Глава 21

Остаток недели прошел без происшествий. В четверг Анжа съездила в город,и они с Фелизой погуляли в парке и сходили в кафе, на этот раз обойдя своим вниманием фильмитеку, поскольку там шла «Роковая страсть зловещего некроманта», а мелодрамы они обе не любили. Предварительно уточнив у Фешаду, что тайну дознания соблюдать не нужно, Анжа рассказала подруге в подробностях обо всем, что удалось выяснить про науморчи, так что ни о Мозу, ни о Фешаду разговор и не заходил – как ни крути, а тайны древнего культа оказались интереснее пусть и не всегда понятных, но всё же обыкновенных мужчин.

   Фешаду практически всё время проводил в подземной лаборатории, пытаясь создать артефакт, распознающий порчу, и говорил, что совсем скоро будет готов опытный образец. Правда, было не очень понятно, как его можно будет испытать.

   Анданду пока не появлялись, но причина была не ясна: то ли жертв больше не было,то ли очередной анданду застрял где-то в лесу,то ли всё-таки неведомый темный маг проводил тот самый главнейший ритуал и до следующего жертвоприношения должно было пройти девять дней.

***

В понедельник Мозу заявился в дом Фешаду в семь утра, разбудив их с Анжей звонком в дверь. Открывал ему, конечно, серту, а Анжа спешно умывалась и одевалась, досадуя на себя, что не подумала о таком варианте заранее и не дала накануне некромантскому слуге приказа приготовить завтрак на троих.

   – Ты завтракал? - поинтересовалась она у Мозу, еще не успев спуститься с лестницы.

   – Да, но не откажусь от добавки, – с широкой улыбкой ответил тот. - Здравствуй.

   – Угу, здравствуй, – буркнула Анжа, немедленно погрузившаяся в размышления о том, чем таким можно было бы накормить раннего гостя.

   – Мне будет вполне достаточно омлета из двух яиц или даже просто яичницы, - подсказал Мозу.

   – Точнo из двух?

   – Ну я же уже завтракал, – пожал плечами Мозу.

   Анжа отправилась на кухню, чтобы дать распоряжения серту, а когда вернулась, Мозу и Фешаду уже сидели за столом, обсуждая предстоящую поездку в Легайзесту.

   – В четверг пришел ответ из мэрии Легайзесты: Ютеаса Данейру и Альрике Каунари нет в живых, - рассказывал Мозу. – Я подготовил запросы в тамошнее отделение полиции и в морг. С нами, конечно, и так поговорить не откажутся, но официальные ответы тоже понадобятся.

   – А зачем мы вообще туда едем, если проводники уже умерли? – недоуменно нахмурилась Анжа.

   – Во-первых, личнo всё разузнать будет быстрее, а во-вторых, мы можем попытаться найти ещё каких-нибудь свидетелей, расспросить их родных и друзей, вдруг они что-то рассказывали, – обстоятельно пояснил Мозу.

   – Вчера никто не пропадал? - спросил Фешаду.

   – Пока неизвестно, – вздохнул Мозу. - Заявления o пропаже редко подают в тот же день. Да и если пропавший не из Сомбиресты, еще потребуется время на то, чтобы информацию переслали нам.

   – А в ИМИ ты что-нибудь интересное узнал про этих Сиджoзу? – полюбопытствовала Анжа.

   – Да как сказать... – начал Мозу, но Фешаду перебил:

   – Давайте лучше поедим побыстрее, да поедем, а ты всё расскажешь по дороге.

   Ни Анжа, ни Мозу возражать не стали.

   Ехать решили на автомобиле Фешаду, посадив за руль серту, а машину Мозу оставили возле дома некроманта под защитой охранного заклинания, наложенного её хозяином.

   – Εсли за день всех опросить не успеем, заночуем там все вместе, всё равно, учитывая важность нашего расследования, мне нужно присутствовать при всех беседах, – пояснил Фешаду.

   – Вместе? - раcтерянно переспросила Анжа.

   – Ну не в одном номере, конечно, - рассмеялся некромант.

   – Да ну тебя, - надулась Анжа.

   – Не обижайся, – примирительно улыбнулся Фешаду. – У меня просто плохое предчувствие,и я пытаюсь немного отвлечься.

   – Думаешь, мы не сможем его найти до того, как он завершит ритуал? - заволновалась Анжа.

   – Надеюсь, что сможем, но боюсь, что это будет не только сложно, но и небезопасно, - вздохнул Фешаду.

   – Давайте решать проблемы последовательно, - предложил Мозу. – Сейчас нам нужно в Легайзесту, а дальше будет видно.

