Глава 15
Вечер Милены прошел почти спокойно – она покормила и переодела Савелия, поела сама, держа сына на руках. Потом они немного поиграли, чередуя задорный смех с массажными поглаживаниями, и наконец после купания и еще одной порции молока ребенок уснул, позволив маме искупаться и подойти к гардеробу.
Платья Мила не носила из практических соображений – у нее была красивая и удобная слингокуртка, купленная еще во время беременности. Она отлично смотрелась с широкими брюками и свитерами с высоким горлом. Да и куда ей было выходить? В магазин, на почту, да к врачу. И всюду хватало двух пар брюк и трех свитеров. Для теплой погоды годились обыкновенные рубашки, купленные в мужском отделе – дешевле, чем женские блузки, и качество куда выше.
Однако, как у всякой женщины, у Милены была своя маленькая тайна – она любила платья, поэтому, даже убегая из дома, она захватила с собой одно. Нежно-голубое, из мягкого трикотажа, дополненное воздушными рукавами. Спереди вторым слоем шла драпировка, подчеркивающая талию и грудь, сзади на обнаженной спине скрещивались узкие полоски материи, сплетаясь в красивый узор.
Платье едва достигало колен, поэтому занимало совсем мало места. А еще к нему полагался обруч для волос такого же цвета, украшенный незабудками и тонкими перышками. С туфлями, правда, была засада – убегая из дома, девушка не брала с собой обувь на каблуках. Поколебавшись, Милена вынула из мешочка простые бежевые туфельки на невысокой танкетке – она носила их по совету врача, чтобы менять плоскую подошву кроссовок на каблучок и не подвергать себя опасности.
“Что есть, то есть”, – вздохнула она, берясь за утюг.
* * *
В эту ночь Савелий спал беспокойно, чувствуя волнение матери, так что к утру Милена чувствовала себя разбитой. Она вяло прошагала на кухню, поставила чайник на плиту, зевнула, покачивая недовольного сына, и выглянула в окно. Тридцать первое декабря. Почти новый год. В родительской семье этот праздник всегда отмечали весело. Была елка, веселье, смех. Подарки…
Милена вспомнила, что вчера она заскочила в магазин и купила-таки новогодние подарки для соседа и его сына. Ну, какие нашла, на что хватило денег, но ей красиво их упаковали, так что не стыдно будет положить под елочку.
Себе она тоже кое-что купила – и тоже упаковала. Подарок самой себе – немножко смешно и грустно, но это все же подарок!
Она качала сына, заваривала для себя чай, вынула баночку сметаны и зерновые хлебцы, вдумчиво позавтракала, и все это время ее не отпускала одна мысль – а что если сосед пошутил? Что если он не собирается ее спасать? Что ей делать? Милена точно не сможет никуда сорваться в эти длинные праздники. Будет сидеть дома, закажет продукты на дом, а Савва погуляет у открытого окна. Слишком страшно в одиночку встретиться с Виталей.
А потом можно будет купить электронный билет на поезд и уехать… Только куда? К маме нельзя. А других родственников не осталось.
Жаль, что это наверняка была только шутка. Ну шутка ведь?
После завтрака Мила прошла в комнату, навела порядок, уложила Савелия на диван, обложила подушками, чтобы не укатился, и зашла в спальню. Нужно было заправить постель и кроватку, повесить одеяльце на батарею, чтобы просушить, и выбросить использованные подгузники и салфетки. Вроде бы мелочи, но мелочи, сильно влияющие на чистоту и восприятие жилища.
Убедившись в том, что сын так и лежит на животе и тянется к яркой погремушке, Мила сбегала за ведром с водой и тряпкой. Швабры в этом жилье не было, так что она быстро вымыла пол в спальне руками, протерла поверхности влажной тряпкой, открыла форточку для проветривания и закрыла дверь в гостиную, чтобы не залетел сквозняк.
После спальни пришлось поменять воду – в старых домах пыль почему-то накапливалась значительно быстрее, чем в новостройках. Гостиная, кухня, коридор… Когда в дверь постучали, Милена была лохматой, запыхавшейся и уставшей. Она бросила тряпку в ведро, ополоснула руки в не особенно чистой воде, вытерла о трикотажные штанишки и пошла открывать. Если там Виталя – что ж, грязной воды ему точно хватит!