Глава 28

Глянув на часы, я поняла, что детей разбудить не успела — они уже наверняка самостоятельно проснулись и приводят себя в порядок. Задумчиво решаю помогать ли змейке. Она в последнее время усиленно доказывает свою невероятную самостоятельность и уверяет, что уже настолько взрослая, что справится с любыми задачами для неё плёвое дело. Если скажет помочь — помогу, но душить заботой не буду. Да. Так и сделаю.

Спустившись вниз, обнаружила всех своих мужчин на кухне. Обняла Френка со спины и прижалась к нему.

— Доброе утро, милый.

— Доброе, Лани. — повернувшись, хесс сладко поцеловал мои припухшие губы, нежно лаская своей серёжкой. — Я скучал.

— Я тоже. — потёрлось носом о его нос и отстранилась.

— А я? А мне нежненький поцелуй? Точнее нам! — кто бы сомневался в змее.

— Хмм, нам? — рыжик смотрит на меня с лёгкой растерянностью.

— Ага, нам. В нашем полку прибыло, так что делить малышку будет труднее.

— Лани, ты начала отношения с Майком?

— Ммм… Да. Ты не против? — неуверенно смотрю ему в глаза.

— Нет, конечно! Я с самого начала надеялся на это и рад, что вы всё-таки нашли общий язык.

— Ммм, ну мы не только общий язык нашли, там ещё некоторые части тел. — хесс смолчать не смог.

Френк смотрит на меня ооочень заинтересованно, словно ожидая продолжения.

— Майк, ты решил не разводить политесы, а сразу показать весь свой извращённый характер? Так скать, товар лицом? — рыжик демонстрировал ярый скептицизм, вперемешку с подозрением.

— Глядя на то, как принимают Росса, со всеми его особенностями, я решил, что малышка моего напора не испугается. Не испугалась же? — сканирующий взгляд ищет малейший признак неуверенности на моем лице.

Наивный, я сама, оказывается, та ещё извращенка.

Дабы разубедить насторожившегося мужчину, подошла к нему и, притянув к себе, нежно поцеловала в губы, сладко пройдясь своим языком по его. Оторвавшись от такого увлекательного занятия, подошла к вечно страдающему недостатком внимания нагу и прильнула в не менее желанном поцелуе.

— Моя девочка такая вкусная, что если сейчас не остановится, я опять потяну её наверх.

— Росс, терпеливей быть надо. — шутливо шлёпаю его по плечу.

— Какое терпение, сладкая, если мне стоит подумать о тебе, как член разрывает штаны и просится в тебя.

— Будем работать над этим, но хотя бы после завтрака.

— Ох, обещаешь?

— Посмотрим.

Довольная всеми произошедшими событиями, уселась за стол. В дверях появляется злобное змеиное чудо, недовольно топает ко мне и также недовольно вручает расчёску.

Смотрю на результат её попыток заплести косы и понимаю, что если это начало кризиса, то пережить его будет сложновато.

— Доброе утро, маленькая моя.

— Недоброе. — злобное невнятное бормотание и хищный взгляд, переполненный презрением, окатил всех присутствующих.

— Сегодня принцесса злая?

— Да.

— Почему же?

— Косы не плетутся. Остригай меня! Хочу волосы как и Риша. Он даже не расчёсывается иногда.

— Милая, Риш мальчик и…

— Хочу быть мальчиком!

— Но ты ведь уже девочка. И у тебя очень красивые волосы. Хочешь мы сегодня поучимся вместе их плести? — использую все свои дипломатические навыки, чтобы смягчить ситуацию.

— Не хочу. Но мы поучим. — грустно вздохнула малышка, старательно колупая дыру в моём колене. Дыра не колупалась, а унылые вздохи повторялись с завидной регулярностью.

Я незаметно тоже выдохнула. Стричь такую красоту банально жалко. Можем рассмотреть этот вариант, но явно не настолько коротко, как у Риша.

До последних дней змейка была идеальным ребёнком, а сейчас, видимо, проходит довольно сложную стадию взросления — и это придется только перетерпеть. Думаю, сейчас она немного повредничает, а потом вновь превратится в маленького ангела. Или не превратится. Или далеко не в ангела. Посмотрим.

