие части, и больше никто его не соберет.
Катя никогда не замечала других мужчин. Возможно, этому способствовало воспитание, но ей вообще было не интересно чужое мужское общество или заинтересованные взгляды.
А Марк… он просто перевернул ее сознание. Сначала она не поняла, чем, ведь он тоже пришел и нагло требовал от нее что-то. В точности, как ее родители.
Но сейчас она поняла, что он был замечательным отцом. Он требовал от нее, да, но для своего ребенка. Ее родители никогда бы не стали кого-то просить. А он стал. Пришел, предложил денег. Да, грязно, некрасиво. Но это то, что он может дать. Больше у него ничего нет: только деньги и сын. И он любит его. И она по-хорошему завидует этому Лешке!
Она увидела в Марке необыкновенную заботу. Пусть не о ней. Но… и о ней тоже. Он вчера жалел ее, успокаивал…
И сейчас паника овладела ею. Кате показалось, что Марк больше не захочет с ней общаться.
Она схватила телефон и написала:
«Не бросай меня!»
Потом последовало следующее сообщение:
«Пожалуйста!»
А за ним еще:
«Я обещаю тебе, что 1 января буду в твоем доме и буду с твоим сыном, если он все еще будет хотеть этого!»
Марк читал от нее сообщения, и его душа разрывалась на части.
Он скопировал ее сообщение «Два года назад я решила начать новую жизнь. И делать только то, что ХОЧУ! А не то, что НАДО!» и ответил:
«А как же это? Ты же решила делать только то, что ХОЧЕШЬ!»
Она сразу написала:
«Я сделаю это ради тебя».
Он молчал. Смотрел на экран и думал. А она опять начала печатать, и он получил:
«До 1 января почти полгода. Все что угодно может случиться. Но до Нового года я хочу делать то, что ХОЧУ!»
Ну, вот и все. Припыли. Сейчас она скажет, что хочет, чтобы он приехал. И он прилетит к ней? Да, он в этом даже не сомневался. Прилетит. Прибежит. Приползет. Пусть только позовет!
«Что ты СЕЙЧАС хочешь?»
Надеялся ли он на ее приглашение? Да, очень.
Но она ответила:
«Просто, чтобы ты мне иногда писал. И не думал, что будет завтра или послезавтра, или что я тебя предам».
«Не предашь?»
«Никогда».
«Спасибо. Как прошел день?»
Катя облегченно выдохнула. Кажется, пронесло…
Она обрадованно напечатала:
«Надоел этот пляж. И отель. Завтра поеду на юг Италии. Говорят, что Сицилия очень красивая, хочу убедиться».
«Да, там везде красиво, но мне в душу запал один пляж если ехать от Салерно к маленькому городку Четара, после большого моста он будет слева. К нему ведет безлюдный спуск, там так тихо и прохладно, правда, подниматься и спускаться долго».
«Спасибо! Туда и отправлюсь».
«А почему ты путешествуешь одна? У тебя есть подруги?»
Неожиданный вопрос. Хотя, совсем нет. Нормальная женщина имеет подруг, друзей, и пару знакомых семей, с которыми они проводят выходные и готовят салаты и шашлык на даче.
И у Кати была дача. Родительская. Большая, с теннисным кортом. Там собирались друзья отца, мамин брат с женой, она, Олег и очень много «нужных» и, любимое определение мамы, — «правильных» людей. Нужно дружить только с «правильными»!
Но сейчас у нее никого нет.
Хотя две попытки завести подругу были.
Первый раз произошел в школе. В седьмой класс пришла новая девочка Таня, которая сразу положила глаз на Олега. Парень за лето вытянулся, возмужал. Он все лето подрабатывал на почте и смогу купить себе новый костюм, ботинки и портфель. Танечка попыталась обратить на себя внимание, но Олегу нужна была только его Катя.
Тогда девочка решила стать лучшей подругой Кате, а потом и Олегу. Поначалу, дружить втроем было даже интересно. Отец Танечки был военным, и их семья до Москвы жила три года в Германии. Танюша с удовольствием рассказывала захватывающие истории про неизвестную страну и делилась заграничными канцтоварами и жвачками. Не то чтобы Катя была падкая на «заморские подарки», ей просто было интересно общаться с подружкой. А вот Олег не разделял этой дружбы и интуитивно понимал, что не все так просто. Отец Танечки был в высоком звании, и родители Кати всячески поддерживали дочь:
— Хорошая семья, достойная! Виктор Михайлович в генералы метит!
Катя пожимала плечами:
— И что?
— Ничего! Дружи с Танечкой. Это тебе может пригодиться! Иметь в подружках дочку генерала всегда полезно.
