9.2

Напялив бэушные крылья, я приготовилась к незабываемому полету. Вообще, думаю, что стоит сказать пару слов про их конструкцию. Проектировщик сего чуда из чудес видимо был еще и самоубийцей помимо своей основной профессии. Это был некий полый каркас из небольших деревянных реек. На них были наклеены перья какой-то несчастной птички, которая явно, перед тем как ее ощипали, долго и мучительно болела себоррейным грибком. Часть перьев почему-то была окрашена в розовый цвет. То ли пытались так сию конструкцию “освежить”, то ли явно что-то целенаправленно закрашивали.

Так вот. Все это сооружение соединялось друг с другом (и уже со мной) с помощью длинных кожаных ремешков на кнопочках. Каждая кнопочка была искусно сделана в виде оскалившейся черепушки. Толи для брутальности, то ли для того, чтобы надевший сие изобретение помнил, так сказать, о смерти. Мементо море.

Меня поторопили. Сказали, что долго копаюсь. Что ж, пришлось решаться. С криком “Бонзай!” я сиганула со скалы. Сказать, что я испытала в этот момент, я постесняюсь, честное слово. Находясь в состоянии планирования, я активно замахала руками, к которым привязали эти…гири, по-другому сказать не могу. Получалось плохо. Лучше у меня выходило орать.

— Да что б ты сам напялил эти крылья бешенного попугая, Альберт Безумный! — вопияла я, а мой голос подхватило многоголосое эхо, отразившись от скалы. Где-то внизу послышались аплодисменты. Это хлопали оставшиеся участницы отбора. Тоже явно придерживались одинакового со мной мнения.

Тем не менее, умирать я вроде пока не спешила, как и падать. Кое-как разобравшись с управлением подобной штуковины, я замахала крыльями, ближе к пыточной карусели, постепенно снижаясь.

И вот, вуаля, очередное испытание пройдено! Ко мне уже бежал один из волонтеров конкурса, чтобы помочь переоблачиться из “птицы небесной” в “рыцаря бесстрашного”. Костюмчик рыцаря был малость тяжеловат. Мне не очень шли латы… И шлем.

— А у вас нет такого же, но с синей кисточкой на макушке? — уточнила я.

— Нет! — огрызнулся волонтер. — У нас тут не примерочная, одевайте, что дают.

Ну я и одела. Если честно, то ни рукой, ни ногой я двинуть в этом прикиде не могла. Их вообще не было видно. Да и меня не было видно. Только одни глаза из услужливо проковыренных кем-то дырок в шлеме.

— Удачи! — пожелал мне волонтер.

Я отозвалась глухим мычанием, сделала шаг. С звучным “Бдзынь, ***ть!” я была снесена первой же прилетевшей мне гирей.

— Конкурс окончен! — возвестил ведущий.

Я выдохнула, похлопав себе и своим тараканам. Занавес!