За время моих размышлений косы были заплетены и злобность гордо унесла расчёску к себе в комнату.

Сама же я с головой нырнула в свои ощущения и раздумия о бренности бытия… а конкретнее — о признании одного змея. Если ранние оговорки можно было списать на влияние момента, то прямой текст как-то не получается.

Если не врать себе, то я испытываю к нему сильную симпатию.

Он мне нравится. Очень. В физическом плане — он восхитительный и внимательный любовник. Мне нравится его сумасшедшинка, которая никоем образом лично меня не отталкивает. Нравится ему смотреть на, скажем, некоторые действия — пусть смотрит, нравится ему постоянно говорить пошлости, я только в плюсе от этого, даже его доминантность в сексе меня искренне привлекает.

Но дело не только в этом.

Наг заботится обо мне как о женщине, как о сексуальном партнёре, всегда внимательно следит за тем, чтобы в первую очередь удовольствие получила я. Он прекрасный и внимательный отец, который любит свою дочь с невероятной силой, и заботится о Рише, хотя, по сути, это даже не его ребёнок.

Росс ведёт себя так, словно мы — уже сплочённая, любящая семья. Его волнует, чтобы у меня были гармоничные отношения с каждым из моих мужчин. И он регулярно становится тем самым буфером, который смягчает острые углы и помогает нам всем не скатиться в хаос.

Не знаю люблю ли его. Но я точно привязана к нему толстыми, прочными канатами.

На минуту представила, что он исчезает из моей жизни. Заставила себя прочувствовать это до конца — и поняла, что мне будет плохо. Во всех смыслах.

Возможно, это просто привычка.

Но… разве любовь — это не та же привычка, только с добавлением сильных чувств? А они у меня есть.

Размышляя об этом, осознала, что прикипела к змею, как ни к кому и никогда. Это странно — как может посторонний, чужой по сути мужчина вдруг стать таким родным за такой короткий промежуток времени?

Всё утро мужчины бросали на меня горячие взгляды, но я отказалась их расшифровывать, планируя заниматься своими архиважными делами в виде самокопания. Моя светлость хочет понудеть и порефлексировать.

Нагиня оттаяла и как ни в чем не бывало довольно щебетала и активно разводила меня на совместные игрища на свежем воздухе. Почему бы и нет?

Мы вышли на задний двор и весело проводили время с детворой. Через некоторое время я заметила, что Мришель как-то странно на меня поглядывает.

Божечки, если и у него начинается кризис взросления я чокнусь.

На всякий случай скрестила пальцы и отправила посыл во вселенную: пусть все капризы идут по очереди, а не скопом. Хотя бы по одному… Ну пожалуйста.

Выждала, пока змейка скроется в доме, и подкараулила котёнка с целью расспросить. Но не успела — малыш сам взял инициативу в свои лапки.

— Миями, а тебе папа Майк совсем не нравится?

В голове сразу вспыхнули пошлые флешбеки. Ммм, однозначно нравится. Очень.

— А к чему вопрос, милый?

— Нуу, понимаешь… У вас взрослых всё так сложно… — малыш нервно теребит игрушку и отводит взгляд.

— Да?

— Ага. Ты ему нравишься. Наверное. Да, думаю нравишься. — заискивающе зыркает из-под косматой чёлки.

— С чего ты это решил? — спрашиваю со всей возможной заинтересованностью.

— А он раньше тут так долго не жил. Говорил, что не может нарушать чужое личное пространство.

— Так он по тебе очень скучает. Ты же тут живешь сейчас, вот он и приехал, чтобы быть ближе.

— Нее, он меня к себе не зовёт, а сам приезжает сюда. С вещами. Я видел!

— Даа? — лукаво поглядываю на это бесхитростное создание.

— Ага. У него в комнате теперь много вещей, а раньше совсем не было. И мои он привёз. Самые важные.

— Ну, может, это просто чтобы тебе было комфортнее?

С любопытством жду продолжение банкета. Риш нервничает всё сильнее и это заметно по бегающим глазкам.

— Эм… Миями, пообещай, что не будешь сердиться.