Олег же очень просил Катю перестать дружить с «этой назойливой девчонкой»:
— Она мне не нравится! — признался он.
— А ты ей — очень, — засмеялась Катя.
— Вот-вот!
Танечка продержалась до Нового года, а затем вдруг захотела, чтобы Катя «подарила» ей на день рождения, который будет 3 января, своего мальчика.
Катя не поняла ее желания:
— Как это подарить?
— Да вот так! Просто скажи ему, что он — мой! — она нервно теребила складки своей новой короткой юбочки.
— Он что, раб? Крепостное право отменили еще в 1861 году!
Они как раз в школе сейчас проходили эту тему.
— Да он согласится, не бойся!
Катя ничего не ответила подруге и собиралась поговорить с Олегом. Но не успела. Танечка опередила ее, закрывшись с парнем после уроков в подсобке, она раскрыла все карты:
— Значит так, с Катей я договорилась — она тебя отдает. Теперь давай, колись, чего бы ты хотел? Поцелуев? Хочешь, я тебя там поглажу?
Олег был просто в шоке. Он прижался спиной к стене, и когда Танюша подошла к нему и прижалась, он ничего лучшего не нашел, как присесть на пол и обнять себя руками за плечи. Таким образом закрыть доступ к своему телу. Танечка долго еще его уговаривала и пугала, но парень был непоколебим.
Девочка плюнула на него и пообещала, что он пожалеет.
К счастью, она быстро переключилась на другого мальчика, а Олег еще долго приходил в себя. И не только из-за поведения Танечки, но и потому, что Катя так легко его отдала. Они даже поссорились тогда и целую неделю не общались: Олег не верил, что Таня все придумала, и был уверен, что Катя от него отказалась.
Но больше недели он не выдержал и пришел мириться:
— Не отдавай меня больше! — выпалил и сам чуть не разрыдался.
Катя взяла его за руку и еще раз поклялась в том, что Таня все придумала. В тот день она даже позволила Олегу поцеловать себя в щечку, чтобы он успокоился и прекратил так нервничать.
Вторая попытка Кати заиметь подругу произошла в институте.
С кем-то нужно было дружить, пить чай с булочками на переменах и сидеть на парах. Подругой стала Алина — миловидная брюнетка с карими глазами: она постоянно смотрела по сторонам и заигрывала с парнями. В десятом классе Алина забеременела от одноклассника и как раз к выпускному родила мальчика Ваську. Отец Алины был богат, родители никогда вместе не жили, но папа полностью содержал дочь. Он отселил ее от гулящей матери, купил отдельную квартиру, взял няню для Васеньки и заставил дочь получить высшее образование.
Как-то после занятий Алина пригласила Катю зайти к ней домой, познакомиться с Васькой. Девушка с радостью согласилась — она обожала детей.
Алина отпустила няню домой, а девушки с малышом на руках уселись ужинать. Вдруг в дверь позвонили, Алина пошла открывать, а через пару минут вернулась к столу и попросила Катю:
— Посиди, пожалуйста, с Васькой пять минут. Мне надо быстро по делам прошвырнуться. Я мигом!
И не дожидаясь ответа, накинула на себя курточку и выбежала из квартиры.
Почти сразу Васька начал плакать. Катя два часа носила его на руках, успокаивала, попыталась накормить, но он поскуливал, как брошенный щенок.
Мобильников тогда не было. В квартире у Алины телефон был почему-то отключен. Выйти на улицу Катя побоялась.
Ближе к полуночи малыш заснул, и она, оставив дверь открытой, решилась попросить помощи у соседей. Те не отказали ей и разрешили позвонить родителям, чтобы предупредить, что с ней все хорошо.
Мама, как обычно, не смогла сдержаться:
— Вечно с тобой какие-то приключения случаются. И что ты собираешься делать? Ночевать в чужой квартире?
— Ну не брошу же я маленького ребенка одного?
— Катери-и-и-на!
— Что, мама?
— Когда ты уже повзрослеешь?
Никогда, наверное. Так подумала тогда девушка. И от обиды чуть не разревелась. Она находилась в чужой квартире, одна, и ей никто не мог помочь. Родители этого не хотели. А Олег — не мог, потому что не знал, где она, и в это время сходил с ума от неизвестности.
После института он сразу шел на работу, на которую устроился еще летом, и домой возвращался только к девяти.
Катина квартира была на втором этаже. Олег подходил к дому и бросал маленький камушек на подоконник. Катя выбегала к нему в подъезд, и они полчаса-час разговаривали. Когда погода была хорошей, то гуляли в парке или сидели на лавочке в соседнем дворе.
