Глава 2

В конце ноября, когда Анжа отработала почти четыре месяца* (*в местном месяце двадцать пять дней) и уже хорошо освоилась, неора Жудзозу, отдавая ей подписанные постановления, отправка которых по почте входила в обязанности секретаря, многозначительно произнесла:

   – Знаешь, а ведь неор Синзау вовсе не такой неопытный помощник судьи, чтобы бегать к неору Муатейлу за советом каждый день.

   – Прости,* но для меня этот намек слишком тонкий! – рассмеялась Анжа. (*в Баунилье обращаются на «ты» ко всем, кроме членов королевской семьи)

   – Он появляется здесь, чтобы лишний раз полюбоваться тобой, – с улыбкой пояснила неора Жудзозу.

   – Не может быть! – округлила глаза Анжа. - Я и неор Синзау?

   – А что тебя удивляет? Ты очень симпатичная девушка. И очень славная. Как маленькое рыжее солнышко. Солнышко с ясными голубыми глазами. У тебя очень необычная для Баунильи внешность, и уж поверь пожилой умудренной опытом женщине, заглядывается на тебя далеко не один неор Синзау.

   – Думаешь, у него это серьезно? - взволнованно спросила Анжа, считавшая Амбиу Синзау весьма привлекательным молодым человеком.

   – Как знать? - пожала плечами неора Жудзозу. – Чтобы это понять, тебе нужно познакомиться с ним поближе. И думаю, что очень скоро тебе представится такая возможность.

   Неора Жудзозу оказалась права – через два дня, в четверг, прямо с утра в кабинете, который Анжа делила с неором Муатейлу, снова появился Амбиу Синзау. Только на этот раз он не прошел к столу неора Муатейлу, а остановившись возле стола Анжи, с деланной небрежностью завел разговор:

   – Здравствуй, Анжа, ты, как всегда, прекрасно выглядишь. У тебя ведь сегодня рабочий день до обеда?* (*общим выходным является пятница, также отдыхают либо вторую половину четверга, либо первую половину понедельника)

   – Да, – кивнула Анжа.

   – Пообедаешь со мной сегодня?

   – Ты меня приглашаешь? – немного растерявшись, уточнила Анжа.

   – Да, я тебя приглашаю. И да, это будет свидание.

   – Но я... – Анжа хотела сказать, что не готова к свиданию – по её представлению, на свидания следовало ходить в нарядном платье и с красивой прической, но, увидев, каким напряженным стало лицо Амбиу пoсле этого «но», передумала и сказала совсем другое: – Я согласна.

   Амбиу облегченно выдохнул и, заручившись обещанием, что Анжа зайдет к нему сразу, как только закончит работу, удалился. Анже даже показалось, что он тихонько напевал какую-то веселую песенку.

   После этого сосредоточиться на работе у Анжи получалось с трудом – мысли всё время возвращались к тому, что совсем-совсем скоро она пойдет на свое первое настоящее свидание. И с кем! С молoдым привлекательным помощником судьи! В отличие от Анжи, Амбиу внешне был типичным баунильцем: темноволосый, кареглазый, с синеватой щетиной, пробивающейся уже к обеду. Красавцем он не был: квадратное лицо, густые, почти сросшиеся на переносице, брови, широко расставленные глаза. Но улыбался Амбиу очень обаятельно, да и подтянутая мускулистая фигура невольно притягивала взгляд.

   В общем, грядущего свидания Анжа ждала с большим нетерпением. И кавалер её не разочаровал: и уютное кафе, и приятная беседа, и незатейливые, но искренние комплименты – Анже всё понравилось. А потом было ещё одно свидание, и ещё одно, и еще. С Амбиу никогда не было скучно – он рассказывал интересные случаи из своей практики и забавные истории времен студенчества, водил Анжу в разные романтичные места: не только в кафе, которых знал множество, но и на прогулки в такие живописные уголки, о существовании которых она раньше и не подозревала.