— За что? — а это уже интересненько.

— Ну, ты пообещай сначала.

— Солнышко, разве это будет честно по отношению ко мне? Вдруг ты скажешь что-то такое, от чего я расстроюсь?

— Миями, ну пожалуйста!..

Вот смотрю я в эти умоляющие глазищи и понимаю, что отказать как-то не в состоянии. Ну прелесть же. Мордашку просительно скривил, взгляд аж пронизывающий, ушки к голове прижал. Я таю, как мороженка на солнце.

— Ну хорошо, обещаю.

— Я ему фотки отправлял. Наши. И твои. А ещё писал, какая ты хорошая.

— Зачем?

— Ты не сердишься?

— Пока не сержусь. Так зачем ты это делал? — котёнок ткнулся мне в подмышку, явно прячась от кар небесных. Но я-то не сержусь.

— Чтоб он понял, какая ты хорошая. И красивая. И добрая. И вообще. — пробурчал он невнятно.

— Так зачем это нужно, Риш?

О, я догадываюсь, мелкое сводническое агентство снова включилось в работу. Видимо, сватанье Росса прошло по плану, и мне решили преподнести ещё одного «кандидата».

— Ну, чтоб он влюбился в тебя, и больше никогда не вспоминал госпожу Хасиру. И жил чтоб с нами. Семьёй.

— Вот оно как.

— Да... И у меня даже получилось. Ты ему нравишься, я давно понял.

— Как же ты это понял? — то он не уверен, то прям уверен, какой неоднозначный деть. Меня пробивает на хи-хи, но разговор прям серьёзный и я стараюсь держать лицо. Жмякаю подставленные ушки и отвожу взгляд, чтобы не рассмеяться.

— Он пялится на тебя. Да! Прям как Росс. А ещё он работу прогуливает, хотя раньше не делал так. И он тебя даже фоткает иногда.

— Вот это дааа.

— Не сердись. Он тебе скажет потом. Просто стесняется, наверно. Я бы стеснялся.

— Тогда мы подождём.

— Но он тебе тоже нравится? Да? Хоть немного?

Божечки, что это взгляд, полный надежды?.. Кошмар. Вьют из меня верёвки всем мужским полом и главное — довольны.

— Может немного.

— Ну это тоже неплохо. Я ему скажу торт испечь опять и он тебе сильнее понравится.

— Торт понравится?

— Да нет же, папа!

Всё, я сдаюсь. Из меня вырывается смех и я притискиваю пытающегося вырваться котёнка к себе. Ну какова прелесть! Заботливый, нерадивого папашку сватает, тот же сам ну никак не справится.

— Риш, я тебя так люблю! Ты такой хорошенький, такой миленький, что я не могну тебя не тискать! — сюсюканье льётся водопадом.

— Ну миями! Аааа! Ну я взрослый уже! Совсем взрослый, а ты меня как Леску жмёшь. Хвааатит!..

— Ага, её пожмешь сейчас. Скорее отхватишь.

— Она немного повредничает и перестанет.

В такой идеалистической обстановке нас обнаружила змейка. Сначала гордо развернулась, чтобы уйти, но затем передумала и с разбегу вклинилась между нами — чтоб её, всю такую нетактильную, тискали с двух сторон, чем мы тут же и воспользовались.

Прекратила атаку с щекотаниями только тогда, когда смеяться уже стало больно и змейку выпустили на свободу. Но Риш тоже пострадал от моих приступов любвеобильности, так что под раздачу попали все.

Переместившись в гостиную обнаружила всю «сильную часть» нашей группки: каждый уткнулся в браслет и демонстрировал кипучую рабочую деятельность.

Моё коварство и позитивное душевное состояние объединились, и было принято невероятно взвешенное решение о необходимости проведения провокационных действий. А то сидят, работают, когда у меня такой игривый настрой. Не-по-ря-док.

Присела рядом с Россом. Осторожненько взяла за руку и начала слегка массировать ладонь, постепенно усиливая нажим.

Сначала меня мимоходом чмокнули в макушку и вернулись к работе. Но сейчас наг полностью отрешился от предыдущего занятия и увлечённо следил за моими движениями, явно млея.

