Глава 6

Федор

Подхожу ближе, Аня меня замечает, поднимает на меня взгляд.

Встречаюсь с ней глазами. И злюсь на себя. И на Лёху тоже злюсь. Кто его просил пасть открывать?

Не может быть такой, как он говорит, девушка с настолько чистым взглядом.

Протягиваю ей бокал с соком:

- Надеюсь, ты любишь яблочный? - голос у меня всё равно звучит хрипло.

Улыбка сползает с ее губ. Во взгляде мелькает беспокойство.

- Что-то случилось? - я, что, так выгляжу, что по моему лицу всё можно прочесть, как по раскрытой книге?

Натужно улыбаюсь.

- Нет... С чего ты взяла? Так сок... - увожу её в другую сторону от своего состояния, - Ты любишь яблочный?

- Да, люблю, - отвечает и принимает у меня из рук бокал.

Я смотрю на нее. И под моим взглядом Аня делает несколько глотков, потом выпивает половину.

- Какой-то вкус странный...

- Да? - переспрашиваю я. Наверное, не стоило наливать ей из открытой пачки. Кто его знает, сколько она стояла в холодильнике, - Дай посмотрю...

Делается неудобно. Мало того, что думаю про неё всякую фигню, так еще и просроченным соком напоил. Ухажер...

Она отдает мне бокал обратно. Я делаю глоток. Морщусь и выплескиваю остатки. Вкус не прокисший, но действительно неприятный.

- Бокал надо отнести. Родители Жеки разрешают нам здесь тусоваться, но требуют, чтобы всё было в порядке, - зачем-то говорю я девушке.

Она бросает взгляд на речку, где пьяный Лёшка зажал Юлю, и ощупывает её ягодицы, запустив руку в трусики.

- Я с тобой пойду, - говорит Аня и поднимается с травы.

- Пошли, - тоже бросаю взгляд на реку.

И зачем так всё выставлять напоказ? Ну, хочется тебе, в доме есть спальни - идите туда, раз вам так приспичило.

Жека с Мариной тоже в воде, но ведут себя прилично. Пока идем в дом вместе с Аней, чувствую себя странно - уши закладывает, в голове начинается странный шум.

Заходит внутрь - там пусто и тихо. Аня почему-то сильно покраснела. Заходим на кухню, ставлю стакан в мойку.

Поворачиваюсь к девушке и вижу, как она приподнимает и отпускает платье на груди. Её соски чётко обозначились под тканью.

- Жарко... - говорит Аня, отводя взгляд в сторону.

У меня в голове что-то перемыкает, а всё кровь устремляется в пах. И в висках стучит - "Проверь, проверь, проверь..."

И я, сам не зная как, оказываюсь возле нее. И впиваюсь поцелуем в нежные губы.

Которые пригласительно распахиваются, пуская мой язык. И всё... Всё остальное происходит на голых инстинктах. И как во сне. В сладком, хаотичном и порочном. Я слышу, как Аня стонет мне в рот. Ощущаю, как переплетаются наши языки, как её ноготки сначала скребут меня по шее, затем переходят на затылок, как её гибкое тело льнет к моему, перевозбужденному всё ближе.

И... не соображаю, что творю. Совсем.

Не отпуская ее, перебираюсь в коридор, толкаю первую попавшуюся дверь, которая ведет в гостевые комнаты. А затем снимаю с нее платье, лифчик, раздеваюсь сам и укладываю девушку на покрывало.

Сейчас в моей голове ничего нет, кроме яростного, кипятящего кровь желания овладеть ей, почувствовать себя внутри её влажной тесноты. Нет никаких табу, моральных норм. Нет ничего, кроме вкуса её кожи, сладких, временами хриплых стонов, которые она издает, и ощущения её тела под своими руками.

Аня не смотрит на меня. Её глаза закрыты. голова мечется из стороны в сторону от моих смелых ласк. Больше всего меня сейчас раздражают ее трусики, которые мне сильно мешают. Он простые, белые, хлопковые. И я их легко рву и отбрасываю в сторону.

Даже тогда Аня не открывает глаз и не останавливает меня. Наоборот, начинает двигать бедрами изображая половой акт. Это уничтожает мой последний самоконтроль.

Я не могу больше ждать. Меня бьёт изнутри дрожь нетерпения. Я развожу стройные девичьи ноги в стороны, приставляю член ко влажному входу.

Аня распахивает глаза именно в этот момент, что-то шепчет, но у меня в ушах такой гул, как при посадке самолета, поэтому я не слышу, что она говорит...

Просто толкаюсь внутрь. Сразу резко, до упора, на всю длину.

И только тогда слышу её крик. Он бьёт меня наотмашь. А еще то, что в ней узко... Слишком узко. Последние крупицы нерастворенного в похоти разума посылают сигналы SOS. Девственница? Аня - девственница... Вернее, была ею только что...

Но всё уже случилось...

- Тихо, тихо, - шепчу я, всё-таки заставляя себя не двигаться.

Чего мне это только стоит...Пот струится по моему телу градом. Аня смотрит в потолок, впившись в мои плечи ногтями. И плачет...

- Ну, всё уже... Самое плохое поазди, - проговариваю я, чтобы отвлечь её от боли, которую она наверняка чувствует.

Начинаю собирать её слезы губами, потом целую шею, потом пробираюсь рукой к месту соединения наших тел, нахожу чувствительный бугорок на её теле и начинаю его ласкать.

До тех пор, пока она не расслабляется.

А она расслабляется, смеживает веки. Тогда я снова начинаю двигаться. Но уже осторожно.

В какой-то момент чувствую, что она начала подаваться мне бедрами навстречу. Тогда двигаюсь смелее. До тех пор пока не достигаю пика. Даже не соображаю, что надо бы прервать половой акт и кончаю в нее.

И отстраняюсь от девушки лишь тогда, когда член опадает. Раньше просто не могу.

Сажусь на кровати. Член в крови...

- Ань, ты как?!

- Оставь меня! - слышу внезапно резкое.

Но она не сопротивлялась... Или я не заметил?

Делается муторно. Вскакиваю, натягиваю штаны и выхожу из комнаты. Мне нужно несколько минут наедине с собой. Иду на кухню.

Хочу выпить воды. Но вместо нее вижу проклятую бутылку с коньяком. наливаю и выпиваю почти полный стакан.

Хрен с ним. Сначала расслаблюсь. Потом буду разбираться, что с этим со всем делать.