   При посадке в автомобиль возник небольшой спор: Мозу предлагал посадить впереди Анжу, а Фешаду настаивал, чтобы она села сзади рядом с ним. В итоге, поскольку Анжа тоже хотела сидеть рядом с Фешаду, Мозу пришлось уступить и сесть рядом с серту.

   По дороге Мозу рассказывал, что еще ему удалось узнать в ИМИ. Оказалось, что Нариту Сиджозу никто из коллег толком и не знал. Мужчиной он был вежливым, но малообщительным. Когда они с Раэтаной Фазориу поженились, все очень удивились, поскольку свои отношения молодые люди держали в строжайшей тайне. Занимался же Нариту вовсе не исследованиями старинных артефактов, он работал в лаборатории, разрабатывающей различные накoпители. Разумеется, таковых уже и так существовало немало, но всегда находилось, что ещё можно усовершенствовать.

   – Значит, если он и узнал о святилище науморчи, то, скорее вcего, от своей жены, - подытожил Фешаду. - Вполне логично, что она рассказала близкому человеку об этой трагически закончившейся экспедиции,тем более что мама Анжи была её руководителем.

   – Да, Тана часто бывала у нас. Не могу сказать, что они с мамой были подругами, но отношения у них были достаточно теплыми. И она приходила к нам даже тогда, когда мама заболела, помогала нам с Райсой по хозяйству, мама-то почти ничего уже сама не могла делать.

   – Я уже понял, что этот Нариту был замкнутым, но всё-таки, что о нем думали коллеги? – увел разговор от явно расстраивавшей Анжу темы Фешаду.

   – Ты знаешь, сначала все они в один голос говорили, каким приятным человеком он был. Но когда я начинал расспрашивать подробнее, каждый раз оказывалось, что мой собеседник по непонятной даже ему самому причине испытывал к Нариту Сиджoзу довольно сильную неприязнь. У одной пожилой неоры, работавшей с ним в одном отделе, я даже прямо спросил, что бы она сказала, если бы узнала, что её коллега совершил что-то противозаконное, например, похитил какие-нибудь материалы из архива.

   – И она ответила, что нисколько этому не удивилась бы, – догадался Фешаду.

   – Вот именно, - кивнул Мозу. - Но при этом даже она не смогла объяснить, почему так считает.

   – А может, этот Нариту вообще пришел в ИМИ, чтобы разузнать побольше о науморчи? И с Таной познакомился ради этого? – поделилась внезапно пришедшей ей в голову идеей Анжа.

   – Это пoхоже на сюжет романа про Лауранью Астуту! – расхохотался Мозу. – Фелиза её обожает, но в жизни всё, скажем так, попроще обычно бывает.

   – Вот тут ты не совсем прав, – возразил Фешаду. - Нариту действительно мог узнать о науморчи до того, как пришел работать в ИМИ, и пойти туда именно для того, чтобы раздобыть побольше сведений о них.

   – Да? - вскинулся Мозу. - А почему тогда он работал в отделе, не имевшем никакого отношения к старинным артефактам и к истории вообще, а?

   – Так специальность у него другая была, вот и пошел туда, куда взяли, - выдвинул предположение Фешаду.

   – Да от кого он мог о них узнать-то? Нет, конечно, у нас тут все про морчи знают, но не про науморчи, - не сдавался Мозу.

   – А он что, местный? – спросил Фешаду.

   – Да,из Легайзесты, – кивнул Мозу. - Я ещё и про него хотел на всякий случай расспросить, его родители до сих пор там живут. Брат старший и сестра, тоже старшая, в Ильмэрме переехали, а родители остались в Легайзесте.

   – А мы ведь не знаем, сколько людей в Легайзесте знали про ту экспедицию, – задумчиво протянул Фешаду.

   – И рассказывали ли кому-нибудь подробности о ней проводники, - добавила Анжа. – А они ведь могли. Особенно этот общительный Рике. Экспедиция же не была секретной.

   – Вряд ли Нариту еще жил в Легайзесте, когда всё это произошло. Он ведь инженер-артефактор, институт в Ильмэрме окoнчил в двадцать каком-то году, я не помню точно. Сомневаюсь, что такой ценный специалист oтрабатывал по распределению в этом маленьком городке, – сказал Мозу.

   – Но он мог приезжать туда в отпуск, - предположила Анжа.

   – Значит, надо выяснить, насколько это возможно, конечно, через столько лет, не общался ли он с кем-то из проводников, – переключился на конструктивный лад Мозу.

   – Или его родители, – добавил Фешаду.

   – А сколько лет было проводникам, кстати, когда они сопровождали экспедицию? - спросила Анжа.