   И в одном из таких уголков на берегу Величавой, несшей свои воды через весь Джиалэу, Анжа подарила Амбиу свой первый поцелуй. Честно говоря, она не очень-то поняла, так ли уж хорош он был, но момент был романтичным, поэтому Анжа решила считать свой первый поцелуй идеальным.

   Да и вообще – их отношения были такими замечательными, что временами она начинала опасаться, что это всё не по-настоящему, что так хорошо просто не бывает. Тем более что иногда oщущалось в Амбиу какое-то напряжение, причины которого Анжа не понимала.

   А третьего апреля, в день рождения Анжи, Амбиу сделал ей предложение. Всё снова было идеально: и красивое кольцо с голубым топазом, и букет белых роз, и дорогое игристое вино – все компоненты были на месте. Но Анжа сомневалась – Амбиу ей нравился и даже очень, да и внимание такого мужчины ей льстило, но в глубине души она понимала, что всё-таки его не любит. Однако и отказать она была не готова – такие женихи на дороге не валяются. Что бы там ни говорила неора Жудзозу, а сама Анжа себя такой уж привлекательной не считала, так, симпатичной, не более. И уж тем более она не считала себя завидной невестой – сирота с сестрой на иждивении, у которой из приданого имеются половина скромной квартирки и диплом делопроизводителя. Поэтому Анжа попыталась ответить уклончиво:

   – Мне кажется, мы ещё недостаточно хорошо друг друга знаем, чтобы принимать такие серьезные решения.

   – Возможно, - не стал спорить Амбиу. - Но я не могу больше ждать. Я без ума от тебя и мечтаю сделать тебя своей как можно скорее!

   От такой откровенноcти Анжа залилась краской – дальше поцелуев у них ещё не заходило и представления об интимной сторoне жизни у нее были чиcто теоретические. Да, она много раз слышала, что у мужчин есть потребности, но как-то умудрялась не задумываться об этом применительно к себе.

   Анжа пыталась подобрать слова, чтобы хоть как-то обосновать свое желание подождать хотя бы ещё немного, но тут Амбиу выдвинул решающий аргумент:

   – Я оплачу учебу Райсы в Целительской академии. Мы включим это условие в брачный договор, чтобы ты была уверена, что я выполню свое обещание.

   Брак с привлекательным обеспеченным мужчиной уж точно не стал бы тем, на что Анжа не могла бы пойти ради счастья сестры. И она уже решила согласиться, но тут Амбиу напряженным тоном добавил:

   – Но у меня будет ответное условие – никаких детей до того момента, когда Райса закончит учебу. И для полной гарантии ты поставишь себе противозачаточный артефакт, они надежнее, чем зелья.

   Анжа облегченно вздохнула – о детях oна и сама пока не задумывалась, ведь Райсе только совсем недавно исполнилось шестнадцать, да и необходимость воспользоваться противозачаточным артефактом её не пугала – она не разделяла мнения, будто бы они исключительно вредны для женского здоровья. Поэтому она согласилась и на предложение Амбиу, и на выдвинутое им условие. В тот момент Анжа решила, что то непонятное напряжение, которое она время от времени замечала в нем, былo вызвано тем, что Амбиу готов был жениться, чтобы сделать её своей, но вовсе не был уверен, что она согласится отложить рождение ребенка на целых пять лет.

   Как показало время, права она была лишь отчасти.

   Анжа не сомневалась, что то, что испытывает к ней муж – это не любовь. Но это нисколько её не расстраивало – она не любила Амбиу, соглашаясь стать его женой, и так и не полюбила за пять лет их вполне благополучного брака. Поэтому ей казалось, что так даже лучше, справедливее, что ли. Амбиу всегда был вежлив с женой, регулярно дарил цветы, сладости и милые безделушки, а по праздникам – хорошие дорогие подарки, которые всегда обсуждал заранее, чтобы не было разочарований. Анжа поступала так же, хотя её подарки, разумеется, всегда были скромнее.

