107

Спустя минуту Равиль вернулся в спальню вместе с блюдцем, полным чего-то, что тихонько постукивало друг о друга. Прямо как…

— Лед? – вскинула брови я. – Что ты собираешься делать?

— Сейчас узнаешь.

Равиль поставил посудину на тумбу и подтянул меня за бедра так, чтобы ягодицы лежали на самом краю кровати. Затем он опустился на колени передо мной и положил на язык кусочек льда.

— У-уф, — только и смогла выдохнуть я, глядя, как Равиль склоняется к моему животу.

Горячие губы порой сменялись холодными укусами льда, который Равиль удерживал между зубов. Он опускал дорожку контрастных поцелуев все ниже, и я с дрожью ждала момента, когда его губы найдут самую жадную точку моего тела.

Из горла вырвался сладкий стон – это нежные губы Равиля накрыли пульсирующий клитор. Он нежно втянул его, чуть смял жаркими губами, а в следующий миг на смену этим ощущениям пришел холод.

Кусочек льда, зажатый между губ Равиля, потерся между моих складок, и я задрожала еще сильнее.

— Уже не так больно? – проглотив подтаявшую льдинку, Равиль широко лизнул меня между ног.

Я видела, как хитро блестят его глаза, пока язык, губы и пальца заняты делом.

— Не больно, — выдавила я и смущенно накрыла руками грудь.

Меня смущало, какой вид Равилю открывается на мое тело, которое казалось мне недостаточно красивым. Понятия не имею, сколько девушек у него было до меня, но я уверена, что среди них были красотки модельной внешности с шикарной фигурой. Я же самая обычная – не худая, но и не полная. Грудь второго размера. На животе нет кубиков пресса или красивого рельефа.

Сам Равиль – произведение искусства. Чего стоят одни косые мышцы живота, уходящие к паху.

— Что ты делаешь? – Равиль остановился и хмуро взглянул на мои скрещенные на груди руки. – Что-то не так? Тебе не нравится?

— Все замечательно, — мотнула головой я. – Просто…

— Просто ты прячешь от меня свое тело. Почему?

Я повернула голову на бок, чтобы не смотреть в строгие глаза Равиля. Мои волосы разметались по простыне и блестели медью в лунном свете.

— Ты красивая, — Равиль повел рукой от моего бедра и выше. Остановил ладонь у лона, помассировал пульсирующую точку и, выбив из меня сдавленный стон, стал подниматься дальше – к плоскому животу и груди. – Везде.

Он осторожно взял меня за запястья и развел руки. Я позволила ему прижать их к кровати по обе стороны от моей головы.

— Я бы любовался тобой вечность, — произнес бог красоты, нависший надо мной. – Только позволь мне это. Хорошо?

Его нежность безумно возбуждала. Я кивнула и закинула одну ногу но поясницу Равиля.

— Это приглашение?

— Да. Хочу снова почувствовать тебя в себе.

— Уверена?

— Да.

Равиль в улыбке прикусил нижнюю губу, выглядя при этом невозможно соблазнительным. Он, все еще стоя у края кровати на коленях на полу, удобнее устроился между моих ног, а затем плавно погрузился. Дыхание снова сбилось, меня накрыло волной жара и смущения. Захотелось вновь закрыться, но я сжала ладони в кулаки и усилием воли заставила их лежать там же – по обе стороны от головы.

— Вот так, детка, да, — промурлыкал Равиль. – Ты заслужила награду за свои старания.

И он опустил руку мне на лоно и стал ласкать пальцами одновременно с тем, как медленно, но глубоко толкался внутрь.

Боль быстро утихала. Когда мне стало легче принимать Равиля целиком, он закинул одну мою ногу себе на плечо, чуть меняя угол входа. Теперь толчки стали жестче и быстрее, как и движения пальцев, массирующих клитор. Он врезался в меня до упора все резче, выбивая стоны и шлепки. Моя грудь подпрыгивала им в такт, я стонала все громче, больше не стесняясь того, как пошло и грязно это может звучать.

В какой-то момент от наслаждения я закатила глаза и перестала дышать. По телу прокатилась мощная волна мурашек и дрожи, что быстро стянулась в одну точку. Мое тело непроизвольно сжалось вокруг Равиля сильнее, пульсируя жаром, — последние импульсы перед тем, как окончательно расслабиться и отпустить контроль.

— Сейчас, Тина, — не переставая с безумной скоростью вдалбливаться в меня, прохрипел Равиль. – Еще чуть-чуть.

Меня накрыло волной в последний раз, а после этого Равиль толкнулся так сильно и глубоко, что я ощутила, как он кончает, наполняя презерватив внутри меня. Он шумно выдохнул и, не выходя, лег сверху.

— Ты моя, — шепнул он, а потом впился в губы требовательным, но пронзительно нежным поцелуем.

Мы вместе приняли душ, а потом, даже не одеваясь, легли в кровать. Голые тела тесно переплелись. Сквозь подступающую дремоту я чувствовала, как Равиль гладит меня по волосам и оставляет кроткие поцелуи на щеках, висках и руках.

Еще я слышала его голос, обещающий любить меня вечно, но тот звучал будто из сновидения. Наверное, так оно и было, ведь в ту ночь я увидела Равиля во сне. Это точно был он, хотя выглядел неуловимо иначе и старше.

Держась за руки, мы сидели на крыльце захудалого домика посреди луга. Вдалеке занимался рассвет.

— Сквозь время, радости и горести, с этого дня и до последнего, и даже после смерти – я клянусь любить тебя, — сказал Равиль из моего сна.

И я ответила ему тем же.