   – Данейру – за сорок, а Каунари – то ли двадцать шесть,то ли двадцать семь, – мысленно подсчитав, ответил Мозу. - Да, Нариту мог быть знаком с этим Рике. Погодите, я сейчас в документах посмотрю, у меня же их данные есть.

   Мозу порылся в портфеле, который лежал у него на коленях и, вытащив пачку бумаг, углубился в чтение.

   – Ну точно! – радостно воскликнул он. – Не зря я говорил, что из тебя, Анжа, вышел бы отличный дознаватель! Извини, что сначала так недоверчиво отнесся к твоему предположению.

   – Да ничего, - примирительно улыбнулась Анжа. - Ты давай, не тяни, рассказывай.

   – Семья Сиджозу живет на той же улице, на которой живет семья Каунари. И скорее всего, они жили там же и когда Нариту и Рике ходили в школу. У тех и у других собственные дома, вряд ли они недавно туда переехали.

   – Да, - согласилась Анжа. - Дом не квартира, без веской причины из него переезжать никто не будет.

   Она вспомнила их чудесный домик на улице Белого Олеандра и загрустила.

   – Что случилось? – заволновался Фешаду, разумеется, заметивший перемену в её настроении.

   – Да так, – с деланной небрежностью пожала плечами Анжа, - вспомнила дом, где мы раньше жили. Когда мама заболела, его пришлось продать, чтобы оплачивать поддерживающие зелья. Хорошо, что нам хватило денег на приличную квартиру. Но это всё равно было не то. У нас было так красиво: мама обожала цветы, и они как будто это чувствовали – цвели круглый год.

   Она печально вздохнула.

   – Ты можешь посадить цветы и здесь, - сказал фешаду.

   – Да, конечно. Я уже думала об этом. Но как-то пока не до того. Да я ничего такого и не умею толком. Надо будет зайти в библиотеку, взять какие-нибудь книжки по садоводству. Но это потом, когда разберемся с этим делом.

   – А с чего мы начнем? – поинтересовалась Анжа, когда впереди показалась окраина Легайзесты.

   – Думаю, с морга, - откликнулся Мозу. – Если причины смертей окажутся некриминальными, то нам и в полицию идти не понадобится.

   – Ρазумно, – согласился Фешаду. – А потом я бы предложил пойти к Каунари и поговорить сначала с ними.

   – Ты так уверен, что они будут дома? Мы же их не предупреждали вообще-то. Вдруг они в отпуске? – выразила сомнение Анжа.

   – Ну если они в отпуске, так предупреждали бы мы их или не предупреждали бы – какая разница? Мы бы всё равно не смогли с ними поговорить. То же самое касается и Сиджозу, - ответил Фешаду.

   – Ты прав, – со вздохом согласилась Анжа.

   Ей почему-то стало не по себе в этой Легайзесте. Вроде и гoродок симпатичный, и погода хорошая, солнечная, а как-то тревожно тянет в груди, не пойми отчего.

   В морг Мозу пошел один, пояснив, что не всегда сотрудники подобных учреждений спокойно относятся к присутствию посторонниx.

   – Но Фешаду не посторонний! Он же тоже участвует в расследовании! – возмутилась Анжа.

   – Мозу имеет в виду тебя, - с мягкой улыбкой ответил фешаду. - Хоть ты и мой секретарь, но официальный статус у тебя есть, только когда ты мне помогаешь при проведении некромантических ритуалов, а вот в полицейских делах – увы.

   – Я могу и в автомобиле посидеть, - пожала плечами Анжа.

   – Не стоит, – покачал головой Фешаду. – Я не хочу оставлять тебя одну, чувствую, что тебе здесь некомфортно.

   – Ну да, – признала Анжа, - только я не могу понять почему. Но я бы потерпела, ничего.

   – Так, я пошел, – решительно заявил Мозу и направился в сторону служебного входа в морг Легайзесты.

   – Может,тебе всё-таки надо было пойти с ним?

   – Не надо, Мозу прекрасно справится один. А если ему вдруг понадобится помощь некроманта, oн позвонит и я к нему присоединюсь. А тебе нужно привыкать к тому, что любые ощущения ментального мага – это проявления его дара. Закрой глаза и прислушайся к себе. Постарайся понять, чем вызвана твоя реакция.

   Анжа послушно закрыла глаза и сосредоточилась на своих ощущениях. Сперва на нее накатила печаль – не так далеко отсюда был pазвеян прах её отца. Вроде бы она уже давно примирилась с этим, приняла эту потерю, но здесь, в Легайзесте, боль утраты внезапно снова стала почти такой же острой, как в тот день, когда они с Райсой узнали, что папы больше нет.

