Глава 40. Зара

Мне нужно доказать отцу, что я не играю с ним, поэтому приходится весь день потратить на выбор колес. Огромное спасибо Жанне, которая помогает мне, выдумывая причины, чтобы не взять ту или иную машину. Мы вдоль и поперек обходим несколько автоцентров, и к концу дня у отца лопается терпение.

— Так! Если завтра ты не остановишь свой выбор на какой-то машине, я куплю тебе первый попавшийся драндулет. С прогоном.

Значит, поверил мне. Отлично!

— Мы не были еще в двух салонах, — с большим трудом скрывая довольную улыбку, я протягиваю отцу буклет. — Надеюсь, что-то в них приглянется.

— Я тоже надеюсь.

Мы подъезжаем к моему дому. Мама уже стоит у подъезда, ждет. Хорошо, что не бабушка. Та не постыдилась бы начать отчитывать меня прямо во дворе, на глазах соседей.

— Я позвоню утром, — говорю я отцу, вылезая из машины и дожидаясь, пока себя выволочет Жанна. — Не помешаю вам с Анжелой?

— Зарочка, ты же знаешь, ты у меня на первом месте, — ехидно врет он.

Я молча хлопаю дверью. Ни за что не поверю, что сапожки Анжеле он с таким же ворчаньем выбирает. Ну ничего, скоро у него отпадет необходимость терпеть женские капризы. Там, куда он отправится, приоритеты другие.

Мама, единственная, перед кем мне неловко, сразу заключает меня в объятия.

— Детка, я так скучала, — шепчет она, целуя меня в щеку. — Сколько нервов мне вытрепали эти твои Мальдивы. Как тебе угораздило с круизного лайнера упасть? С Артуром расстаться? Еще и в какую-то авантюру вляпаться, о которой твой папаша ни слова не говорит? — Мама зло косится на отъезжающий с ревом джип.

— Мам, это же моя норма. Без приключений я даже мусор выбросить не могу, — вяло, но все же смеюсь я. — Бабушка торт наколдовала?

Мама качает головой.

— Дуется. Сказала, нет у нее больше внучки. Сегодня раз пять с Артуром созванивалась, учила его, как тебя вернуть, — вздыхает она. — Но имей в виду, я этого не одобряю. Ты хоть особо ничем со мной не делишься, но я этого Артура насквозь вижу. Не надо тебе с ним мириться. Ты лучше к Вадику приглядись, что у твоего папашки адвокатом работает. Симпатичный, умный, скромный. Вон какие знаки внимания тебе оказывал.

Я закатываю глаза. Радовалась, что избегу бабушкиных нотаций, а напоролась на настоятельные мамины рекомендации.

— Я подумаю, — выцеживаю я по слогам и шлепаю к двери, таща за собой Жанну.

Она спешно здоровается с мамой, и я прям кожей чувствую, как давит в себе желание рассказать ей о Роберте, чтобы доказать: на Вадике свет клином не сошелся. Буквально вижу, как Жанна с восторгом в глазах картинно восклицает: «Вы бы видели, какого мужика она на Мальдивах отхватила, сразу бы о Вадике забыли!»

Дома царит гробовая тишина. Бабушка заперлась в своей комнате и даже не удосуживается встретить меня. Шайтан с ней! Мне же лучше.

Мы с Жанной ужинаем, всячески избегая откровенного разговора с суетящейся мамой. А после душа запираемся в моей комнате, где Жанна, натянув на себя мою зовущую на помощь футболку, залезает в кровать.

— Так ты расскажешь мне, что задумала? — допытывается она, пока я копаюсь в шкафах и собираю всякие личные вещички в сумку.

— Ты возненавидишь меня, — вздыхаю я.

— Ты бросила меня на Мальдивах. Дважды. А я до сих пор с тобой.

Оставив в покое шкатулку с украшениями, я подсаживаюсь к подруге.

— Мой отец жестокий человек, Жан. Плохой человек. Свое состояние он сколотил на людских страданиях и крови. Если закон не в силах приструнить его, значит, я стану его судьей и палачом.

— И?

— Это неправильно. Я ведь его дочь. А родителей надо уважать.

— В таком случае, детей тоже надо любить, о них надо заботиться. А твой папашка вспоминает о тебе, только когда ему хреново. Хочешь подставить его? Молодец! Я обеими руками за!

Зря я думала, что ответ Жанны будет иным. Она прекрасно знает, сколько мы с мамой вынесли. А теперь знает, как Барон бросил на произвол судьбы семью Роберта, лишив их любимого человека и кормильца.

— А что ты маме своей скажешь? — интересуется она.

— Я позже ей все объясню. Сначала пусть Роберт оправдает свой поцелуй с той гадиной, — бурчу я с неприкрытой обидой.

Не успеваю отложить шкатулку, решив завтра продолжить сбор вещей, и лечь в постель, как звонит мой мобильник. Номера всех знакомых у меня остались на старом телефоне, который Роберт выкинул, сняв меня с рейса. А сим-карту я еще не восстановила. Поэтому неузнаваемый ряд цифр меня настораживает. Лишь бы не Анжела со своими угрозами. Доведет меня до срыва, и весь мой план рухнет. Обязательно накосячу ей в угоду.

— Привет, Зара, — первым говорит Вадик, когда я напряженно принимаю звонок. — Я сел в Москве. Завтра буду дома.

— Привет, — выдыхаю я. — Ну круто. Поздравляю. Чем займешься?

— Мне нужно уладить кое-какой вопрос с Бароном, а потом я свободен. Не волнуйся, никакого подката. И все же, мы могли бы встретиться?

— Вообще-то у меня на завтра планы. А что ты хотел? (3303c)

— У меня для тебя посылка от Роберта, — отвечает он, отчего у меня в груди становится легко и тепло. Улыбаюсь, как дурочка, от мысли, что Роб не забыл обо мне и пытается все наладить. — Это очень важно, Зара.

— Ладно. Утром мы с отцом покупаем мне тачку, а потом можем встретиться. Кстати, это твой шанс одним выстрелом двух зайцев убить. И мне посылку передашь, и с Бароном вопрос решишь. Что скажешь?

— Просто изумительно. Тогда до завтра.