Глава 13

Глава 13

Это было самое настоящее безумие. Другого определения подобрать, пожалуй, невозможно.

Жаркие поцелуи, неистовый мужской голод и мое полузадушенное «да», сорвавшее все предохранители.

Антон, получив от меня зеленый свет, медлить не стал, набросившись на мое тело со всей силой страсти, на которую только был способен.

Его руки начинают активнее блуждать по моему телу, а губы завоевывают всё новые территории.

Какие-то считаные секунды — и моя футболка вместе с шортами оказываются разорванными тряпками.

А следом за ними с резким «тресь» в мир иной отправляются и трусики.

— Боже… — вскрикиваю от остроты чувств, когда большая мужская ладонь сжимает грудь, а сосок второй каменеет под настойчивыми движениями языка.

— Сладкая ты, Катюша, — хрипит майор, еще сильнее начиная ласкать мою грудь. Устраивает самую настоящую пытку.

Сладко-болезненно-мучительную пытку. В которой определенно знает толк. Внизу живота всё уже пылает, а соски ноют от малейшего касания.

А майор и не думает прекращать. Покручивает, сжимает между пальцами мои соски, прикусывает зубами до легкой боли, а потом начинает облизывать.

Я хватаю его за плечи и выгибаюсь дугой, подставляя грудь этим грубоватым, но таким необходимым мне ласкам.

Впрочем, не только грудь жаждет внимания. Всё тело уже трясет, требуя долгожданной разрядки

— Антон… — выстанываю между рваными выдохами и вцепляюсь ногтями в прочную кожу плеч.

Больше просьб не нужно, Мальцев подхватывает меня на руки и несет в спальню, укладывая на уже приготовленную ко сну постель.

Кто же знал, что этой ночью мне будет не до сна.

К моему удивлению, Антон не спешит. Он ласкает меня долго, будто старается распробовать. Словно смакует донельзя вкусное блюдо.

Не понимаю, как в одном мужчине могут сочетаться первобытная грубоватость и почти изысканная нежность, смешанная со страстью.

Но они сочетаются, и от этой ядреной смеси я буквально схожу с ума. Извиваюсь, изгибаясь на простынях под натиском умелых рук.

И жадно желая большего.

Где-то на задворках сознания мелькает мысль, что завтра я буду корить себя за слабость, за эту поспешную ночь.

Но я быстро отметаю левые мысли. Ведь это будет завтра, а сейчас мне хотелось получить всё удовольствие, что мне был способен дать этот мужчина.

Ну и доставить удовольствие ему, да…

—Антон! — вскрикиваю, когда он опускается ниже и совершенно недвусмысленно раскрывает меня для себя.

— Тшш, моя хорошая. Сейчас тебе будет очень хорошо….

К оральным ласкам я не привыкла. Рома их не любил, а я не настаивала. Не понимая, что в куни такого особенного, чтобы из-за этого ругаться.

И только сейчас до меня, наконец, дошло. Антон вытворял языком и пальцами такое, что я едва не лезла на потолок.

Неудивительно, что оргазм накрыл быстро, и я, содрогнувшись в спазмах удовольствия, обмякла на смятых простынях.

— Катюша…

— М?

— Посмотри на меня…

Я с трудом открыла глаза, сфокусировав взгляд на мужественном лице. И тут уже почувствовала, как тяжелое тело накрывает мое.

Впрочем, Антон тут же перенес вес на руку, чтобы не придавить меня своей тяжестью. А в следующую секунду плавным толчком заполнил меня собой.

Сразу и до самого предела.

— Антон, боже, — вскрикнула, ощутив невероятное растяжение, — ты такой большой… Не могу…

— Это ты просто пиздец какая узкая, — прохрипел, уткнувшись в мой лоб. —Потерпи, Кать, сейчас тело подстроится и всё будет зашибись…

Я лишь всхлипнула и глубоко вздохнула. Ощущения были не самые приятные. Я, конечно, была мокрой и расслабленной после оргазма, но член у Антона и правда был чересчур большим для меня.

Да и забыла я за два года, как это — быть с мужчиной. Даже вибраторами не пользовалась, не было потребности.

А тут такое… Тело с непривычки начало штормить.

Благо Антон дал мне время привыкнуть, и лишь потом начал двигаться. Первые толчки еще были немного болезненные, но потом боль сменилась наслаждением.

И вот я уже сама хочу большего. Сама подаюсь вперед, глубже вгоняю в кожу мужской спины ногти и лихорадочно требую:

— Еще, еще, еще…

И мой майор мне всё дает сполна. Начинает двигаться резче и жестче. И вскоре я подхожу к своему пределу.

Пара глубоких толчков — и начинаю птичкой биться в мужских руках. И на этот раз оргазм долгий и выматывающий.

Я даже пошевелиться после отката не могу. Лежу и тихо постанываю, пока Антон двигается внутри, доходя до своего пика.

Горячее семя пачкает бедра, но сил реагировать нет. Я выжата, как лимон. Поэтому просто позволяю Антону перевернуться и пристроить меня на своей груди.

Душ может подождать до утра…

— Ты как, Катюш?

— Хорошо, — блаженно улыбаюсь, чувствуя, как под щекой бешено бьётся его сердце. — Но сил нет. Ты меня вымотал.

— Звучит как комплимент. — улыбка в голосе ласкает слух. А поцелуй обжигает и без того истерзанные губы. — Значит, пора засыпать и восстанавливать силы. Завтра они тебе пригодятся.

О том, что будет завтра — спросить не успеваю. Сознание меркнет, и я погружаюсь в сладкий и очень глубокий сон.