Двумя руками разминаю центр ладони, проскальзывая руками по пальцам. Эх, жаль, что масла нету — нужно обязательно добавить в список покупок.

Мельком глянула на детей — увлечены своими играми на консоли целиком и полностью. Майк заинтересовано на нас поглядывает, а вот Френк пока совершенно ничего не замечает.

Как бы невзначай задеваю ногу змея выше колена, а затем, якобы для удобства, облокачиваюсь так, чтобы оказаться в непосредственной близости от интересующего меня, хм, органа.

Наг довольно шумно выдохнул, но я ни капельки не догадываюсь о причине. Нет-нет, точно не догадываюсь.

Положила его руку на свои ноги и начала разминать предплечье, полностью игнорируя, что наглая ладонь схватила меня за коленку и пытается пробраться выше. Грозно глянула в наглющие глаза — попытки по захвату прекратились на некоторое время.

Завершив своё увлекательное занятие, я как бы случайно провела по твёрдой выпуклости рукой, добывая сдавленный выдох. Какой легковозбудимый, однако, но баловство с ним на этом моменте закончилось.

Встала с дивана, сладко потянувшись всем телом, под тремя перекрёстными взглядами, и умостилась рядом с Френком. Он явно заподозрил что-то неладное — приобнял за плечи и придвинул к себе поближе.

Сижу, довольно жмурюсь и вот ни на секунду не понимаю, почему они на меня смотрят. Не понимаю, я сказала. Рисую пальчиком узоры по футболке, вслушиваясь в тяжелеющее дыхание.

— Френки, милый, ты не заболел? Так тяжело дышишь. — легонько трогаю его лоб, с самым невинным видом.

— Очень сильно заболел. Полечишь меня? — шёпот такой тихий, что его почти не слышно.

— Хм, пойдём посмотрим, что с этим можно сделать.

Беря его за руку, увожу на второй этаж под двумя завистливыми взглядами. Паразиты ненасытные, а ведь буквально с утра оторвались на полную. Побудут в роли нянек и не дадут малышне заскучать.

Закрыла за нами дверь — и тут же впилась в эти умопомрачительные губы, наслаждаясь сладким стоном.

— Лани, я так скучал по тебе.

— Я тоже скучала, хороший мой. Разденься для меня.

Пятясь к кровати, стягиваю с себя домашний костюм, жадно наблюдая, как рыжик плавно снимает с себя футболку, демонстрируя идеальный пресс, и тянется к штанам.

Красивый до боли и весь мой.

Такой послушный и хороший котик. Смотрю на идеальное обнаженное тело и понимаю, что ему нужна серьга в соске. Он такой чувствительный в этой зоне, а серьга только обострит эти ощущения.

Хочу-хочу-хочу...

Села на кровать и приглашающие развела голые бедра.

— Иди ко мне.

Он крадучись подошел ближе и присел рядом со мной на корточки.

— Хочешь меня попробовать?

— Безумно.

Мгновенно приникнув к самой чувствительной точке на моем теле, он начинает интенсивно ласкать меня своим невероятным языком с волшебной серёжкой.

— Господи, я обожаю чувствовать твой язык… Пожалуйста, быстрее.

— Какая нетерпеливая девочка. — довольно бормочет он и ускоряется, то надавливая плашмя и делая такие приятные тягучие движения, то едва ощутимо порхает по клитору, заставляя меня ёрзать.

— Френки, иди ко мне, пожалуйста.

— Ммм, Лани, мы же только начали…

— Я хочу твой член в себе. Сейчас.

— А я хочу, чтоб ты кончила от моего языка, а потом от моего члена.

— Ну, Френки, ну пожалуйста! — я так хочу ощутить приятную заполненность, что уже готова на всё. Восприятие сильно обострилось, и по телу расходится предвкушающая дрожь.

Хесс прикусывает клитор и начинает быстро стимулировать его кончиком языка, иногда прокатывая шариком. Резко втягивает комочек плоти в себя и повторяет всё сначала. От каждой новой серии движений я тонко вскрикиваю, чувствуя, как от этой зоны расходятся сладкие волны, закручиваясь внизу живота. С очередным резким укусом меня скручивает наслаждение, и я облегчённо расслабляюсь.

