Глава 12 А говорили, что я!

– Кантер, Кантер! Ты же аристократ! – увещевала я парня, улепётывая со всех ног. – Благородный!.. Ай!.. Ты же мужчина! Как ты можешь нападать на невинную девушку? Ай!.. Нет, только не по правой!!! – Ты в своём уме убегать от меня посреди ночи?! – бушевал позади Кроули, тяжело ступая по траве босыми ногами. Он вообще был несколько… растрёпанным – наспех надетые штаны, голый торс, топорщившиеся с одного боку волосы, как будто они ещё не до конца встали с подушки. – Меня чуть кондратий не хватил, когда я тебя в постели не нашёл! – А чего это ты в мою постель смотрел, а? – попыталась я перевести тему, перепрыгивая через лежащее на земле бревно. Вот зачем на территории академии валяется бревно?! – Лучше думай о том, что будет, когда я тебя поймаю! – хмуро пообещал дракон. – Я просто была голодная! И ходила в столовую за пирожками. – Ночью? – я как раз обернулась к Кантеру, чтобы увидеть, как он скептически поднял бровь. – И с каких пор столовая находится в оранжерее магистра Ордика? Ну вот, заметил! – Что ты там делала, Крот? Пакостничала, да?! А, так он не видел??? Я не удержалась и широко улыбнулась. Правда, чуть раньше пришлось остановиться и упереться руками в колени, пытаясь отдышаться. Помогало слабо. Кантер как раз подошёл ближе с явным намерением продолжить расправу. Я, недолго думая, рухнула в траву. – Лежачих не бьют! Дракон раздраженно вздохнул. Да так, что у него натурально дым из носа пошёл. Чёрная такая струйка. – Ты не ответила. – Я вопрос забыла. – Лера!!! – А что?! Значит, ему можно меня оскорблять, а я должна терпеть, да? Это потому, что он дракон, а я просто человек, да? Жизнь человека теперь и не важна, правильно я понимаю?! Ты ведь тоже так думаешь, Кроули! И так жалко себя стало, что я даже слезу пустила. Действительно, никакого уважения от этих ящериц! Парень ещё раз страдальчески вздохнул, а потом присел передо мной на корточки. – Я за тебя боялся, глупая! Думал, мало ли, что случилось. Ночь, а ты одна. Такая маленькая и беззащитная. Вдруг, кто обидит? Неужели сложно свои вылазки делать днём? – Ага, так бы ты и разрешил, – обиженно хлюпнула я носом. – Не разрешил бы, – согласился он, – но и обижать бы тебя больше не позволил. Ордик – хороший преподаватель, но манера общения… Специфическая. Как и у тебя, между прочим… Я насупилась, а он вдруг мягко, но настойчиво поднял мой подбородок своими сильными пальцами, заставляя посмотреть ему прямо в глаза. – Лер, не убегай больше. Иначе, если с тобой что-нибудь случится, я себе не прощу. Устраивай свои пакости при мне. Заодно буду фильтровать то, что опасно для тебя и окружающих, – его глаза смотрели серьёзно и пытливо, чуть пульсируя вытянутым зрачком – признаком сильного волнения. – Зануда, – проворчала я, стараясь скрыть неловкость. – Кантер, тебе кто-нибудь говорил, что ты ужасно скучный и правильный? Вместо ответа он усмехнулся и, подхватив меня на руки, рывком поднялся. – От тебя я слышу такое столько, сколько себя помню, – на его лице расцвела, впервые за вечер, искренняя улыбка. – А ещё – я наконец-то нашёл свои штаны! – Поздравляю, – усмехнувшись, я обхватила покрепче шею Кантера с твёрдым намерением не слезать с крепких рук до самой комнаты. Набегалась за эту ночь я достаточно… А утром нас разбудил истошный вопль. – Где она?! Пусти меня, Кроули, я ей шею сверну!!! Крот! Выходи по-хорошему! Я со стоном залезла под одеяло. Ну вот, первый выходной за неделю, а поспать не дают! – Крот! Выходи, говорю!!! – горланил из коридора