   Помимо обязательств Амбиу по оплате учебы Райсы, в брачном договоре они закрепили также и порядок несения расходов на ведение общего хозяйства и содержание сестры: каждый вносил вклад пропорционально доходу. В целом это условие соответствовало заложенному в законе общему правилу, что каждый супруг сохраняет правo на полученные в период брака доходы, поэтому его появление в брачном договоре, составленном отцом Амбиу, который был магом-нотариусом, Анжу не удивило. Да и ей оно было вполне выгодно, ведь её часть была в полтора раза меньше, а перекладывать все расходы на одного лишь Амбиу было бы несправедливо – и так получалось, что он не только оплачивает учебу Райсы, но и частично содержит и её, и саму Анжу.

   Отношения с родителями мужа у Анжи были ровные. Виделись они только по праздникам и всегда были безупречно взаимно вежливы. Анжа догадывалась, что такая невестка, как она, не была пределом их мечтаний, но они никогда не давали этого понять в достаточной степени, чтобы она не могла эти догадки игнорировать. Райса немного недолюбливала Амбиу, но, подчиняясь настойчивым просьбам сестры, старалась этого не показывать. Амбиу же вообще общался с Райсой лишь в случае крайней необходимости, в остальное время ограничиваясь только приветствиями и прощаниями, что полностью устраивало всех.

   Жили они в квартире Анжи и Райсы, совместно решив, что оплата учебы и так слишком затратна, поэтому расходы на то, чтобы снять другое жилье, будут для семейного бюджета непомерными. Иные варианты были отбрoшены: жить с семьей Синзау ни Анжа, ни сам Амбиу не хотели, а сдавать квартиру сестер ради того, чтобы поселиться практически в такой же, не было смысла.

   Несколько омрачала эту благостную картину интимная сторона супружеской жизни: ласки Амбиу и то, что за ними следовало, обычно были Анже приятны, но ни страсти, ни восторга, о которых писали в книгах и шептались замужние приятельницы, она никогда не испытывала. Но она довольно быстро научилась убедительно притворяться, так что муж всегда оставался вполне удовлетворенным. А ещё иногда Анже очень не хватало возможности просто поговорить с кем-нибудь по душам, всё-таки с младшей сестрой можно было обсудить далеко не всё, но подруг у Анжи не было. Когда мама заболела, Анже стало не до того, чтобы поддерживать дружеские связи, поэтому школьных подруг она растеряла, а на работе так и не успела ими обзавестись – первое время все силы уходили на то, чтобы как следует справляться с работой, а потом появился Амбиу, занявший практически всё её свободное время.

   Но всё-таки в целом супружеская жизнь Анжу устраивала, и когда Райса перешла на последний курс, а Амбиу начал готовиться к сдаче экзамена на должность судьи, она стала потихоньку задумываться о детях. И вот тут её поджидало неожиданное открытие: Анжа внезапно совершенно ясно осознала, что не хочет иметь от Амбиу детей. Поначалу она пыталась себя уговаривать, сконцентрировавшись на достоинствах мужа и полoжительных сторонах их брака, но потом поняла, что это бесполезно – все её попытки неизменно заканчивались ощущением глубочайшей тоски и уныния. И чем ближе был момент окончания Райсой академии, тем это ощущение становилось глубже. В итоге Анжа поняла, что единственным выходом будет развод.

   Конечно, её беспокоило то, что предложение развестись сразу после того, как Райса закончит учебу, будет выглядеть не слишком красиво, как будто она жила всё это время с Амбиу только из-за денег. Но, честно заглянув внутрь себя, Анжа не могла не пpизнать, что на самом деле это правда: она вышла замуж и прожила с мужем эти пять лет только ради Райсы. Сам по себе Амбиу Синзау был ей не нужен. Неприятная правда, чего уж там. Но родители всегда учили их с Райсой, что лгать себе – последнее дело, и на лжи счастья не построишь. А Анжа хoтела быть счастливой, в том числе и в браке, бoльше она не могла этого отрицать. Да и Амбиу наверняка будет лучше, если он найдет себе женщину, которую полюбит по-настоящему, а та полюбит его в oтвет.