— Иди сюда. — требовательно протягиваю руки и хесс нависает надо мной.

Плавно скользит своим достоинством по ещё очень чувствительным складочкам, заставляя меня вздрагивать и предвкушающе жмуриться. Медленно вводит в меня головку и начинает понемногу двигаться, входя глубже и глубже, пока не входит полностью.

— Ммм, я бы всегда хотел находиться в тебе.

Прикусывает шею, ощутимо захватывая кожу, и начинает жестко вбиваться в меня, замирая с каждым толчком. В попытке ускорить эти движения, прижимаю его ягодицы пятками, но он только довольно хмыкает мне в плечо, и вновь прикусывая кожу, лаская её языком.

— Френки, хороший мой, быстрее. Пожалуйста, быстрее.

Хесс ускоряется лишь на чуть-чуть, заставляя меня разочарованно хныкать. Я чувствую, как во мне зарождается оргазм, но необходимо добавить ускорения. Расстроенно с нажимом провожу пальцами по твёрдой спине.

Оторвавшись от моей шеи хесс смотрит в мои глаза и демонстративно медленно выходит почти полностью и резко входит на всю глубину, наслаждаясь моей реакцией.

— Френки, ну пожалуйста, я уже так хочу кончить.

— Вот так хочешь? — совсем немного увеличивает скорость своих рывков.

— Нееет, быстрее, прошу тебя.

— Какая нетерпеливая, мне так нравится наслаждаться тобой, а ты так спешишь.

Вновь серия медленных проникновений, я пытаюсь самостоятельно извиваться в попытке добиться своего. Все мышцы болезненно напряжены в ожидании развязки, которую он не даёт.

— Френки, солнце мое, я уже не могу, быстре, прошу тебя.

— Вот так?

Наконец-то он ускоряется до нужного мне ритма, снова и снова погружаясь в меня почти до самого конца.

— Ах, тебе нравится, да Лани?

— Да-да да… — выкрикиваю ответ и упиваюсь каждым рывком в мою глубину.

Он накрывает клитор рукой, надавливая и растирая этот комочек, разнося по телу волны наслаждения. Наконец-то меня накрывает оргазм и я содрогаюсь в конвульсиях.

— Хорошая девочка. — бормочет Френк и, сделав ещё несколько глубоких толчков, замирает внутри, вздрагивая вместе со мной. Мы нежно целуемся пока не утихли последние искорки удовольствия. — Лани, ты для меня очень важна и я невероятно рад, что ты появилась в моей жизни.

Вместе ответа я лишь крепче прижалась к нему, глядя на переплетение наших тел. На душе царило полное умиротворение.

— Лани, у можно странный вопрос?

— М?

— Во время близости с Майком… Эм. Тебе было комфортно?

— К чему это?

— Понимаешь, он немного дикий. И далеко не всем показывает эту сторону себя. Я сам недавно узнал о его, скажем так, скрытых желаниях.

— Например?

— Ну... Фото?

— Я уже в курсе.

— И как ты к этому отнеслась? — хесс подо мной ощутимо напрягся.

— Да нормально. Если ему настолько нравится, то пусть фоткает.

— А то, что он, ммм, настойчивый?

— Он доминирует в постели. Мне это нравится. И даже пошлые фразочки меня не напугают. Они с Россом явно найдут общий язык.

— Это тебя не настораживает?

— Нет, милый. Вы все разные. И восприятие одних и тех же вещей у каждого своё. Меня на данный момент всё устраивает. Если что-то пойдёт не так, я обязательно скажу. Мы разберёмся. Каждый из нас тут немного загадочный, так что всё хорошо, не переживай.

— Когда утром я услышал, что он раскрыл перед тобой все карты, то не знал чего ожидать.

— Не переживай, лапа моя, если мне вдруг что-то не понравится или я начну ощущать себя некомфортно, то обязательно сообщу. И мы или вдвоем, или совместно придумаем выход из ситуации. — меня вновь сжали и крепко поцеловали в губы.