профессор. Оттуда же доносилось неясные звуки борьбы и поскуливания. Я вздохнула. Придётся вставать. Кроули я доверяла на все сто процентов, но оставлять его одного со всем разбираться было как-то подло. Но сначала нужно почистить зубы! И переодеться. Точно! Не могу же я предстать перед заслуженным преподавателем академии в пижаме! Мысленно пожелав Кантеру удачи, я скрылась в недрах ванной и ещё минут десять приводила себя в порядок. И только потом мужчины могли лицезреть мой жизнерадостный и в крайней степени невинный вид. – О, магистр Ордик, какими судьбами? – Ты!!! – дракон наставил на меня трясущийся от напряжения палец. – Я знаю, это ты подстроила! Моя Инделазийская капуста! Мароконийские колокольчики! Фатлеванские сорные травы! Это преступление! Изуверство! – А у вас есть доказательства, что это я? – Что «это»? – подозрительно прищурился он. – Да всё, – тут же выкрутилась я, – вот в чём бы вы меня не обвиняли – это не я! Я даже пальцем не трогала ваши колокольчики и сорные травы! – А больше некому! Только ты, шкодливая, рыжая, наглая, глупая и беспринципная девица способна на такое! – как у него дыхалки хватило на столько эпитетов разом? – Попрошу без оскорблений! – Да что случилось-то?! – рассердился Кроули, старательно удерживая разошедшегося профессора подальше от меня. – Случилось?! И ты еще спрашиваешь?.. А впрочем, пойдёмте вместе, сами всё узнаете! Кантер посмотрел на меня, я же независимо ковырнула носком туфли дырку в полу. А я что? Я ничего! Пока мы добирались до злополучной оранжереи, наша совсем не дружная компания обросла свидетелями и зеваками. Последним присоединился ректор, подойдя к дверям теплицы одновременно с нами. Магистр Ордик театрально взмахнул рукой, доставая из складок мантии ключ, и толпа притихла, предвкушая зрелище. Я же стояла максимально близко к Кроули, а ещё к выходу, готовая в любой момент дать дёру. – Открывай уже, Ордик, – устало махнул рукой ректор, – или ты собираешься нас тут до вечера держать? По Августу Видару было очень заметно, что дракон не досыпает; поговаривали, что из новеньких стихийниц почти ни одной не было спокойной, и все время от времени проверяли нервы ректора на прочность. Так что – не одна я приносила проблемы – зря бордовоголовый профессор так обобщает… Магистр повернул ключ в замке, а потом резко распахнул створки с нервным криком: – Вот! Полюбуйтесь! Несколько секунд было оглушительно тихо, а потом за моей спиной, не выдержав, хрюкнул Кантер. Затем несколько других студентов зафыркали, старательно скрывая подступивший смех за кашлем. – Это… – ректор немного замялся, стараясь сохранить невозмутимое выражение на лице, – это же козёл… – Мё-е-е-е-е, – протяжно ответило ему немытое и никогда нечёсанное животное, со смачным хрустом разгрызая очередной кочан драгоценной капусты. – Козел, – подтвердила я, а затем повернулась к белому от бешенства профессору: – Видите, это – козёл. А вы говорили, что это я… Через две минуты я резво убегала обратно в сторону общежития, а вслед мне неслись корни деревьев, готовые переломить мою тощую шейку. За мной по пятам нёсся Кантер и отрубал излишне ретивые растения воздушными плетями. А ректор в это время удерживал орущего проклятия профессора и пытался его утихомирить. – Я задушу её! Пусти меня, Август! Эта рыжая ещё у меня попляшет! Моя капуста!!! Что он там ещё кричал, я не знаю, потому как забежала в спасительное здание и захлопнула за собой дверь. Теперь надо пару дней отсидеться в комнате, если не хочу, чтобы меня и вправду задушили…