Глава 8

Аня

Очень стыдно. Невыносимо. Но и делать тоже что-то надо, чтобы как можно скорее убраться отсюда. Пока меня действительно не изнасиловали и не убили. Хотя то, что было с Федором, это как теперь расценивать? Вспоминаю странный вкус сока. Мне же подмешали что-то... Федор? Он? Сок приносил он...

Но сейчас не до того. Потом. Это всё будет потом.

Мы с Женей смотрим друг другу в глаза. Вот сейчас я готова просто сгореть от того, в каком положении нахожусь...

- У меня... кровь идет, - через силу выдавливаю из себя, - И мне... Трусики Федя порвал, - всё это время, пока говорю, стараюсь прикрыться. Хоть как-то. И глаза отвожу.

Если я переживу это, то ни к одному парню больше близко не подойду.

Он поднимает руку останавливая меня.

- Бля... Вот это я влип со всеми вами. Хотел просто шашлыков пожрать, выпить, расслабиться и потрахаться. А тут... Так! Ты только в обморок не падай! У меня мать и сестра на два года меня младше. Я прекрасно знаю, что у вас все время что-то откуда-то течет...

На этих словах хочется то ли снова разрыдаться, то ли истерично расхохотаться. Как я, обычно осторожная словно перепуганная мышь, во все это вляпалась.

- В ванную пошли. Только не тут. Вдруг этот гамадрил очухается. Может, его вообще связать?

Я остаюсь на месте.

- Блин... Детка... Не время для стесняшек, - Жека прямолинеен до безобразия, но всё же достает из шкафа и кидает мне какую-то простыню, - На, прикройся. Чистая.

Я хватаю её и торопливо заворачиваюсь.

- Пошли, - командует Жека.

Я иду за ним. Он приводит меня в ванную на первом этаже.

- Так... Сразу скажу. Я хочу, чтобы ты как можно быстрее убралась отсюда. Трогать тебя у меня нет ни малейшего желания. как бы вообще от таких нервяков импотентом не остаться. Поэтому быстро приводишь себя в порядок. Такси я тебе уже вызвал. Оно приедет минут через сорок.

Он и правда, когда вел меня сюда, ковырялся в своем телефоне.

- Я тебе сейчас принесу трусы и прокладки. У вас с сестрой фигуры вроде одинаковые. Одежда твоя где? Сумка, телефон?

- Одежда там осталась, - машу неопределенно головой, - А сумка на кухне. На подоконнике стоит. Мятного цвета.

- Мятного это какого?

- Светло-зеленого, - уточняю я.

- Ок, сейчас все принесу. Дверь на всякий случай закрой. Я постучу три раза, - он уходит, а я делаю всё, как он велел.

Мне не хочется усугублять свое и без того плачевное положение.

Быстро моюсь, хотя голова кружится и тошнит, а к местечку ног, всё время приливает жар. Иногда до такой степени, что хочется засунуть туда что-то. Но крови стало меньше. Это хоть немного меня утешает. Думаю лишь о том, как выбраться отсюда. Больше никаких мыслей себе не позволяю. Иначе сойду с ума.

Минут через десять в дверь стучат. Ровно три раза. Я почти закончила, кутаюсь в полотенце и приоткрываю дверь. Жека просовывает мне мой платье, белье, упаковку прокладок и мою сумку.

Принимаю всё это:

- Спасибо...

- Давай быстрей... - он стал еще смурнее, чем был.

Почему, если это всё было ему не по нраву, он не предупредил меня? Я бы сюда и не сунулась... Вопросы... Бесконечный круг вопросов, на которые у меня нет ответов.

Быстро одеваюсь. И выхожу. Уютный и красивый дом кажется мне сейчас самым ужасным местом, которое только бывает на земле.

Жека ждет меня в коридоре, сидя на полу и привалившись к стене. Глаза у него закрыты.

- Такси приедет через десять минут, - уставшим голосом сообщает он мне.

- Хорошо. Можно я на улице подожду? - а сама соображаю, есть ли у меня наличные, чтобы расплатиться с таксистом.

- Такси я оплачу, - Евгений открывает глаза и хмуро смотрит на меня, - В милицию не ходи. Ребята мы не простые. Всё равно ничего не докажешь. Тем более, что с Федькой у вас по обоюдке было.

Как и что было с Федором я уже и сама не понимаю, но сейчас я готова пообещать, что угодно.

- Хорошо.

- Я серьезно. Чтоб потом сама не ныла.

Мне становится еще горше, чем было.

- Можно мне на улицу? - повторяю я свою просьбу.

- Пошли, - соглашается Евгений.

Меня начинает трясти. Он берет какую-то куртку, и мы выходим в летнюю ночь. На улице набрасывает мне на плечи. Мы выходим за калитку. Жека молчит, достает из кармана сигареты и закуривает.

- Будешь? - спрашивает у меня.

- Я не курю, - мой голос звучит глухо.

- Правильная...

Больше не говорит ни слова. Приезжает машина. Я сажусь на заднее сиденье и прикрываю глаза.

Какой ужас...

Жека перекидывается с водителем несколькими фразами. По-моему, даёт ему деньги.

А я молюсь, чтобы со мной больше не случилось ничего плохого.

***

Жека какое-то время провожал взглядом отъезжавшее такси. Потом потер устало лицо обеими ладонями и задал сам себе вопрос:

- Так... А где теперь гребаный Ромео? - и пошел в дом.

Под Ромео он подразумевал Федю. Местонахождение Лёхи ему было более-менее известно. Порыскав по дому, парень нашел искомого персонажа на кухне. Он лежал в углу, прикрытый шторой, поэтому Жека его не заметил, когда забирал сумку девушки.

Федя что-то несвязно промычал. Жека наклонился над ним и встряхнул его за грудки.

- Эй, вставай!

Но реакции на это не последовало. наоборот, Федор как-то подозрительно затих.

Жека похлопал Федю по щекам.

- Эй!

Лицо друга стало бледнеть.

Жека попытался нащупать пульс.

В этот же момент на кухне появился Алексей.

- Где девка? - поинтересовался, держась рукой за лицо.

- Ты что ему, сука, подмешал? У него пульса нет... - заорал на брата Евгений.