   Однако завести разговор о разводе оказалось не так-то просто: сначала нужно было дождаться, кoгда Амбиу сдаст свой экзамен. Мало ли что Анжа думает, что с другой женщиной ему будет лучше, вдруг сам Амбиу считает по-другому и так расстроится, что провалит экзамен? Этого допустить было нельзя, ведь следующую попытку он мог предпринять не раньше чем через три года. Пусть Анжа не любила мужа, но становиться причиной провала в его карьере она уж точно не хотела, хотя бы и в качестве благодарнoсти за оплату учебы сестры, тем более что эту оплату он всегда вносил сразу за год вперед.

   Но и после того, как Амбиу блестяще сдал экзамен, Анжа посчитала, что разговор следует отложить – ведь ему предстояло ещё утверждение его кандидатуры Советом судей Джиалэу. Пусть Амбиу и заверял, что в его случае это будет простой формальностью, но Анжа видела, что он всё равно очень волновался, а значит, добавлять ему переживаний не стоило. К тому моменту, как Совет судей поддержал назначение Амбиу на должность судьи по гражданским делам в суде Восточногo района, нашелся очередной повод повременить с разводом – Амбиу, воспользовавшись немалыми связями своей семьи, сумел устроить Райсу, успешно закончившую учебу, на работу в Центральный госпиталь Джиалэу. Это было превосходное место! И не только из-за профессиональных возможностей, но и потому, что в этом почтенном медицинском учреждении находились на излечении работники различных силовых и правоохранительных органов: военные, полицейские, чиновники из КГКД* (*Канцелярия Главного Королевского дознавателя, высшее сыскное ведомство Баунильи) и прочие. Большая их часть была, разумеется, мужчинами, и ни один из них не мог ввести молоденькую целительницу в заблуждение относительно своего семейного положения, ведь в их медицинских картах оно указывалось в обязательном порядке. Ну как после такого щедрого жеста можно было заявить мужу, чтo хочешь его бросить?

   В итоге Анжа пришла к тому, что обязательно поговорит с Амбиу, как только он получит подтверждение назначения на должность из Королевской Канцелярии. Пусть оно-то точно должно было стать простой формальностью, но в то же время только после него Амбиу будет являться полноправным судьей и в этот радостный момент уж как-нибудь сумеет пережить, что нелюбимая жена решила с ним развестись. Правда, этого момента нужно было ждать ещё месяца три, если не больше – дела в Королевской Канцелярии делались небыстро, но Анжа решила потерпеть.

   В тот вечер Анжа возвращалась с работы одна – Амбиу взял небольшой отпуск, вроде бы для того, чтобы помочь старшему брату с какими-то семейными делами, oна особенно не вникала. Был конец сентября, и жара уже спала, но дожди ещё не начались. Погода стояла сухая и умеренно теплая, поэтому Анжа решила прогуляться. Она шла по Туевой улице, жмурилась на вечернее солнце и, вдыхая смолистый запах туй, думала о том, как было бы хорошо, если бы оказалось, что именно сегодня Амбиу получил подтверждение назначения на должность. Райса дежурила в госпитале и должна была появиться дома только завтра, так что они спокойно смогли бы вот прямо этим вечером обсудить развод. Не то чтобы такую тему нельзя было поднять в присутствии сестры, но всё же Анже не хотелось этого делать – она не была до конца уверена в том, что Амбиу воспримет её желание расстаться спокойно.

   Возле их подъезда стоял фургон компании «Быстрые перевoзки». Анжа немного удивилась – вроде бы никтo из соседей переезжать не собирался, но потом решила, что кому-то просто потребовалось доставить новую мебель. Она оказалась отчасти права: из соседей никто не переезжал, их дом покидал её собственный муж.

   – Ну наконец-то! – с несвойственной ему раздраженной гримасой выпалил Амбиу вместо приветствия, едва Анжа вошла в квартиру. – Я уж думал, что придется оставлять тебе записку.

   – Что-то случилось с твоей семьей? – встревожилась Анжа.

   – Что-то случилось с нашей с тобой семьей, - Амбиу неприятно усмехнулся. - Я от тебя ухожу. Надеюсь, ты будешь умницей и в ближайшие дни подпишешь бумаги. Я оставил их на столе в гостиной.