И сейчас уже Олег наверняка не сдержался и поинтересовался у родителей про нее.
— Мама, Олег приходил? — спросила Катя.
Светлана Николаевна не хотела отвечать на ее вопрос. Они с отцом делали вид, что никакого Олега в жизни Кати нет. «Все это глупости! Все это пройдет» — вот такие слова они говорили уже одиннадцатый год и никак не хотели принимать его в семью.
— Все, я не желаю с тобой разговаривать!
Мать бросила трубку. Катя никак не могла предупредить парня — у него не было телефона в коммунальной квартире. И поэтому Катя смирилась и решила поспать — легла рядом с Васькой и заснула.
В семь утра ее разбудили стоны, она зашла на кухню и увидела, как на кухонном столе, где еще находилась тарелка с жареной картошкой, Алина занимается сексом с каким-то мужиком.
Подруга ее заметила и предложила:
— Третьей будешь?
Катя бежала оттуда сломя голову и сверкая пятками. Сразу к Олегу, который не спал всю ночь и искал ее. Но нашла его возле своего подъезда, бросилась в его объятия и все рассказала.
После этого случая Катя решила больше ни с кем не дружить.
«Моей подругой с первого класса был Олег. Мой покойный муж».
Марк не знал, что ответить, но увидел, что Катя начала печатать:
«А сейчас заводить подруг я не хочу. Мне этого не надо! Я взяла с собой кучу книг и еще столько же в электронном виде. Книги — моя стихия».
Марк написал:
«Да, я уже понял, что ты ненавидишь математику», — и поставил смеющийся смайлик.
«Нет. Не думаю… что ты понимаешь…»
Марк застыл. Не раскусил ее сообщение. Решил уточнить:
«Я что-то не то написал?»
Катя вздохнула. Потерла виски и решила признаться. Об этом никто не знал кроме родителей и Олега. Это держалось в страшном секрете. Как же так, дочка таких выдающихся предков и не умеет считать?
«У меня болезнь. Дискалькулия. Погугли, если хочется».
А пока Марк выяснял, что это такое, Катя ему помогла:
«Родители заметили это довольно рано, ведь все мои родственники в пять лет сели писать диссертации, а я не могла выучить три цифры. Зато уже бегло читала. Так что мой ад начался не со школьной скамьи, а с трех лет. Целыми днями я занималась со специалистами и выполняла упражнения».
«Это генетическое заболевание?»
«Как я поняла, оно, к сожалению, передается по наследству. Но я его приобрела, потому что у мамы была сложная беременность, а потом у меня еще родовая травма, и нехватка кислорода. Мне передалось по обстоятельствам».
Марк прочитал сообщение Кати и снова переключился на сайт, где вычитывал, и хотел понять, что это за болезнь.
«Она не заразна. Тем более через интернет», — написала Катя и послала ему смеющийся смайлик.
«Ты от него избавилась? Или…?»
«Даже не знаю, что написать… Тут дело не в том, смогу ли я прибавить два плюс два. Смогу. Будет четыре. Хотя я долго к этому шла… И сейчас я легко прибавляю в уме. Проблема, что я ненавижу эти цифры. Честней сказать — боюсь. Поэтому, когда очень нервничаю, я теряюсь и не могу даже подсчитать до десяти».
«И при всем этом у тебя диплом МГУ и физмат???»
«Да. Правда, не красный. Не вытянула. Позор!»
«Шутишь?»
«Да».
Марк улыбнулся. Хорошо, что шутит. Он представил себе ее детство, ее строгую маму и понял, что уже ненавидит эту ужасную старушку.
«Сейчас секрет открою. Только никому! Ок?»
«Договорились!» — и улыбающийся смайлик от него.
«Я потом все-таки пошла против родителей и когда уже стала работать, получила другое образование. Окончила Литературный институт Горького. Правда мама об этом не знает. Вообще никто не догадывался, кроме Олега. Сейчас знаем только ты и я…»
«Я — могила!»
Катя засмеялась.
«Пишешь что-то сейчас?» — поинтересовался Марк.
«Да!» — и пять улыбающихся смайликов.
А затем:
«Только никому это не нужно!» — и грустный смайлик.
«Почему ты так решила?»
«Я отправила роман во все крупные издательства, и ни ответа, ни привета».
«Я не думаю, что это потому, что им не понравилось твое произведение. Мне кажется, туда вообще не пробиться без блата…»
«Если роман хороший, то возьмут! Просто он не такой гениальный. Но ничего, я еще напишу!»
В тот вечер и Катя, и Марк заснули счастливыми. И Марк пообещал себе, что он тоже будет делать то, что хочет. Хотя бы до 1 января.