22

- Ты в порядке?

Я чувствовала, как бешено заходится сердце, пока мой разум не понимал, что будоражит его больше: ситуация с Викой, то, что я могу опаздывать, или то… Что Демьян стоит передо мной топлес. Причем держится так, будто все, как обычно. Будто он не торчит посреди аэропорта с голым торсом! И смотрит при этом так, словно я – центр его вселенной.

- Нет! – вырвалось у меня, и я резко отвернулась, прижав к лицу ладонь так, чтобы не видеть Демьяна. – Я не в порядке!

Мое лицо, которое еще недавно было холодным и бледным от страха, стремительно заливало жаром. Стало только хуже, когда Демьян попытался убрать мою ладонь лица, поймав за запястье.

- Тебе плохо? Что случилось?

- То, что ты голый! – взвизгнула я. – Я бы отдала тебе худи обратно, но…

- Тогда голой уже будешь ты? – произнес Демьян с такой интонацией, что я вспыхнула, как списка.

Несколько секунд, и меня уже нет. Я пепел.

Я тряхнула головой, возвращая себе способность здраво мыслить, и зашагала в сторону зала ожидания, где была наша группа.

- Надо возвращаться. Нас могли потерять. Моя подруга…

- Я сказал, что помогу тебе сам. Твоя подруга вместе со всеми.

Он говорил, а я упорно не смотрела в его сторону. Даже на лицо, потому что тогда взгляд непроизвольно выхватывал еще и кусочки обнаженной груди. Крепкой, мускулистой, загорелой груди…

Тина, остановись!

- Давай шевелиться. Иначе у нас могут быть проблемы.

И я говорила не только про опоздание на самолет. В нашу сторону уже посматривали незнакомцы. Мужчины – раздраженно, а девушки – игриво или смущенно. А еще были охранники, которые пока только хмурились.

Но это только пока.

- Если тебя повяжут за обнаженку, спасать не буду!

Сказав это, я хотела с гордым и независимым видом отправиться к залу ожидания, но наступила на не завязанный шнурок. Жизнь пронеслась перед глазами, пока летела к светлому кафелю, отражающему свет ламп… А потом мир замер, потому что я оказалась поймана в крепкие объятья.

Горячие, как и обнаженное тело Демьяна.

- Держись, - сказал он. – Нам нельзя опаздывать.

Мне потребовалась пара секунд, чтобы осознать – Демьян не собирается ставить меня обратно на ноги. Он подхватил меня, прижал к груди и бегом рванул к месту сбора группы.

Голова шла кругом. Мелькали чужие лица, указатели аэропорта, вывески магазинов и кафе… По громкоговорителю объявили начало посадки на наш рейс, и Демьян будто включил новую скорость. Я взвизгнула, когда мы чуть не вписались в поворот, и неосознанно вцепилась в плечи Демьяна.

Нам вслед смотрели, перед нами расступались. Я чувствовала себя так, будто на нас направлены софиты.

Смущенная избыточным вниманием, я натянула капюшон. Но он оказался бесполезен, когда мы подошли к группе, ведь ребята встретили нас аплодисментами и гомоном, в котором сплелись смех и случайные фразы:

- Ура! Успели!

- Я ей завидую!..

- Это та-а-ак романтично!

- И горячо, - добавила одна из девушек, после чего Демьян поставил меня на ноги.

Капюшон сполз. Я подняла глаза и увидела Арину, которая подала мне мою ручную кладь. Рядом уже стояла Вероника Петровна и казалась растерянной:

- Даже не знаю, ругать ли вас за то, что чуть не опоздали, или хвалить за находчивость и взаимовыручку? Но сейчас все равно не время. Поторопимся, ребят!

И мы все вместе направились к выходу на посадку. Демьян на ходу достал из сумки свою футболку и натянул, не сбавляя шаг и заставляя девушек вздыхать. Ну и шоу…

Перед нами работница аэропорта быстро проверяла билеты других пассажиров, но очередь стремительно приближалась. Да, задержись я еще хоть на пару минут, точно бы опоздала.

- Куда ты пропала? – шепнула я Арине. – Я ждала тебя с кофтой.

- Прости. Ты бы видела, что тут было! – подруга действительно выглядела очень впечатленной, и в голосе ее сквозило восхищение. – Вика пришла картинно вздыхать, как нечаянно облила тебя. Я… Ну, сказала, как было. Начались разборки…

- Матушкина библиотека, - скривилась я и обернулась на Золотухину, стараясь делать это как можно незаметнее. Вика не выглядела побитой собакой. Как обычно держалась гордо и улыбалась во все тридцать два.

- Не смотри на нее. Она притворяется, что все круто, но на нее вообще все наехали. И Демьян твой.

- Он не мой, - насупилась я.

Арина дернула за рукав худи:

- Он пометил тебя. Ты уже носишь его вещи.

- У меня не было выбора. Ты же не пришла!

- А смысл? Твоя кофта не спасла бы ситуацию!

Я посмотрела на короткую кофточку на замке, лежащую поверх моей сумки. Да, Арина права. Я это и сама понимала.

- Ты могла бы принести мне в туалет мою сумку.

- Думаешь, я бы обогнала с ней Демьяна, который рванул к тебе ракетой? Да и зрелище вышло отменное. Он прямо тут худи снял. Девчонки поплыли…

Мы подошли к стойке, у которой девушка в синей форме аэрокомпании проверила наши билеты и пропустила дальше. Я впервые шла по пассажирскому трапу. Он походил на металлический рукав или тоннель, ведущий прямо к входу в самолет. Едва завидев его, я испытала странное ощущение – будто внутри все перевернулось.

Будто это был не просто проход в самолет, а дверь в новую жизнь.

Волнительно и пугающе.

Все это было для меня в новинку. Я сидела у окна, Арина – рядом со мной. Мы прослушали инструктаж, а потом ждали взлета. И когда самолет оторвался от земли, у меня возникло чувство, будто у меня выросли крылья.

Перелет был долгим, а толстовка Демьяна очень теплой и приятно пахла. Его самого мне не было видно – он сидел через несколько рядов сзади.

Зато Золотухина заняла кресло наискосок от нас, чуть спереди. К счастью, она вела себя тихо и никак не отсвечивала. Я вспомнила о ней лишь единожды, когда Вика вдруг закашлялась и достала из сумочки ингалятор.

Астматик, значит…

Будь я конченной стервой, поиздевалась бы над этим, но не стану.

Укутавшись в толстовку Демьяна, которая на мне сидела, как платье, я уснула. Самолет нес нас все ближе к Калининграду, а меня - к новой жизни.

Но я об этом еще даже не догадывалась.