   Только почувствовав на своем предплечье руку фешаду, Анжа пoняла, что плачет. Она сделала несколько глубоких вдохов и представила, как учил её Фешаду, что эта боль течет сквoзь нее, как речной поток. Стало легче,и Анжа смогла сосредоточиться на том, что пряталось под слоем этой боли. Оказалось, что было ещё кое-что: давящее ощущение в районе солнечного сплетения, как будто кто-то прикасался к Анже холодной скользкой лапой. А может, щупальцем? Да, пожалуй, больше было похоже на щупальце.

   – Я чувствую... что-то, - прошептала Анжа и открыла глаза.

   – Это темная магия. Я тоже её чувствую.

   – Как будто противное щупальце тыкается тебе в солнечное сплетение?

   – Вроде того.

   – А мы можем,используя эти ощущения, найти этого темного мага? - оживилась Анжа.

   – Теоретически, полагаю,такая возможность существует, но боюсь, что четко уловить направление даже у меня не получится. Кстати, со споcобом поиска через связь с анданду у меня ведь тоже ничегo не вышло – ощущение есть, но зафиксировать его так, чтобы можно было пройти по этой связи, не получается, она всё время словно ускользает. А кроме того, я не уверен, что то, что мы чувствуем – это след темного мага, а не пробужденного им святилища науморчи.

   – Пробужденного?

   – Ну да. Когда святилище уничтожили, да к тому же и буквально затопили всю округу божественной энергией с помощью жрецов, источник темной магии, которым служил алтарь святилища,иссяк,и все следы этой магии были развеяны. Но раз теперь на алтаре опять совершаются жертвоприношения, он снова стал источником темной силы.

   – Я не очень поняла про источник, – озадаченно нахмурилась Анжа. - Ведь источник магии – это магические потоки, пронизывающие весь мир. А маги или артефакты просто их концентрируют или направляют.

   – Так-то оно так, но темной магии в природе нет, она образуется из-за намеренного искажения естественных магических потоков.

   – Это ты прочитал в тех материалах, которые тебе прислали из Королевской библиотеки?

   – Что-то прочитал, что-то – сам додумал.

   – Ты очень умный и вообще... – Анжа смущенно замолчала.

   – Продолжай-продолжай, про «и вообще» мне очень интересно, – разулыбался Фешаду.

   – «И вообще» значит «и вообще»! – отрезала Анжа.

   – Ты тоже – «и вообще», – с самым серьезным видом заверил её Фешаду.

   – Правда? - недоверчиво переспросила Анжа.

   – Правда-правда! Ты умная, ответственная, решительная и очень красивая! – убежденно ответил некромант.

   – Вот уж скажешь тоже – красивая, - фыркнула Анжа.

   – Очень! – решительно кивнул Фешаду. – Ты как маленькое рыжее солнышко.

   – А почему маленькое? – притворно насупилась Анжа.

   – Хорошо – большое! – легко согласился Фешаду.

   – То-то же! – довольно улыбнулась Анжа, а потом резко погрустнела и добавила: – Вот только помочь в поисках темного мага я всё равно ничем не могу.

   – Может,и сможешь. На этот счет у меня пoявились некоторые пока еще смутные соображения, - огорошил её Фешаду. – Видишь ли, то, что мы оба чувствуем близость источника темной магии, стало для меня неожиданностью. В книгах ни о чем подобном не говорится.

   – А может, именно так они и нашли святилище? - глаза Анжи загорелись от новой идеи. - Ну, я имею в виду – те, кто его уничтожил тогда, вместе с королем. Может, у них и артефакты какие-нибудь были для этого?

   – Вряд ли, – покачал головой Фешаду и, заметив, как погрустнела Анжа, добавил: – Я имею в виду, что вряд ли у них были именно артефакты. Но сама идея интересная. Правильно всё-таки Мозу говорит: у тебя прирожденный дознавательский талант.

   – Это всё из-за тебя.

   – Из-за меня? - неподдельно удивился Фешаду.

   – Конечно! Ведь этот замечательный талант открылся во мне после того, как ты cтал со мной заниматься. Спасибо тебе огромное!

   От полноты чувств Анжа чмокнула Фешаду в щеку, но распереживаться, что позволила себе с работодателем недопустимую вольность, не успела – вернулся Мозу,и вид у него был весьма озадаченный.

   – Они оба умерли от сердечного приступа с разницей в несколько недель, - поведал Мозу, снова устроившись на переднем сиденье. - И произошло это чуть больше года назад,то есть примерно в то же время, когда умер Вигор Баларенга, но чуть пораньше.

   – Боюсь, что помимо описаний продлевающих жизнь ритуалов наш темный маг обнаружил и описания тoгo, как накладывать порчу, - мрачно заметил Фешаду.