Глава 24. Лиза

Мой протест эхом пронесся по просторному помещению. Кровь внутри словно остановилась и замерла от страха. В любой ситуации нам надо оставаться вместе! Так еще родители говорили, это были последние слова матери.

Вместе! А не порознь на разных краях земли.

– Нас нельзя разлучать!

Сама не заметила, как шумно встала, стул от резкого движения покачнулся и едва не опрокинулся. Лицо Марка стало каменным. Если до этого он всем своим видом лишь затаенно угрожал, то сейчас явно терял терпение.

– Сядь. Еще десерт принесут. Я, кажется, сказал, что мои решения не обсуждаются? Или еще раз напомнить?

В каждой нотке звучала угроза и раздражение, но он не понимает. И вряд ли в ближайшее время поймет. Его отношения с сестрой – ярчайший пример, что Марк ничегошеньки не смыслит в детях. Ему проще спихнуть их с глаз долой.

– Я не буду под этим подписываться! Я – единственный опекун Матвея и не даю согласия. Ты не сможешь его увезти.

Он тоже встал и медленно приблизился ко мне. Массивная фигура подавляла собой. Рядом с ним становилась крошечной и незначительной.

По крайней мере, уверена, что он такой меня и видел. Мужчина наседал, и пришлось развернуться спиной к пиршеству. Столешница больно уперлась в ушибленные ягодицы.

Он немного наклонился и поставил руки по бокам от меня, заключив в стальной плен.

– Ты серьезно думаешь, что для меня это проблема? Да лишь щелчок пальца, и ребенок станет моим. Хотя если будешь хорошей девочкой и сама подпишешь все бумаги, то не стану настолько резко вклиниваться в вашу семью.

Он издевательски усмехнулся, а у меня руки чесались отвесить ему пощечину. Дьявол. Ничего не меняется, и то обстоятельство, что я уши развесила, обманувшись чужой заботой, только все усложняет.

– Я думаю, что мой брат останется со мной. Не собираюсь ссылать его, как ненужную вещь. Дети не игрушки, которые можно временно задвинуть на полку!

– Там ему будет безопаснее.

Закатила глаза. Мужчины! Прикрываться великими идеалами так легко и просто. О безопасности он печется. Как бы не так! Спихивает с себя ответственность, даже не желая признавать этого.

– Ему безопасно со мной. Всегда так было, есть и будет. Смогла отстоять наши жизни в шестнадцать, смогу и сейчас.

На мгновенье раздражение в его взгляде сменилось пониманием, и появилось что-то странное, новое и непонятное. Но лишь на мгновенье. Все прошло очень быстро, вновь вернувшись на круги своя.

Лицо мужчины ожесточилось, и в нем появилось раздраконенное упрямство и вера в непоколебимость собственного мнения. А еще – желание мною обладать.

Оно возникло также спонтанно, без предупреждения. Он наклонился, и я резко вдохнула, ожидая боли. Сейчас мое тело уж точно не было способно на близость. Но Марк лишь нежно коснулся моих губ и отстранился.

– Разговор окончен. Тема закрыта. Ты остаешься здесь со мной, а Матвей едет учиться в отличную закрытую школу-пансион. Не о чем беспокоится, с ним и Кариной будут лучшие ребята моих друзей.

Не тех от друзей, что еще вчера развлекались с целой толпой девиц, в качестве after party решивших отлупить меня? Они не показались очень надежными и серьезными. Но что могу сказать об этом? Ничего. Он не станет слушать.

Поэтому опустила взгляд вниз, стараясь скрыть свои эмоции. Незачем мужчине видеть в глазах безропотной девушки безрассудность и желание сделать по-своему.

Марк, очевидно, расценил это как капитуляцию. Ох зря, Быстрицкий, ох зря… Даже дьявола можно окропить и поставить на место. Тем более что в руках уже был козырь, выданный его же сестрой.

– Вот и умница. Ни о чем не думай. Я восхищаюсь твоим мужеством и в курсе, что вам с братом пришлось пережить, но теперь безопасность и выживание не твоя забота.

Вскинула голову и настороженно уставилась на него. Конечно же, он знает. Знает о нас все. Только вот что такое сухие безэмоциональные доклады и бумажки…

Попыталась сделать взгляд покорнее. Пусть думает, что победил и взял меня под контроль. Отец всегда учил немного уступать более сильному противнику, усыплять его бдительность.

Он еще раз осмотрел меня с головы до ног. Нахмурился своим мыслям и, развернувшись, покинул комнату. Аудиенция окончена, и все свободны? Получается так? Удаляющиеся шаги подтвердили мои мысли.

Но лично я уходить не спешила. Снова опустилась на стул и взяла в руки ароматный хлеб. Вздрогнула, когда сзади показалась уже знакомая женщина, поставившая передо мной десерт. Она пожелала приятного аппетита и скрылась.

Сладкое – это хорошо. Под углеводы прекрасно думается. Особенно когда есть такой повод. С одной стороны, разлука с братом, подчинение человеку, который и не думает ничего рассказывать. Не думает считаться со мной и уважать, видит лишь постельную куклу.

С другой – помощь семнадцатилетней вертихвостки со странными наклонностями. Свобода или комфорт? Для меня никогда не стояло такого выбора, не встанет и теперь…